To Dragons

***

      Тэхёну ужасно плохо. Ему просто до тошноты страшно от вида искалеченного и бледного как смерть Сокджина. Недвижимый, тот уже второй день подряд лежит в лазарете и всё никак не может прийти в себя. Конечно всех ребят, а Намджуна и Тэхёна в частности, уверили в том, что с ним всё будет в порядке, однако, успокоить тревогу оборотню это не помогало. Уже второй день подряд он упрямо не покидал комнаты учителя в лазарете, и кажется от этого лишь больше сходил с ума.       Не в силах наблюдать и далее за страдающим парнем, эльфы всё-таки выгнали Тэхёна развеяться в сад, пригрозив, что без должного отдыха, вообще запретят ему находиться рядом с пострадавшим. Ким был уверен в своих способностях пробираться в любые, даже самые охраняемые места, но на этот раз решил всё-таки не спорить с кем-либо и послушно спустился вниз прогуляться.       «Рай» – это первое слово, что пришло Тэхёну на ум, когда он окинул взглядом, открывшийся ему вид на дворцовый сад. Без приукрашивания тот был просто потрясающим. Столько видов цветов в одном месте, столько красок и диковинных растений. Фонтаны, лабиринты, беседки и изящные скульптуры. Казалось, что само время здесь останавливалось, позволяя насладиться неожиданным чудом, и погружало гостя в ощущение неги. Цветущая зелень очаровывала взор. Легкий воздух, переносящий чудные ароматы, порождал желание вдыхать его полной грудью. Трава, тихо шелестела под ногами, будто приглашая пройтись по ней босиком, а ветер, мягко колышущий ветки деревьев и маленьких кустов, нежно развивал просторные края воздушной рубашки и завитки непослушных светлых волос. Здесь легко можно было почувствовать себя как в сказке.       Тэхён всегда был безумным ценителем подобной красоты, но сейчас, несмотря на подлинное восхищение чудесным садом, он всё же не мог оценить его прелесть по достоинству. Довольно быстро парень нашёл себе укромный угол в тени просторной беседки, которую плотно обвивал ярко-зеленый плющ, и устроился там на просторной скамейке. Поджав колени к груди, омега сжался в клубок, словно надеялся сократиться до столь маленького размера, что это мир не смог бы его заметить, и спрятал нос между сложенных рук. Он чувствовал себя в этом состоянии глупо и неловко, но ничего не мог с собой поделать. Любовь оборотней – страшное чувство. А Сокджина Тэхён любил. И любил не просто, как учителя или друга, а как родного брата и порой даже отца, которого был лишен в детстве. Поэтому осознавать, что сейчас тот находился в лазарете и никак не мог очнуться, было действительно больно.       Примерно около часа Тэхён проводит наедине со своими тяжёлыми мыслями, прежде чем его в этом неприятном состоянии находит Хосок – единственный человек из их компании, не загоняющий себя тревогами, а наслаждающийся моментом пребывания в столь чудном месте. Подойдя, он мягко кладет руку на голову оборотня и, улыбнувшись, сообщает о том, что маг наконец-то очнулся и с ним все в порядке.       Тэхён тяжело сглатывает и, подняв голову, кивает. – Наконец-то. – Ты не пойдешь к нему?       Ким кивает снова, но на этот раз в отрицании. Он правда счастлив, что с Сокджином все хорошо. Чувствует, как внутри него разливается тёплое чувство спокойствия и облегчения. Только идти прямо сейчас и тревожить отдых учителя всё равно не желает. Он хочет остаться здесь и окончательно успокоиться.       Хосок вздыхает, когда слышит объяснение от товарища и присаживается рядом. – Что-то у нас стало слишком много грустных лиц на один прекрасный сад. Я так с ума сойду, – он тихо смеётся, вспоминая недавний разговор с братом, и поглаживает пепельные волосы оборотня. – Чимин успел с Юнги разругаться, Намджун из-за какой-то эльфийки со стражниками. А Чонгук просто, как растерянный призрак туда-сюда ходит. Даже не знаю, что вами всем делать.       Тэхён пожимает плечами. Он тоже не знает, и, увы, не может поддержать друга. Вместо этого он тихо просит: – Хоби-хён, помоги мне. – Мм? Чем? – Ты можешь найти и позвать Чонгука?       Хосок по-доброму усмехается, кажется совсем не удивившись просьбе товарища, и всё же уточняет: – Чонгука? Ты уверен? Мне бы не очень хотелось потом вас разнимать. – Да всё будет нормально, – бурчит Тэхён, краснея ушами. Он сам не знает, почему хочет увидеть демона, но чувствует, что прямо сейчас ему это действительно просто необходимо. – Обещаю, что не буду с ним ругаться. – Ладно, – мелодично тянет Хосок и всё-таки соглашается выполнить просьбу друга.       Когда он уходит, Ким вновь остаётся в беседке один, но на этот раз совсем ненадолго. Уже через пятнадцать минут с неожиданным трепетом он ощущает приближение демона. – Тэхён?       На лице заглянувшего внутрь Чонгука читается удивление. Он не понимает, зачем парень позвал его к себе и по ответному молчанию Кима догадывается, что у того нет четкого ответа на его вопрос тоже. – Ага. Как дела? – хрипло интересуется Тэхён, когда демон, не знающий, чего от него хотят, просто садится рядом на скамейку.       Чонгук фыркает и тепло улыбается. Этот бытовой вопрос совершенно не вяжется с видом ужасно подавленного вида оборотня. – Всё отлично. Ты как?       Тэхён молчит и, опустив ноги вниз, садится ровнее, а после неожиданно устраивает свою голову на чужом плече, от чего Чонгук слабо вздрагивает. – Хорошо. Теперь хорошо. – Ты... для этого меня звал? – Видимо да, – прямо отвечает Тэхён и глубоко вздыхает, прикрывая глаза. – Успокой меня.       Чонгук, улыбаясь, снова фыркает. Он крайне удивлён такому поведению парня, но в тоже время признаёт, что рад ему. – Хорошо. И как же мне тебя успокоить?       Тэхён безразлично пожимает плечами и вздыхает. Чонгуку это совсем не нравится. Желая взбодрить парня, он решается на шалость. Слегка отстранив Тэхёна от себя, демон заключает его в объятия и оставляет беглый поцелуй на виске. Чонгук ожидает, что оборотень взбунтуется его наглости и начнёт ругаться, но Тэхён лишь тихо смеётся. – Что-то ты много меня в последнее время целуешь. – Кажется да, – разочарованно щёлкнув языком, соглашается Чонгук. – И тебе обычно это не нравится.       Тэхён опять смеётся. На это раз более живо и радостно, а после выпрямляется и заглядывает демону в глаза. – Наоборот.       Он тянется вперёд первым, чтобы невинно и легко прижаться мягкими губами к чужим и заключить их в быстрый поцелуй. Чонгук сильно вздрагивает, пугаясь столь интимных действий парня, и отстраняется. – Это ты так успокаиваешься? – Немного, – честно отвечает Тэхён, сохраняя на лице полное отсутствие смущения, и вновь приближается к демону. – Я ведь оборотень. Нам слишком важны подобные контакты. А ты, кажется, говорил, что тебе, если нет любви, подобное не чуждо.       Чонгук недовольно фыркает, вспоминая, что действительно в пьяном бреду хвалился Киму своими интимными похождениями, так что противопоставлять на это заявлением ему было нечего. И конечно же он прекрасно знал о тактильной зависимости оборотней, но все же такого порыва от Тэхёна не ожидал. Тем более парень сам рассказывал о том, что никогда не позволял себе подобных вольностей с кем-либо. Лишь связь на одну ночь и ничего более. Значит тогда Тэхён просто врал? – И со многими в итоге ты так целуешься и «успокаиваешься»?       Чонгук сам не знает, почему в его голосе сквозят недовольные нотки ревности, ведь по факту ему абсолютно и совершенно всё равно на чужую личную жизнь. Так что он надеется, что Тэхён не обратит внимания на его необычную интонацию. Однако, Ким обращает, ведь данный вопрос демона порождает внутри него необычное тёплое чувство в районе груди и живота, от которого он расплывается в широкой, довольной улыбке и отвечает: – Нет, не со многими. Только с тобой.       Тэхён, с удовольствием отмечающий реакцию демона на свои слова, продолжает улыбаться. Так обворожительно и заискивающе, что Чонгук в итоге не выдерживает и, послав к чёрту свои сомнения, сам притягивает его ближе, чтобы зацеловать эту замечательную раздражающую улыбку.       Неожиданно, он понимает, что именно эту сцену видел в огне. Именно этот момент его жизни был предсказан майской ночью. И если раньше видение побуждало в голове Чонгука много вопросов по отношению к оборотню, то сейчас не было ни одного. Ведь, оказывается, ему привиделась банальная помощь! Да, довольно необычная, но всё-таки помощь! Почему-то до этого Чонгук был уверен, что между ним и Тэхёном в той сцене полыхали чувства, но на самом же деле сейчас их связывал лишь один невинный, пусть и затянувшийся поцелуй. От которого, правда, почему-то сильно кружило голову и щемило в области груди, но Чонгук совершенно не обращал на это внимания. Сейчас это было для него не важно. Куда важнее было прижимать Тэхёна ближе к себе, вдыхать его цветочный аромат и целовать. Нежно и настойчиво, сминая чуть потрескавшиеся полные губы. Чувствовать, как тот млеет в его руках и окончательно расслабляется.       Несмотря на истинное наслаждение, Тэхён всё же прерывает поцелуй первым и глупо, а главное – непонятно с чего, хихикает, вновь устраивая голову на чужом плече. – Скажи, Чонгук-а, какое у демонов летосчисление? Вы ведь, как эльфы и вампиры, живёте гораздо дольше людей, – вдруг спрашивает он, наконец-то успокаиваясь, и слегка отсаживается от парня.       Чон натянуто усмехается и блуждает взглядом по лицу Тэхёна. Он слегка тормозит после произошедшего, но поднятая тема будит в нем и собственное любопытство. – Почему ты спрашиваешь? Разве у оборотней не так же? – Нет, – качает головой Тэхён. – Мы существуем ненамного дольше людей. Всего сто пятьдесят лет. Это стандартно. Хотя некоторые, конечно, живут и гораздо больше, но это только потому что связываются с другими расами. – Каким образом? – хмурится Чонгук, очевидно совершенно ничего не знающий про возрастные особенности оборотней. – Это все из-за нашей сущности, – объясняет Тэхён. – Если у оборотня появляется любимый человек или находится истинный, ставится метка. Уж о ней ты, наверняка, слышал, – Чонгук, сохраняя задумчивое лицо, кивает. – Так вот она позволяет не только сильнее чувствовать своего партнера, но и подстраивает оборотня под его жизненный цикл. – Но ведь метку вам могут ставить только альфы. Разве нет? – О, нет! Вовсе нет! – смешливо фыркает Тэхён и обращает внимание на то, как мило удивляется этому факту демон. – Поэтому иногда среди нас находятся оборотни живущие по пятьсот лет. – Пятьсот? Оборотень с вампиром? Разве вы не воюете... периодически?       Тэхён пожимает плечами и вновь устраивает свою голову на чужом плече. – Это любовь. Она соединяет любые расы. С ней может поспорить только истинность. – Понятно, – выдыхает Чонгук и, не успев себя одёрнуть, прижимается губами к светлой макушке. Похоже общение с оборотнем плохо на него влияет, раз он начинает самостоятельно делать такие вещи. – Но я ведь спросил не просто так, – возвращается к теме Тэхён. – Сколько вам на самом деле лет? Тебе, Намджуну и Юнги. Мне правда интересно. Чонгук задумывается. – Ну… Юнги-хён среди нас самый старый. Ему, вроде, уже почти стольник. А Намджуну только шестьдесят... – Вау, серьезно?! – почти подскакивает Ким. – Не думал, что он настолько молодой! Это ему ещё осталось… Стой, погоди, а демоны же живут ещё дольше вампиров, да? – Нет. Меньше. Мы живем около трех сотен лет. – Ааа, не знал, – Тэхён качает головой и задумывается. – Значит Юнги осталось жить примерно двести лет, Намджуну почти двести пятьдесят, а тебе… Напомни, сколько тебе лет? – Девятнадцать. – Да нет же. Я не про людской возраст, а про… Так, стоп, – Тэхён в шоке всматривается в Чонгука и глупо хлопает глазами, принимая неожиданный для себя факт. – Тебе вообще что ли девятнадцать?       Демон раздражённо закатывает глаза и наблюдает за тем, как глубокое удивление на чужом лице довольно быстро сменяется хитростью. – Ну наадо же, – елейным голосом тянет омега и быстрыми, но плавными движениями взбирается на колени парня. Он садится на самый край и почти не нарушает его личную границу. Только цепкими пальцами сильно впивается в массивные бёдра. Но Чонгук всё равно почему-то смущается. – Так ты, действительно, младше меня, мой маленький демон. – Тц, лишь ненамного, – защищается Чон, но встретившись с взглядом Тэхёна, понимает, что проигрывает этот бой. Оборотень смотрит на него с необычным превосходством и доминированием. Взгляд тяжёлый, завораживающий, и только теперь Чонгук вспоминает, почему сразу не смог понять, что Тэхён омега. Тут, блин, никто бы кроме оборотней не понял. – Может найдем Намджуна и Сокджина? – предлагает он, пытаясь замять неловкую ситуацию. – Нам нельзя ведь здесь надолго задерживаться. Если твой учитель очнулся, следует продолжить путь.       Тэхён ещё пару секунд продолжает пристально вглядываться в Чонгука, но все-таки, пощадив свою жертву, глубоко вздыхает и соглашается. Им уже действительно пора.

***

      Сокджин, несмотря на переживания друзей, чувствует себя хорошо отдохнувшим. Конечно в некоторых местах он ощущает тупую и неприятную боль, потому что его тело неплохо так пострадало во время сражения, но морально – он самый счастливый человек на свете. И еще счастливее маг становится, когда видит на пороге лазарета улыбающегося ему Намджуна. Жадным взглядом Сокджин проходится по его русым растрёпанным волосам, отмечая, что данный цвет ему идет явно больше, по красивым карим глазам, в которых теплится радость, и спускается на самую очаровательную улыбку с прекрасными ямочками на щеках. Нежность, резко разливающаяся в груди, просто не позволяет парню не улыбнуться в ответ. – Привет. Давно я здесь? – Привет, – отвечает Намджун, подходя ближе. Он присаживается на небольшой табурет у края кровати и мягко берёт мага за руку. – Довольно давно. Два с половиной дня. Поэтому я рад, что ты наконец-то очнулся. – Как много… – хмурится Сокджин. – Что со мной произошло?       Стараясь восстановить последние события в своей памяти, парень аккуратно ощупывает саднящее плечо, перебинтованную голову и пострадавшее от укуса ухо. Из увечий он помнит только последнее, поэтому ему необходимы объяснения.       Улыбка сползает с лица демона, а взгляд становится печальным. – Мы нашли тебя скинутым с обрыва, – коротко отвечает он. – Видимо они хотели унести тебя к себе, как добычу, но не успели. Сдохли.       Намджун жутко ухмыляется, а Сокджин тут же вспоминает о «Магморе». Именно этот порошок гоблины рассыпали перед его лицом, прежде чем утащить с собой. – Точно... Мне срочно надо к королю!       Желая не опоздать с важной информацией, Сокджин резко подрывается с постели. Однако, стоит его ногам коснуться земли, как он тут же начинает чувствовать ужасное головокружение и, не в силах с ним справится, падает в руки подхватившего демона. – Вот, чёрт! Сокджин! – Ой, хён! – вдруг слышится неподалёку звонкий голос Чимина и, когда комната перестаёт кружится перед глазами, парень видит, подбегающего ближе к ним друга. – Что с тобой? Мне позвать снова лекарей? – Я в порядке, – отвечает Сокджин и тут же слышит позади себя раздраженное фырканье Намджуна. – Просто резко встал. Мне срочно нужно увидеть короля эльфов. Есть кое-что, что он обязан знать о гоблинах и... Ох, Чимин-а, ты в порядке?       Пак, не ожидавший, что на него сразу обратят внимание, слегка теряется и тут же старается натянуть на лицо лёгкую улыбку. – Что? Я… Конечно, хён! Не волнуйся. Пойдём. Мы с Намджуном отведём тебя.       Сокджин видит, как Чимин мнется и нервно теребит край кофты. Видит боль, промелькнувшую в его покрасневших от слёз глазах и совершенно не верит словам о том, что с ним всё в порядке, но решает пока что друга не трогать. Лишь отмечает для себя, что им надо будет поговорить позднее, а пока позволяет помочь привести себя в подобающий вид и всё же отвести к королю. Война важнее.       Аудиенция проходит тихо, без лишнего шума. Король эльфов интересуется состоянием мага, причиной нахождения их странной компании на границе, а затем свободно выводит его на балкон, вид с которого открывается на прекрасный сад, темный лес позади него и огромный водопад Хуна, что находится уже за пределами эльфийских правлений. – Обычно мы не позволяем чужакам вторгаться в наши земли, и особенно не приводим их в замок. Но с учетом вашего состояния и нахождения в вашей компании Ким Намджуна – наследника демонических земель, я решил оказать милость и помощь. – Благодарю вас, Ваше Величество, – отвечает Сокджин, склоняя голову. – Позвольте и мне взамен оказать помощь вам.       Взгляд светло-зелёных мудрых глаз устремляется на мага. – И чем же вы можете мне помочь?       Сокджин подходит ближе и указывает рукой в сторону тёмного леса. – Как вы уже знаете, на границе нам пришлось вступить в схватку с гоблинами, и мне, как опытному магу, во время битвы удалось заметить причины их побед. Могу я узнать, почему вы сразу не воспользовались нашей помощью, как только началась война? – Вы ошибаетесь, Ким Сокджин. Я призывал магов, – отвечает правитель с грустной усмешкой и устремляет свой взгляд к горизонту. – Первым делом я отправлял их на захваченные территории, но ни один из них так и не вернулся. А меж тем моя армия редела. – И это не удивительно, Ваше Величество, – кивает парень. – Гоблины стали умнее. Они перестали идти в лобовые атаки и пользуются теперь преимуществами леса. Они нападают с деревьев, с высоты разделяют противников на одиночек, а затем разбираются с каждым из них небольшими группами. Также я предполагаю, что они умудрились совершить сделку с ведьмами, поскольку начали использовать заговоры на погоду и порошок «Магмор», позволяющий усыплять магов. Именно поэтому ваши отряды стали редеть, а маги пропадать без вести. Если позволите, я смогу оказать вам помощь. В моих силах создать обратный заговор на паленых травах, который позволит усмирить разбушевавшуюся стихию, а также создать противоядие «Магмору». Конечно, оно будет действовать недолго, но всё же поможет спасти несколько жизней.       Король эльфов задумчиво ведет по пряди темных волос и прикрывает глаза в сомнении. С одной стороны, это против его гордости – принимать помощь от незнакомого мага, ведущего дружбу с демонами, пускай и титулованными. С другой же – он больше не может терять своих людей и владения, поэтому гордо выпрямившись, обращается к Сокджину. – Я принимаю твою помощь, маг.       Сокджин понимает, что Его Величеству довольно неловко идти на это соглашение, поэтому он покорно кланяется и поскорее удаляется в свои покои. В конце концов теперь его ждет долгий вечер и долгая ночь. Ведь, что ни говори, а отвары и противоядия всегда являлись довольно трудным делом. Но сделать их определенно было нужно.