Волосатик

Школу медленно окутывали сумерки, свет от зажигающихся всюду свечей нервно трепетал от сочащегося ветра из щелей между кладкой. В самом дальнем коридоре, в самом темном его углу сидел одиннадцатилетний ребенок и плакал от жестокого и несправедливого устройства мироздания: он перестал быть любимчиком профессора, потому что провалил задание: ему отказал в дружбе тот человек, с единственным которым он так рьяно пытался подружиться. Еще и оценки у него оставались худшими в классе, если не в школе. Внезапно школьные стены сотряс гнусный и длительный вой, от которого Рон подскочил и встал на ноги. — Кто там? — Мальчик посмотрел в конец злосчастного коридора, откуда доносился звук. «Меня здесь не должно быть», — понял он, как только лучше различил контуры прохода и заметил громадную черную дверь, пройти сквозь которую он когда-то желал так отчаянно вместе со знаменитым Гарри Поттером. Но мечты оставались мечтами, существовала лишь нелегкая реальность, в которой он, Рон Уизли, оставался последним лузером. Однако, гриффиндорское сердце требовало свершений, ему нужна была правда, признание и гордость, подобная той, что присуща львам. Даже если Рон не сумел подружиться с Гарри Поттером, даже если он был худшим в классе, он тоже чего-то стоил, что непременно требовалось доказать. На подрагивающих ногах, медленной поступью, мальчик начал пробираться в темный конец коридора, откуда доносился жуткий рев. Если только Рону удастся открыть дверь и заглянуть за нее одним глазком, то он определенно вернет себе свою обычную репутацию, пройдет проверку на храбрость и прославится внутри своего факультета как Бесстрашный Рон, ведь пока что ни один гриффиндорец не рассказывал, какое чудовище скрывается за стенами школы. Возможно, при самом удачном раскладе, его даже нарекут мальчиком-который-ничего-не-боится. Добравшись до железной двери и замка на ней, Рон нащупал в кармане старую палочку брата и направил ее вперед: — Дверь, откройся! — Заикаясь скомандовал он. Нужного заклинания, разумеется, Рон не знал. Но гриффиндорцы никогда не сдаются! (Точнее, не знают, когда следует остановиться). Рон убрал палочку обратно в карман брюк, закатал рукава, схватился за замок и дернул его на себя несколько раз, но не добился желаемого. Зато зверю, запертому внутри, это явно не понравилось, и он громко залаял, чем до чертиков напугал Рона, ведь по издаваемому звуку тот стоял всего в паре шагов от него. Испугавшись, то ли беспощадного лая, то ли мистера Филча, Уизли сбежал, но вернулся на следующий вечер, и еще через день, и еще несколько раз, пока не добился своего. Все происходило как в тумане: Рон достает громадные кусачки, трансфигурованные Фредом и Джорджем, переламывает ими металл, с характерным звуком падает на пол замок, и Рон забегает внутрь, забывая об осторожности. На него смотрят шесть ярких желтых глаз, из пасти каждой из трех голов стекают слюни в предвкушении ужина. Рывок, звон цепей, удерживающих хищника, Рон отходит назад, спотыкается, и одна из голов открывает свою пасть, набрасываясь на него, и застывает в пяти сантиметрах от носа. Уизли быстро возвращает самообладание: он поднимается, разворачивается и убегает прочь, забывая закрыть за собой дверь. По возвращению в гостиную Рон, вопреки планам, молча уходит в спальню, отодвигает полог и залезает с головой под одеяло. Его сегодня чуть не изувечили: если бы не цепи, удерживающие цербера, он мог бы оказаться уже мертв. Целую ночь Уизли прокручивал в голове события, пока под утро не обратил внимание на одну деталь в своих красочных воспоминаниях: под животным находился люк. *** — Директор Дамблдор, — Филч остановился на месте и отдышался, — кто-то ворвался в будку цербера, переломив замок! — Альбус встает из-за стола из белого дерева и с озабоченным видом спрашивает сторожа: — Кто это был? — Должно быть, один из этих маленьких идиотов… или несколько, — скверно ворчал бывший надзиратель. — И вы не знаете, кто именно… — Задумчиво промычал старец. — Хорошо, вы можете ступать. Спасибо, что своевременно мне сообщили. Аргус медленно поклонился, выражая свое почтение, и поторопился выйти, оставив Дамблдора одного. «Но чары не задеты, значит, дело обошлось совсем без магии, что вполне в духе первогодок. Либо Аргус пришел слишком поздно, либо здесь замешано зелье или мантия невидимости. Это определенно Гарри, он не смог устоять перед соблазном во всем лично убедиться после нашего с ним разговора. А это значит, что можно приступать к заключительной части». *** — О, Билли, выглядишь потрясающе! — Хи-хи. Так, когда начинаем? — Совсем скоро, я как раз пришел объяснить план. — А что с… — Не волнуйся, я раздобыл нужный эликсир. *** После разговора с Дамблдором Гарри с одной стороны стало спокойнее, а с другой — он предчувствовал приближение опасности, ведь учебный год медленно подходил к концу, а никаких новостей о поимке Волдеморта не было. Поэтому он и решил поговорить об этом с Малфоем прямо сейчас, когда они находились в спальне только вдвоем. — Драко, — Гарри дождался, пока блондин повернет голову в его сторону, — думаешь, если бы Вол… то есть, Сам-Знаешь-Кто знал, как вернуться, то что бы он сделал сперва? Малфой, положил перо в чернильницу и нахмурил брови. — Вернулся бы… — Драко заметил, что сказал очевидную вещь, не ту, которую Гарри скорее всего ожидал от него услышать и попытался что-то добавить, но Поттер пресек его. — Да, ты прав. Любыми способами. Ведь так о нем говорят? — Малфой растянул губы в подобии усмешки. — Говорят только те, кто этого хочет. Остальные же предпочитают не вспоминать о событиях давних лет. В любом случае, он мертв — так сказал отец. — А если твой отец ошибся? Или что, если он скрывает что-то от тебя? — Драко цокнул язычком. — Еще чего! Мой отец никогда не станет меня обманывать, потому что он верит в меня также, как я верю в него! — Потому что вы с отцом на одной стороне… — Подтвердил свои опасения Гарри. Малфой поднялся с рабочего стула, подошел к Гарри вплотную и жестко сказал, чтобы у Поттера больше не осталось никаких глупых мыслей вроде этой: — Сейчас есть только одна сторона — сторона Дамблдора, и никакой больше. То, что мой отец выступает против директора — не означает, что он настроен против тебя в том числе. — Но это может измениться с приходом Волдеморта. — Драко дернулся не только от названного имени, но и от того, с какой желчью из уст одиннадцатилетнего ребенка оно было процежено. — Он мертв. — Не совсем. Но скоро будет, если все пройдет как надо. — Тебе что-то известно? — Да. И ты должен понять, почему я не смогу ничего тебе рассказать. — Понимаю. — После недолгой паузы согласился Малфой. Каких бы сильных дружеских чувств он не испытывал к Гарри, но этого было явно недостаточно для того, чтобы он пошел против отца. — Я предупреждаю тебя потому, что если вдруг что-то пойдет не так, то я хочу, чтобы Малфои к этому были готовы. Драко нисколько не сомневался в истинности слов Поттера, и потому ему становилось настолько гнусно и паршиво оттого, что Гарри, у которого никого нет, относится именно к нему как к своему другу, а он не может пообещать взамен ему того же. — Если все обойдется, то ты приедешь к нам на каникулы? Мама точно не будет против, и отец теперь тоже… — Гарри улыбнулся: Драко остался тем же Драко, каким и был. Возможно, даже стал чуточку лучше. — Думаю, что я смогу. Хотя, знаешь, на каникулы у меня грандиозные планы! — Прям грандиозные? — Не то слово, — Поттер ехидно хихикнул. — Расскажешь? — Ну-у, — начал Гарри, — эта мысль созрела у меня не так давно, ведь она требует наглости, которой я за это время понабрался у тебя. — Драко легонько ударил брюнета в плечо: — Но-но! Прямолинейности! «…» *** «Сокровище! Там спрятано сокровище для смельчаков!» *** На следующий день в Большом зале за завтраком пустовало два стула. — Никто не знает, куда подевались Дамблдор со Снейпом? — Озвучил вопрос вместо Гарри Драко. — Их вызвали в Визенгамот. — Подключилась Пэнси, сидящая на два стула левее Малфоя. — И при чем тут наш декан? — Самой интересно. Не то, что бы Гарри из-за отсутствия Дамблдора вдруг начал переживать, он взрослый человек как-никак и ответственный, но с ним в замке было спокойнее. «Может, стоит отправить эльфа посторожить коридор в его отсутствие». Так Гарри и сделал. Немного нечестным было использовать домовика в своих личных целях, но Дипси, как и все его собратья, был благодарен Поттеру за изгнание Волдеморта, поэтому и охотно соглашался выполнять любые поручения. После двух лекций по истории магии, на которых Гарри ничего не записывал (за него все делало перо) и последующих двух уроков по зельеварению, вместо которых была проведена контрольная по трансфигурации, Драко начал уговаривать Гарри покататься на метлах, на что тот категорически отказывал. — Но почему? Мы всегда с тобой летали по средам! — Прости, но давай завтра… — Тебе все равно нечего делать! Ты ведь не собираешься киснуть в библиотеке в такой-то день? От ответа Гарри освободил аппарировавший домовик, вернувшийся с новостями: — В коридоре ученик. — Извини, Драко. Мне срочно надо уйти! Дипси, показывай дорогу! — Что? Куда это вы? — Спросил Драко в спину убегающему Поттеру. — Придурок… — С нотками обиды выругался Драко и пошел в сторону квиддичного поля, как резко передумал, развернулся и побежал вдогонку, по дороге проверяя на месте ли его кольцо. *** Гарри пробегал по последнему лестничному пролету, расталкивая на своем пути школьников и попутно извиняясь. Многие из ребят оборачивались ему вслед, потому что нечасто в жизни можно увидеть, как слепые люди бегают по передвижным лестницам. Добравшись до нужного коридора, Гарри побежал вдоль него, попутно соображая, что он намерен предпринять. «Зачем я туда бегу? Я ведь совсем не знаю, что находится за дверью! А если там то, что способно убить?» — Поттер остановился на полпути. «Нужно сообщить взрослым». — Гарри! — Поттер резко протянул вибрисы вглубь коридора, где нащупал лицо Рона. — Что ты здесь делаешь? Уходи! — А сам-то что пришел? Хочешь отобрать мою славу? — Донесся ответный крик из конца прохода. — Нет, я просто… Я расскажу учителям! — А мне плевать! — Рон переломил замок кусачками, который свалился на пол с громким звоном и зашел внутрь. — Рон! — Гарри, даже не думай! — Голос Драко донесся с противоположной стороны коридора. Гарри немедля протянул свои нити к нему, чтобы обнаружить сбившееся дыхание блондина, передаваемое волосками. — Дипси, расскажи МакГонагалл что происходит. — Домовик исчез под аппарационный хлопок. — Гарри, пообещай, что ты останешься ждать взрослых. — Малфой подошел ближе. — Да, я останусь ждать. Ситуация с троллем не повторится. — Почему? — Знаешь же, там опасно! — Гарри попытался придать страха голосу, что повеселило Драко. — Но, может, заглянем хотя бы внутрь? — Находиться одним в немом коридоре, где можно "умереть самой мучительной смертью", стало жутковато, ведь неизвестно что уже могло случиться с Уизли. — Не-а. — Драко взял Поттера за руку, чтобы тот даже не думал отойти от него. Но Гарри знал, как сможет добиться своего. — Даже под мантией? — Брови Малфоя подпрыгнули вверх: ему безумно нравилась мантия-невидимка Певереллов, которую не то, чтобы надеть, даже просто посмотреть на это сокровище было мечтой многих древних семей. Но Гарри оказался таким занудой, что ни под каким предлогом после первой примерки не давал ей воспользоваться Драко: видите-ли, подглядывать за девочками — низко, а пугать кого-то — нечестно. И вот он шанс. — Она у тебя с собой? — Гарри расстегнул молнию сумки и достал серебристую ткань, от которой у Драко загорелись глаза. — А ты… подготовился. — Гарри ухмыльнулся и накинул мантию на себя, но тут его шрам кольнуло. — Прячься! — Пошептал он, а в следующий миг из конца коридора раздались шаги, и Гарри даже не потребовалось удлинять нити, чтобы разобрать, кому они принадлежат. Чем ближе он приближался, тем сильнее наливался кровью шрам и пульсировал — это было похоже на предупреждение, что высовываться не стоит. Квиррелл дошел до двери, поднял сломанный замок, покрутил его в руках, усмехнулся и вернул металл на место, произнеся: "Репаро", а затем — зашагал вдоль коридора обратно, что-то бурча себе под нос. Малфой смотрел на все это с нескрываемым удивлением, а Гарри отказывался понимать то, что только что произошло: Квиррелл решил не спасать Рона? — Зачем он это сделал? Разве он не должен был остановить Уизли? — Спросил Драко, когда Квиррелл скрылся за поворотом. — Точно не знаю… — Гарри призадумался. — Возможно, существует другой вход, или Квиррелл пошел к камину доложить Дамблдору, а потом вернется. — Но для чего тогда возвращать замок на место? — Ситуация и впрямь выглядела подозрительно, но Гарри сумел придумать ей разумное объяснение: — Чтобы за время его ухода никто из учеников не последовал за Роном. Озвучив свой довод, Гарри расслабился: в конце концов, не могут же Рон или Квиррелл быть пособниками Волдеморта, да и Дамблдор бы не оставил школу без присмотра. Все-таки зря он разнервничался и впутал в эту историю Драко, Дипси и МакГонагалл, которая, поверив домовику, наверняка придет в пустой коридор с запертой дверью, и после ложного шума снимет очки со Слизерина. Если, конечно, найдет их. Под молчаливое согласие двое нарушителей стремглав покинули Запретный коридор. *** — Квирри, наконец-то Дамблдор принесет нам то, что обещал! — В пустом зале златого цвета по его центру стоял профессор ЗОТИ в покосившемся тюрбане и ждал, когда же придет Гарри Поттер. — Квирри, эй! Ты чего такой серьезный? Мы же мечтали об этом не один год! — Просто замолчи и действуй согласно плану! Не хватало еще, чтобы он нас услышал, когда придет. *** ПЛЮХ! Рон приземлился со странным приглушенным звуком — похоже, он упал на что-то мягкое. Он сел и огляделся. Глаза его еще не привыкли к темноте, но было такое ощущение, словно он сидит на каком-то растении. Привыкнув к сумеркам, мальчик посмотрел себе на ноги, и обнаружил, что ползучие побеги умудрились связать его ноги так, что он этого даже не заметил, но чем больше усилий он прикладывал, тем сильнее и быстрее обвивались вокруг него змееподобные отростки. Рон принялся звать на помощь, но никто его не слышал. Жилистые стебли начали пробираться к его плечам, а затем и к горлу; чем больше он сопротивлялся, тем быстрее происходило убийство. Затем, когда мальчик уже отчаялся, а его сознание начало уплывать, откуда-то сверху по нему ударила яркая вспышка света, которая заставила растения свернуться, и Рон упал вниз. Вернув себе обладание над телом, Рон погладил посиневшую шею и взглянул наверх — туда, откуда должна была прилететь вспышка, но ничего, кроме открытого над потолком люка — единственного источника света, не обнаружил. — Эй, там кто-нибудь есть? — ответом последовала тишина. А ведь тогда, заметив в комнате играющий инструмент, а в коридоре на подходе Поттера, Рон решил, что у него появился конкурент на звание самого отважного парня школы, и не подумав прыгнул в люк, даже толком не разглядев, куда тот ведет. На самом же деле мальчик проник в будку пса ради того, чтобы дать попробовать животному мясо, в которое добавлена щедрая доза зелья для сновидений, опять же взятого у братьев. После того, как животное бы уснуло, Рон планировал открыть, как он думал, подвал и достать свою награду, но события приняли неожиданный поворот: животное уже было усыплено, а место, куда он свалился, оказалось смертельно опасным, и в голове у мальчика совершенно не возникало идей, как он сможет выбраться отсюда. Не найдя иного решения, Рон толкнул единственную дверь, ведущую из помещения, за которой обнаружил комнату, в ней — несчитанное количество летающих на стрекозиных крыльях ключей, дверь, а на полу — метлу. Рональд Уизли, догадавшись, чего от него ожидают, обрадовался: именно этот его полет войдет в историю дебютным! *** — Квирри, я начинаю переживать: мы уже час его ждем. *** — Конь на F3! — Крикнул Рон заколдованной шахматной фигуре, которая по его команде двинулась вперед и подставилась под удар вражеской королевы. Сам же Уизли стоял на месте короля и смело раздавал приказы, ведь игра в шахматы была одной из немногих вещей, которые ему хорошо удавались. *** — Квирри! Я устал и хочу на Мальдивы! — Если ты этого правда хочешь, то имей терпение! *** — Десять негритят отправились обедать, — мальчик проговаривал детскую считалочку вслух, чтобы не сбиться, — Один поперхнулся, их осталось девять. *** — АААААААААААААА! Ну все, я пошел! — В таком виде? *** — Двое негритят легли на солнцепеке, один сгорел — и вот один, несчастный, одинокий… *** — Нет, мы уходим! — Стоять! *** — Последний негритенок поглядел устало, он пошел повесился, и никого не стало. Указательный палец Рона остановился над маленьким темно-зеленым флаконом, в котором жидкости оказалось на один глоток. Мальчик его выпил и пошел к черному пламени. *** — Дурак! — Балбес! — Пенек! — Балбес! — Уже было! — Стоп. Ты слышал? *** Рон собрался с духом, подходя вплотную к черным языкам огня. В следующую секунду пламя лизнуло его, но он ничего не почувствовал. На какое-то мгновение огонь закрыл от него то, что находилось впереди. А затем он оказался в следующем зале. Последнем зале. Однако тут уже кто-то был. И это был не Дамблдор. И не МакГонагалл. Это был тот, кого Рон меньше всего рассчитывал здесь увидеть. Посреди комнаты стоял профессор Квиррелл. — Профессор? — изумленно выдохнул Рон. — Квиррелл улыбнулся. Лицо его, обычно конвульсивно дергавшееся, на сей раз выглядело невозмутимо. — Именно, — подтвердил он. — А я все гадал, кого же я встречу здесь, Уизли. И, надо бы признаться, не вас я ожидал увидеть. — Лицо Квиррелла приняло враждебный вид: нескрываемая злоба пропитала каждый миллиметр его физиономии — и ясно отчего. Рон тоже нахмурился, потому что несложно стало догадаться, кого именно хотел видеть профессор вместо него — Поттера. Конечно же его — бедного слепого мальчика, поплатившегося глазами во имя изгнания Зла; мальчика, который прожил в приемной семье маглов одиннадцать лет, и который при всем при этом практически не отстает от других по изучаемым дисциплинам (разве что ЗОТИ особенно тяжело ему давалось). — Если вы ждали Гарри Поттера, профессор, то он не придет — он испугался и не прыгнул следом за мной. — Глаза Квиррелла приоткрылись от удивления, но он быстро вернул себе самообладание: Альбус Дамблдор — гениальный стратег и манипулятор всегда имеет план про запас, и он, скорее всего, уже вернулся с собрания и за всем наблюдает. — Глупый мальчишка! Ты хоть понимаешь, что ты натворил? — Квиррелл ощетинился, и только сейчас Рон заметил, что тот больше не заикался. У мальчика появилось чувство, будто перед ним стоит совершенно незнакомый ему человек, но ярость, зависть и обида не образумили его: — Да, я пришел сюда и заберу то, что должно принадлежать мне! Я первым нашел это место, а не Гарри! — Да как ты смеешь! Ты хоть понимаешь, с кем разговариваешь? — Квиррелл приготовился снять тюрбан, как из-за его спины появился Дамблдор из скрытого помещения. — Профессор Квиррелл, Рон, — кивнул он каждому, и оба слушателя уставились на директора в ожидании. — Рон, послушай, мой коллега совсем не это хотел сказать. Но объясни мне, что ты ожидал найти в Запретном коридоре? Рон потупил взгляд, потому что директор не накинулся на него с поздравлениями и похвалой, но ответил: — Награду за смелость, что же еще? Вы ведь для этого все организовали, директор? Дамблдор лишь легонько улыбнулся и пробурчал больше себе под нос, чем кому-то из зала: «Понятно». Затем старый волшебник поднял правую руку, направил ее на мальчика и прошептал: — Обливиэйт. *** — Дамблдор, честно слово, мы не знали! — Принялся оправдываться Квиррелл, когда спящего Рона унесли домовики. — Все в порядке, я отдам вам эликсир, как и обещал. — Правда? — Подключился ранее отсутствующий Билли. — Да. То, что случилось, не ваша ошибка. — Старик залез в карман мантии и достал оттуда маленький коричневый пузырек, который передал в руки Квиррелла. — Спасибо. — Дрожащими руками бывший профессор ЗОТИ схватился за бутылек, и опрокинул его содержимое себе в рот. В этот же момент удивительные метаморфозы начали происходить с его организмом: голова рывком разделилась надвое поперек, а затем задняя из половин медленно развернулась к директору. По скорченным лицам и стонам Квиррелла и Билли было видно, как тяжело давался им процесс разъединения. В местах растаскивания нависали жилы, мясо и кости, которые быстро приходили в движение и вставали на свои места, после чего покрывались кожей. Затем то же самое произошло с их шеями, плечами и руками. Когда дело дошло до ног мужчин, единый организм рухнул на пол из-за неустойчивого положения. На теле рвалась одежда, штаны трещали по швам, а лакированные туфли буквально лопнули и разлетелись в стороны. И затем, когда вместо двух ступней на полу лежало целых четыре, действие эликсира завершилось. Дамблдор одним взмахом трансфигурировал из разорванных клочьев одежды две простыни, которые отлевитировал изнеможденным мужчинам. *** — Рон! — Подошел Гарри к мальчику, как только почувствовал того за завтраком в столовой. — Что вчера произошло? — А что вчера произошло? — Удивился Рон. — Ну, ты вчера пошел в Запретный коридор и не вернулся... — Ты в своем уме, Гарри? С чего это мне туда ходить? — Не знаю... — Вот и я не знаю. — В животе у рыжего заурчало. — Ну, тогда, можно я пойду за стол? — А, да... Конечно. — Гарри виновато отступил. *** Квиррелл, поднявшись, пошевелил руками, согнул и разогнул пальцы, и это получилось у него так легко и свободно, как не было уже много лет. И ничье чужое сознание, в частности Билли, не мешало ему и не боролось за право управлять телом. Наконец-то он свободен, он волен, теперь только он один властитель своей жизни! А сейчас, вспоминая все те годы страданий, которые Квиррелл прожил из-за одной единственной ошибки, он понимал, насколько глуп и наивен был раньше, раз попытался обмануть Темного Лорда. *** — Как это он ничего не помнит? — Малфой закинул ногу на ногу и нахмурился. — Он вел себя так, будто его не интересовал тот коридор. — Гарри, сам того не замечая, повторил позу собеседника. — Похоже на Обливиэйт. — Поттер впервые о таком слышал. — Что это? — Заклинание забвения. Им ты стираешь воспоминания человека и вставляешь на их место новые. — Звучит сложно, но зачем кому-то потребовалось проделывать это с Роном? — Наверное, внутри случилось что-то такое, о чем не следует знать всем. — Гарри согласился с Драко: если за дверью находились ловушки, призванные поймать Волдеморта, но в них попался Рон, то тогда мальчику лучше бы было забыть о пережитом кошмаре. Все-таки Квиррелл позаботился обо всем вчера, но вот что странно: он не появлялся сегодня за завтраком. — Ты не знаешь, где профессор Квиррелл? — Нет. Так ты тоже это заметил. *** Квиринуса Квиррелла после недавнего загадочного случая так никто и не увидел внутри стен школы. Одни говорят, что его уволил Дамблдор за некомпетентность, другие, что он уехал куда-то на острова; сам же директор не комментировал по этому поводу, только сказал, что ЗОТИ до конца учебного года будет вести Снейп. Вскоре после этого в школе начались годовые экзамены, к которым уважающие себя студенты (а таких, видимо, немного), должны были начинать подготовку по рекомендованному министерством плану — то есть за месяц до сдачи. Большинство же детей либо не готовились к ним вовсе, либо уделяли самоподготовки времени не больше недели, ведь стараться-то незачем: их и с "удовлетворительно" переведут на следующий год. Таким образом самый запоминающийся год в жизни не только Гарри, но и многих других детей подошел к концу. И как бы сильно мальчику этого не хотелось, но оставаться в Хогвартсе ему на лето нельзя. И вот, не успел Гарри оглянуться, как уже стоял с чемоданом на вокзале Кингс-Кросс рядом с другими учениками, покидающими платформу.