Зарисовки на тему «Сексуального газовщика»

      Пятница. Вечер. Я возвращался домой после работы, и мне позвонил Хёнвон со словами: «Прими душ и приходи в наше кафе, у нас свидание, но без костюма, пожалуйста». Он прекрасно знал, что костюмов у меня нет. Думал, ради него побегу покупать?       Как-то странно думать о нас и о свидании. Были вылазки в бары, кафе и клубы, но словом «свидание» это не называлось. Тем более, мы хоть и проводили хорошо время, всё это было под знаменем его работы. Только одно кафе мы посещали просто потому, что там было тихо, уютно, никто не смотрел косо, если мы сплетали руки, потому что только работа могла разорвать нас на долго. И всё же, даже там, мы не никогда не думали о том, что это свидание.       Я ускорил шаг и добрался очень быстро. Дома быстро принял душ и натянул свои (его) любимые черные джинсы в облипку, синюю футболку и голубую ветровку. Мне хотелось бежать, но я себя сдержал, чтобы не выглядеть слишком радостным запыхавшимся придурком.       Открыв двери кафе, я не увидел Хёнвона, потому что людей было много — пятница как-никак. Я стал скользить по залу глазами. Подошла знакомая официантка и сказала, что меня ждут на втором этаже. Пока я поднимался, понял, что меня сверлят взглядом. И не зря сверлят, я бы прошёл мимо, если бы не этот лазер, ведь я искал своего парня.       На меня же смотрела самая красивая девушка на планете. Её каштановые локоны спускались чуть ниже груди, пухлые губы оттеняла розовая помада, а взгляд, выделенный полоской чёрной подводки и тушью, заставил меня замереть.       — Молодой человек, пройдите, пожалуйста, вперёд, лестница узкая, — я опомнился, прошёл и сел напротив неё. Него.       — Ваш заказ, пожалуйста, — улыбалась официантка моей реакции. Они заговорщически переглянулись с Че, и она ушла.       — Не ожидал? — спросил он, отпивая большой клубничный латте для парочек. Я взял вторую трубочку в рот и стал смотреть ему в глаза. — Что-то мне подсказывает, что тебе нравится, — хитро улыбнулся он и, сделав ещё глоток, откинулся на спинку дивана.       На Хёнвоне было платье, которое смотрелось довольно странно при абсолютной плоскости груди. Он был так спокоен, несмотря на свой прикид.       «Неужто он и раньше так на людях появлялся?» — сразу подумал я.       — Извини, но покупать лифчик и напихивать в него носки я не стал, — поймал он мой взгляд.       — Ты и так прекрасен, — его кожу немного окрасил румянец, что придало ещё больше очарования. — Хотелось бы только тебя всего увидеть. Когда вошёл, сразу загляделся на твоё лицо, так что даже не понял, в чём ты. Но заглядывать под стол как-то неловко.       — А теперь страдаешь догадками? — Хёнвон строил мне глазки, и был таким милым и красивым, что плевать я хотел на это свидание — сгрести в охапку и домой! — И как тебе то, что успел рассмотреть?       — Безусловно ты — самая красивая девушка. Равно как и самый красивый парень, — взял его руки в свои. — Ты что-то совсем зарделся, дорогой.       — Я очень долго храбрился, но после твоего прикосновения понял, насколько это всё смущает. И в юбке, не смотря на чулки, холодно и не комфортно, всё продувает… Как женщины так ходят?       «Чулки? Чулки, мать его?! — В моих мыслях этих чулок уже не было, в принципе, как и всего остального. — Это не свидание, а испытание какое-то!»       У меня в голове крутилась сплошная пошлятина, и, оказывается, погрузившись в свои мысли и фантазии, я пропустил тираду о том, как сложно быть женщиной. Вернувшись в реальность, я встретился с, укоризненно смотревшей, парой глаз.       — Ты где витаешь? — лишив меня своих рук, он сложил их на груди. И стал ещё больше походить на девушку. Но всё же сменил гнев на милость и продолжил пить латте.       — Эм, прости, Хёнвон, но все мои мысли о том, как бы я с тебя всё это стащил, будь мы дома. И при этом мне стыдно, ведь это наше первое официальное свидание, — вздохнул я, попивая вместе с ним парный напиток, это, оказывается, тоже довольно смущающая вещь, когда вы оба — парни.       — Я думал, что кровать от нас никуда не денется, а выбраться куда-то — хорошо. Ты бы знал, сколько на меня тут мужиков слюни пускало. Ладно ещё, когда я — парень. Но вот в этом образе было страшно. Я чувствовал себя таким беззащитным, ожидая тебя, — вздохнул он и надул губы.       — Ценю твою жертву, но давай больше так не делать? Пусть нам обоим будет уютно. И вообще, ты слишком красив для этих людей, давай только я буду тебя видеть, а? — Я вернул его руки в свои, — сиди дома, пожалуйста.       Я улыбнулся и прижался губами к тыльной стороне его руки, а он провёл нежно мне по волосам, и я понял, что влюблен бесповоротно. Я знал, что люблю. Знал, что сильно. Но его слова в начале недели зародили во мне сомнения, а вдруг это просто страсть, вдруг я и правда в итоге найду себе жену. А сейчас всё встало на свои места. Это не просто влечение, а желание быть вместе навсегда.       — Вонхо, я люблю тебя, — он залился краской и снова отобрал у меня свои руки, чтобы прикрыть лицо. Хёнвон. Впервые. Признался. У меня сердце выбивало неровную чечётку, а в животе… Бабочки? Ах, какое банальное сравнение, но оказывается, они существуют.       — Я тоже люблю тебя, Хёнвон, — пересев к нему на диван, обнял за плечи и чмокнул в висок, а он уткнулся носом мне в шею и обвил руками мою талию. — Юбка слишком короткая, малыш. — Заметил я, наконец, детали платья.       — Для тебя же старался… Эй, не здесь же! — испуганно прошипел он, перехватив мою руку со своего бедра, и отстранился. На сколько это было возможно, учитывая, что он зажат между мной и ограждением второго этажа.       — Хёнвон-а, я просто не дойду до дома, если ты мне не дашь, — взмолился я, в джинсах было слишком тесно и мучительно. И я стал мучить его, чтобы добиться своего, — то оближу ухо, то чмокну в шею, гладил его, а деться ему было некуда.       — Хосок, пожалуйста, перестань… — Я видел, что у него встал.       — Поздно же уже.       — Ещё есть шанс успокоиться. Вот за что ты так со мной? Неужто нельзя было без этого здесь? — парня, который средь бела дня мог поцеловать меня в засос на людной остановке, таким смущённым я ещё не видел. Это волшебство женской одежды?       — Я завёлся, как только тебя увидел, у меня нет шансов успокоиться. Может, пойдем в туалет?       — Услышат же…       «Ага, сдаётся…»       — Просто не будем размыкать поцелуй, приму все твои стоны, дорогой, только давай уже, а то, мне кажется, я прям здесь тебя изнасилую.       Хёнвон вздохнул, наконец-то повернулся ко мне и с самым серьезным лицом произнёс: «Это последний раз, когда я тебе уступаю». Я был уверен, что не последний, но не стал возражать, не хотелось портить атмосферу. Наверное, он на это и рассчитывал. Я взял его за руку и повёл в туалет. Наверное, мы смотрелись странновато, потому что я немного ниже своей девушки модельной внешности. Зато я понял, почему Че было так страшно одному.       «Поубивать бы вас всех…»

***

      Плюс этого места — туалет не делится на мужской и женский, просто три комнатки, каждая из которых — с унитазом и раковиной; и входишь сначала в общую зону, так что мы выглядели не совсем уж подозрительно. Минус — очень мало места. Хёнвон прошел первым, и, как только я закрыл дверь, первый же набросился на меня с поцелуями.       — Тебе же не нравилась эта идея, а теперь такой…       — Теперь нравится, — ответил он в губы, продолжая целовать, расстегивая мне джинсы. Я с облегчением вздохнул.       «Выброшу их», — подумал я.       — Когда на тебе эти джинсы, твой зад так великолепен, что хочу тебя ещё больше.       «Не сниму никогда,» — передумал я.       После того, как помог устроиться ему на раковине и снять трусы, я пристроил его ноги в черных чулках себе на плечи. Чулки красиво контрастировали с его белой кожей, и я облизал место стыка с капроном, а он сразу ответил мне стоном и просьбой не мучить.       Но мне так нравилось «мучить», что я продолжил покрывать мокрыми поцелуями внутреннюю часть бедра, облизал от основания и взял в рот его член. Он закусил руку, чтобы не быть громким, и глубоко дышал. Ещё поласкал языком и губами головку, облизал пальцы, немного разработал Че и вошёл в его горячее податливое тело.       Обещал заткнуть его стоны поцелуем, но было неудобно, так что одной рукой я, придерживая ногу на плече, дрочил ему, а пальцами другой принимал укусы и зализывания, вторя движениям его языка. Он как всегда быстро подстроился под ритм.       Кончив в него, я поцеловал бедро через чулок.       «И как бы сексуально это ни выглядело, разорву к чертям дома.»       Хёнвон тяжело дышал. Кончил он одновременно со мной, на губах было немного крови, он раскусал себе губы.       — Вонхо, — он приподнялся ко мне и сомкнул руки вокруг шеи. Его парик подрастрепался, и я снял его, погладив по мягким волосам. Но он смотрел мне прямо в глаза, и я не мог уйти от этого взгляда. — Я правда люблю тебя, Вонхо.