Юность

      Смотрю на двор, яблоню, бездумно качая ногой в такт музыке. В наушниках гремит что-то… я не разбираю, просто ставлю трек на повтор. Взгляд бездумно блуждает то по ветвям, то по бликам на листве от закатных лучей. Голова гудит от громкой музыки, и я прижимаюсь лбом к холодному стеклу. Прохлада смягчает дискомфорт.       Устало прикрыв глаза, вздыхаю и касаюсь стекла пальцем, пробуя на ощупь тонкую царапинку. Сижу на виду у любого желающего, но полностью скрыта в себе. Мысли занимает лишь завтрашний день. Буквально через двенадцать часов мне предстоит очередной учебный год, но в новой школе. По словам Ниры, мачехи, это элитная школа, куда сложно попасть. И папочка заботливо выбивает для меня вакантное местечко!..       Сердито сжав губы, снова выдыхаю и жмурюсь от внезапных слез.       Столько лет я провела в старой школе! Там мое детство, мои воспоминания, до боли любимые придурки-одноклассники, учителя, которых мне в последнее время так нравилось раздражать, взбалмошная и стервозная директриса… и самые близкие мне люди — Лешка и Гроза. Мы с этими классными ребятами провели столько времени!.., а во сколько передряг встряли! Мы с Лешкой дружим с шести лет и все эти годы были неразлучны. Я представить себе не могу, как приду в школу и не увижу его, что за партой со мной будет сидеть не бойкая Грёза, а какой-то левый человек. А все из-за того, что после особо фееричной шутки директриса дооралась до того, что выгнала меня из школы. Она бы покипятилась и забыла про исключение, но отец решил принять все серьёзно. Теперь мне предстоит неизвестность…       В мой маленький мирок врываются безапелляционно. Из уха выдергивают наушник, заставляя меня обратить внимание на что-либо кроме собственных размышлений.       Отец. Отдернув всегда задвинутую штору, сердито смотрит на меня. Наверное, звал меня, а я не слышала из-за музыки. Трек слышно грохочет из наушника…       — Нельзя так громко включать музыку, оглохнешь, — выговаривает папа и выдергивает второй наушник. Я опаляю его сердитым взглядом. — Совсем не слышишь, когда тебя зовут… Нашла моду, заткнула уши и весь мир не нужен…       — А ты мог бы не врываться в мое личное пространство, — огрызаюсь в ответ и, отодвинув тюль, спрыгиваю с подоконника на пол. — Хочу слушать музыку, буду слушать сколько угодно… и с нужной мне громкостью. Чего хотел?       — Не груби, будь добра, — скривив губы, недовольно «просит» отец. — И выслушай меня, не перебивая. Я хочу поговорить…       — Насчет школы? — хмыкаю я, не удосужившись послушаться его. — Мне неинтересно. Верни плеер и покинь мою комнату… пожалуйста.       — Василиса, — рассерженно рычит папа и дергает меня за локоть. — Прекрати немедленно, иначе…       — Да наказывай! Посади под домашний арест, запрети из комнаты выходить!.. Лишь бы не идти в эту чертову школу! — не сдержавшись, вызывающе высказываюсь я и вырываю руку из его пальцев. — Я не хочу там учиться, ясно?! Я хочу в свою школу, к своим друзьям, к этим дебилам из класса!..       — Успокойся немедленно! — вдруг рявкает на меня отец. — Ты будешь ходить в эту школу, каждый день, на каждый урок. Там проследят и за твоей успеваемостью, и за воспитанием. Может, научишься наконец время от времени держать язык за зубами, не грубить всем подряд и уважительно относиться к старшим.       — Ах! Ну конечно, ведь тебе самому просто некогда меня воспитывать! — всплеснув руками, саркастично восклицаю я. — Что же ты нас всех в эту «чудесную» школу не сбагришь? Или тебе только на меня времени не хватает?       — Угомонись сейчас же! Еще одно слово и получишь ремня. Готовься к новому учебному году.       Рассердившись, несдержанно выпячиваю ему в лицо средний палец.       — Вот тебе! — шиплю гневно, бесстрашно глядя в опасно блестящие серо-зеленые глаза. — Ни-за-что! Понятно?!       Глаза отца округляются от моей неслыханной дерзости. Он выдыхает медленно и напряженно, и я замечаю, как сжимается его кулак. Чувство самосохранения заставляет меня отступить от разъяренного родителя. Смотрю на него уже со страхом, чем с упрямством или гонором. Нахмурившись, отец стремительно выходит из комнаты. Мне достается лишь предупреждающий взгляд. Совсем растерявшись, плюхаюсь прямо на пол и бросаю взгляд на захлопнувшуюся дверь. Так и не добилась ничего…       Бессильно взвыв, пинаю ножку стула и снова взвываю от боли. Из глаз брызгают слезы, в носу начинает щипать… Черт! Как я ненавижу все! Отца с его вечной работой, братца и сестру, эту чертову школу!.. Чтоб оно все!..