Когда любить нельзя

- Ну за такую цену я точно брать шампанское не буду - возмущалась Гога, разглядывая витрину, доверху заставленную разными видами алкоголя. Мы впятером носились по гипермаркету, судорожно складывая атрибутику Нового года в две огромные тележки, в одной из них лежала я, заваленная мишурой. Девочки пытались мне поднять настроение, которое у меня напрочь отсутствовало. Вокруг меня проносились счастливые люди, от них несло гиперактивностью и безудержным весельем. Я же кисло теребила в руках какую-то блестющую хрень. Мои руки уже были все в блестках и меня это никак не беспокоило. - Танююююх... - из-за угла выскочила Депутат в шапке оленя и начала петь «Jingle Bells» на ломаном английском. Я засмеялась. Гога притащила ящик шампанского и с тяжелым стоном поставила его в тележку: - Еле доперла, вроде хорошее... Танюх, могла бы и холдея своего позвать, как мы это все тащить будем? Ему не привыкать, мы видели какие он разносы с тарелками таскает... - Так - принялась обороняться я - Во-первых, они с ребятами сейчас за елкой поехали, а до этого они музыкальный центр везли с другого конца города... - Ой, у меня итак нормальная музыка - подала голос Маха, бросая мне на живот пакет с шампиньонами. Празновать Новый год мы рещили у нее, так как у Депутата нас бы убили соседи. - А во-вторых, - продолжала я, бросив пакет с грибами в другую тележку - Дима не холдей... Ну и в третьих, Мах, у тебя колонки реально говно... Уж прости... Любимая сучка 12:46 Ну что там??? Подготовка полным ходом? Я улыбнулась, взглянув на экран. - Ооо... Все, Тане опять ее любовь пишет... улыбка до ушей... - ухмыльнулась Маша. - Это Катя! - воскликнула я, бросив в нее мишуру, она не долетев приземлилась возле ее ног. Маша хихикнула: - Ой... Как будто она не твоя любовь... Вы так часто общаетесь, что будь она парнем давно потрахались бы... - Поженились! - уточнила я и ткнула пальцем в небо, не отрывая взгляда от телефона и набирая подруге ответ: «Да, гоняем на тележках по гиперу... Жутко задолбались. Ты как? На работу собираешься?» Депутат вынырнула теперь уже из-за другого угла в костюме снегурочки. С голубого кокошника свисала этикетка, которую Настя сдувала со лба каждые пять секунд, скосив при этом глаза и вытянув губы трубочкой. Вся компания начала угорать, кроме Махи. Она, как истинная мать, заставила всех взять себя в руки и купить наконец-то то, что действительно необходимо. - Маха, на тебя это не похоже - прозвучал за моей спиной голос Ксюхи. Я угукнула в знак согласия. - Да блять, просто уже час! А мне еще готовить все это... - Кузьмина склонилась над тележкой перебирая ее содержимое - Черт, а где батончик, который я купила себе? Я спрятала пустую этикетку от него в карман куртки. - ТАНЯ! - крикнула она, услышав шелест обертки, на нас обернулись несколько других покупателей. - Ну не пали меня... - с набитым ртом прочавкала я. Будалина начала угорать, положив руку на лоб, а затем припорковала меня у витрины с цитрусовыми, делая вид, что она не со мной. Я тут же стырила одну маленькую мандаринку. - Бурая, еб твою мать! Нас сейчас отсюда выгонят... - причитала Маха, озираясь по сторонам в поисках сотрудников. - А мы скажем, что это же ребенок... - шепнула ей Депутат, и покатила меня дальше, так и не сняв кокошник Снегурки. __________________________ Пару дней назад Вчера с Димой сходили в кино. И поцеловались после. Катя была за меня рада, хоть и по фотографиям Дима ее не впечатлил. Меня же он пытался удивлять каждый день. Мне казалось, что он идеально во всем меня понимает. И это было слишком хорошо. Каждый раз видя, как он таскает мне то розы, то пионы, то конфеты коробками, я задумывалась о том, что слишком все розовосопельноидеально получается. Где подвох? Но подвоха не было и я просто наслаждалась мужским вниманием. Единственное, что Диму смущало, это то, что мы слишком часто общаемся с Катей. Мне иногда казалось, что он ревнует. Это так забавно... Вдоволь наржавшись с Катей по поводу этой стуации в контакте, я пошла на маникюр, а когда я вышла и собиралась ей позвонить, мне позвонил Дима. Это был первый раз, когда я словила себя на мысли, не отвечать ему. Откинув подальше в своем подсознании вопрос, который тут же возник «А собственно с какого я хотела бы поговорить с Катей, а не с Димой...?», я свернула в сквер и ответила на звонок Димы. Мне было с ним не так свободно. Не так комфортно. Тогда я думала, что это лишь потому, что я доверяю ей больше. Так как больше с ней общаюсь, чем с ним. Это же логично... Она же моя подруга... __________________________ 31 декабря 17:24 На кухню Маха никого не пускала. Мы утащили пару пакетов овощей в комнату и на столе нарезали салаты. Из кухни пару раз мы слышали несколько сотен матов подряд, затем что-то падало, и кажется что-то разбилось. И только через часа три запахло чем-то вкусным. На улице какие-то сумасшедшие уже запустили пару салютов. Мы же с девочками приговорили бутылку шампанского, когда вышли на балкон всем составом кроме Махи, чтобы заценить фейерферк и заодно покурить. Посмотрев на репетицию салюта, мы как по команде отвернулись и начали смотреть другой канал. Некурящие Гога с Антоном украшали елочку. Издавая звуки умиления по очереди, мы допивали содержимое бокалов, скандируя в голосину просто тосты за новую образовавшуюся ячейку общества. Гога махала нам головой, чтобы мы заткнулись, пока Антон в позе раком был занят гирляндой, но мы естественно сделали вид, что ее не услышали. Ровно через два часа, когда мы приговорили уже вторую бутылку шампанского и нарядились, пришло время сервировать стол. Елка была украшена. Под ней сверкали подарки. Дима обнимал меня через каждые десять минут, что заставляло всех моих баб издавать звуки умиления уже в нашу с ним сторону. Как только часы стукнули девять, мы уселись за стол и опустошили третью бутылку шампанского. В дверь позвонили. Оглядев присутствующих, я поняла, что все в сборе и ждать некого. Сгорая от любопытства мы вывалились в коридор, где Машка уже открывала дверь. - Привет, с наступающим! - я услышала знакомый голос и в эту же секунду ее следующая фраза «Сюрприз...» утонула в моих волосах, так как я с визгом бросилась к ней обниматься. Она все-таки приехала! Катя моя! Сучка, соврала мне, что ее не отпустили... - Ну харе - сказала она. Катя не любит нежностей, но улыбалась она тоже во все тридцать два. За окном снова прогремел салют, когда я провожала подругу за стол. Я была счастлива, пока не началась вакханалия. Ближе к курантам, все напились в хлам. Президента особо не слушали, но когда часы уже пробили шесть ударов, все вспомнили о традиции и наполнили бокалы. Я загадала быть счастливой.