Братья

Сидя в ванной под душем, в которую меня принёс Робби, я дрожала. Горячая вода падала на голову, меня бил озноб боли. В животе все крутило и кололо. Противные ощущения сменялись омерзением к людям. В один момент мой идеальный мир рухнул. Брат… нет, он мне не брат. И никогда им не был. Они никогда близкими мне не были. У нас с Томасом был уговор Боль перекликалась с отвращением. Они знали все давно. Но самое жестокое было в жутком желании видеть Тома рядом. От этого становилось больно и тошно. Голова идёт кругом. Стук - Эмма? — я не отвечала — Эмма, ты меня слышишь? — за дверью стоял Роб, находясь в панике, он старался держать голос ровно. Не подавая виду — Если ты не ответишь, я буду вынужден зайти. — Нормально, — Единственное, что смогла ответить. — Ты там уже два часа, — я посмотрела на свои руки. От горячей воды они наморщились — если ты через десять минут не выйдешь я тебя сам вытащу, — он замолчал ожидая ответа. — я…я сейчас погоди.

***

POV Том — Сука…- единственное, что я смог сказать. Проведя полчаса в приёмном отделении, без вестей я уже хватался за голову. Врачи ходят и не отвечают ни на один вопрос. Ещё час. Эмма убежала, как только родители свернули с нашей дороги. Но до загородного дома так и не добрались. Какой-то пьяный подросток не справился с управлением и вылетел на встречную полосу. От удара обе машины улетели с дороги в кювет. У отца повреждены лёгкие, множественные переломы и потеря крови. Маму быстро подлатали и отвезли в палату. В сознание она так и не пришла. Вернувшись, домой я, как только открыл дверь, услышал грохот на втором этаже. И сдавленный крик Эммы. — Дилааан… НЕ НАДО… Срываясь с места, перепрыгивая через ступени, влетел наверх. Уже готовясь выносить дверь, но она была не заперта. Повернув ручку, я махом сориентировавшись, стащил Дилана, оттаскивая его в сторону. Сжимая кулаки, я ударил несколько раз в груды парню. Увидев что Эмма очухалась, задыхаясь от бега гаркнул что бы она убиралась от сюда. Она вскочила и вылетела из комнаты. Пока я отвлекся, он схватил меня за шею, роняя на пол. Мне прилетел в лицо удар. Нависая над Диланом, я перехватывал его руки, чтобы не получить в лицо ещё. Заметив красную отметину, на изгибе руки я понял, что он опять ширяется. Зарычав, выдергиваясь из моей хватки, он начал орать: — Ублюдок, — его разум находился в плену наркотиков. Резкий выпад, и он отбросил меня в сторону кровати. Ударившись о комод, с него все повалилось на пол, спина начала ныть. Дил начал подниматься на ноги. Подходя ко мне, он, схватив за футболку, смотрел безумным взглядом. Его чёрные глаза налили кровью. — А я тебя предупреждал братец. Теперь моя очередь. Я, собирая силы, сделал рывок, поднимаясь. Ударив ещё несколько раз по лицу, уронил его на пол. Начиная звереть, я лупил его не жалея сил. Мозг кричал «остановись», но навалившееся проблемы захлестнули меня. Выбившись из сил, я разжал кулак, часто дыша, опираясь на разбитое зеркало, поднялся на ноги. Выходя из комнаты на ватных ногах, достал из кармана ключ. Открывая комнату родителей, тяжело рухнул на колени у рабочего стола. Растирая ладонью зудевшую челюсть, принялся искать необходимые документы для врачей. Страховку, медкарты, анализы и все что может понадобиться. Собрав огромную кипу бумаг, устало направился обратно в больницу. Поздно ночью отца перевели в реанимационное отделение. Появились какие-то осложнения при использовании искусственной вентиляции лёгких. Уговорив врача, Мне разрешили зайти к маме. Сотрудники подозрительно оглядывали меня, вид достаточно печальный. Когда я пытался вырубить Дилана, от удара брызги крови разлетались в разные стороны. Да, и до конца не зажившая губа опять разошлась. — Состояние стабильное, — мужчина в белом халате и защитной маске, которая болталась на одном ухе, листал анализы, изучая информацию о пациентке — сильный ушиб головой, возможно сотрясение, — подняв взгляд на мня, доктор неуверенно — подойдите потом к медсестре. Рану нужно промыть. Я кивнул, присаживаясь на стул у кровати мамы. Опираясь на руки головой. Мужчина уже в выхода из палаты сказал. — Долго не сиди, если вдруг что, то измениться я позвоню. Вернувшись, домой обнаружил, что Дилан сидит в комнате девушки с бутылкой водки. Игнорируя его возню, вошёл в ванную, слишком много нужно решить. Видя маму в таком состоянии, балансирующей на грани, я понял, что больше не смогу отталкивать девчонку. Я могу остаться одним человеком. Единственным, кого она считает семьёй. четыре года назад — Мам, ты дома? — Дилан вернулся из школы раньше брата. Он остался на тренировку баскетбольной команды. С кухни потянул вкусный запах. Подойдя к маме, Дилан поздоровался — мам мы хотим пойти вечером в кино с Томом и Эмми. — Это хорошо — улыбаясь, женщина вытирала руки об полотенце, подойдя к мальчику, поцеловала в макушку. — Дашь сорок баксов? — на таймере подошел к концу отсчёт времени. Оповещать звонком, что блюдо нужно повернуть. — Сынок, — женщина вернулась к духовке, не оборачиваясь, сказала — возьми в моей сумочке. Она в комнате. Парнишка зашёл в комнату родителей. На столе стояла сумка мамы, доставая кошелек, вытащил четыре банкноты. Убирая обратно его взгляд, упал папку заваленной документами сверху. Внимание привлекло имя Эмма Робертс Зачеркнуто. Ниже подписанного печатным буквами Эмма Стоун Открыв папку, мальчик увидел фотографию маленькой девочки на руках у каких-то людей. Далее лист подтверждающий рождение. За ним, свидетельство о смерти четы Робертсов. Документ о временной опеке ребенка. Подписанный отцом Тома и Дилана. — Том. Надо срочно поговорить, - положив трубку парень выбежал из комнаты, на улице взял велосипед поехал к школе. Не спав всю ночь, приняв душ начал набирать девушке. Каждые десять минут повторял набор номера. Расхаживая с телефоном по дому, я оттащил пьяного Дилана, в комнату отсыпаться. Приготовив себе кофе, сидя на веранде, выкурил пол пачки сигарет продолжая трезвонить. Я знаю, где она сейчас находиться. После душа нашёл ее вещи и куртку под кроватью. На мою она не похожа, поискав в карманах, обнаружил ламинированный пластик с фото нового одноклассника. Наконец дозвонившись, я поехал за ней. Мама была, не в восторге узнав, что мы с отцом по частям собираем этого монстра. Уговаривая меня купить мне машину, я обещал, что буду осторожен. И я держу обещание. Реакция хорошо развита, на скорости за сто километров чувствую себя уверенным. Спасибо баскетболу. Папа обрадовался возможности проводить свободное время в гараже. Рассказывая, как он так же собирал, свой взятый со свалки, разваливающийся Понтиак. Втайне от мамы он опробовал его первым. Больше никто не ездил кроме меня на мотоцикле. «Трусиха», подумал я, когда она вздрогнула, услышав рев мотора. Вцепившись вокруг моего торса, старалась как можно ближе прижаться. Придётся ехать медленней, а то я лишусь ребер от её хватки. Мне пришлось врать на ходу про отпуск. Нужно дать время врачам подлатать их. Нельзя что бы они видели их такими беспомощными. Мама и папа всегда оберегали нас от любых невзгод. Я буду заботиться о них. И этих двух, пусть они будут даже против. Я устал. Очень сильно. Каждый раз ссориться с дилером Дилана, за новую порцию наркоты. Выискивать её по дому, глупо спрятанную от меня. Даже не от родителей. Последние два месяца меня уже вымотали. Отключившись на несколько минут, я очнулся из-за громкой рекламы. Чуткий сон с детства преследует меня. Сидящая на диване Эмма уснула, держа в руках пачку. Такая по детски милая, с характером ей повезло, ангел с адскими рогами. Переместившись к ней, я переключил наобум канал. Её голова опустилась мне на плечо. Не переставая ерзать, я хотел положить её на подлокотник, но она схватила меня за ладонь и устроилась на моих коленях. Обнимая руку, размеренно посапывая, продолжила спать. Как я мог забыть, что с ней забавно проводить время. Отталкивая от себя резкими фразами, поведением и холодом мы оба бросили её. — Ты забылся? — с синяками на скулах, Дилан нервно пытался держать себя в руках. — Ты сам накручиваешь себя, - хорошо что Эмма уже проснулась и пошла в мою комнату. — У нас был договор, — повышая голос, его руки сжимались до треска — Ни тебе, ни мне. — Дилан, — подходя ближе, ткнул в грудь пальцем — она не вещь. Перестань вести себя как придурок. Я всего лишь хочу уберечь нас всех от жести. Повзрослей, наконец… - От чего? От чего ты нас уберечь собрался? -схватив меня за края рубашки ударил о стену спиной - правильный ты наш! — тяжело дыша он выходил из себя - ублюдок! Я обеими руками отцепил брата от себя. Разворачиваясь, взял кружку пошёл к дивану. - В первую очередь её от тебя, — в край озверев, Дилан кулаком треснул по столешнице. Надеюсь, она не выйдет из комнаты. Пересекаться с Диланом в таком состоянии трудно. А она начнёт ко всему этому его выводить из себя. Парень пошёл за новой дозой. Когда же это остановиться. Я не пытался его остановить. Ведь знаю что вреда не будет. Договорился с Натаном, новый поставщик дури для Дилана, он ему продаёт пустышки. Выложив за эту услугу кучу бабок, своего рода компенсация за потерю покупателя. Уже который день его ломает от отсутствия дозы, но он не знает об этом. - Почему мы перестали общаться? чем старше, тем с вами труднее… — обида в её голосе граничит с отчаянием. Я лишь обнял Эмми со спины и вдохнул запах ее волос.

***

— Томас, добрый день. Это доктор Гордон.- Мужчина, уставший голосом, в спешке выговорил. — Приезжайте. Необходимо что бы вы подписали документы на искусственное поддержание жизни. Как же не вовремя. Если я проявлю немного нежности, это ведь не плохо? Не знаю, что я чувствую, но внутри меня пустота. Искусственное поддержание жизни - это ведь значит что наша мама уже сама не очнется? А нужно ли продолжать поддерживать ее жизнь, если шансов нет. Или есть? - Томас? - доктор снова меня окликнул - вы приедете? - Доктор Гордон, давайте правду: у них есть еще шанс выжить и прийти в норму? - после этих слов на глазах появились слезы. И не правда это - что парни не плачут. - Ну знаете... шанс есть всегда... наши новые технологии... они... - Нет, вы меня не поняли, - я перебил его. На кой черт мне все это выслушивать, если это все ни о чем - я прошу сказать: да или нет. - Хорошо, - выдохнул он - у вашей мамы сотрясение мозга высшей степени, поэтому она не приходит в сознание. Шансы есть, но они ничтожно малы. Скорее нет, чем да. Мне жаль. Дальше я не слышал. Я понял только одно: родителей может не стать в любую секунду, но пока есть хоть малейший шанс ее спасти - я это сделаю. - Хорошо, - наконец произношу я - я сейчас приеду. Сколько это примерно займет по времени? - нельзя надолго оставлять Эмми. - Полчаса, не больше. - Хорошо. Я еле успокоил Эмми и уехал в больницу. Заодно надо было проверить папу. Он тоже себя не очень хорошо чувствует.