Оксюморон

Прохладный воздух холодил кожу на щеках, пробирался тонкими струйками к запястьям, Марк знал, что сейчас раннее утро. Уж слишком он хорошо чувствовал время. Что же, тем лучше. Нужно всегда самые срочные дела делать на рассвете. Когда мозг спящего человека не способен бороться, а физическое тело слишком ослаблено. Хотя, если ты не спал, всё ещё хуже. Пусть ты — бодрячок, но это лишь видимость. Силы всё равно на пределе. И когда этот предел станет Абсолютным пределом, не знает никто. Вполне возможно, именно тогда, когда этого меньше всего ждёшь. А Туан потратил все свои возможности лишь на путь. От точки А к точке Б. Но, он же сам этого хотел… Кому счёт-то предъявлять? Рядом прошуршали шины и машина остановилась. Марк напрягся. Если его желают подбросить, флаг в печёнки! — Марк… — вдруг услышал он. Знакомый до одури голосок. Крис? — Марк, иди сюда… — Крис? И Том с тобой? — спросил Туан подходя к автомобилю, — Какого чёрта вы здесь делаете? — За тобой следили… — сообщил парень, когда Марк соизволил усесться на заднее сиденье. — Мы тебя потом потеряли, — заговорил Том. Туан хмыкнул, но промолчал. — Еле нашли… кружили по близлежащим улочкам, а ты тут…стоишь, голосуешь… — продолжал Крис. — А чего припёрлись-то? Жизнь скучна? Только мне вас ещё и недоставало, для пущей радости… — проговорил Туан, но в его голосе сквозило облегчение. — Мы же команда, Марк, — тихо сказал Крис, — Неужели ты думаешь, что я бы тебя бросил? Ты тогда дрался за меня, как дьявол… Дай хоть немного отыграться… — Никакая мы не команда, — заворчал Туан, — На кой мне шут такие маменькины сынки? Спали бы лучше дома… — Марк, мы вместе поедем к господину Ли. Мы его заставим ответить… — пообещал Маккартни. — Подгузник не забыл? — усмехнулся Туан. Но всё же почувствовал что-то вроде радости. Даже угрызения совести её не заглушили. Всё могло бы быть гораздо хуже. Он просто отделается от этих детишек, когда его подвезут к самому логову. И все дела. Им ведь в голову не придёт спорить с Марком… Или придёт? Там и посмотрим. А машина уже мчалась по гладкому шоссе. Туан даже рисовал внутри себя картинки мелькающих зданий. Это только кажется, что слепой человек полностью погружён во тьму. Но тот, кто уже видел, что из себя представляет этот мир, никогда этого не забудет. Хуже тем, кто от рождения слеп. Пусть они не знают иной жизни и их мир причудливо искривлён, для них он единственный, что они ощущают. И другого они не ведают. Счастье это или беда, потерять зрение после того, как ты уже узнал настоящий мир, каждый сам решает для себя. Для Марка это было пропастью. Но даже там, на самом дне, он всё равно видел мир таким, каким помнил его изощрённый мозг. — Марк, я пойду с тобой, — сказал Крис, когда автомобиль остановился. — Да что ты? У тебя и план есть? — усмехнулся Туан, — Пойдёт он… — Да, у меня есть план. Том попросит аудиенции у Норы, она его впустит, мы войдём вместе с ним… — Не пойдёт, — перебил его Марк, — Никуда не годится такой дурацкий план. — Я звонил Норе, — сообщил Том, — Но у неё телефон выключен, она, наверняка, ещё спит… — Конечно, — улыбнулся Марк дьявольской улыбкой, — Она же не встаёт раньше полудня… А ложится на рассвете… Богема хренова! — Элита… — с восхищением дополнил Маккартни, а Крис просто сплюнул. Марк снова усмехнулся. Тем более, знал точно, что Крис и сам из этих слоёв общества. Классовая нетерпимость? Умора… — Ладно, я понял, что нет у вас никакого плана, — бодрым голосом сказал Марк, — Поэтому, слушаем и запоминаем… Мы не должны все скопом лезть в эту «дыру». Я пойду один… Тихо! — прикрикнул он, услышав, как парни тяжело засопели, а Крис попытался с ним спорить, — Тихо… Я ещё не всё сказал… Вы мне нужны будете здесь. По эту сторону баррикад, — Марк снова усмехнулся, обнажив клыки. Парни присмирели. Туан напоминал сейчас злого хищника, вступившего на тропу войны, — Если я не вернусь до ночи, начнёте действовать… Том позвонит Норе и выманит её из дома. Можешь пригласить её куда угодно, но чтобы она обязательно пошла. Сможешь? — Проще простого, — выпалил Том, — Она ещё никогда мне не отказывала… — А что буду делать я? — заспешил Крис. — Ты будешь следить за домом… Записывай номера машин, что приезжают и уезжают. — Зачем, Марк? — удивился Крис. — А сам не понимаешь? Они вряд ли оставят меня заложником. Зачем им это? От меня либо избавятся за границами этого дворца, либо вывезут уже бесчувственное тело… Ты должен собрать улики. — Но, Марк, что мне делать с Норой? Тоже взять её в заложницы? — испугался Маккартни. — Просто увези её куда-нибудь подальше… И не давай связываться ни с кем по телефону. Мне надо потянуть время. Знаешь, что такое блеф? — Знаю… Я же всё-таки актёр… Играть — это мой конёк… — Ну вот, сыграй роль обольстителя-соблазнителя. Вейся вокруг неё кругами. Сделай всё для того, чтобы ей не хотелось вернуться домой в ближайшие пять часов. — Марк, но она же знает, что я — гей… — удивился Том, — Она сразу поймёт, что что-то здесь не так… — Пусть думает, что хочет. Просто будь с ней рядом и развлекай… — Марк… а не слишком ли это? — запинаясь, спросил Крис… — Ты что, ревнуешь его? — повернулся к нему Туан, — Если не доверяешь, не доверяй до конца. Если веришь, верь и дальше… В чём проблема? — Крис, я не буду её соблазнять, — вздохнул Том, — Я просто побуду с ней…отвлеку… Она очень любит тусовки…я отправлюсь с ней на одну из них… Можно? — Можно, — ответил за Криса Марк, — Ну всё, парни, я погнал… И Туан вышел из машины. На самом деле он просто хотел, чтобы эти двое были чем-то заняты. Пусть им кажется, что они хоть что-то делают. Это даст фору. Не будет страха того, что они тут же вмешаются и всё испортят… И в то же время, это огородит их самих от опасности. Пусть будет видимость, что Марк напрямую зависит от их действий. Только бы дров не наломали… — Марк, подожди… — кинулся за ним Крис. — Ну, что ещё? — неласково спросил спасатель. — Однажды ты спас меня… — начал парень. — Ничего я тебя не спасал! — Туан ругнулся про себя, — Это не я, а Стив… Он тебя спас… Я просто ввязался в драку, потому что испугался за него, — честно признался Туан, — А до тебя мне не было никакого дела. Ты и сейчас для меня ничего не значишь, — Туан старался уколоть побольнее. Ему не нужны последние герои. Ему и первые не нужны. Никто ему не нужен… — Мне всё равно, значу я для тебя что-то или нет. Думать ты можешь всё, что угодно. Для меня важны лишь действия. Я видел, как ты дрался за меня… Я никогда этого не забуду. Можешь располагать мной, как угодно… — Да? Отлично! Исполняй то, что я тебе поручил. Марк повернулся и пошёл вперёд. До него всё же донеслось: — Я тебя никогда не брошу… Туан хмыкнул, как Пак. Поймал себя на этой мысли и улыбнулся сам себе. Если и есть что-то, что ведёт его в полной темноте — это невидимая, тёплая ладошка… Марк вдруг вспомнил о камне, что поселился теперь в его кармане. Как там Эйш сказала? Оливин? Горячее сердце Джинёнки… Он ощупал камень через ткань. Тёплый. Всё хорошо? На самом деле, Марк свято верил в эту хрень собачью. Только ни за что не признался бы в этом даже себе… Ну вот и ворота… Крепкие прутья. Холодные, как далёкая звезда в несуществующем небе. Марк надавил на кнопку домофона. Дежа вю. Совсем недавно такое было. Уже здесь, в Лос-Анджелесе. Только время было другое и другие ворота… — Что вам угодно, сэр? Туан понял, что его видят на своих огромных мониторах люди из службы безопасности. Трудно будет пройти через весь этот строй. Но ещё труднее будет вернуться обратно. Если такое вообще возможно… — Это Марк Туан, — хрипло сообщил парень, — Разбудите, пожалуйста, господина Ли… — Ну надо же… — сказали ему на том конце… — Его Величество Марк Туан… А на часы ты смотрел? Марк улыбнулся. Сразу понятно, что этот человек и не слышал о нём. Нет его в списке тех, перед кем бы распахивались ворота. Но ничего, он не торопится. — Послушайте, как вас там… — начал Туан свою неспешную речь, — Просто позвоните личному секретарю господина Ли Су Мана и сообщите, что перед воротами стоит слепой человек, имя которого Марк Туан. Это вы можете сделать? На том конце произошла заминка. Если будет допущена ошибка нанятым человеком, от него избавятся в ту же минуту. Рисковать никто не будет. Проверить информацию они возьмутся… А дальше-то что? Впустят его или нет, зависит от многих обстоятельств… Очень от многих… Но попробовать надо… Прошло ещё немного времени, Марк подумал, что вполне можно было бы сбегать домой и вернуться обратно, но вот в мембране домофона зашумело и раздался голос: — Проходите… Решётка ворот поползла в сторону. Туан вздохнул и шагнул вперёд. *** Он плохо помнил это здание. Картинки в его мозгу были нечёткими. Размытый фон лишь путал сознание. Туан попытался проложить себе дорогу в темноте, но этого не понадобилось. Его встретил человек. — Господин Туан, следуйте за мной… Туан хмыкнул. Легко сказать. Хоть бы уж тогда не затыкался и Марк на слух бы сориентировался. А так… куда идти-то? Человек понял. Взял его легонько за локоть. Повёл, направляясь в глубь двора. Марк помнил кое-что, он был здесь несколько раз ещё юнцом. Они тогда учились в школе… С тех пор многое изменилось. В прошлый раз, когда он искал Нору, ему никто не открыл. Что ж… прогресс чувствовался… — Господин Марк Туан, вы явились слишком рано, господин Ли только встал…он на пробежке… — Меня это мало волнует… Как мне казалось, он жаждет меня увидеть в любое время… Или я ошибаюсь? — хрипло сказал Марк. Голос его осип и стал каким-то ломким и пронзительным. — Чужая душа — потёмки, — вздохнул секретарь. Марк его тоже узнал. Этот мужчина был уже немолодым, суховатым типом, насколько он помнил… Кажется…его звали господин Ру́лон… Ти́мпсон Джеффс… — Вы не должны полагаться на своё мнение, сэр… Насколько я знаю, вы исполняете приказы, а не думаете… — А вы совсем не изменились, Марк Туан, — тихо сказал мужчина, прижимая локоть спасателя к своему боку, — В вашей душе всё ещё царит дух зачинщика и задиры… — Ничего там уже не царит, — вздохнул Марк, — Одна пустота… Его оставили в просторном помещении и снова у Туана было ощущение дежа вю… Но вот дверь распахнулась и быстрые шаги раздались за его спиной. Марк успел повернуться и его тут же обняли. В нос сразу ударил нежный и знакомый запах. Нора? — Марк! Зачем ты здесь? Какого чёрта притащился? Я тебе что сказала сделать? — девушка вцепилась ему в руку и потащила из комнаты. Туан стряхнул холодные пальцы. Ещё этого не хватало! Нора вовсе не спала, как должно было быть по его подсчётам… С самого начала всё пошло не так… — Ну надо же! Она мне сказала… С каких это пор, Нора, ты мне «говоришь»? — Ты всегда был тупицей, Марк… — прошипела ему в ухо девушка… У тебя ещё есть время, если ты послушно уйдёшь вместе со мной… А ты руку вырываешь… — Никуда я не уйду… Не думаю, что твой отец мечтает от меня избавиться… В любом случае, мне будет интересно побеседовать лично… — Ты никогда меня не воспринимал всерьёз, за это и поплатишься… — разозлилась Нора, — Он не избавится от тебя… а просто не выпустит отсюда… Лишь я попрошу… Девушка отпустила его руку и вышла из комнаты. Туан нервно прислушался. Чего ему ещё ждать от этого дома? Хотя…домом-то этот дворец и не назовёшь…и служба безопасности не хуже, чем у отца… Но, вряд ли, господин Ли будет здесь что-то проворачивать. Не дурак же он. Одно дело — прибить его с помощью наёмников на далёком острове, другое — здесь, в самом сердце Южных Штатов… Снова раздались шаги. Спокойные и отчётливые. Так может ходить лишь глава семейства… В ту же минуту дверь распахнулась и Марк внутренне собрался. От этого разговора многое зависело. Очень. — Не ожидал тебя здесь увидеть… — сказал мужчина. И сразу в голове Туана всплыла картинка: седой красивый человек небольшого роста, но плечистый и крепкий. Карие пронзительные глазки слишком внимательны. Он напоминал Марку хищную птичку, которая подкрадывалась к своей жертве и потом метко клевала добычу в самое сердце. Или в глаз. Как было ближе… Но…он же помнил его таким ещё с юных лет… Люди несомненно меняются… — Я сам от себя этого не ожидал… — сказал Туан. — Ну что же… тогда присядь, в ногах нет ни правды, ни лжи… Позади тебя есть софа… Марк сделал шаг в сторону и почувствовал, как на что-то наткнулся. Невесомо провёл рукой по мягкой спинке и сел. Начало было положено. Его не торопились заклевать. Отец Норы продолжал: — Признаться, я сам хотел тебя видеть. А ты просто читаешь мысли. Неплохо для слепого индивида. — Надо же в чём-то преуспеть, господин Ли, если теряешь одно, приобретаешь другое. Ирония жизни, если хотите… — Похвально, Марк, всегда чувствовал в тебе родственную душу. Этакий дух сопротивления. Мы вольные птицы, да? — Неужели? — Марк иронично улыбнулся, — Никогда бы не пришло в голову сравнивать себя с вольной птицей… — Ну, хорошо, хорошо, — в голосе Ли произошли какие-то изменения. Он стал нетерпелив, — Ты же не за этим сюда пришёл… Я взял на себя смелость заказать нам по чашечке кофе… Составишь мне компанию? Не откажешься со мной выпить? — Выпить по чашечке кофе? — переспросил Марк, — Буду очень рад… Со вчерашнего вечера ничего во рту не было… Ли Су Ман щёлкнул пальцами, Туан вздрогнул. В ту же секунду в комнату вошли и Марк понял, что перед ним накрывают стол. Запахло только что испечённой сдобой. Отец Норы присел рядом, Марк его почувствовал. В нос ударил терпкий и назойливый аромат парфюма…парень даже уловил некоторые нотки сандалового дерева. — Угощайся, господин Туан, — просто сказал мужчина. Марк понял что в комнате никого, кроме них, больше не осталось. Потом пусть будет всё, что угодно. Но поесть не мешало бы. Туан сглотнул. Он не сильно щепетилен. Вполне можно позавтракать и во дворце неприятеля, кто когда-то пытался тебя убить. Бездоказательно, конечно… Туан засунул в рот хрустящий рогалик и с наслаждением сжевал его, припевая таким запашистым кофе, что с ног валил. — Знаешь, люди чаще убивают тех кого любят, а не тех, кого ненавидят, возможно потому, что только те кого ты любишь, способны сделать твою жизнь совершенно невыносимой, — вдруг сказал господин Ли. Марк чуть не поперхнулся. Приложился к чашечке, обмозговывая то, что ему сказали. — Не думаю, что на свете существует человек, столь мне преданный, — решился на фразу спасатель, — Поэтому доказать обратное не смогу… — А я лично знаком с таким человеком, — улыбнулся Ли. А Марк вдруг подумал о Джинёне. Его глупый мозг сразу нарисовал картинку. Нет, он не знал, как выглядит его ненаглядная «красота неописуемая». Но изощренное воображение всегда рисовало парня, с милыми ямочками на щеках и удивительными глазами, в которых рушились и рождались целые Вселенные, — Только не делай такое удивлённое лицо… Кстати, раз уж ты тут, не мог бы мне сказать, как умудряешься строить такие симпатичные рожицы? Это неконтролируемо или ты вполне осознаёшь, что делаешь? Люди, если они слепы, обычно так себя не ведут. — А как они себя ведут? — спросил ответно Туан, — Можно подумать вас сплошь и рядом окружают одни слепцы… чтобы так говорить… — Знаешь, ты почти прав, мой мальчик… вокруг лишь одни идиоты, да слепцы. Иногда даже тошно становится. Но, я ведь не об этом тебя спросил. — А вы не об этом хотели поговорить. Зачем вам столь долгое и нудное вступление? Мы можем быть теми, кто мы есть, не правда ли? — Вот чем ты мне не нравишься, Марк, так это нетерпением. Всё бы тебе сразу и много. А так не бывает. Нужно же постараться, чтобы что-то получить. Вот ты старался, когда завоёвывал золотую медаль? — Я просто знал, что когда-нибудь буду плавать лучше всех, — сказал Туан, — Особо не зацикливался. Чем меньше думаешь о высоких целях, тем большего добиваешься… — Вот ты говоришь, нужно быть теми, кто мы есть на самом деле, а ты знаешь, какой ты на самом деле? Ты сможешь точно идентифицировать себя? Очень сомневаюсь. Я вот тебе хотел поведать кое-что, а теперь не уверен, что ты поймёшь. Ты слишком поверхностный. Нет в тебе никакой глубины. Что только Нора нашла в тебе, ума не приложу. — Я бы и сам хотел это понять… Не приложу ума, чем это я вас обоих так озадачил? Или померещилось? — вставил Марк. Он поел и облокотился на спинку дивана. Нестерпимо захотелось спать. Он сутки был на ногах и теперь его клонило. Ну да, не впервые такое. Можно как-то и потерпеть. Ему не нравился разговор. Господин Ли ходил вокруг да около, он не называл вещи своими именами и от этого терялось что-то значимое. Марку хотелось лаконичного и серьёзного разговора, в котором бы каждый говорил то, что думает, а не то, что хочет слышать. Но, разве можно заставить этого чванливого и самолюбивого человека плясать под собственную дудку?! Марк всегда предполагал, что только слишком честолюбивые люди способны на всё. Отец Норы таким и был. — Вот! — воскликнул мужчина, — Именно к этому я и вёл разговор: Нора. Ты можешь себе представить, что чувствует отец, когда его кровиночка несчастна? Можешь? — Нет, — улыбнулся Марк, — Откуда же… у меня же ещё нет никакой «кровиночки». У меня и питомца нет, как же я могу такое представить? Отец Норы шумно вздохнул. — Знаешь, её мама ведь давно умерла…я женился повторно, когда Норочке было три года… — Я знаю это, — вставил Туан. Нора часто делилась своими проблемами. Одна из них была — мачеха. Слишком молодая и поверхностная женщина, что думала только о себе. Сколько было слёз из-за этого! Сколько горя. Но, Марку казалось, что Нора преувеличивает. Она всегда всё преувеличивала и видела проблему там, где её обычно не было. Как она вообще умудрялась быть столь выносливой спортсменкой, при таком-то характере? Вот где непонятки сплошные. — Да, конечно, вы же дружили… Так вот, её мама, она очень сильно болела… У неё очень плохая наследственность. Очень. Она была душевнобольной женщиной… Ты знаешь, что это такое? Марк хмыкнул. Дочка недалеко ушла от родительницы. Кто бы мог подумать! Без сомнения, это гены. Но Нору было и жалко. Она точно не виновата… Но, неужели всё настолько плохо? — Представляю… — только и смог сказать Марк. — Да ни черта ты не представляешь! — отчаянно сказал отец Норы, — Моя малышка тоже больна. Но я не могу отправить её в психушку. Её мать оттуда не вылезала. Думаешь, я хочу, чтобы и мой ребёнок стал таким же? Я всегда говорил себе: «Нет, она сможет. Она сильная и крепкая девочка!» Я воспитывал в ней бойца. И она, в каком-то смысле, им стала… Она всегда добивается своей цели. Всегда. И тут появляешься ты, Туан… А ведь со Стивом ей было так хорошо… У неё даже приступов никогда не было. Стив хороший ребёнок…Всегда был таким… Он был тихим и спокойным. Рядом с ним моя лапушка была здоровой. Она лишь радовалась жизни. И тут появляешься ты. И что же? Да всё рушится к чёртовой матери! Всё! — господин Ли поднялся и заходил по комнате. Марк решился дать ему время высказаться. Пусть говорит. Чем больше слов, тем меньше дела,— Мою малышку словно подменили. Она превратилась в страшную и злую фурию. И в чём причина? Да в том, что, оказывается, Стив у нас — гей. Потому что Марк Туан так захотел… вцепился, словно пиявка… Зачем только моя девочка вообще связалась с такими людьми? Да я бы всё отдал, чтобы она никогда тебя не встретила, Марк Туан… После этого у неё стали случаться приступы. Такие же, как у её матери… Её мозг творит немыслимое. Только тебе никогда этого не понять, спасатель! Да избавиться от такого, как ты — это же благородное дело. И авария так кстати… Жаль, что это был не ты, Туан… Было бы здорово, если бы вы оба отдали богу души. Ты и Стив. У Марка сильно забилось сердце. Наконец разговор перешёл на ту самую грань, что он хотел с самого начала. Теперь господин Ли снял свою маску. Но, возможно, надел и другую. Сколько их там у него? Превеликое множество, несомненно… Но всё же, это было похоже на его истинное лицо. Самое главное теперь: не навредить. В первую очередь — себе. Потому что ему обязательно нужно было выжить. Ради Пака. — Знаешь, почему ты до сих пор жив, Марк Туан? — спросил вдруг его Ли, он остановился рядом, Марк чувствовал его всеми потрохами, — Потому что моя крошка любит тебя! Именно об этом я и говорил с самого начала. А я всегда давал ей то, чего она хочет. Всегда. Ты вот зачем пришёл? Хочешь знать, всё ли с твоим любовником в порядке, да? У Марка перехватило горло. Ну, конечно! Кто бы сомневался-то. Он всё знает… Это по его велению, Джинёнку подхватило, словно лёгкое пёрышко и мгновенно выдуло из страны… Но ни один мускул не дрогнул на лице. Нельзя показывать свою слабость… нельзя. — Не представляю, о чём вы говорите, — сказал спокойным голосом. — Не представляет он! Да я могу рассказать тебе о каждом вашем шаге… Я знаю даже то, что ты ради него хочешь прозреть. Хочешь же? — Хотел бы, — снова спокойно отозвался Марк, — Но не ради кого-то. — Да ты ради себя даже воздух бы не испортил! Так бы и сдох где-нибудь, заваленный дурацкими картинами своего бывшего. Ты тогда себя видел? А я видел… Ты был живым мертвецом. И что в таком, как ты, находят люди? Но… Нора слишком от тебя зависит… И тут я — пас… Знаешь, я ведь отлично тебя понимаю. Ты совершенно не виноват в том, что когда-то появился на свет… — Господин Ли, вы же хотели знать, зачем я пришёл? Я могу вам сказать… — решился на действия Туан. Рано или поздно, это нужно сделать. Почему бы тогда не перетянуть бразды правления на себя? Карты на стол! Как сказал бы Стив. Вот уж поистине тот никогда ни кривил душой. Он всегда был правдив и честен. — Я и сам знаю. Ты боишься. Боишься за себя и Пака Джинёна. Правда? Это же единственный человек, перед которым ты хочешь оставаться героем…