Беспризорный пёс

Неко теперь глубочайше обижена на меня и не разговаривает уже два дня. Не трудно догадаться, что и иллюзорных встреч в это время не происходило. А я, так привыкнув к ним, безумно тоскую. - Я принёс рисовые пирожные, - как можно более равнодушным тоном произношу я, захлопывая входную дверь и разуваясь. Знаю, что девушка всё прекрасно слышала, но кошачья гордость не позволяет ей броситься ко мне за угощением. Захожу в комнату и вижу хмурую Неко, смешно надувшую щёки. - Хватит обижаться. Это глупо. Зря я это сказал – девушка только ещё больше нахмурила светлые брови и отвернулась к окну. - Все пирожные – твои, только не обижайся больше, - уже мягче произнёс я, ставя перед девушкой на кровать коробочку с лакомством. Неко поднимает на меня глаза, полные недоверия и по-детски сильной обиды. - Все? - Да, - я улыбаюсь и кладу руку на её тёплую макушку, нагретую солнцем. Не стоит ей говорить, что на пирожные я потратил последние деньги, да ещё и ушёл раньше с работы, чем в очередной раз доказал шефу свою бесполезность. Но чувство вины перед девушкой всё же сильнее здравого смысла. - Ты правда любишь Широ? – внезапно спросила, немного оттаяв, Неко и потянула за конец ленты, обхватывающей коробку. На секунду я замялся, но после твёрдым голосом ответил, что так и есть. - Сильно? – девушка добралась-таки до пирожных и с восторженным вздохом осмотрела всё, что ей предстоит съесть. - Не знаю… Наверное. А ты любишь? - Очень! Глаза Неко заблестели такой искренней нежностью, и мне на миг стало очень стыдно. Что мои неясные чувства, в которых сомневаюсь даже я сам, перед чувствами этого чистого существа, открытого и преданного своему сердцу? - Неко, я люблю его немного по-другому, нежели ты. Кошка вопросительно посмотрела на меня, пережёвывая пирожное и держа перед лицом испачканную ладонь. - Он тебе, как брат, а я… - Я понимаю, - с набитым ртом проговорила она и деловито облизала пальцы, - но Широ всё равно только мой. - Да-да, но позволь мне делать, что захочу, хотя бы с иллюзией, - чуть повысив голос, возражаю я, начиная раздражаться. Ну что за собственница?! - Не буду больше создавать его, - отрезала она и добавила, улыбнувшись: - Очень вкусно. Мне лишь кажется, или в этом недалёком полуживотном намного больше интеллекта и изворотливости, чем я думал? - Ну ладно. Отлично, - спокойно произношу я и встаю с кровати, решительно глядя в окно. Солнечный день – самое время для перемен. Уйду с работы, уйду из этой тесной квартиры, уйду от этой взбалмошной кошки, хоть её и нельзя оставлять одну. Стану бродячим псом, облезлым, голодным, медленно умирающим от тоски и одиночества. Зато свободным. Разве не прекрасно жить без хозяина? Наверное, вот только собаки – звери, которым обязательно нужен кто-то рядом… Выбегаю за дверь. Вдогонку мне летит жалобное «Куро, ты куда?!». Солнечные лучи надоедливо ласкают кожу, ветер бросает в лицо растрепавшиеся волосы. В спешке забегаю в магазин, где меня уже поджидает начальник, будто знал, что я приду. - Увольняешься? – он понимающе смотрит на меня, курит, выпуская в воздух клубы дыма. Киваю, не в силах что-либо сказать. Шеф вздыхает, стряхивая пепел в коробочку из-под маринованной редьки. - Забери свои мечи, - протягивает мне ключ. Или тот всегда находился при нём, или шеф действительно знал, что я приду увольняться именно сегодня. Мужчина забрал оружие, являвшееся неотъемлемой частью меня, как только принял на работу. - «Ты не телохранитель и не якудза. Ты обычный продавец в круглосуточном магазине. Отдай их пока мне, я сберегу, обещаю». Почему я поверил этому странному незнакомцу? Да просто чувствовалась в нём сила и чистота разума, делавшие его схожим с мастером Ичигеном. Поэтому я без раздумий доверил часть своей души этому мужчине. Теперь же он возвращает мне оружие, как и обещал, позволяя уйти. Только вот сожаление в его глазах заставляет чувствовать себя предателем. - Спасибо вам за всё, - я поклонился, принимая ключ. - Не за что, парень. Удачи тебе… Я кивнул и тут же сорвался с места. Щелчок. Скрип дверцы шкафчика. Гладкая прохлада в руках и почти вселенский покой. В кончиках пальцев, сжимающих оружие, отдаётся пульс, и кажется, что у мечей тоже есть сердце. Выходя из подсобки, я любовно поглаживаю рукоять одного из верных друзей и чувствую себя, наконец, целым. Почти. Если не считать самой большой дыры в сердце, которую не может заполнить даже возвращение мечей. Подходя к кассам, улавливаю ничего не значащие реплики: - …ас 150 йен. - Секундочку. В несколько стремительных шагов достигаю места, откуда послышался знакомый голос. Неверяще смотрю на красный зонт, зажатый подмышкой у белобрысого парня, который шарит по карманам широких шорт. Дышу? Вроде, да… - Исана Яширо? Парень оборачивается и с озорной улыбкой спрашивает: - Не одолжишь 50 йен? Я верну позже. - Что за… - оглядываюсь по сторонам, ища глазами девушку-кошку. Решила отомстить мне, зверюшка? Но светлой макушки с кошачьими ушами нигде не видно. Исана подходит ко мне и протягивает пачку с пастилой. - Будешь? Молчу, боясь поверить, что, возможно… Протягиваю руку и дрожащими пальцами касаюсь тёплой мягкой кожи. Господи… Яширо накрывает мою ладонь своей и медленно опускает веки, растягивая губы в одной из самых чудесных улыбок, что мне доводилось когда-либо видеть. Что с ней сравнится? Эта улыбка прогонит тьму даже из самого холодного сердца. - На нас весь магазин уставился, так что… - произносят эти губы, но я даже не думаю проверять слова парня. Весь я сейчас – сгусток счастья. Обнимаю своего господина, неповторимого Серебряного короля, другой рукой и прижимаюсь к его открытому рту губами, не позволив договорить фразу. Удивлённый выдох Яширо и сотни таких же вздохов вокруг. Вообще-то, больше всех здесь удивлён я. Исана неловко отвечает на поцелуй, по-прежнему сжимая мою ладонь, только теперь чуть сильнее. От него пахнет солнцем, городской пылью, чем-то ещё тёплым и уютным… Иллюзии ведь не пахнут. Иллюзии не дрожат, призывающее раскрывая мягкие податливые губы, и уж точно не могут плакать. Собираю языком солёную влагу с его щеки и шепчу: - А теперь, господин, вы мне всё объясните. - Да-да, - Яширо усмехается, слегка ткнув меня в живот ручкой зонта, - только прекрати пугать покупателей.