Темные тайны

Автобус медленно отъехал, будто надеялся, что вот сейчас она подскочит и побежит вслед за ним, стуча по закрытым дверям. Ведь ей, одиноко сидящей на остановке девушке, тоже куда-то надо. Это был уже четвертый автобус, который она пропустила. Каждый раз она напряженно подскакивала с места, когда видела нужную цифру, но тут же опускалась назад, бросая взгляд на экран телефона. Ноги ее подрагивали, а руки, хоть и спрятанные в карманах, озябли и покраснели. В Лондоне еще не наступили холода, была лишь ранняя осень, но ей все равно было зябко. Как в ту самую ночь, вот только вокруг не было ни единой души. Возможно, это тоже играло свою роль, ведь самые страшные монстры нападают именно тогда, когда мы остаемся в одиночестве. Гермиона вновь вынула телефон из кармана, чтобы убедиться, что ей не пришло ни единого оповещения. Она все ждала, когда же Гарри ей ответит, но сообщение так и оставалось непрочитанным. И девушка с каждой минутой ощущала себя все глупее и глупее. Она провела пальцами по экрану и открыла Facebook. В несколько кликов Гермиона нашла страницу Гарри и посмотрела его последние обновления. Кто-то из друзей отметил его на фото, где Поттер, абсолютно счастливый, сидел на диване и играл в какую-то видеоигру с одним из сокомандников. Под фотокарточкой значилась надпись: «Гриффиндор победители даже в тех играх, которые еще не выпустили в продажу!» Ей хотелось вцепиться себе в волосы и взвыть. — Какая же я дура! — прошептала Гермиона. «Конечно он занят чем-то поинтересней, чем тащиться с тобой в какую-то деревушку по непонятной наводке, которую бы и ты в здравом уме отвергла. Что это вообще за комментарий? Что это вообще за ситуация? Ты просто идиотка, поверившая, что вы друзья-не-разлей-вода. Никто бы с тобой никуда не поехал, даже если бы был свободен». Взгляд Гермионы упал на часы, и она с явным облегчением осознала, что ехать, куда бы то ни было, уже поздно. Она доехала до парка рядом с домом, а оставшийся путь как всегда преодолела пешком. Гермионе казалось, что чем скорее она вернется к своим старым привычкам, тем быстрее забудет о том, что с ней произошло в ту ночь. Ведь это была просто ошибка. Ей не следовало даже быть в том автобусе. Если бы она не засиделась в библиотеке, то… То этого бы с ней не произошло. В парке было многолюдно: велосипедисты, бегуны, мамочки с колясками. Гермиона до недавнего времени не боялась ни тишины собственного дома, ни темноты улиц, ни одиночества. Кто же знал, что одно нападение перечеркнет все то, что она считала собственной зоной комфорта? Дом был мочалив. Когда-то Гермиона читала, что мы сами определяем, как смотрим на вещи. Если мы хотим видеть во тьме монстра, то мы его в ней увидим. Если она сама хочет, чтобы ее дом был ее крепостью, то так и будет. Она ведь всегда была скептиком. Но почему-то не в последние дни. — Это не должно изменить тебя, — шепнула она себе. Тишина и одиночество. Это было у нее всегда. Она не спеша разделась, несмотря на иррациональный страх, прошла на кухню, чтобы включить чайник и разогреть свой обед, оставленный ей в холодильнике. Потом поднялась наверх, в свою комнату, чтобы переодеться в теплую пушистую пижаму и тапки. Гермиона обосновалась в гостиной, впервые после происшествия, включив телевизор и взобравшись на диван с ногами. Она ела неспешно, стараясь полностью распробовать вкус еды. А главное — стараясь игнорировать желание убежать в страхе в собственную комнату и закрыться в ней, забравшись с головой под одеяло. Страх не может ее победить. И, постепенно, напряжение, державшее ее тело целый день, отступило. Она расслабилась, растекаясь по дивану. Передача оказалась интересной и полностью захватила ее внимание. Гермиона смеялась, гладила Живоглота, хрустела попкорном. На миг ей показалось, что все было как прежде. Старая Гермиона в своей старой обстановке. Вот только в голове было совершенно пусто. «Зачем все это?» — мелькнуло в ее голове. Мысли зацепились одна за другую, вытягиваясь в цепочку вопросов и ответов. Ей было любопытно играть в детектива. Она никогда до этого не испытывала таких эмоций, не испытывала на себе влияние чего-то таинственного и заманчивого. Ее никогда не допрашивала полиция. И уж тем более она никому не лгала. О том, что произошло, знали лишь они трое. И эта темная тайна постоянно маячила во всех ее мыслях и снах, напоминая, что тут все не так просто. Что ответ не очевиден. Что все, о чем знают и думают окружающие, и на миг не приблизится к реальности, в которую они окунулись. Вот только и сама Гермиона понятия не имела об этой самой реальности. Тем слаще была разгадка этой тайны. И она знала, что и Гарри, и Драко сами не прочь разгадать эту тайну. Вот только… Вот только они думали не только о ней. У них была жизнь. Насыщенная, притягательная, полная друзей и приключений, которые без труда способны вытеснить все, что угодно. Может это с ними и не в первый раз вовсе? Быть может, им это и было любопытно день, может, два, но потом в их жизнь ворвались другие события. Спортивные соревнования, девушки и еще бог знает что. Они вовсе не хотели зациклиться на одной истории и жизнь положить на ее разгадку. А вот Гермионе показалось, что она вполне готова. Ведь это событие стало самым интересным приключением за последние десять лет. Нет, за всю ее жизнь! Каждый день был похож на предыдущий. Но в тот вечер, в автобусе… Гермиона поднялась наверх и села за рабочий стол. Она помнила сайт, где видела этот комментарий. Вот только сегодня его там не было. Она делала снимок страницы, чтобы потом предоставить его как доказательство друзьям, вот только… Гермиона откинулась в кресле и перевела взгляд на полку со своими наградами за учебную деятельность. Медали за олимпиаду блестели и переливались на заходящем солнце. Один из дипломов, стоящий за кубком, был настолько задвинут за другие награды, что даже не было видно за что и кому он вручен. Гермиона встала и подошла к своей призерской полке. Не бред ли все это? — Ну конечно, — сказала она вслух, отходя обратно к столу, — Не стоит выдумывать. Притягивать за уши события, которые даже с первого взгляда друг с другом не связаны. Удали, потому что это было чистой глупостью. Хватит. Она закрыла страницу сайта и окинула взглядом комнату. Она давно не убиралась. Груда вещей скопилась на стуле около шкафа, книги были разбросаны повсюду, а под кроватью наверняка были целые горы недоеденных снеков. В последние дни она совсем отбилась от рук. Гермиона недовольно втянула носом воздух. Дышалось тяжело. В комнате было темно из-за задернутых штор, только несколько лучиков пробивались в щели, создавая на стенах и потолке невнятные узоры. Гермиона открыла балкон и по полу тут же прошлась легкая холодная волна. Стало светло. Жадно дыша свежим воздухом, Гермиона быстро составила в уме список дел, которые она давно должна была сделать. Ее взгляд упал на стопку учебников в углу рабочего стола, и что-то внутри нее сжалось в страхе. Она совсем забыла про доклад для Макгонагалл! А Пинс? Реферат по истории совсем скоро нужно будет сдавать, а у нее дома даже нет подходящей литературы! Целую вечность она не обращала внимания на эту стопку книг. Пора было исправить это досадное недоразумение. Еще не хватало провалить эту четверть! «Теории заговора подождут. Пора заняться тем, что я больше всего люблю и лучше всего понимаю», — подумала девушка. Именно этим и следовало ей забивать голову. Никаких расследований. Никаких монстров. Никаких популярных мальчишек. Никаких подозрений, почему комментарий был удален и не заговор ли это правительства (а если заговор, то чем ей это грозит?). Пора возвращаться в свой мир. *** Куча подростков устремилась в столовую, пытаясь вломиться в одну дверь всем миром. Гермиона же не торопилась, прекрасно понимая, что толкаться локтями в очереди за куском пирога или десертом вовсе не входит в ее круг интересов. Она лучше подождет и поест в полном спокойствии, чем сломает себе шею в попытке достать кусок шоколадки. Поэтому она просто тихо подпирала стенку в ожидании, когда основная толпа пробежит мимо с дикими глазами. Спокойно поместив свои вещи в ящик, она пошла в столовую в полной уверенности, что ее друзья уже там. — Эй. Кто-то схватил ее за локоть. Гермиона вздрогнула. В ту секунду, когда она еще не видела, кто схватил ее, все в ней наполнилось паникой и страхом. Желудок сжался, а сердце в груди застучало быстрее. Это был Гарри, но страх все равно продолжал плескаться в ее крови, уже пустивший свои мерзкие лапки в ее голову. — Ты напугал, — сказала девушка, приложив руку к груди и чувствуя, как звонко и сильно стучит ее сердце. Она никак не могла успокоиться, поэтому пару раз глубоко вдохнула и выдохнула, наплевав на то, что это может выглядеть довольно глупо со стороны. — Прости, — Гарри взлохматил свои волосы и уставился на нее. Гермиона заметила, что он часто теребит кудри на своей голове, когда волнуется или чувствует себя не в своей тарелке. Он оглянулся и вновь поймал ее за локоть. — Отойдем подальше? — он потянул ее в сторону, и она пошла за ним не сопротивляясь. — Не хочу, чтобы нас могли подслушать всякие любопытные, — добавил он. Гермиона моментально ощутила себя в центре внимания и смутилась. Она понимала, что Гарри действительно был интереснейшей персоной в школе, поэтому и собирал вокруг себя толпу фанатиков, которые с удовольствием разживутся острой подробностью жизни их героя. Хотя скорее их заинтересует не содержание разговора, а с кем конкретно говорил «Избранный герой». В дальних коридорах, ближе к кабинету Астрологии, почти всегда было пусто. Там они и обосновались. Гермионе было интересно, зачем они притащились в такую даль, и с любопытством ждала каких-то подробностей. «Может, это касается полиции?» — мелькнуло в ее голове, и по телу вновь прошла волна страха и мурашки. Что, если они нашли доказательства, что ребята солгали? Ведь они не какие-нибудь глупые тинэйджеры, а взрослые и опытные следователи. Это только в голливудских сериалах подростки могут раскрыть дело под носом у полиции, убив по пути пару человек и удачно потом выкрутившись из всего этого безумства. А тут у них реальные трупы, Скотланд Ярд и нескладные рассказы о том, чего на самом деле не было. Хотя, если подумать, правда тут больше походила на вымысел, поэтому им бы все равно никто не поверил. — Гермиона, — прошептал Гарри, по-прежнему придерживая ее за локоть, — Прости, я получил твое сообщение только ближе к ночи. Что такое? Гермиона напряглась. Она и забыла, что отправила Гарри огромный поток сообщений с просьбами поговорить с ней, и что этот разговор, еще вчера срочный и важный, теперь уже не имел никакого смысла. Девушка тут же смутилась и обвела взглядом коридор, силясь придумать какое-нибудь оправдание. Как на зло в коридорах не было ни души, а у нее никакой важной причины, чтобы срочно исчезнуть из-под его пристального внимания. Хорошо, что Поттер Малфоя с собой не притащил. У того была просто фантастическая способность видеть, когда люди врут и вытаскивать из них правду. И неудивительно, ведь он и сам был патологическим лжецом. — Да ничего, — Гермиона нахмурилась и опустила глаза в пол. — Прости, что побеспокоила. Уже все в порядке. Гарри отпустил ее локоть и с удивлением посмотрел на девушку. — А что было не в порядке вчера? Я ведь… Гермиона вздохнула. — Слушай, прости, что не ответил… — начал было он, но Гермиона прервала его. — Что было, то прошло. Я просто слишком большое значение придала тому, что на самом деле не так уж и важно. Прости, что отвлекла. Это и вправду были пустяки. Она хотела обойти Гарри, но тот вновь поймал ее за локоть и заставил развернуться к себе. — Не пустяки, раз ты отправила столько сообщений. Мне показалось, что ты паниковала! Я чуть было не отправился к тебе посреди ночи и не вызвал Малфоя. Гермиона побледнела. — Ты же ему ничего не сказал? — вскрикнула она. — А? Нет, — Гарри вновь потянулся к своим волосам. — Он же тот еще паникер. В окно бы вылез и пешком бы прибежал узнавать подробности. Гермиона хихикнула и почувствовала, как все ее тело будто лишается поддержки — настолько сильным было ее облегчение. Она прислонилась к стене. Ноги дрожали. — Я кое-что нашла в интернете. Но потом, рассмотрев это повнимательней, поняла, что это не стоит нашего внимания. Скорее всего это просто выдумки, — она посмотрела на Гарри и добавила. — Мне в последнее время не легко. Я не привыкла к такому. Сложно отличить истину от фантастики. Это все, — она махнула рукой, — не то, что я привыкла видеть и во что верить. — Понимаю, — он оперся на стену рядом с ней. — Я тоже не могу не думать об этом. Он вздохнул, и какое-то время они молчали. — Почему он оставил нас в живых? — сказал Гарри. Тон его голоса был такой низкий и бархатный, что Гермиону всю передернуло от ужаса и какого-то возбуждения, предвкушения. Шестеренки в ее голове снова завертелись, словно гончие собаки, почуяв, что разгадка тайны так же желанна Гарри, как и ей самой. Гермиона сжала руки в кулаки, совершенно не чувствуя, как ногти впиваются в кожу. — Может, потому, — прошептала она, — что просто не успел расправиться с нами. Она обошла Поттера и направилась в столовую. Это было бегство, но Гермиона слишком хорошо понимала, что больше не может говорить об этом. Каждый из них был погружен в какое-то неопределенное состояние: липкое, вязкое, страшное. Им повезло. Возможно. В столовую она в этот день не пошла, хоть и была голодна. Вместо этого Гермиона просидела все оставшееся время в кабинете химии, расставляя по столам реагенты для лабораторных работ. Снейп был вовсе не против. Он сидел за рабочим столом, изредка недовольно поглядывая на нее. И, несмотря на то, что она ему ничем не мешала, Гермионе было стыдно, что она нарушила покой профессора. Он-то, в отличии от нее, наверняка хотел провести обед в полном покое и отдохнуть от студентов. Но и выгонять ее из кабинета не имел права. С другой стороны, если бы он хотел, то мог бы уйти в лаборантскую и насладиться покоем там. А вот у Гермионы такой возможности не было. Она сидела словно на иголках, вся потрясываясь нетерпения. После уроков она попыталась как можно быстрее скрыться. Ей хотелось остаться в одиночестве и хорошенько подумать обо всем, что произошло в последнее время. Гермиона и не думала, что Гарри тоже переживает. Возможно, ей и стоило рассказать ему о том сообщении. Но если даже она сочла свою зацепку несостоятельной, то приземленный Гарри точно бы не захотел пойти на поиски неизвестной информации в какой-то деревне. Это словно играть в лотерею. Зачем им бегать по улицам, искать зацепки, нарываться на неприятности, если они могут просто забыть обо всем, что произошло, словно о страшном сне. Им повезло, они выжили. Так почему просто не быть этим довольным? Почему у них не получалось забыть? Гермиона была готова признать — ей просто хотелось, чтобы появилась хоть какая-нибудь ниточка к разгадке тайны. И она появилась, но лишь в ее буйном воображении. Любой здравомыслящий человек подверг бы сомнению ее идею потащиться в глубинку и задавать там всем встречным вопросы про монстров, раздирающих людей на клочки. Гермионе было не по себе от одной только мысли о том, что пришлось бы кого-то расспрашивать о подобном. Однако она точно знала, что тогда видела, что это существовало на самом деле. И это не поддавалось никакому разумному объяснению. И если еще кто-то это видел… или знает… Это бы помогло ей больше не бояться. Наверное. Прошло несколько недель, но ей все еще не давал покоя тот монстр из автобуса. Она видела его в каждом отражении, в каждой тени. Гермиона замирала, стоило ей зайти в пустое, тихое помещение, и прислушивалась, нет ли там кого? Не ждут ли ее там? Это попахивало сумасшествием. Вначале ей казалось, что все со временем забудется, детали растворятся, оставив после себя лишь общие очертания событий. Лишь отблески произошедшего. Порой она сознательно восстанавливала всю картинку в памяти, стараясь воскресить все в мельчайших деталях и даже вспомнить что-то новое, но не была уверена, что ничего не выдумала. Полиция больше не приходила. Шум вокруг дела утих. Даже родители перестали посматривать на нее с легкой озабоченностью. Картины увиденных зверств больше не стояли перед глазами, но Гермиона могла поклясться, что навсегда стереть это из памяти ей не удастся. Гарри больше не подходил к ней, лишь изредка провожал взглядом, глубоко задумавшись. Впрочем, иногда он поступал и более странно: подолгу пялился в одну точку и не отвечал на призывы друзей, пока его не начинали яростно тормошить и кричать. Его задумчивость была Гермионе знакома. Она сама подолгу смотрела в потолок, когда уже ложилась в постель, и все думала о том, почему осталась жива. Была ли это случайность? Ее везение? А может, ошибка, которую захотят исправить? Малфой тоже затих. Вероятно, теперь у него появился другой партнер по переписке. Не сказать, что это сильно огорчило Гермиону. Она знала, что Драко был жутко ветреным молодым человеком, и уже не возлагала на их общение больших надежд. Каждый из них старался жить дальше и вернуться к тому, с чего они все начинали. Гермиона старательно училась, Малфой вернулся к тренировкам, а Гарри… А у Гарри все и так всегда было почти идеально. По крайней мере так казалось всем вокруг. С наступлением первых заморозков стало неожиданно спокойней. Казалось, сам холод принес в души умиротворение. Гермиона стала лучше спать, кошмары и вовсе перестали ее беспокоить, и она просыпалась, больше не цепляясь за мокрую от слез и пота подушку. Автобус тоже стал восприниматься лишь как средство передвижения. Она больше не искала черного пятна в конце транспорта, не боялась закрытых дверей и тишины. В школе тоже все наладилось, даже сотрудничество с Джинни перестало причинять Гермионе дискомфорт. Стоило привыкнуть к новой напарнице и задания стали выполняться даже быстрее, чем раньше. Снейп был ими доволен, по крайней мере в аттестате стояла «Превосходно». Даже друзья стали более открыты к Гермионе. Они стали чаще приглашать ее с собой на прогулку или в кино. И даже посетили с ней несколько раз библиотеку, правда, последнее Гермиону не слишком порадовало. Все же заниматься она предпочитала в полном одиночестве, а лишнее сопение и переговоры ее раздражали и мешали сосредоточиться. Но инициатива друзей была ей приятна. Все чаще она стала улыбаться не потому, что того требуют нормы приличия, а потому что ей действительно этого хотелось. Гермионе было и весело, и приятно проводить время с друзьями. Все чаще и чаще она чувствовала себя в безопасности и комфорте. Но чувство надвигающейся беды не давало отдаться этим ощущениям полностью. И кто бы знал, что интуиция ее не подведет. Не успела она утром войти в школу, как заметила у своего шкафчика Драко Малфоя. Под ложечкой сразу засосало, а по телу медленно расползся вязкий страх. Ей подумалось, что Малфой стоит там не просто так. Что-то случилось! Возможно, полиция разгадала всю их ложь и теперь им придется срочно выпутываться из этого дела. А она не могла быть ни в чем подобном замешена! Ее в скором времени ждет поступление в Оксфорд! А может случилось что-то похуже? Они снова видели это чудовище? Или на Гарри напали? Гермиона огляделась и нигде его не увидела. Она пошла в сторону шкафчика, с трудом перебирая ногами. — Привет, — поздоровалась с парнем Гермиона. Ее голос, хриплый и напряженный, резал слух, но Малфой никак не отреагировал на столь невнятное приветствие. В своей привычной манере, Малфой чуть потянулся, лениво передвигая конечностями, медленно кивнул, чем тут же начал раздражать Гермиону, которая ужасно волновалась. — Привет, — он улыбнулся, хоть это и было больше похоже на ухмылку, впрочем, он по-другому улыбаться просто не умел, — Меня восстановили в основном составе, поэтому я устраиваю вечеринку. Вот. Драко качнулся слегка вперед и ожидающе уставился на Гермиону, будто она должна была ему что-то сказать в ответ. Гермиона тут же почувствовала себя неловко, отчасти потому, что почти весь коридор смотрел на них. А с другой стороны, она понятия не имела, зачем он ей все это говорит и какова должна быть ее реакция. — Я думала, что-то произошло… Ты напугал меня, — прошептала Гермиона, глядя перед собой, а потом, уже громче, произнесла, — У, здорово, поздравляю тебя, — выдавила она, пытаясь скрыть нарастающее все больше и больше раздражение. У их шкафчиков уже собралась целая толпа зевак, которая держалась в отдалении, но при этом в зоне слышимости разговора, а при таком количестве внимания Гермиона всегда чувствовала себя неуютно. Они с Малфоем будто стояли на сцене и разыгрывали представление, вот только Гермиона то ли не выучила свою роль, то ли понятия о ней не имела. — Приглашаю, — выдал Малфой, расправляя плечи, делая важный вид и будто объясняя ей, Гермионе, что он от нее хочет. Гермиона растерялась. Она даже в своих самых смелых фантазиях не представляла, что может оказаться на крутой вечеринке. Гермиона их и не особо любила. Она была только на одной, но ушла оттуда через полчаса. Да и то притащилась туда только за тем, чтобы помочь Луне добраться домой. — Конечно, ты можешь взять с собой своих друзей, — спохватился Драко, немного брезгливо поглядывая куда-то вбок. Гермиона проследила за его взглядом и заметила Луну. Та тут же поспешила на помощь подруге. Рядом с Полумной Гермиона почувствовала себя намного уверенней и, улыбнувшись, ответила Малфою: — Я рада, что тебя восстановили, но вряд ли твоя вечеринка придется нам по вкусу. Извини. Малфой рассмеялся. — Я, признаться, не ожидал другого ответа, — он порылся в карманах и вытащил оттуда чуть помятую картонку, — вот, — он протянул ее Гермионе, и та взяла ее, стараясь не соприкоснуться с ним пальцами. Уголки губ Малфоя чуть приподнялись и, когда Гермиона подняла свои глаза на него, поняла, что его глаза так же улыбаются ей. Только ей. В них больше не было того пронзительного холода, который обычно наблюдался в каждом взгляде надменного красавца. Глаза-льдинки сегодня были наполнены какой-то нежностью, которая смутила девушку и заставила отступить назад, ближе прижимаясь к подруге. — Если надумаешь, то позвони мне. Я встречу или подвезу. Он махнул ей рукой и удалился, не оглядываясь. Толпа расходилась перед ним, словно он был каким-то божеством, к которому не разрешалось даже прикасаться без позволения. Гермионе немедленно захотелось закатить глаза, но она понимала, что и сама не далека от этих зевак в толпе. Так же тянется к Малфою и Поттеру, заглядывает в рот, хочет стать частью их компании. Было в них что-то такое притягивающее, манящее, что заставляло остро нуждаться в их компании, в их одобрении. Раньше Гермиона гордилась тем, что она не такая, что она не их фанатка, что она вовсе не тянется к популярности, не желает терять свое время ради общения с такими, как они. Но вот она здесь и каждый день ждет той минуты, когда их взгляды вновь пересекутся и каждого кольнет осознание, что у них есть своя, разделенная на троих, темная тайна. — И что это было? — шепот Полумны вывел Гермиону из некого транса. Гермиона моргнула и перевела взгляд на подругу. Ей всегда нелегко давался контакт с Драко Малфоем. Он будто был магнитом, который постоянно менял полюс. И ее то тянуло к нему, словно магией, то отталкивало как от катастрофы мирового масштаба. — Кажется, меня пригласили на мегакрутую вечеринку для элиты, и я отказалась. Она протянула карточку Полумне и та схватила ее, с интересом рассматривая. Толпа зашевелилась, разбегаясь по своим делам, и они обе прижались к шкафчику Гермионы, стараясь не попасть в этот круговорот людей. — Кажется, — протянула Луна в ответ и вернула Гермионе карточку. Они обе вновь посмотрели в ту сторону, куда ушел Драко Малфой, каждая думая о чем-то своем. Гермиона не сильно хотела обсуждать Малфоя и то приглашение, и на самом деле была дико зла на него. Он сам сказал, что и не рассчитывал, что она придет. Тогда зачем весь этот цирк и танцы с бубнами? Подкараулил ее в самом людном месте, пригласил на вечеринку, вручил чертову картонку? Он мог бы просто написать ей. У них ведь целая переписка, полная всякого бреда! Но нет, ему нужно было вызвать к себе повышенный интерес. «Нарцисс чертов», — фыркнула Гермиона, когда вновь увидела Малфоя за ланчем. Она была так зла на него, что даже не могла смотреть в его сторону. И не стала бы и обсуждать его поступки, если бы не Луна с Невиллом. Ей отчаянно хотелось избежать расспросов и разговоров, ведь тогда бы пришлось рассказывать, что им удалось весьма неплохо пообщаться после произошедшего, но Луна и сама смогла восстановить примерную цепочку всех событий и теперь рассуждала об отказе Гермионы пойти на эту злополучную вечеринку. — Почему ты не хочешь туда идти? — спросил Невилл, яростно пережевывая кусок моркови. Он все никак не мог поверить в то, что сам Драко Малфой снизошел до них, простых смертных, и что у них появился шанс хоть одним глазком увидеть знаменитые вечеринки в доме Малфоев. А в то, что вечеринка будет воистину шикарной, даже спорить не приходилось. Высшее общество во всем параде и похоти. Словно вечеринку из «Великого Гэтсби» перенесли в наши реалии: фонтаны, шампанское, много блестящего и танцев. — Потому что на этих тусовках один разврат и нам там делать нечего? Гермиона внимательно посмотрела на друзей, словно ища в их лицах поддержки, но ни Невилл, ни Луна не выдавали желаемую реакцию. — Да, там может быть интересно. Куча людей, развлечений, алкоголя. Но это быстро наскучит, а что нам там делать, если мы не пьем, не склонны к быстрому сексу и не увлекаемся наркотиками или танцам без бюстгальтера на столе? — она вновь посмотрела на друзей и в этот раз, увидев их смущение, уверенно продолжила. — Вот и я того же мнения. Поэтому и отказала. Не стоит тащиться туда ради пяти минут любопытства. — Ты такая морализаторша, — вздохнула Луна и отвернулась от нее. Однако Гермиона не хотела идти на вечеринку не только потому, что ее не привлекала выпивка или случайные половые связи. Ей не хотелось видеть, как таким развлечениям придается Малфой, не хотелось терпеть его флирт с ней, проникаться какой-то иррациональной надеждой и привязанностью, а потом смотреть, как он уничтожает все это, нежась в объятьях тупоголовых красоток из группы поддержки. Ей не хотелось бродить по дому, хоть и богато украшенному, в поисках уголка, где она могла бы скоротать свое время, пока другие развлекаются. Она знала, что ее друзья могли бы хорошо провести там свое время, по крайней мере Луна точно бы смогла. Но Гермиона бы с удовольствием провела бы это время дома, готовясь к новой учебной неделе. — Если ты хочешь, — сказала Гермиона чуть подумав, — я поговорю с Малфоем и договорюсь, чтобы вы попали на вечеринку без меня. Ребята оглянулась. Невилл поморщился. — На самом деле, — сказал он, — я и сам не имею желания никуда идти. Тем более, ты права. Будет скучно… Луна тут же вспыхнула. — Как на вечеринке может быть скучно? Господи, ну какие вы у меня зануды. Ваше развлечение — это учеба. Нет, — она мотнула головой. — Я отказываюсь. Разве танцы — это не весело? — Она уставилась на ребят своими большими голубыми глазами, переводя взгляд то на Гермиону, то на Невилла. Балансируя между нежеланием обидеть подругу и своей потребностью остаться в субботу вечером дома, Гермиона произнесла: — Каждый по-своему понимает отдых. Мой отдых — это смена деятельности и спокойствие. Танцы весело, но для меня это довольно утомительно. А я и так устала за эту неделю. Луна надула щеки и повернулась к Невиллу. — Ну хоть ты-то! Он вздохнул. — Если ты хочешь… Он бросил обреченный взгляд на Гермиону, и та подмигнула ему, поддерживая. Она понимала, как никто другой, какой Невилл застенчивый и как нелегко ему будет даже выйти на танцпол, не говоря уже о самих танцах. — Уверена, что Малфой не будет против, если мы придем? — переспросила у нее Луна, когда они уже расходились по классам. — Уверена, что он вас не прогонит. Ну, а если подойдет спросить, что вы тут забыли, скажите, что ждете меня. Его это, думаю, удовлетворит. — Хм, — протянула Луна, оглядывая подругу, — это все подозрительно. Что ты от нас скрываешь? Гермиона вздрогнула. — Да что я могу скрывать? — она повернулась подруге, улыбнувшись, и поразившись тому, с каким лицемерием были произнесены эти слова. Луна пожала плечами, однако даже после того, как подруга скрылась из виду, Гермиону долго не могло отпустить ощущение, что она поступила гадко и что это обязательно всплывет и будет обнаружено. И тогда ей будет жутко стыдно. Стыдно, что она врала, что скрывала все от родителей и друзей. Но разве могла она сказать правду?