~~~
Прескотт не появлялся в академии уже два дня, и в общежитии его тоже не было, никто из их с Макс общих знакомых его не видел. Однако у Колфилд ещё остался один вариант, который она не отработала, несмотря на то, что он был самым очевидным. — Виктория! — окликнула она шатенку в брендовом бирюзовом платье с воздушной юбкой. — Чего тебе, Сэлфи? — уже открывая свою дверь, обернулась девушка. Всё же после их разговора, Чейз стала более терпима к объекту симпатии своего лучшего друга. — Ты не знаешь где Нейт? Его нет второй день в академии, я волнуюсь. — Хммм… — размышляла девушка, проходя в свою комнату, следом за ней зашла Максин. — Да, мне он тоже ничего не говорил… я не знаю где он. Ты не пробовала ему звонить? — Я не настолько тупая, Вик. Телефон не в сети, — гостья обратила внимание — Виктория начала волноваться. — На самом деле, я тоже заметила, но надеялась, что он просто завис в каком-то баре. У него бывает, — она присела на диван. — Так, ладно, пойдём иным путём, — девушка набрала номер. — Привет, пап… А ты Шона Прескотта давно видел? … Просто Нейтана уже два дня в академии нет. Я волнуюсь, может, он знает где его сын… Нет, в общаге его тоже нет… Да, это было бы потрясающе, спасибо! — лёгкая улыбка отразилась на её лице и она сбросила вызов. — Он узнает у Шона, а если тот не в курсе, то узнает не выезжал ли Ней из города, — сообщила Колфилд голубоглазая. — Тогда скажешь? А то я места себе не нахожу, — вздохнула гостья. — Само собой. А что вообще позавчера произошло? — всё же задала вопрос хозяйка комнаты. — Он неправильно понял, — кратко ответила Макс, но Викторию это не устроило. — Что? — Это, — она закрыла дверь и стянула с шеи шарф. — И? — разглядывая засосы на шее шатенки, изогнула бровь девушка. — Ты же знаешь, что между нами что-то неопределённое, но я хочу быть с ним и я не стала бы его предавать. А он подумал что я сплю с Уорреном… — на её лице появилось отвращение. — А откуда это? — От Уоррена, — нервный смешок. Макс всё ещё очень противно. — Но всё было не так! Совсем не так, — поспешила добавить шатенка. Не хватало ещё чтобы Чейз всё восприняла как Нейт. — А как тогда? — Как у тебя с Джефферсоном, только я помню всё, — тихо сказала Колфилд, слегка закатав рукав платья, показывая синяки от пальцев парня на запястьях. — Он тебя изнасиловал? — Виктория смотрела на гостью во все глаза, а Колфилд отвела взгляд вместо ответа. — Охренеть… я вообще не думала, что он осмелится завести разговор с девушкой, а тут такое… — С такой, как ты, не осмелится. — Да брось, у нас больше общего, чем поначалу кажется. Нейт не знает, как понимаю? — Он не стал слушать, — покачала головой Колфилд. — Ему нужно знать, — констатировала Чейз, — иначе он будет считать, что его предали…, а его доверие более хрупкое, чем крылья бабочки, можешь мне поверить. И если реально предать его однажды, он больше никогда не подпустит тебя к себе… Я понимаю насколько это сложно для тебя и что Нейт будет вне себя. Но иначе никак… Он убьёт Грэхема, если тот попадётся Нею. — Я что-нибудь придумаю. Лишь бы он меня выслушал. — Я дам тебе ключ от его комнаты. Закроешь дверь изнутри и отвлечёшь его как-то, иначе с ним не совладать… — Она меня одобрила? Что такого есть во мне, чего не было в Рэйчел и Кейт, что Вик готова доверить мне Нейта? — А Грэхем? — Что он? — непонятливо спросила девушка. — Ты боишься его? Только честно, я пойму, ты знаешь, — Чейз очень выразительно посмотрела на объект чувств своего лучшего друга. — Да, — немного подумав, ответила шатенка. — Значит, придётся принять к нему меры, — решительно сказала Вик. По её голосу Максин поняла — она что-то задумала. — Какие? — с опаской поинтересовалась Колфилд. — Узнаешь, — кошачья изящность чувствовалась даже во взгляде этой девушки. Прочитав немой вопрос в глазах гостьи, хозяйка комнаты продолжила. — Ты начнёшь его жалеть, а он должен ответить за содеянное. Такое не прощают, Сэлфи, — Чейз потянулась за телефоном и ответила на звонок. — Да, папуль… Где? … Ну что же, могло быть и хуже. Ладно, спасибо большое, — легко улыбнулась Виктория, сбрасывая вызов. — Он в Портленде. — Как так быстро…? — Мой папа — федеральный судья. Когда он просит о чём-то, никто не может отказать, — едва заметная улыбка промелькнула на тонких губах, накрашенных блеском. — А что значит, что могло быть хуже? — Пару раз он уезжал в Солт-Лейк-Сити, а однажды — в Даллас. В Портленд он примерно раз в полгода мотается. Нервишки успокоить, как говорит. Я не знаю что он там делает. Всегда ездит один. — Но ты же с ним в Солт-Лейк-Сити на колесе обозрения каталась, — вспомнила Колфилд. Осознание того, что Нейтан жив и здоров, насколько это понятие вообще к нему применимо, очень успокаивало. — Я видела фото в его комнате. — Мой папа навещал сестру и прихватил нас с собой по моей просьбе, — во взгляде голубых глаз появилось тепло. — Нейту нужно порой сменить обстановку, отдохнуть от отца. — Надеюсь, что смогу однажды уехать с ним, — тихо сказала Максин. — Я тоже на это надеюсь, — Вик вложила ей в руки ключи с брелком-китом.14.
16 мая 2018 г., 23:52
Заняв своё место, Макс дожидалась второй пары. Уговорить себя этим утром прийти сегодня в академию стоило ей титанических усилий. Мало того, что по расписанию они обычно пересекаются с Уорреном, так ещё и пара у Джефферсона стоит. Однако надежда увидеть Нейтана оказалась сильнее нежелания встретить своего насильника или маньяка-преподавателя.
Конечно, увидев утром себя в зеркало, шатенка с трудом поборола вновь напавшую истерику, полчаса провела в душе и ещё сорок минут подбирала наряд. Ей пришлось несколько раз отматывать время, чтобы не опоздать на пары. В итоге она остановила свой выбор на фиолетовом платье с длинным рукавом и шарфом. Оно идеально скрывало все синяки, оставленные Грэхемом на нежной бледной коже девушки. Да и у Максин как раз нашлись балетки в цвет этого платья. Вчерашние джинсы и водолазка были отправлены в коробку на шкафу, Колфилд сомневалась, что сможет когда-нибудь вновь надеть эти вещи. Слишком противно.
И вот, в дверях появился худой парень с растрёпанными русыми волосами в красной кофте, коричневой куртке, чёрных штанах и ботиках. Взгляд его голубых глаз был колючим, как какой-нибудь кактус или защищающийся ёж. Сделав два шага в аудиторию, он замер как вкопанный, будто наткнувшись на какую-то невидимую преграду. Посмотрев на шатенку несколько секунд не моргая, Прескотт вылетел из аудитории. Макс бегло глянула на себя в отражение телефона и поняла — шарф немного съехал и багровые засосы, образующие узор на её шее стали достоянием общественности.
Вскочив из-за парты и прихватив свою сумку, шатенка бросилась вслед Нейту, едва не сбив с ног заходящего в кабинет мистера Джефферсона.
— Максин, ты куда? — удивился мужчина, поправляя очки. — Вернись на своё место! — сердито воскликнул ей вслед Марк.
Она никак не отреагировала, на это, сосредоточившись лишь на фигуре парня, спешно удаляющейся по коридору. На ходу накинув курточку и поправив шарф, голубоглазая вылетела во двор и бросилась к парковке, пытаясь докричаться до Прескотта. Русоволосый, казалось, совсем ничего не слышит и не видит. Тонкая ручка схватилась за дверцу машины как раз в тот момент, когда Ней пытался её открыть.
— Нейт… — начала было девушка, несколько запыхавшись от беготни.
В добавок к этому дул довольно сильный ветер и гонимые им капли дождя довольно неприятно хлестали по открытым участкам кожи, однако это нисколечко не заботило двоих учащихся, пристально смотрящих друг на друга и не обращающих никакого внимания на то, что прозвенел звонок на пару.
— Отъебись от меня, шлюха, — прорычал голубоглазый. Зачем ты так?!
— Не…
— Я сказал иди нахер, — зло процедил русоволосый.
— Да мать твою, Прескотт! — со слезами на глазах воскликнула шатенка.
— Мою? Макс, я поверил тебе, а ты… — его голос звенел, трясущейся рукой он сорвал с её шеи фиолетовый шарф, открывая свету «ожерелье», — предала меня. И с кем… С этим ничтожеством-Грэхемом! Да лучше бы, блять сразу нож в спину всадила — сдох бы быстрее, а то от боли корячится не вставляет. Мой выродок-папаша и то более человечен!
— Я не… — мокрые каштановые локоны по велению ветра закрывали обзор, налипая на лицо.
— Молчи. Во имя, блять, всего святого и проклятого, — ярость в прозрачно-голубых глазах обжигала.
Сам же Прескотт давился болью и обидой. Он дышать-то с трудом мог — так сильно сковывало бессилие в этой ситуации. У него в голове не укладывалось — этот недоумок всё же говорил правду. Она предала его. А была ли она вообще ему верна? Вдруг всё, что между ними было — ложь? Как иначе можно целовать одного и тут же бежать к другому в постель? Кем нужно быть, чтобы так поступать с людьми, которые доверились тебе? Кем? Он не знал.
— Скажи мне, Макс, как он тебе в постели? Хорошо, наверное, с ботаником, — на лице парня отразилось отвращение. — Он-то, блять, наверняка знает как там надо по-научному-то, — каждое его слово было равносильно пощёчине. Почему он не слушает её? Хотя да, это же чёртов непревзойдённый и неисправимый Нейтан Прескотт. Если у Дьявола и есть сын, то это он. Ибо если он вспылит то всё, пиши пропало, но от этого было не менее больно. — Я бы так наверняка не смог, — худая рука сильнее толкнула дверцу машины, та всё же открылась и парень наконец смог сесть на сидение, скрываясь от сильного дождя.
— Всё было не так, как ты… — её опять перебили.
— А, вы ещё не все позы прошли? — язвительно спросил голубоглазый. Ему не было её жаль, ибо она причинила не меньше боли. — Жаль, что ты не оставила меня в том переулке, — негромко сказал русоволосый, захлопнул дверцу и был таков.
Перемотка не помогала. Три, пять, семь раз — одно и то же, ибо дальше парковки время не возвращалось вспять, а Нейтан её не слушал.
Ярко-голубые глаза парня напоминали две зияющих чёрных дыры или штормовые волны где-то в океане — если попадёшь в них, они тебя утопят. Эти же волны явно выбросили на берег несколько китов, оставив их медленно умирать под палящим солнцем. Точно так же Нейтан оставил Максин стоять на этой парковке под проливным дождём, заливаясь слезами. Она ещё несколько минут смотрела на тот участок дороги, где его машина скрылась из виду.
Шатенка злилась на него. Ну почему он не слушал?! Почему всегда нужно быть таким упёртым болваном? Она злилась на себя. Почему она не додумалась отмотать ещё в классе и поправить шарф? Прескотт, какого хрена ты разбил мою камеру? Столько всего можно было избежать… В то же время, спаси она Кейт, кто знает, как бы сейчас всё сложилось? Навряд бы Нейтан признался, так он мог не поссориться с Вик и Эван бы не так его ненавидел. Уоррен бы не сделал того, что сделал… хотя, он мог найти другой вариант осуществления своих грязных мыслишек.
— Макс, ты чего? — послышался позади взволнованный голос. Столь ненавистный теперь ей голос. Вспомнишь… вот и оно.
— Не подходи ко мне! — воскликнула шатенка, отступая на несколько шагов от кареглазого.
— Тише, я не причи… — начал говорить Грэхем, но девушка его перебила.
— Да как ты, блять, вообще смеешь разговаривать со мной, после того, что сделал?! — истерика снова семенит лапками по направлению к ней, дружелюбно виляя хвостом. — Что ты ему наговорил, придурок?
— Этой ошибке природы? — с насмешкой спросил шатен, за что получил звонкую пощёчину. — Правду. Только правду, что ты — моя, что он не имеет права к тебе прикасаться, — парень начал наступать, в карих глазах вновь появился маниакальный недобрый блеск.
— Макс, всё в порядке? — внезапно раздался знакомый голос откуда-то справа.
— Да, мистер Мэдсен. Только что-то мне нехорошо. Не проведёте меня до комнаты? А то Уоррену нужно идти, — она с надеждой посмотрела на мужчину.
— Да, конечно. Ты же совсем промокла!
До общежития Максин дошла под чутким надзором начальника охраны Блеквелла. Поблагодарив отчима подруги, голубоглазая пошла к себе. Упав на кровать, девушка выпила снотворное, чтобы уснуть. Это чувство опустошённости и бессилия лишали желания что-либо делать и с кем-то общаться. Уже уходя за Морфеем в его царство, она словила за хвост пробегавшую мимо мысль о том, что если будет часто сбегать от проблем в мир снов, можно однажды остаться там навсегда.
Проснулась она вечером, обнаружив несколько пропущенных от мамы и Хлои. Прайс так же написала СМС: «Максин, ты как там? Дэвид сказал, ты ссорилась с Уорреном. Что-то случилось?»
Перезвонив маме, девушка ответила Прайс на сообщение, что всё в порядке, просто они друг друга не поняли. Ты уже лучшей подруге врёшь. Дальше что? Замуж за Грэхема? Роман с Джефферсоном? Работать на Шона Прескотта? Ну ты даёшь, Макс… Она не могла рассказать о произошедшем, иначе вылезет история с Нейтаном, чего никак нельзя. И дело уже даже не в их разбитых чувствах друг к другу, открывающих его слабости, а в истории с Эмбер и Марком. Если это где-то выплывет — парню конец. А этого Максин совсем не хотела, так что оставалось только молчать.