when the Moon and stars collide

Вот и наступил этот злосчастный момент, когда кости начали менять свою форму. Скелет вытягивался, руки превращались в огромные лапы, а тело покрывалось густой серой шерстью. Крики Люпина прекратились, а на смену им пришёл громкий вой, который жители Хогсмида ошибочно считали криками не упокоенных душ. В нос ударил запах плесени и гнилого дерева. Волк осмотрелся и принюхался ещё раз. Вдруг дверь открылась и он был готов наброситься на того, кто стоял за ней, но человеческий запах вдруг пропал. В проёме стоял чёрный пёс, рыча на оборотня. Несколько минут они смотрели друг на друга, а затем пёс кинулся на волка. Так они провели немало времени в игривой борьбе. Укус пса на лапе слегка саднил, но это не остановило волка от того, чтобы побежать на первый этаж, а оттуда в лес. Пёс рванул за ним. Запахи смешались: насыщенный аромат ели и прошедшего дождя сводили с ума. Волк побежал на уже знакомую поляну, пёс не отставал. Животные чувствовали мягкость сырой земли, касаясь её лапами, оставляя следы на влажной почве. *** POV Сириус Ближе к утру Сириус сидел у дряхлой кровати, на которой мирно спал Люпин, укрытый одеялом. Блэк был рад, что Сохатого на вечер украла Лоуренс, а Петтигрю побоялся идти на встречу с оборотнем без Джима. Он сможет хоть немного побыть с Ремусом. На руке Люпина красовался ещё один шрам. Сириус попытался залечить его магией, но вышло только остановить кровь, ничего – Помфри разберётся. Парень во сне что-то прошептал и нахмурился. Блэк хотел коснуться губами складки меж бровей, чтобы Рем не выглядел таким серьёзным, но он не мог так далеко зайти: всё-таки Люпин натурал. Сириус, правда, ни разу не видел друга с девушкой, но это не повод считать его геем. Вдруг Лунатик зашевелился и открыл глаза: - Хей, приятель, - произнёс Сириус как можно тише, зная, что «похмелье» после превращения – вещь не из приятных. - Привет, - прохрипел Люпин, пытаясь сесть. Блэк моментально рванулся помогать. Пальцы обожгло током, когда он коснулся голой спины. Как только Ремус сел, Сириус подал ему стакан воды. – Ребят сегодня не было? - Нет, у Джеймса дружок хотел пошалить, а Пит просто тот ещё крысёнок, - это звучало грубо, но они оба знали, что Сириус говорил это любя.- Я сейчас дам тебе одежду и отведу к Помфри, идёт? - Ага, - вяло отозвался Ремус. *** POV Ремус Люпин лежал на больничной койке, глядя в потолок. Он и не знал, что от вида одного человека может быть так приятно и тошно одновременно. Ремус бы всё отдал, чтобы просыпаться и видеть рядом лицо Сириуса. Не при таких обстоятельствах, конечно, а тихим весенним утром. Когда легкий ветерок залетает в окна и заставляет тюль трепыхаться, а солнечные лучи нарочно будят, словно желая доброго утра. Но не в пыльной развалюхе с расцарапанными стенами. Не в том месте, которое связано лишь с адской болью и борьбой: - Хей, - кто-то отодвинул шторку. На кровать к нему присела Лили. – Как ты себя чувствуешь? – взволнованно спросила гриффиндорка. - Нормально, упал в обморок вчера, вот и держат тут, - соврал Люпин. - Не ври мне, Реми, - вдруг сказала она. – Каждый месяц, после полнолуния ты тут. Совсем разбитый. Ты понимаешь, к чему я веду? - Н-нет, - но вид Ремуса говорил об обратном. - Я всё знаю, Рем, - прошептала девушка. – Ты мой друг. Ты думаешь я не вижу шрамов? Если я догадалась о твоих чувствах к сам-знаешь –кому, то и это без труда могу понять, - Лили действительно знала о чувствах Люпина. Она одна. Ремус не был удивлён, что Джеймс столько лет бегал за Эванс, ибо такую идеальную девушку нигде не найти. - Откуда ты такая внимательная на мою голову взялась? – вздохнул Ремус. - Это еще не все, у меня для тебя кое-что есть - улыбнулась девушка, доставая из кармана мантии какой-то пузырёк. – Я тебе больше скажу: это зелье поможет тебе сохранять рассудок во время превращений. Я с ним месяц возилась, наконец-то нашла рецепт. - Серьёзно? Такое вообще существует? – недоверчиво спросил гриффиндорец. - Ага. А ещё... Договорить она не успела: штора громко отъехала и за ней оказалась вся компания мародёров, правда, без Сириуса: - Мсье Лунатик! – громко объявил Джеймс. – Доставка на дом! – он высыпал на кровать целую кучу шоколадных лягушек. Заметив Эванс, он предпочел даже не смотреть в её сторону, а то ещё упал бы на колени и молил о свидании. - Спасибо, ребят, - искренне, насколько это было возможно, улыбнулся Ремус. - Я пойду, - шепнула ему Эванс, незаметно впихнула пузырёк с зельем и, поцеловав в лоб, удалилась. У Поттера на шее вздулась венка. - Мы друзья, Сохатый, - сказал ему Люпин. - Что? Да, похер. Забирай, - напускное безразличие Джеймса вызвало у Ремуса смешок. – Как ты вообще? Бродяга вон спит всё утро. Хорошо вчера повеселились, да? - Угу. Только вот я ничего не помню, - Люпина всегда удивляло то, как его друзья одним своим появлением могли поднять настроение. Жаль только, Сириуса не было. *** Ребята просидели с ним примерно час, пока Помфри не выгнала их, сетуя на то, что они своим смехом разбудят всех больных. Ремус уже открывал книгу, как штора снова отъехала в сторону, а на кровать приземлился посетитель: - Ты хоть живой тут? – тих спросил Сириус, на которого Люпин боялся смотреть, оставаясь наедине. - Как видишь, - хмыкнул парень. – А ты? Сохатый говорил, что разбудить тебя сегодня было невозможно. - Конечно. Кто-то ведь вчера решил устроить марафон, - широко улыбнулся Блэк. – Это я тебя так? – спросил парень, беря Люпина за предплечье и рассматривая шрам, что пытался залечить утром в хижине. - Н-нет, твой давно зажил, - по телу побежали мурашки и Люпин отдёрнул руку, сам того не желая. Нервозность его от Сириуса не укрылась. - Тебе нужно что-нибудь? Шоколад? Знаю, ребята принесли, но мало ли, - Бродяга смотрел в упор. - Всё хорошо, спасибо, - выдохнул Ремус, всё же подняв глаза. Сердце начало стучать куда сильнее, грозясь выпрыгнуть из худощавой грудной клетки. Так прошло несколько мучительных мгновений, пока друзья играли в гляделки, а затем Блэк отвёл глаза. – Ты иди, а то обед пропустишь, - тихо произнёс гриффиндорец. - Да, точно, обед, - кашлянул Сириус. – Увидимся в гостиной, да? Люпин кивнул. Бродяга встал, уже собираясь уходить. Но затем резко наклонился к Люпину, целуя того в висок: - Держись, Лунатик, - и ушёл со скоростью газели, убегающей от льва. Люпин в полном замешательстве сидел на кровати, глядя в одну точку и пытаясь понять, что же произошло.