when the Moon and stars collide

POV Ремус Это преследовало его ночами. Глухими, темными ночами, когда юноша ворочался в постели, пытаясь изгнать надоедливый образ из своих сновидений. Тот самый образ, что сверкал серебристыми глазами, чересчур сексуально ухмылялся, верно затевая что-то недоброе. И Ремус прекрасно осознавал, чей образ заставлял его раньше всех просыпаться и плестись в душ, чтобы смыть позор ледяными струями воды. Это был Сириус Блэк. Его лучший, черт подери, друг. Природа сыграла с парнем очень злую шутку. Нельзя заставить кого-то влюбиться в лучшего друга, да ещё и такого, как Бродяга. Рем был уверен, что Бродягой его Поттер начал величать не из-за того, что Сириус превращался в собаку, а потому что с ним переспала половина школы, к слову, не только женская, а это бесило. До такой степени, что хотелось поджечь волосы каждой студентке, которая оставляла своё бельё в их комнате. Оторвать яйца любому, кто заигрывал с Сириусом. А в преддверии полнолуния у Люпина эти чувства обострялись раз в десять. Вот и в этот момент Ремус пытался сидеть как можно тише, поедая свой завтрак, пока рейвенкловка, чей бюст вызывал куда больше интереса, чем имя, открыто флиртовала с Сириусом. Если бы Лунатик не сдерживал волка, рвущегося наружу, девушка давно бы закрыла рот, накрашенный приторно розового цвета помадой. Люпин чуть не подавился, когда услышал, что Блэку шептала рейвенкловка: - Ай, мать твою, - выругался Ремус, когда кто-то сильно ущипнул его. - Смотрите-ка, он разговаривает, - хохотнул Джеймс, что сидел рядом. – Ты до сих пор на Бинса злишься, что не получил «Превосходно» за эссе? А то у нас тут уже снегопад начался. Люпин посмотрел на потолок. И правда: прямо над ним сыпал снег, падая в тарелки рядом сидящих недовольных однокурсников: - Прости, плохо спал, - словно в подтверждение этому Ремус зевнул. - Доведёт тебя твоя учёба когда-нибудь, - вздохнул Поттер. - Зато у него рекомендации будут хорошие, - прощебетала Эванс, незаметно подошедшая к ним. Джеймс сразу напрягся: выпрямил спину и поправил очки. Поттер уже месяца два встречался с Синди Лоуренс с Хаффлпаффа, но влияние Лили оставалось чересчур заметным. У Синди тоже были рыжие волосы – только не такие насыщенные и огненные как у Лили. Да и веснушек было меньше. Люпин прекрасно понимал, что Лоуренс – это лишь попытка забыть Лили: - Спасибо, Лилс, - дружелюбно ответил Ремус. Снег, кстати, перестал идти. Эта рыжая гриффиндорка имела удивительную способность привести в порядок то, что многим не было подконтрольно. В этот момент Рем краем глаза увидел, как Сириус встает из-за стола и идет вслед за рейвенкловкой. Ну, что же...как всегда. Люпин принялся угрюмо жевать свою кашу, а в это время Сириус пытался убедить себя, что этот перепихон избавит его от мысли о лучшем друге в качестве любовника.