Золото

Сэру Морису нужна была помощь в войне с ограми. Попросить помощи у Тёмного была идея его дочери. Он помнит, как впервые увидел её. Хрупкая, но смелая. Каштановые волосы аккуратно лежали на плечах, а жёлтое и пышное платье прекрасно ей шло. Её имя хорошо описывало девушку. Белль, что значит «красавица». Румпельштильцхена она заинтересовала. И она — цена, которую нужно заплатить. Тёмный потребовал её себе, в служанки. Вопреки решению своего отца и жениха Белль соглашается на сделку. Он помнит, как объявил её обязанности: подавать еду, убираться, приносить свежую солому. И «ошкуривать» детей, якобы принесённых им с охоты. От этого Белль в ужасе уронила чашку. Но Тёмный пошутил. Девушка шутку не оценила и извинилась за отколотый кусочек. Однако Тёмный маг снисходительно утверждал, что это всего лишь чашка. Он помнит, как она плакала каждую ночь. Его это раздражало. Жуткий шум мешал ему прясть. В тот день их спор прервал звук бьющегося стекла. В замке оказался вор. Румпельштильцхен подверг его пыткам, а когда ушёл, то Белль отпустила преступника. Тёмный заставил её идти вместе с ним, чтобы она видела, как вор умрёт от собственного лука. Помнит, как Ноттингем потребовал провести ночь с Белль за информацию о местонахождении преступника. В наказание Румпельштильцхен лишил его языка и возвратил, когда тот всё рассказал. Когда они нашли вора по имени Робин Гуд, то Тёмный уже намеревался выстрелить. Но Белль заметила, что женщина, которая была с Гудом, беременна. Она умоляла мага не оставлять ребёнка сиротой. Только из-за этого он оставил Гуда в живых, он намеренно промахнулся и дал вору убежать. Он помнит, как Белль этому радовалась. И как она обняла его за это. Он помнит, как что-то тёплое образовалось в душе от её объятий. Он помнит, как показал ей библиотеку. Её лицо мгновенно изменилось, и девушка чуть ли не заискрилась, увидев, сколько тут было книг. Но Румпель сделал небольшое отступление, сказав, что её работа удваивается. Он помнит, как признался в том, что у него был сын, пропавший много лет назад. Неожиданный гость прервал их разговор. Тёмный пошёл его встречать, а после вернулся с розой для неё, сославшись, что её принесла старая цветочница. Он увлечённо слушал о её желании быть храброй, повидать мир, а также о её понимании любви, но не показывал этого. Румпельштильцхен предложил ей сделку: сходить в город за соломой и после возвращения узнать правду о его сыне. Он помнит, как начал привязываться к ней. И всячески пытался отогнать это чувство, пока прял золото. Пытался во время этого процесса объяснить самому себе, что… Что ему нельзя к ней привязываться. И когда он её отпустил, то не надеялся увидеть её снова. Он держал её здесь насильно, поэтому был уверен, что она убежит как можно дальше. Но… Она вернулась. Он был необычайно рад этому, но всё же не понимал. Почему? Почему она вернулась? Что-то… зародилось в душе Румпельштильцхена. Что-то давно забытое, но такое теплое, которое разливалось по всему телу. Он помнит, как она тогда поцеловала его. Это было нечто необъяснимое, лёгкое… Но Тёмный оттолкнул девушку. Он почти стал человеком. От этого Тёмный впал в ярость, обвинив Белль в заговоре с Королевой. ЕГо служанка пыталась всё объяснить, что если поцелуй сработал, значит, любовь настоящая. Но он не желал слушать и бросил её в темницу. Позднее выгнал из замка. Он помнит, как перед своим уходом, она назвала его трусом, который всегда будет сожалеть о своём решении. Так и случилось. Когда к нему пришла Реджина, то рассказала о бедняжке, что та сбросилась с башни, не выдержав те муки, которым её подверг собственный отец. И после этого мир Тёмного мага снова опустел. В его душе, будто росла роза. Сначала она была красива, привлекала, но после у неё появились шипы, которые оставляли болезненные раны вокруг. Но после слов Реджины роза завяла, оставив после себя только напоминание — раны, ноющие каждый день и не дающие покоя. Надломленная чашка. Это всё, что у него осталось. Но каково же это снова увидеть её? Здесь, в Сторибруке. Вот она, стоит прямо перед ним. Живая. Как? Как такое возможно? — Мне сказали, что вы можете меня защитить, — неуверенно произносит она, глядя уже на мистера Голда, но того же Румпельштильцхена. — О да, конечно, милая, — шепчет он, обнимая её, уже не сдерживая слёзы. Вот, он держит её, обнимает, но до сих пор не верит, что она тут. Да, она пока не помнит его, но это не страшно. Ему хватает того, что она здесь. Теперь же он её не потеряет. Он помнит каждый день, проведенный с ней. И несказанно радуется, что она рядом. Лишь она не давала ему стать окончательным чудовищем, коим его считали. Лишь она держала его от той тьмы, которая его почти поглотила. Лишь благодаря ей он и жил. И через некоторое время она уже была Белль Голд.