История Первая: Кэйтлин Джонсон и Кодекс Жизни

Пока я стояла в так называемом "зале ожидания", к нам пришли привидения. Одно из них расписывало Хаффлпафф во всей красе, и я чуть не расплакалась. Или чуть не рассмеялась. Короче говоря, я не знаю точно, что конкретно я чуть не сделала, но это был бы огромный всплеск эмоций, возможно, даже с магией, так что я поспешила себя успокоить мысленным разрыванием листов бумаги. Мой фирменный метод, я сама его придумала, и он помогает так хорошо, как этого не сделали бы никакие валерьянко-пустырниковые коктейли. Хорошенько подумав, я пришла к выводу, что даже если попаду на Хаффлпафф, то это не будет такой уж трагедией вселенского масштаба, а просто... небольшим несовпадением ожидаемого и полученного. Если что, можно как-нибудь и пережить. Проблема только в том, что мне не нравятся барсуки. Как и львы. Как и жёлтый цвет наравне с коричневым и красным. Короче говоря, я предоставлю право выбора тому, кто, собственно, и будет думать, кого и куда отправить. Кстати, мне даже интересно, какой будет конкурс - если, конечно, это вообще конкурс. Ну, с заклинаниями у меня в любом случае проблем не возникнет, я ведь отрабатывала даже те, что гораздо сложнее уровня первого курса. А если мне не надо ничего делать, то и бояться нечего... Я заметила, что все вокруг стоят на трясущихся ногах, и только несколько человек сохраняют спокойствие. У всех спокойных были надменные и высокомерные взгляды. Я задумалась о том, выгляжу ли я так же, и мне стало не по себе, потому что я осознала, что, вообще-то, именно так и выгляжу. "Небось, попаду с ними на один и тот же факультет", - подумалось мне. Впрочем, это мне только предстояло узнать. Когда профессор МакГонагалл вернулась, я поспешила встать поближе к ней, чтобы при входе в Большой Зал (как он называется, я узнала из "Истории Хогвартса") мне открылся первоклассный вид на происходящее. Над группой первокурсников повисло удручающее молчание, а я попыталась припомнить какой-нибудь счастливый момент своей жизни, чтобы не впасть в "депрессию перед распределением". Это оказалось довольно проблематично: в школе меня в глаза боготворили, а за спиной ненавидели, так что друзей я не завела, а всё остальное время я проводила дома, за учебниками, получая от родителей в качестве подарка на День Рождения химические приборы и препараты. И ведь такая жизнь мне не надоедала! Когда мы зашли в Большой Зал, я почувствовала себя неуютно, так как именно в сторону первокурсников были направлены все без исключения взгляды, а я стояла в первом ряду. К тому же, потолок здесь был (как и было написано в "Истории Хогвартса") сделан под конкретную погоду, то есть сейчас надо мной простиралось пасмурное небо, которое в буквальном смысле давило на меня. Я подумала, что для потолка подобная "интерактивность" не была очень хорошим решением. Конечно, тогда потолок просто не может надоесть, но иногда хочется именно однообразия. Пока я думала о потолке (почему это звучит настолько странно?), профессор МакГонагалл внесла трёхногий табурет с лежащей на нём остроконечной шляпой. Только я успела удивиться этому зрелищу, как шляпа запела, и теперь я, честно говоря, была просто шокирована. Тем не менее, я стала внимательно вслушиваться в слова: может, они как-то помогут? И они действительно объяснили многое: "Может быть, я некрасива на вид, Но строго меня не судите. Ведь шляпы умнее меня не найти, Что вы там ни говорите. Шапки, цилиндры и котелки Красивей меня, спору нет. Но будь они умнее меня, Я бы съела себя на обед. Все помыслы ваши я вижу насквозь, Не скрыть от меня ничего. Наденьте меня, и я вам сообщу, С кем учиться вам суждено. Быть может, вас ждет Гриффиндор, славный тем, Что учатся там храбрецы. Сердца их отваги и силы полны, К тому ж благородны они. А может быть, Хаффлпафф ваша судьба, Там, где никто не боится труда, Где преданны все, и верны, И терпенья с упорством полны. А если с мозгами в порядке у вас, Вас к знаниям тянет давно, Есть юмор и силы гранит грызть наук, То путь ваш — за стол Рэйвенкло. Быть может, что в Слизерине вам суждено Найти своих лучших друзей. Там хитрецы к своей цели идут, Никаких не стесняясь путей. Не бойтесь меня, надевайте смелей, И вашу судьбу предскажу я верней, Чем сделает это другой. В надежные руки попали вы, Пусть и безрука я, увы, Но я горжусь собой." Песня мне бесспорно понравилась. Во-первых, я поняла, что нам придётся всего лишь надеть шляпу, которая определит главные черты нашего характера и, соответственно, определит на тот или иной факультет (для тех, кто в танке, профессор МакГонагалл пояснила это ещё раз), а во-вторых, что все факультеты не так уж плохи, но в Гриффиндор с Хаффлпаффом мне дороги нет, потому что моё сердце далеко не "полно силы и отваги", а также про меня нельзя сказать, что я "преданна и верна". Я тут же поняла, что Гермиона, скорее всего, попадёт на Гриффиндор, потому что она, мягко говоря, гиперактивна, а Невилл... Невилл - это отдельная история. Он вроде не храбрый, но есть в нём что-то не хаффлпаффское. Так что я предположу, что он будет учиться вместе с Гермионой. Тогда профессор МакГонагалл стала вызывать первокурсников. "Аббот, Ханна" оказалась распределена в Хаффлпафф (я чуть не оглохла, когда шляпа выкрикнула название факультета), "Боунс, Сьюзен" отправилась вслед за Ханной, а вот "Бут, Терри" оказался первым, кто присоединился к Рэйвенкло. Мэнди Броклхерст тоже отправилась за стол "готовых грызть гранит наук", а Лаванда Браун стала первой за сегодня гриффиндоркой. "Булстроуд, Миллисента" же отправилась к столу Слизерина первой из всех присутствующих. Гермиона, как я и предсказывала, попала на Гриффиндор и, наконец, после "Джексон, Саманты", вставшей под эгиду орла, я услышала выкрик "Джонсон, Кэйтлин" и направилась к табурету. Как ни странно, я не волновалась, хоть на меня и смотрели добрые пятьсот человек. Буквально физически я почувствовала, как Гермиона скрестила под столом пальцы, а я мысленно усмехнулась. Может, есть хоть какая-то вероятность того, чтоя попаду в Хаффлпафф, но вот Гриффиндор - это точно не для меня. Спокойно надев шляпу, я приземлилась на табурет и просто стала ждать выкрика названия факультета, так что когда я услышала в своей голове тихий голос, то чуть не подпрыгнула от неожиданности. "Ума палата," - сказал голос, - "Прямыми путями никогда не идёшь. Для Хаффлпаффа не хватает верности друзьям, а для Гриффиндора - самоотверженности... К тому же, реалистка чистой воды, так что и не Рэйвенкло. Остался один вариант, и это СЛИЗЕРИН!" Весь мой внутренний мир возликовал и я, счастливая, отправилась к столу слизеринцев. На протяжении всей церемонии распределения я наблюдала, как те, которые, как и я, сохраняли перед распределением спокойствие, один за другим садились где-нибудь рядом, за всё тот же слизеринский стол. У меня что, третий взгляд в будущее направлен? Кстати, Невилл тоже попал в Гриффиндор, как я и говорила. Больше всего внимания было уделено Гарри Поттеру, и мне, честно говоря, даже стало его жаль. Обычный пацан ведь, а все на него пялятся, как на восьмое чудо света. В итоге его определили в Гриффиндор, что неудивительно, ведь это факультет, противоположный тому, на котором учился Волдеморт и все его приспешники, а Гарри - тот, кто превратил всё это в пыль. Ну, это, конечно, был не он - просто так получилось. После того как тот рыжий, который плыл со мной в одной лодке, присоединился к Гарри, Гермионе и компании, а "Забини, Блейз" стал последним распределённым на сегодня и сел за один стол со мной, профессор Дамблдор произнёс очень странную речь, которая, впрочем, сильно подняла мне настроение. Он сказал следующее: "Добро пожаловать! Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнем наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Все, всем спасибо!" Отличная речь. Золотые тарелки, которые стояли перед нами, напонились едой. Я положила себе немного пюре и бекона, потому что есть особо не хотела. Потом я увидела, как все вокруг наливают себе тыквенный сок, поэтому сделала то же самое. Сок оказался вкуснее, чем я ожидала. Через некоторое время тарелки очистились и появились десерты. Я съела небольшой кусочек тортика и остановилась на этом, понимая, что объесться сейчас мне не очень хочется. Когда все наелись окончательно, сладкое исчезло с тарелок, и профессор Дамблдор опять взял слово. - Хм-м-м! - громко прокашлялся Дамблдор, - Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать еще несколько слов. Прежде чем начнется семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Некоторым старшекурсникам для их же блага тоже следует помнить об этом... Он посмотрел куда-то в сторону гриффиндорского стола. - По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчет тренировок по квиддичу - они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Трюк. И наконец , я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью. По всему залу пронёсся настороженный шёпот, но за слизеринским столом почти все молчали. И я в том числе. Потом все пели гимн Хогвартса, чьи слова висели в воздухе. За нашим столом кто-то пел, а кто-то не пел. Я не пела просто потому, что мой голос звучит так ужасно, что, пожалуй, всем пришлось бы закрыть уши, так как я, к тому же, пою громко. Так что я просто прочитала про себя слова: "Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс, Научи нас хоть чему-нибудь. Молодых и старых, лысых и косматых, Возраст ведь не важен, а важна лишь суть. В наших головах сейчас гуляет ветер, В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух, Но для знаний место в них всегда найдется, Так что научи нас хоть чему-нибудь. Если что забудем, ты уж нам напомни, А если не знаем, ты нам объясни. Сделай все, что сможешь, наш любимый Хогвартс, А мы уж постараемся тебя не подвести". Последними закончили петь люди, сидевшие за гриффиндорским столом. Я их не разглядела, так как сидела слишком далеко. Наконец, нас повёл в наши спальни староста, которого, к слову, я тоже особо не рассмотрела. Гостиная Слизерина произвела на меня удручающее впечатление. Там было очень темно, а потолок был низким и как будто давил на голову. К тому же, никаких окон не было, ведь всё это находилось в подземельях. Тогда я подумала, что лучше бы попала в Рэйвенкло, но это желание тут же улетучилось, потому что я зашла в спальню. Она была ярко освещена, а кровати выглядели очень уютно. Они задёргивались пологами с четырёх сторон. Я нашла свой чемодан, который уже стоял рядом с одной из кроватей и, переодевшись в пижаму, тут же забралась под одеяло и зарылась в него, как суслик. Девочки начали знакомиться: со мной жили Панси Паркинсон, Миллисента Булстроуд, Ариана Грин и Сильвия Моррисон. Они спросили моё имя и я, уже засыпая, проборматала: "Кэйтлин Джонсон я. Дайте поспать", после чего провалилась в тяжёлый сон без сновидений.