Ты мой свет

«Как же тепло!» На пирсе было очень много людей, шумно, кто-то включил музыку. Санса предложила просто погулять вдоль берега. Разговаривать не особо хотелось. Санса не знала о чем, а Клиган боялся сказать что-нибудь не то. Каждый думал о своем. Сандор все ругал себя: «Вот же идиот! Но она странная. Пекло! Что теперь делать? Друзья, значит. Нашла себе подружку. Как они говорят? У каждой девушки должна быть страшная подруга? Вот. Прям идеальный вариант! Страшнее не найдешь!» Санса шла молча, смотрела на волны и, казалось, была сама себе на уме. Она сняла босоножки и несла их в руках. В лучах закатного солнца ее волосы горели каким-то дьявольским пламенем. Длинная коса немного растрепалась и ветер игриво развевал выпавшие пряди. Она спустилась еще немного вниз, так, чтобы идти у самой воды, чувствуя ногами мягкие, теплые волны. Когда совсем стемнело, поднялся прохладный ветер. Оказалось, они все время шли в одну сторону, все дальше удаляясь от машины и прибрежных кафешек. Пляж теперь стал совсем безлюдным, местность незнакомой, а ветер холодным. Санса ежилась, пыталась закрыться руками, обнимая себя. В машине лежала спортивная куртка Сандора, но он, естественно, ее не взял. Ему как-то не до этого было. - Обратно пойдем? – спросил с опаской Сандор. - Да, пожалуй. Они шли в одну сторону около получаса, а значит, нужно было столько же времени, чтобы дойти до машины. Раскат грома где-то вдали заставил их значительно ускорить шаг. Пару минут было очень тихо, а потом на них обрушился водопад: дождь начался так резко, словно их окатили из ведра. Санса немного взвизгнула и пустилась бежать, машинально хватая Сандора за руку. Но ее хватило на несколько минут, потом она резко остановилась, с трудом переводя дыхание и хватаясь за бок. Ливень только усиливался, были слышны крики официантов, которые метались, словно зверьки, пытаясь спрятать драгоценное имущество от дождя. Санса посмотрела на Сандора. Он был похож на Посейдона или Зевса: насквозь промокшая футболка плотно прилегала к мускулистому телу, вырисовывая линии мышц на груди и животе. Волосы липли к лицу, глаза сверкали, а дыхание было резким и рваным. - Пойдем! - она пыталась перекричать дождь. Теперь уже Сандор взял ее за руку, как она его пять минут назад. Бежать не было смысла: они уже все равно вымокли до нитки. Хотелось только побыстрее укрыться где-нибудь. Дождь не собирался заканчиваться. Уже через десять минут они увидели парковку, которая опустела. Теперь служебный мерседес одиноко стоял под проливным дождем. - Пришли! – крикнула Санса и рванула к машине. Сандор быстро пошел за ней, на ходу выключая сигнализацию. Она рывком открыла заднюю дверь и забралась внутрь, придерживая ее открытой для Сандора. Оказавшись в машине, он молча дал ей свою куртку, а сам откинулся назад, стараясь отдышаться. Санса закуталась в теплую мастерку, забралась с ногами на сиденье, пытаясь согреться. - Тебе совсем не холодно? – спросила она через несколько минут. - Нет, не очень. Пойдет. - Вот так погуляли! Нет, ты видел? Прям стеной! Ухх! - она зажмурила глаза, мотнув головой. С ее косы стекали крупные, холодные капли и падали Сандору в ладонь. Его куртка теперь тоже намокла и Санса сняла ее, бросив на переднее сидение. Твою мать! Чертов фонарь освещал ее шею и плечи, а еще грудь, напрягшуюся от холода и влаги. Тонкая ткань платья издевательски демонстрировала соски, по шее еще стекали капли, вниз, туда, в «зону декольте». Сандор демонстративно отвернулся в другую сторону, сложив руки на груди. Она начала расплетать косу, отжимая волосы. - Блииин! Сандор! Помоги, пожалуйста, - немного озабоченно попросила она. Клиган резко развернулся к ней. Санса повернулась к нему спиной, подняла уже распущенные волосы обеими руками. Свет из окна падал на нее, кожа еще блестела от влаги. - Ну, пожалуйста! Цепочка запуталась, не могу вытащить! У основания шеи он увидел маленький кулон, туго оплетенный прядью огненных волос. Он осторожно прикоснулся к этой пряди и кожа Сансы мгновенно покрылась мурашками. - Ой! Руки холодные, - хихикнула она. Седьмое пекло! Он, казалось, и не дышал, пытаясь распутать этот узел. - Все, вытащил, - сказал он, поспешно убирая от нее руки. - Спасибо, - сказала она со вздохом. Поймала себя на мысли, что очень приятно было ощущать его руки на своей коже. «Сижу в машине с мужчиной, которого знаю несколько часов, он мне руками по шее... Браво, Санса! Прям леди! Всем ледям леди!» Санса не была ханжой, у нее, кончено же, были поклонники и парни. Отец вместе с дядей Робертом безуспешно пытались посватать ее за Джоффри, но она четко и ясно дала понять, что этого не будет. А когда ее отец увидел, во что превратился «жених», то и вовсе оставил эти попытки. Ей никогда особо не нравились смазливые сладкие мальчики, они ее раздражали своими пошлыми шутками не в тему, дешевыми «понтами», зашкаливающей самооценкой. Она встречалась с парочкой ребят. Один сразу облюбовал ее съемную квартиру, водил туда друзей и пропадал сутками. Другой или не отходил от зеркала, или качался, или рассказывал другим, сколько подходов на какую группу мышц он сделал. Санса никому не признавалась, но ее идеалом был Ретт Батлер из «Унесенных ветром». А еще Ларсон из «Морского волка» и Жоффрей, возлюбленный Анжелики. «Ой, не делают таких больше!» вздыхала она, сидя на очередном свидании и слушая россказни про тусовки, яхты, пати, шмаль и прочее. Она немного усмехнулась при мысли, что Сандор был «смесью» этих образов: со шрамом на лице, словно граф де Пейрак, угрюмый одиночка, словно Вольф Ларсон, и надежный и сильный, как Батлер. - Надо ехать домой, - сказал Сандор спустя несколько минут. - Надо, - согласилась она с горечью в голосе. Одежда была теперь не только мокрой, но и очень холодной. Еще не хватало заболеть в первый же день отпуска. - Давай еще пару минут посидим? – попросила она. «Да хочу всю ночь! Сколько хочешь!» Ох, как же ему не хотелось никуда ехать! Сидеть вот так, рядом с ней, слушать ее дыхание, любоваться изящной линией плеч. Она, почему-то, больше ничего не спрашивала, не пыталась завести разговор. Сандор был ей за это очень благодарен. - Смотри, заболеешь еще, - возразил он. - Нет! Я согрелась уже! Вот, у меня даже руки теплые! – она взяла его ладонь в свою. Наглая ложь! Ее рука была ледяной и Сандор слегка сжал тонкие пальцы, стал растирать их, пытаясь согреть. Она не убрала руку, хотя он на это надеялся. Это какая-то дурацкая игра! «Будем общаться! Как друзья!» Это так принято у друзей? Весьма невинный жест показался им обоим чем-то очень интимным. Санса немного покраснела, смущаясь. И расстроилась, когда он убрал свою руку. - Поедем домой, заболеешь же! Надо было протестовать, иначе он и правда сейчас же повезет ее обратно на виллу. Санса по детски прижалась к нему, утыкаясь носом в ему в грудь. Сандор затаил дыхание, пытаясь понять, что вообще происходит. - Сейчас поедем, - сказала еле слышно она. Клиган очень громко вздохнул: - Ну зачем ты это делаешь? Зачем?! - с этими словами он повернул ее голову к себе и, на секунду заглянув ей в глаза, поцеловал. Медленно так, долго. Она не сопротивлялась, не кричала, не вырывалась. Только погладила его рукой по щеке, когда он смог оторваться от ее губ, чтобы перевести дыхание. - Так, все! - отрезал Сандор, - едем. Она немного растерялась и осталась молча сидеть, пока он пересел вперед и завел машину. Его движения были резкими и отрывистыми, словно он злился. Уже возле дома Санса вспомнила, что бросила босоножки возле машины. Они так и остались на парковке. - Давай выпьем чаю? – предложила она, выходя из машины. - Нет, спасибо. Давай без меня. «Да что опять не так?!» - Сандор! Все в порядке? - Да, очень. Куда тебя завтра везти? – он выпалил это довольно резко. - Никуда не надо, спасибо! - обиделась Санса. Она быстро зашагала босиком по лестнице, сжимаясь от холода. Ей было обидно до слез. «Что опять случилось? Поцеловал и опять злой, как я не знаю кто!» Она все время думала об этом поцелуе, пока принимала ванну, сушила волосы, расстилала кровать. Ее так еще никто не целовал. Только вот его поведение после было каким-то непонятным. Санса уснула, думая о Сандоре и о том, что выскажет ему завтра все и не позволит вообще больше к себе прикасаться. Беда была в том, что ей самой этого очень хотелось. Прям очень.