Я, ты, он, она - вместе целая страна

Никто из нас ничего не может с этим поделать.

Все любят не тех, кого надо, все ненавидят не тех, кого надо.

Рэй Брэдбери, «Треугольник»

На следующий день рано утром Дейдара пришел к Лидеру с букетом цветов. На немой вопрос он заявил, что унылую пещеру нужно украсить хоть чем-то, а затем радостно предъявил жареные отбивные, клятвенно заверив Нагато, что готовил их не Хидан. Зецу, смотревший на эту прекрасную картину из стены, поражался все больше и больше. Насколько он себя помнил, он всегда относился к болезни Лидера, как к данности, и даже подумать не мог о том, что возможно что-то изменить. Все, знавшие Нагато, были твердо уверены, что последствия техники, истощившей его тело, не исправить. Однако Цукури относился к индивидуумам, которым и море по колено, если уж они решили чего-нибудь добиться. Разумеется, за один день особых изменений не произошло, но теперь Нагато говорил громче, чем обычно, и голос его уже не звучал хрипло и устало; теперь он мог улыбаться, хоть изредка, и перестал смотреть в одну точку, закрывая глаза челкой. В общем и целом, он стал выглядеть, как обычный больной человек, а не ходячий труп. Похоже, что раздвоение личности Дейдары в чем-то оказалось полезным. Нужно было лишь подождать, чтобы посмотреть, что из этого выйдет в конце концов. - Как насчет того, чтобы сегодня встать на ноги? – весело поинтересовался подрывник у Лидера, из-за чего тот подавился отбивными. - Шутишь? – спросил он. – Ладно приносить мне еду, но ты не сможешь поставить меня на ноги! - По-моему, Вам просто мешают эти штуки, - с видом знатока сказал Дей, придирчиво оглядывая собеседника и указывая на канистры, в которые были погружены его руки. – Давайте освободим ладони. Нагато возмутился. - Глупый мальчик! – воскликнул он. – Говорят тебе, это невозможно! - Почему? – чистосердечно удивился блондин. – Вы пока не сможете ходить, зато плечи разомнете. Я бы помер - все время сидеть в одном положении. - А я пока еще жив, так что будь добр не трогать мои руки, их нельзя вынимать оттуда. - А что будет? – искренний интерес. - Поверь, ничего хорошего. - Ну попытка – не пытка, не правда ли? – улыбнулся Дейдара и аккуратно прикоснулся к сдерживающим руки Лидера приспособлениям. - Насквозь проткну, - пригрозил тот. - Протыкайте! – фыркнул Цукури. – Все равно вытащу. Во-первых, его охватил азарт, так свойственный его легко воспламеняемой натуре. Он из кожи вон вылезет, но поставит Нагато на ноги! Во-вторых, из чувства противоречия он уже не мог отступить. Отказаться от идеи было бы для него личным позором, он сам стал бы презирать себя за это. А уж мысль о том, что он может испугаться кокушина, вообще разожгла в нем пламя. И хотя от предупреждения Лидера он инстинктивно сжал мышцы пресса, на всякий случай приготовившись к удару в живот, своих действий не прекратил. Когда же удара не последовало, он облегченно выдохнул и, улыбнувшись, взглянул на Лидера. - Зачем Вам нужны эти штуки? - Во-первых, они поддерживают во мне жизнь… - начал Нагато, но был перебит: - Жизнь в Вас поддержит бег по утрам и хорошая еда! - А во-вторых, с их помощью я контролирую Пейна и вытягиваю чакру. - Ничего страшного, полежит Пейн чуть-чуть без дела, ему полезно будет! – поспешил заверить его Дейдара. Лидер лишь покачал головой. - Вот ты так хочешь кардинально поменять всю мою жизнедеятельность и совсем не думаешь, что невозможно сделать это вот так за раз! Дей посмотрел на него, моргнул несколько раз, а затем беспечно пожал плечами. - Все возможно в этом мире, - добродушно ответил он. Его состояние в данный момент было близко к эйфории, настолько он был увлечен своим делом. «- Вбил себе в голову что-то, а бедный Лидер мучается! - Отвали, тебе не понять». С каждой минутой оживление и азарт Куро все больше разрастались. По природе быстро увлекающийся, он легко довел до абсурда обычное желание поэкспериментировать и теперь, убедив себя в необходимости поставить Нагато на ноги, ни за что не отступился бы от поставленной самим собой задачи. - Да я умру раньше, чем ты меня вытащишь, - мрачно сказал Лидер. – Давай в другой раз, а? «Какого черта он такой покладистый?» - мысленно возмутился лазутчик Зецу. - Ладно, - смиловался Цукури, отпуская побелевшие запястья. – Ого, я даже ничего не сделал, а у Вас уже синяки! - Жизнь такая, - усмехнулся Нагато. - Ну уж нет, - категорически объявил подрывник. – Скоро все изменится, и Вы перестанете быть похожи на скелет. - Знаешь, если подумать, за все это время я точно узнал о тебе лишь одно, - Лидер лукаво взглянул на него. - Что же? – заинтригованно поинтересовался Дей. - У тебя талант делать комплименты, - получил он в ответ. - Это сарказм? - Ты постоянно называешь меня то мертвецом, ты дистрофиком, то скелетом! - О да, это он может, - обрадовался Широ. Что касается самого Широ, то и у него были свои козыри в рукаве. Он не только хорошо чувствовал природу людей, но и обладал даром убеждения, хотя использовал его в крайних случаях, справедливо полагая, что заставлять людей что-то делать с помощью гипноза не совсем порядочно. Именно благодаря этой способности он заставил Тоби рассказать ему про Итачи, иначе тот так просто не сдался бы. И он, чувствуя все эмоции своего соседа, иногда помогал ему с Лидером. Так случилось и в этот раз – как бы Нагато не льстило внимание Куро, после попытки последнего вытащить его руки он был готов его просто растерзать, а Широ втихомолку мысленно успокаивал Лидера. Он был рад помочь Куро, хотя тот и шпынял его постоянно: что уж поделаешь, коль по натуре неисправимый добряк?

* * * * * * *

Так бывает, что просыпаешься и сразу же, заранее осознаешь, что этот день будет отвратительным и все пойдет наперекосяк. Это чувство посетило сегодня двоих людей в организации, и (какая ирония судьбы!) они оба оказались Учихами. Итачи все так же лихорадило, причем настолько сильно, что он не находил в себе сил подняться с кровати. Черт, черт и еще раз черт! Как назло, болезнь свалила его в самый важный день в его жизни. Если так будет продолжаться, то он помрет раньше, чем успеет встретиться с братом. Насильно впихнув в себя добрую порцию таблеток, он, шатаясь, направился в душ, но его опередил Кисаме, после чего вышел и сообщил, что Лидер отправляет их на миссию. - Ну почему именно сегодня? – закатил глаза Итачи. – Скажи ему, что я не здоров. - Но, Итачи-сан, это не обсуждается, - удивленно отозвался напарник. – С каких пор Вы спорите с Лидером? - С тех самых, как ты занял душ, - ляпнул Учиха, заходя в ванную и закрывая дверь. – Я никуда не пойду. - Но так нельзя! – запротестовал Хошикаге. – Лидер с нас шкуру сдерет! - Пусть сдирает, мне уже ничего не страшно, - откликнулся Итачи, и негодующие возгласы его товарища заглушил шум воды. В самом дурном расположении духа Кисаме поплелся на кухню, надеясь поднять себе настроение вкусной едой и размышляя по пути, как поступить с миссией. У Обито дела обстояли не лучше. Открыв глаза, он почувствовал подкатывающую к горлу панику и тошноту, а также непонятный, тупой страх, который возникает без причины от слепого предчувствия грозящей опасности. Ему не давало покоя то, что он рассказал Дейдаре про Итачи. По сути, ничего страшного не произошло, но две вещи сильно напрягали. Во-первых, в здравом уме он не пустился бы разглагольствовать о несчастной судьбе наследника клана и скорее продолжил бы строить из себя дурачка или поспешно ретировался. Уставившись в одну точку, он пытался вспомнить, что сподвигло его выложить все, что знает, но, сколько ни старался, не мог. Это было похоже на временное помешательство, когда человек рассказывает все в состоянии аффекта, а потом не может вспомнить причину своей откровенности. Чертыхнувшись сквозь зубы, Обито несколько раз повторил себе, что эта информация абсолютно ничего не значит, но, чем больше он пытался себя в этом убедить, тем выше к горлу подбиралась непонятная тревога. Именно этот нежданный испуг был второй вещью, так раздражавшей Тоби: он привык быть хладнокровным стратегом и прекрасным актером, а сейчас даже не мог логично объяснить, чем вызвана эта неизвестная, а потому вдвойне сильная боязнь. Он не был экстрасенсом и не мог предвидеть будущее, но точно знал одно: сегодня случится что-то, что развеет по ветру какой-то из его планов. Ударив себя по щеке и таким образом приведя в чувство, Обито надел маску и в самом мрачном настроении отправился на кухню издеваться над товарищами.

* * * * * * *

- Закончились каникулы, - объявил Хидан Кисаме, как только тот переступил через порог. - У вас тоже миссия? – осведомился Кисаме. - Да, - хмуро подтвердил Какудзу. – Вот я уйду, и эта организация разорится. - А я думал, я один такой, - буркнул Хошикаге, усаживаясь за стол. - Не-а, по-моему, сегодня миссией не обделили никого, - флегматично ответил ему Сасори, самозабвенно дергая за нить чакры, прикрепленную к люстре и заставляющую ее мерно покачиваться. - Нелегко, наверно, будет с Дейдарой на задании, - посочувствовал ему Кисаме, но, как оказалось, зря. - Я иду один, - Акасуна отвлекся от своего занятия. – Он остается здесь. - Это еще почему? – дуэтом спросили Какудзу и Хидан. - Лидеру он для чего-то нужен, – пожал плечами марионеточник, осматриваясь в поисках новой жертвы. - Для чего, интересно? – полюбопытствовал Хошикаге, в ответ на что язычник дважды поднял и опустил брови, пошло улыбаясь. - Только не начинай, - попросил напарника Какудзу. – И так тошно. - Для чего там, говоришь, мне был нужен Дейдара? – услышав вкрадчивый голос Пейна, Хидан шумно сглотнул. - Для задания, да, очень сложного! - Надеюсь, что ты именно это хотел сказать, - поощрил мазохиста Яхико. – Почему вы еще здесь? Мне казалось, вам пора разойтись на миссии. - У нас она завтра, - не поднимая глаз от тарелки, откликнулся Какудзу. - Уже иду, - одновременно с ним произнес Сасори и, покачав головой, оставил люстру в покое и вышел за дверь. - А у нас проблема, - развел руками Кисаме. – Итачи-сан болен, вот незадача. Он просил передать Вам, что не пойдет. Исподлобья глядя на Пейна, человек-акула был уверен, что Лидер хорошенько встряхнет Итачи и заставит подчиниться. - Какие проблемы? – отозвался Яхико. – Иди один. - Что? – Кисаме округлил глаза. – Да Вы шутите? - Нисколько, - не моргая, ответил Пейн. – Иди один, раз он не может. - Ладно, - на автомате согласился Хошикаге. Он чувствовал себя полным идиотом. С каких пор, скажите, пожалуйста, Лидер так нянчится с Акацуками? С каких пор он оставляет их без работы по состоянию здоровья? Никогда раньше такого не было.

* * * * * * *

Нагато уже битый час слушал болтовню Дейдары. Точнее – Дейдар. То первого, то второго. Он даже не замечал резких переходов темы: от поэзии и философии к взрывам и залихватским шуточкам. Нагато уже давно не разговаривал ни с кем дольше нескольких минут, поэтому сейчас его мозг отказывался принимать кучу информации о происхождении человечества и рецептах приготовления идеальных бомб. Лидер сидел, смотря в одну точку и не вникая в то, что вещают ему на ухо. Он был словно в прострации, но при этом чувствовал себе блаженно и расслабленно. Долгожданная человеческая речь, по которой он так соскучился, окутывала его, заставляя прикрывать глаза и слегка улыбаться. Из транса его вывел оклик Куро: «Эй, Лидер, Вы спите?» и мгновенный ответ Широ: «Не буди человека, дай ему отдохнуть!» Нагато медленно открыл глаза и уставился на подрывника. - Черт, разбудил! - Простите его, Лидер-сама, я уверен, он не хотел! - Я сам могу за себя сказать, так что заткнись! - Я помочь хочу! - Я не спал, - перебил враждующих Нагато, смотря на них стеклянным, ничего не выражающим взглядом. - Вот видишь, он не спал, а ты уже извиняешься! - Зато тебе, кажется, вообще слово «прости» не знакомо! - Нарываешься, кретин. - Прошу, перестань разговаривать сам с собой, - вздохнул Лидер. – Ну, или хотя бы не меняй голос! - Но мы не можем по-другому, мы же абсолютно разные люди! – попытался отстоять свои права Куро. - Поверь, выглядит это страшно, - ухмыльнулся Нагато. - Страшно? – у Широ чуть удар не случился. – Вы назвали меня страшным? - Да не тебя, придурок, а то, что мы с тобой разговариваем! - А что это за дискриминация? Я должен заткнуться и вообще молчать? - А я давно это тебе предлагал! - Я же просил перестать, - закатил глаза Нагато. - Простите! – хором. - Ого, тебе все-таки знакомы правила приличия? - Заткнись, а то запру в темной комнате! - Меня спасут! - Пф, да кому ты нужен? - Если я никому не нужен, то и ты – тоже! - Неправда, все человечество нуждается во мне! - Твоя самооценка когда-нибудь добьет меня. - Именно этого я и добиваюсь, а то эта коммуналка меня уже достала! - Ты про тело, что ли? - А как это еще назвать? Проходной двор! - Вообще-то нас всего двое… - Ты знаешь, мне вполне хватает! - Иногда мне кажется, что вы мазохисты, - покачал головой Лидер. – Раз не можете друг без друга, то расскажите о себе побольше. А то я знал Цукури Дейдару, а с вами, можно сказать, не знаком. Куро оскорбленно вздернул подбородок: - Знакомы, еще как! - Я люблю животных, стихи, красивые пейзажи и философию, - перебил его Широ и мило улыбнулся, - а еще Итачи-сана и жизнь. - Какой странный перечень, - оценил Нагато. - Спасибо. Моя мечта – добиться расположения Итачи-сана, прожить с любимым человеком всю оставшуюся жизнь и умереть в один день! - Это статистически маловероятно, если только вас обоих не убьют ненароком, - глумливо заметил Куро. – А что касается меня, то я люблю Вас. Нагато не смог сдержать улыбки. - Я польщен. - А еще у меня для вас новость! – весело сообщил Дейдара. - Что случилось? – нахмурился Лидер. Цукури театрально выдержал паузу, а затем выпалил: - Время обеда, Лидер-сама! Никогда еще Зецу не слышал, как воет Нагато Узумаки.

* * * * * * *

- Итачи-сан, - в комнату зашел Кисаме и застал напарника лежащим на кровати лицом в подушку. – Как Вы себя чувствуете? Лидер разрешил Вам остаться, так что я иду на задание один. - Удачи, - пробубнил Учиха. - Спасибо, - деликатно отреагировал Хошикаге. - С Вами точно все в порядке? - Нет, и ты прекрасно это знаешь! – фыркнул Итачи. - Моя болезнь убивает меня. - Ну… - мечник замялся. – С этим ничего нельзя сделать? - Ты уже спрашивал, - отрезал Итачи, - нельзя. - Грустно это, - глупо сказал Кисаме и, не услышав ответа, помолчал еще немного и ушел, закинув через плечо самехаду. Итачи выдохнул и, перевернувшись на спину, стал смотреть в потолок. Он хотел дождаться ухода всех Акацук на миссию, чтобы, не привлекая лишнего внимания, выполнить то, что хотел. Однако удача в тот день явно повернулась к нему своей филейной частью, так что Хидан и Какудзу оставались в организации до следующего дня. Он снова вспомнил горящие злобой красные глаза и закрыл лицо ладонью. «Ты ничего обо мне не знаешь. Все это время я носил в себе ненависть к тебе, и она сделала меня сильнее». «Глупый маленький брат. Это ты ничего не знаешь обо мне, - горько хмыкнул про себя Итачи. – И никогда не узнаешь». - Здорово, Учиха! – в комнату ввалился Хидан. - Предупреждаю сразу, - резко сказал ему владелец комнаты, - если выкинешь какую-нибудь штуку, то мне придется самому выводить тебя отсюда, так как Кисаме ушел. Поверь, ничем хорошим для тебя это не кончится. - Да ладно-ладно, че ты такой агрессивный? – мазохист поднял руки в обезоруженном жесте. – Я с миром пришел. - Неожиданно, - скептически взглянув на него, произнес Итачи. – Что тебе от меня надо? - Да, бля, мне скучно просто, - простодушно объявил язычник, - все по заданиям разошлись, только мы с Кузей и Тоби остались. С Кузей тоска смертная – только и делает, что деньги считает, а про еблана Тоби я вообще молчу. Поэтому я и пришел к тебе, больше не к кому. - Ты принципиально не можешь побыть один? – осведомился Итачи, садясь. – Я занят. - Лежанием на кровати? Заебись занятие! – обиделся Хидан. - Другого не дано. - Ну раз уж я пришел, давай поговорим! У меня сейчас настроение хорошее, как раз для того, чтобы лясы поточить! Итачи посмотрел на него больными глазами и упал обратно на кровать. «Время пришло», - пронеслось у него в голове. Как раз в этот самый момент его теневой клон, находящийся неподалеку от убежища клана Учиха, заметил приближающегося Саске. - Мне пора идти, - сообщил он Хидану, вставая. - Эй, погоди, ты куда собрался? – возмутился тот. – Опять у тебя секреты? - Да, - бросил Учиха, выходя из комнаты быстрым шагом. - Я так просто тебя не отпущу, - пригрозил ему матершинник, бросаясь следом. «Вечно ему надо все знать», - разозлился Итачи, и тут, на его счастье, на кухне послышался звон чего-то упавшего и разбившегося. Хидан мгновенно обернулся. - Тоби, - прошипел он, кинувшись на звук, а владелец шарингана тем временем улизнул. «Все идет по плану, - радовался Обито, разбивший кучу посуды, - скоро я присоединюсь к ним». Он усмехнулся, глядя на удаляющегося Итачи и прислушиваясь к воплям Хидана.

* * * * * * *

Тем временем Дейдара, покинувший Лидера, чтобы принести ему еды, зашел на кухню и увидел гору разбитых тарелок. Он недоуменно посмотрел на нее, и тут же на него налетел язычник. - Ты что делаешь, уебок? – начал орать он. – Меня Кузя пришьет за побитую керамику! - Это не я, - округлил глаза Цукури. - Бля, точно, - рассудил Хидан, заметив стоящего неподалеку Тоби. – А ну-ка иди сюда! Обито кинулся бежать со всех ног, приговаривая: «Тоби – хороший мальчик!» и морщась от своего убогого голоса, а вслед за ним ринулся взбешенный язычник. Проводив их взглядом, Дейдара на всякий случай оглядел кухню на предмет опасности в виде осколков и других приятных сюрпризов и собирался уже взять овощи и пойти обратно, как увидел вдалеке темное пятно. Широ часто заморгал, а Куро мысленно прикинул, во сколько ему обойдутся белые тапочки. - Это же… - Нет! - Это разве не Итачи-сан? - Нет, тебе показалось, это, наверно, Пейны разгуливают. - Врешь, это же он! - С чего ты взял? Плащи у всех одинаковые! - Я сердцем почувствовал! - Твое сердце ошиблось! - Не может такого быть! В любом случае, я обязан проверить! - Эй, придержи коней, братишка, мы вообще-то должны доставить еду Лидеру. - Да он уже видеть не может твою еду! - Все равно, мы не пойдем за левым чуваком в плаще! - Это не левый чувак, это Итачи-сан! И я пойду проверю! - Нет, не пойдешь! - Нет, пойду! Переругиваясь сам с собой и не заметив, как начал говорить вслух, Дейдара выбежал вслед за Итачи и без всякой задней мысли просто последовал за ним. - Мы что, идем к бывшему убежищу клана Учиха? - Я же говорил, что это он! - Прекрасно, молодец, а теперь мы можем уйти? - Нет, я должен… - Да оставь ты его в покое! - Да нет же, я что-то чувствую. - Ой, ты всегда «что-то» чувствуешь, когда видишь его в радиусе двух километров! - Нет, я имею в виду, что мы здесь не одни. - Конечно, не одни, дубина, тут еще Учиха вообще-то! - Не паясничай, пожалуйста. Я уверен, сейчас сюда кто-то должен прийти. - Ого, сюда действительно кто-то идет, прячься! Дейдара прошмыгнул за первое попавшееся дерево около входа в пещеру и притаился. Мимо него быстрыми шагами прошел какой-то человек. «- Ого, от него просто веет огромной энергией! - И почему он не установит слежку?» Кажется, тот был слишком занят и погружен в свои мысли, чтобы что-либо заметить, в частности, белобрысого шпиона. - Что ты видишь сквозь свой шаринган? – услышал Цукури бархатный голос, и его сердце забилось так быстро, словно хотело выиграть марафон на Олимпийских играх. «- Это что, его брат? - Похоже на то. - Он же сейчас его убьет! - И поделом! - Не говори так!» - Что я вижу? – второй голос, более напряженный и озлобленный. - Я стал сильнее, и теперь я вижу только одно, Итачи. Я вижу твою смерть.

* * * * * * *

Итачи взглянул на брата усталым, спокойным взглядом. - Видишь мою смерть? – передразнил он Саске. Кажется, в клане Учиха актерский талант был наследственным. Слегка прикрыв глаза и мысленно подготовившись быть хладнокровным до конца и умереть, так и не рассказав брату всей правды, Итачи слегка приподнял уголки губ. «Все время убегай, цепляйся за жизнь, и в тот день, когда сумеешь заполучить такие же глаза, приходи ко мне». И теперь он пришел. Пришел отомстить, убить, утолить жажду ненависти, доказать свое превосходство. «Должен же быть кто-то, перед кем я отвечу за истребление клана», - подумал Учиха-старший и посмотрел сопернику в лицо. - Что ж, - с безразличной иронией в голосе произнес он, мгновенно оказавшись у Саске за спиной, - проверим твое зрение. В тот же миг он, задавив в себе жалость, ударил брата кунаем, который тот отразил. «- О боже, а если он попадет?! - Сказал же, поделом». Следующий удар ни Итачи, ни Саске нанести не успели, так как их прервали. - Н е-е-ет! – дико завопил Широ, кидаясь в самый центр убежища. – Не трогай Итачи-сана!