To Dragons

      Чимин опускает ноги в прохладную воду и вздыхает. Здесь у реки ему становится лучше. Совсем немного, но этого хватает. Здесь он может расслабиться, позволить себе грустить и думать о нем. Как бы Пак не хотел убежать от себя, все равно вновь возвращается к мыслям о Юнги, и кажется, будто с каждым разом сердце болит с новой силой. Это выматывает. Парень смотрит на звезды, отмечая, что сегодня они светят ярче обычного, погружая этот мир в свое волшебство, а после устремляет взгляд на реку. Здесь красиво. И немного холодно. Река течёт не быстро и не медленно, а так, будто рассчитывает свои силы. Зрелище завораживает. Блондин долго разглядыват небольшие волны и красивый берег, а после замечает, что здесь что-то изменилось. -Бревно? — тихо спрашивает Чим у самого себя и идёт по направлению к чему-то неизвестному, тёмному, лишь наполовину выбрашенному на берег. Долго не понимает, что же это за объект, похожий больше все-таки не на бревно, а на груду тряпья. А как только до него доходит, Чим начинает паниковать. Он срывается с места, подбегает к телу, и переворачивает его на спину, желая осмотреть пострадавшего, но тут же замирает. Бледное лицо. Маленькие пухлые губы, измазанные в собственной крови. Выбеленные, мокрые, спутанные волосы. И довольно большая рана у левого ребра. Но дело даже не в ней, а в полном отсутствии жизненной энергии в теле. Руки, уже перепачканные в чужой крови, начинают сильно дрожать. Слезы льются из глаз потоком. Чимин старательно стирает их локтем и аккуратно вытаскивает тело из воды. -Пожалуйста…пожалуйста… — в панике шепчет мальчик и ищет чужой пульс, хотя даже не уверен в том, что у демонов он имеется. В какой-то момент решает даже, что все кончено, но совсем слабые удары доказывают ему обратное. Это даёт надежду. Пак живо кладёт руки на чужую рану. Знает он совсем немного, потому как Сокджин научил только основам. Но это намного лучше, чем ничего. Блондин напрягает кисти, концентрирует энергию и выпускает потоки магии на рану. Собственное тело тут же начинает слабеть, потому что отдает слишком много, но Чим держится до последнего. Слабость не должна помешать ему спасти жизнь столь желанного сердцу демона, поэтому Пак не жалеет себя и отдаёт все. Рана почти затягивается к тому моменту, как силы все-таки покидают парня, и тот безвольным телом падает рядом с Юнги.

***

Просыпается Чим уже с своей комнате и долгое время думает о том, что случай у реки ему приснился, но потом видит на пороге хмурого брата и понимает — все реально. -Где он? — хрипит блондин и пытается подняться с кровати. Тело слушается очень плохо, а Хосок не помогает. По нему видно, что тот раздражен и даже, скорее, зол. -На кухне. И чувствует себя прекрасно. В отличие от тебя, — сообщает рыжий и все-таки помогает младшему брату сесть. — Каким хером, Пак Чимин? Ты можешь мне все это объяснить? Я нашел тебя утром еле дышащим в компании такого же полудохлого Мина! Мне пришлось тащить вас обоих домой! И, как только этот демон очнулся, первым делом спросил, почему до сих пор жив! Блондин замирает и пару раз глупо хлопает глазами. В груди разливается радость от осознания того, что он все-таки смог спасти жизнь Юнги, и эту ночь можно будет забыть ночным кошмаром. Но Пак давит в себе счастливую улыбку. Сначала нужно все объяснить Хосоку, пока тот все еще держит себя в руках. -Я… нашел его вчера в реке, Хоби. Он, действительно, умирал, — говорит мальчик и даже немного дрожит от собственных слов. — Кажется его принесло течением. У него не было ни энергии ни магии, только огромная рана в боку. Я… ты же, черт возьми, знаешь, что я бы не смог его там оставить! Извини, Хоби… Хосок тяжело вздыхает, трет пальцами переносицу и качает головой. Эта чертова любовь, приводящая только к страданиям, уже в печенках у него сидит. Спустя пару секунд молчания, рыжий садится рядом и приобнимает брата. Все-таки он его любит. -Знаю я. Но скажи мне, что ты будешь теперь делать, Чим? Он уйдет уже сегодня. Шуга ведь не обычный человек, чтобы его выхаживать. Он демон, и с твоей помощью уже давно восстановил свои силы. -Не знаю, — честно отвечает младший, утыкаясь носом в чужую шею. — Правда, не знаю. Я не могу его удержать. Хоби, скажи, как бы ты поступил… если бы тому, кого ты любишь, было больно? Если бы ты знал, что его уже предавали раньше и ему тяжело открыть свое сердце. Чим сам слышит в своем голосе обреченность и готов пустить слезу уже от этого, но брат поступает совсем по-другому. Он смеется. Блондин в шоке поднимает голову с чужого плеча и смотрит на того как на полоумного. -Хоби ты… -И все? — хихикает он, смотря на вытянувшееся от удивления лицо младшего. -В смысле? -Его один раз предали, он ушел в долгий загон и больше никого не подпускает к себе. И это все? Пак пару раз прогоняет в голове слова брата, ситуацию Юнги в целом и утвердительно кивает, наблюдая за тем, как Хоуп вновь начинает смеяться. Это раздражает. -Чон Хосок, прекрати! Ты бесишь! И без твоих насмешек плохо! — злится Чим. — Либо объясни нормально, либо выметайся из моей комнаты! Твой смех никак не помогает мне решить проблему! -Эй-эй! Спокойно! — тут же реагирует рыжий и постепенно упокаивается. — Я просто думал, что у вас что-то серьезное, а вы… как дети, честное слово! -Эй! Ты считаешь предательство любимого человека несерьезным?! И издевательства от него! -Успокойся, говорю, — цыкает Хосок и сажает вскочившего брата на место. — Я говорю о вашем поведении. Вы оба избегаете проблему вместо того, чтобы ее решать. Вы же оба, блять, влюблены! Зачем вы сами себе внутренние истерики закатываете, ммм? Особенно ты, Чим. Я знаю тебя с пяти лет, знаю какой ты ранимый и нежный. Но тебе стоит проявить настойчивость. Потому что даже сейчас Юнги пересиливает себя. Он мог бы уйти в тот момент, как проснулся, но нет. Ждет пока ты очнешься, чтобы убедиться, что с тобой все нормально. Разве это не говорит о том, что ты должен настоять на своем? Пак опускает взгляд в пол и переваривает слова брата. Он ведь уже пробовал, но только напугал демона и принес ему очередную порцию боли. В груди что-то сильно сжимается от всей информации, и он не знает, что ему с этим делать. К счастью, Хосок продолжает. -Если его предали и использовали, то конечно же он чувствует себя плохо. Конечно же он будет ограждать себя. Ведь знает только неправильную любовь. Он не знает, как должно быть, и ждет подвоха. Он банально боится, и это адекватная реакция. Тебе необходимо всего лишь показать ему, что значит любить по-нормальному. А если и сам будешь трусить, как делаешь это сейчас, то вы просто потеряете друг друга. И вся любовь вновь закончится никому не нужным страданием. Понимаешь меня? Чимин очень медленно кивает. Хосок начинает улыбаться, потому что его брат при этом находится в состоянии некоторого транса. Слишком уж много информации. Слишком много того, о чем Чим и не думал. Глупый ребенок. В итоге блондин оказывается настолько погружен в себя, что даже не слышит последних слов Хоби и того, как брат покидает комнату. В голове звенящая пустота. Хосок прав. Чиму надо лишь перебороть себя. Спуститься вниз, поговорить с Юнги. Настоять на своем. И в этот раз не слушать демона, а остаться с ним рядом. Рядом при любом исходе. Именно так ему нужно сделать. Но страх почему-то опять сковывает тело, и Пак остается на своем месте. К счастью в дверь его комнаты тактично стучат и на пороге показывается Юнги, наверняка направленный сюда тем же самым Хосоком. Он ничего не говорит. Оценивает состояние блондина внимательным взглядом и тихо присаживается подле. Они проводят в молчании минуту, и первым нарушить тишину решается демон и зовет Пака по имени, но: -Молчи, — тут же перебивает его парень. — Пожалуйста, молчи. Позволь сейчас я скажу. Он, наконец, отмирает и разворачивается к Мину всем корпусом. Старается не смотреть в глаза, потому что знает — Шуга может все увидеть. А сейчас ему этого не нужно. Сейчас это лишь напугает старшего. -Я хочу извиниться. В прошлую нашу встречу… Я не понял твоих чувств. Был слишком поглощен злостью и даже не подумал о том, что ты… мог бы сделать шаг навстречу и пострадать. Еще тогда мне стоило понять, что скрывается за твоими обидными словами на самом деле, но я не сделал этого. Прости. -Чимин, я… -Стой. Дай договорить, — тяжело вздыхает мальчик и смело берет демона за холодную руку. — Я знаю ты видел все, что показало мне майское пламя. И ты тоже знаешь, что оно не ошибается. Юнги... Намджун все мне рассказал. Без подробностей, но он просветил меня в то, что с тобой происходило. Знаю, что тебе, как демону искушения, было тяжело пережить свою первую любовь. Ты закрылся и теперь не подпускаешь меня к своему сердцу, но... Я хочу попросить тебя... Позволь мне доказать, что любовь может быть другой. Тот демон, что использовал тебя был просто сволочью, Юнги. Я... хочу показать тебе, как это любить по-настоящему. И даже если ты снова начнешь оскорблять меня, отталкивать или пытаться сойти с темы, я не отступлю. Если ты не можешь, то этот шаг я сделаю сам. Блондин сглатывает и, наконец, поднимает глаза на Мина. Тот, словно, статуя сидит перед ним с нечитаемым выражением лица. Пак понимает, что демон "рассматривает" его эмоции и чувства. Затем светловолосый отводит взгляд, кивает и сжимает руку младшего в ответ. -На самом деле я хотел уйти, - неуверенно произносит он. - Как только очнулся, сразу понял, где нахожусь и надеялся исчезнуть, но твой брат остановил меня. Он много чего мне рассказал, ну...точнее я увидел его чувства. Хосок был очень взбешен, но благодаря ему я кое что понял. То, что мне стоило заметить и понять ещё при первой встрече с тобой, Чимин. -Хён, о чем ты? Юнги вздыхает и придвигается ближе к парню. -Думаю... Ты должен об этом узнать. На самом деле я оказался в таком состоянии именно из-за бывшего. -Что? - шокировано выдохнул младший. -Он убил меня. Точнее попытался убить. Брат Джуна подослал его, зная, что любовь - моя чёртова слабость. И перед тем, как сознание покинуло меня, я понял - если бы тогда Намджун не сослал меня в Центр, он бы сделал это раньше. Он бы убил меня гораздо раньше. Мин тяжело вздыхает и хмурится. - Мне было тяжело пережить эмоции, было трудно справиться с собой. Тогда я отправился к ведьмам. Наверняка про это Джун тоже тебе рассказал. Знаешь, демонам с ними намного проще договориться чем людям, - слегка улыбается Мин, наблюдая за тем, как Чим скривил свое лицо на упоминания о ведьмах. -Связываться с ними - ужасно, - недовольно бурчит парень, и Юнги становится даже немного смешно. Он чувствует, что сейчас рассказывать эту историю не так больно и страшно, как раньше. Вполне выносимо. И все, наверное, лишь потому что рядом Чимин. Только в нем может быть причина. -Я связался с ними, потому что уже тогда под влиянием Намджуна понимал, что это необходимо прекращать, - продолжил демон. - Попросил у них зелье... Возможно, ты знаешь его? Альгументис. Лицо Пака вытягивается и, кажется, несмотря на всю сокровенность ситуации, он готов наорать на Мина, что, в принципе, и делает. -Ты совсем с ума сошёл!? А если бы ты без чувств остался?! Тебя бы даже то, что ты демон искушения могло не спасти! Это же так опасно! Этот чёртов яд может даже дракону навредить! Как ты мог использовать такую гадость на себе?! - шумит Пак, а потом резко замолкает и прикусывает язык, потому что не подумал о том, что некоторые состояния души заставляют пойти и не на такое. - Всё... Было настолько плохо, да? Демон кивает, и блондин лишь шепчет тихое "прости", коря себя за вспыльчивость. Юнги улыбается. -Лишиться чувств - это то, чего я, действительно, тогда хотел, Чимин. Потому что было слишком невыносимо. Намджун ругал меня за этот поступок ещё недели две, но вернуть чары уже было нельзя. Противоядие лишь одно - желанный поцелуй. Но я боялся, что как только в моей жизни появится человек, которого я захочу поцеловать, те чувства, от которых я бежал, вернутся. Поэтому, увидев наш... Я не мог на это решится. Ты был прав в тот момент, Чимин. Я поступал как трус. В саду мне хотелось просто поцеловать тебя, выполнить судьбу и разойтись прежде, чем что-либо почувствую. Но, наверное, уже то желание способствовало ослаблению заклинания. И ты все чаще стал пробираться в мою голову, мои мысли, все чаще мне хотелось спорить с тобой или шутить. Просто, чтобы хоть как-то контактировать. Но это было совсем незаметным чувством, в какой-то степени я делал это неосознанно. А затем... Мы поцеловались ещё раз... Юнги поднимает глаза, встречается со взглядом Чимина и замирает. А слова застревают в горле. Он много чего видит в мальчике. Понимание, нежность, грусть. Но основное чувство - любовь. Всепоглощающая искренняя любовь, по которой он как демон искушения безумно скучал. Впитывая в себя те чувства, которыми неожиданно делится с ним младший, Юнги и сам не замечает как оказывается еще ближе, как охватывает чужие щеки руками и на выдохе целует. Чимин отвечает. Конечно же. Трудно не отвечать, когда ты настолько влюблен. Когда почти все встает на свои места. Когда наконец-то сделан шаг навстречу, и ты можешь принять любимого человека. Вот так легко коснуться его души, тела и подарить желанный покой. Чимин не маг, но ему кажется, что он колдует, когда под его напором Юнги отклоняется чуть назад и позволяет забраться на свои колени. Когда мягко оттягивает чужую нижнюю губу и соглашается на прикосновения только языками. Но долго, конечно же не выдерживают, вновь вовлекая друг друга в нежный и одновременно страстный поцелуй любви. Настоящей любви, которую чувствуют оба.