Фамилия как фамилия

***

Жил-был в Ленинграде, в Союзе Советском, Простой человек, в коммуналке простецкой, Двух войн ветеран и детей двух отец, С друзьями — душа, на работе — творец, Однако, с такой родословной, что власти Ни раз и не два обвиняли «в участье», Потомственный вор, спекулянт, аферист, Натан Константинович Потырь, дантист. Предание предков напутствует верно (Удачливы Потыри были безмерно): «Коль важное дело, работу затеял, ПотЫрь что-нибудь из вещей богатея». Бумаги старинной квадратный аршин — История Рода от самых глубин, Все предки, потомки там, даже предметы, Что судьбы решали, в пергаменте этом. Роднёю Натан был богат чрезвычайно, Он вёл переписку (конечно же, тайно), Затем, относясь к Родословной серьёзно, Вносил дополненья туда скрупулёзно, И жил, не тужил бы он, горя не знал, Но «меченный» лидер к расколу призвал. Где смута, там ждите еврейский погром… И вынужден Потырь покинуть свой дом. В подробности поисков чтоб не вдаваться, Летят в США всей семьёй ленинградцы. Там лорда на смертном одре застают, И старому Потрису клятву дают: Ветвям родословного древа согласно, Собрать всех сирот, бедняков и несчастных, И здесь поместить, обогреть, обучить… — Тем самым семью Потрисов возродить. И лорд отошёл. И затеяли дело — Одиннадцать писем-надежд полетело. А в Англии тех адресатов аж два: Малыш-сирота и старушка-вдова. Старушка, в ответ, благодарна, но, пишет, Сиротку никак и нигде не отыщет, Звонит, телеграммы шлёт… толку ничуть. И старый Натан отправляется в путь. А в Лондоне — к Богу воззвал, лишь прибыв, Привычно «костюм» обокрал, и — в Архив. И адрес нашёлся, а как же иначе, Их ждёт с малышом непременно удача! Но что же? На месте ему не открыли, За дверью, кого-то нешуточно били, Вдруг треск, и пинком за порог, — сироту…?! Он — хвать пацана, в кэб, в вагон, и «туту». Но, вот же напасть, не проехали мили, Растаял мальчишка как облако пыли. Натан Константиныч в сердцах чертыхнулся, Вещички собрал, и в отель возвернулся. А прямо с утра — снова к «родичам» в сад, В окно заглянул, те на кухне сидят. Сиротки — как не было… Вправду, а был ли…? Ах, нет, вон он, с тряпкой у автомобилей! — Пойдём? — Yes! — с улыбкой, такси, самолёт… Натан крепко за руку внука берёт — Минута полёта, другая… И вдруг Малыш точно вытек из родственных рук, В последний момент дед к нему прицепился, И… вместе с мальчонкой в саду очутился. «Господь всемогущ,» — поразился Натан — «Он с нами отправил и наш чемодан!»… Что делать? «Граница» за Лондоном где-то… Пойти — по земле и пешком — два ответа! И тут же пошли. То да сё закупили, И с бравурной песней на русском — отбыли. Шли, ехали, плыли потом, стар и мал, И, чудо, парнишку никто не искал. Неделя, и вот партизанский поход Их кончился. В Кроули ждёт самолёт. А дома, в добрейшего лорда поместье, Двенадцать семей уживаются вместе: Профессии разные, три языка… Нужна непременно потвёрже рука, Хозяина ждут и поля, и прислуга, Да члены семьи, что не знают друг друга! И старый Натан, чуть с дороги поспал, Семейный совет за обедом собрал. Ох, что же за чудо-семья получилась! В надежде на лорда и Божию милость, Собрались: крестьяне, юристы сапожник, Артистка, моряк, инженеры, художник, Учители, пекари, конюх, шофёр, Бухгалтер, врачи, и, помилуйте, вор, Портные, кузнец, полицейский и слесарь, И трое студентов «неясных профессий», Пятнадцать детей до шестнадцати лет, И даже волшебник (но это — секрет). И твёрдо уверен Натан в этом чуде — Всё это хорошие, добрые люди! Для каждого — план и участок работ, Стратегия, книги: приход и расход. Нужны документы, права и дипломы, Учёба и служба, язык и законы… Давно уж Натан всё, конечно, решил, «И вот два закона:» — он провозгласил — «Наш первый закон: Мы друг другу родня, Проблема твоя — есть проблема моя. Второй, он же главный: — Твои и мои, Все дети — богатство и слава семьи! Пусть всяк всех детей ремеслу обучает, По часу в неделю два дня выделяя». Тем временем в Англии переполох, Сиротку украли, и вот в чём подвох: Его охраняли — не кто-нибудь, маги! Сидел наблюдатель от мальчика в шаге. Зачем? Так ведь это известный герой! Ответ артефакта: «Он дома. Живой». Он — дома, конечно, за морем, далёко, Теперь Гарри Потырь, совсем не сиротка, В огромной семье, где главой — русский дед, И русский в ней, стало быть, менталитет. Все дети здесь учатся ровно тому, Что нужно душе их, и нужно уму, Есть время для игр и иного досуга, И много любви и тепла друг для друга. И школа, и колледж, куда ж от них деться?.. Пять лет, — и забыто ужасное детство. И вырос наш Гарри: немного художник, Артист, математик, железнодорожник, Немножечко медик, моряк, музыкант. Он даже к скульптуре имеет талант, Умеет рыбачить, косить и доить, Сапожничать, печь, и машину водить, Шить обувь и драться, стрелять, воровать, И даже, представьте себе, колдовать. А те англичане, что Гарри искали (Все маги), конечно, нашли и забрали… «Помоев ушаты» от мира простого — Не то там «волшебное» ценится слово. Учила их сызмальства мудрость Земли: Коль можешь сиротке помочь, помоги! А Англия с Гарри хлебнёт ещё горя, Но это другая, вторая, история…