1
14 апреля 2018 г., 14:06
тяжелый кашель в тысячный раз за день потревожил чону, засев глубоко в его лёгких и не желая отступать. парень сел на кровать, стараясь дышать тише и спокойнее, не провоцируя эти чудовищные мучения потревожить его вновь.
он чувствовал себя неважно уже третий день, а такое чувство, будто вот-вот ляжет в гроб от чумы, туберкулёза или всего сразу. чону не хотел обдумывать такие подарки судьбы, его больше заботило то, что сейчас в его с доёном квартире находился далеко не доён, а человек, которого ким чону желал видеть сегодня — да и в принципе, — последним. доён попросил вон юкхея присмотреть за больным чону и окружить его заботой, чего парень совершенно не хотел делать. он просто развалился в их гостиной и врубил стереосистему на полную, наплевав на ослабевшие барабанные перепонки чону. будто он здесь, чтоб дать волю своей бескрайней лени.
именно поэтому чону предпочел сегодня весь день провести наедине с таблетками от кашля, невыносимо жаркой кроватью и сном покойника. жаль, этот самый кашель не дал ему кануть в беспробудный сон на веки вечные.
парень уперся локтями в колени и опустил пылающую жаром голову в ледяные ладони. этот контраст был настолько отвратительным, что чону хотелось из кожи вон лезть, лишь бы все его кости не ныли от тупой боли, вызванной высокой температурой.
его дико раздражал юкхей и его идиотская музыка, которая шарашила на всю квартиру. лучше бы принес ему антибиотики, например.
— ч-чёрт.
растерев холодными руками горящее лицо, чону испытал невыносимое чувство безысходности. он забыл антибиотик на кухне, а путь туда лежал непосредственно через центральную комнату, где сейчас сходила с ума от безделия неприятная личность под именем «юкхей».
как же он его раздражал.
«спасибо, доён, что дружишь с таким мудаком и выбрал именно его в качестве моей няньки, — чону бросил гневный взгляд на часы, которые каждым щелчком секундной стрелки напоминали о необходимости приёма лекарства. — до ужаса бездарной няньки.»
он решительно встал с кровати, чуть покачнувшись, но сохранив баланс. парень подошёл к двери и открыл её, позволив отвратной громкой музыке усилиться вдвое и беспощадно ударить по ушам. ему захотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не слышать эту какофонию.
пройдя вдоль по коридору и миновав угол, по воспалённой сетчатке глаз ударил яркий дневной свет. закрыв рукой солнечные лучи, чону начал быстро моргать, а когда привык к освещению, его взгляду пристала картина маслом: юкхей развалился на диване с телефоном, гневно уставившись на чону. какая мерзость.
— что? — рявкнул он поверх музыки, если это можно было так назвать. — вали куда надо.
чону чуть не стошнило от отвращения. его лицо скривилось в гримасе злости и он на автомате красноречиво показал юкхею крайне неприличный жест рукой, поспешив ретироваться и не желая видеть его реакцию.
обычно он спокойный и терпеливый, но этого человека он в край не переносил. у доёна были отличные отношения и с чону, и с юкхеем, он отчаянно пытался их подружить. тщетно. он делал только хуже.
оказавшись на кухне, чону уставился на кухонные ящики. его голова решила, что информация о нахождении антибиотика лишняя и занимает много места. изучив содержимое нескольких тумбочек, он обессилено опёрся руками на столешницу и вздохнул. очень зря, потому что кашель дал о себе знать и снова потревожил разодранные в клочья лёгкие парня.
умывшись прохладной водой из раковины и слегка промокнув пылающее лицо салфеткой, чону заметил, что музыка в гостиной сошла на нет. в квартире воцарилась идеальная тишина, только за окном спокойно шуршал ветер. ему стало значительно лучше.
«какая честь,» — подумал про себя он и решил проверить угловой шкафчик на наличие лекарства.
как только дверца шкафа открылась, какой-то светлый предмет стремительно упал вниз и с шуршанием покатился по кафелю. опустив взгляд, чону узнал в этом предмете нужные лекарства. он не хотел прикладывать чудовищные усилия и поднимать их, но без антибиотиков он точно умрёт, а чону крайне не хотел радовать таким событием юкхея, который подозрительно затих в гостиной. парень не придал этому значения.
через силу опустившись на корточки и подняв пластмассовую баночку с пола, он заметил странную тень на кухонной тумбе перед собой. по голове ударило необъяснимое чувство, чону встал и развернулся.
юкхей резко перегородил ему путь и поставил на столешницу по обе стороны от него свои крепкие руки, не давая уйти в сторону.
— что это было несколько минут назад? — он уперся тяжелым взглядом в растерянные глаза чону. — не мог спокойно мимо пройти?
чону крепко держал в руках таблетки. он вжался в тумбочку, не зная, куда деться. парень напротив него был не на шутку зол из-за такой мелочи, и чону находил это немного странным.
— о чём ты? — он прикинулся дурачком, его выражение лица и голос были совершенно спокойны, хотя внутри вся его сущность сжалась в жалкий комочек от необъяснимого страха и отвращения.
«спокойно, спокойно… почему ты нервничаешь? всего лишь почти двухметровый болван зажал тебя между собой и кухонной тумбой. каждый день такое бывает.»
нихера не спокойно. чону каждой клеточкой чувствовал, как юкхей на него смотрит, как он приглушённо дышит, как он сильно напряг руки, опираясь на столешницу, будто в любую секунду готов придушить больного и беспомощного мальчика перед собой.
— не прикидывайся. — его голос прозвучал пугающе. — слать меня нахуй таким невинным способом не очень умно. меня от одного твоего вида воротит.
«как у нас много общего!» — усмехнулся про себя чону. юмора ему хватало даже тогда, когда он находился в такой щекотливой ситуации.
— так что же ты здесь делаешь, раз на дух меня не переносишь?
губы чону дрогнули в едва заметной издевательской улыбке. его забавило, как юкхей продолжает зверски смотреть в его глаза, не прерывая зрительный контакт. это очень будоражило и подливало масла в огонь.
юкхей молчал. у него на лбу было написано, что он не мог придумать оправдание, либо чону реально не мог распознать его намерения. ему это надоело.
— пусти, — вздохнул он и толкнул парня в грудь.
каковы были его ужас и разочарование, когда юкхей ни то что с места ни двинулся, да даже не дёрнулся. с тем же успехом можно пихнуть скалу. ухмылка в секунду исчезла с лица чону, вместо этого он тщательно попытался скрыть негодование в перемешку с разочарованием и испугом на лице.
— какой смешной, — теперь наглая самодовольная улыбка красовалась на губах юкхея.
— да что ты от меня хочешь?! — нервы чону дрогнули, и от этого неловкого возгласа его дыхание сбилось. теперь-то страх стал более явным.
— узнать, почему ты так себя ведёшь.
зрительный контакт стал опасным, но чону не мог отвести взгляд.
— а почему ты себя так ведёшь? как мудак. грубый, конченный мудак.
едва чону закончил свою реплику, как юкхей схватил его за подбородок одной рукой и резко сократил расстояние между ними. наклонившись над самым его ухом, чону ощутил его обжигающее дыхание, которое опаляло и так горячую кожу.
— потому что когда вижу тебя, у меня крышу сносит.
чону будто перекрыли кислород. хриплый полушёпот юкхея заставил его сердце ухнуть глубоко в пропасть, а и без того холодные руки похолодеть еще больше. в округленных от услышанного глазах ясно и четко читался страх и шок.
пожалуй, он никогда не испытывал настолько смешанных чувств. это так отвратительно, что чону передёрнуло от приятного низкого голоса юкхея. когда тот отстранился и отошел шага на два, чону резко стало холодно.
на лице юкхея не читались никакие эмоции. он бросил пустой вгляд на чону и покинул кухню. он чувствовал себя просто ужасно.
«что это значит? почему он такой странный? такой…»
он не решился закончить мысль даже в своей голове, почувствовав бешеный стук своего сердца.
ему понравилось. и это было сложно признать. интересно, а от такой болезни есть таблетки?..
