Зови меня своим Тошей

Ненавистный будильник уже восьмой раз оповещал о том, что пора просыпаться. Шаст наконец-то смог открыть глаза и отключить его. К своему удивлению, он проснулся у себя в квартире. Антон не помнил, как он сюда добрался, но был этим приятно поражён. Не спеша встав с кровати, он решил, что сперва ему нужно принять душ. Зайдя в ванную, Антон скинул всю одежду в корзину, включил воду и минут пять просто стоял под ней. Он поставил своё лицо прямо под струи воды, пока те медленно стекали по его худощавому телу. Шастун пытался привести себя в порядок, ведь впереди был ещё целый день съёмок, и он просто не имел права прийти в таком состоянии на них. Выйдя из душа, Антон полез в шкаф. Там парень нашёл синюю футболку и теплую толстовку такого же цвета и надел их. Дальше, натянув на себя чёрные джинсы, он начал надевать на свои руки браслеты и кольца. Шастун даже не смотрел какие, просто доставал первые, которые попадались ему под руку и, закончив, пошёл на кухню. Залпом выпив два стакана воды, поскольку он чуть ли не умирал от сушняка, Антон поставил чайник греться на плиту. Достав из тумбочки пакетик с растворимым кофе, он залил его кипятком. Шастун сидел за столом и неторопливо, вдыхая фруктовый аромат, пил свой напиток. Парень думал о том, что произошло вчера, о его поступке. И об Арсе. Вскоре, допив, он поставил свою чашку в мойку и начал собираться на работу. Тем временем утро Арса ещё не начиналось. Он напрочь не обращал внимания ни на будильник, ни на звонки. Только резкая боль в ладони заставила его покинуть царство Морфея и открыть глаза. Подняв голову, он тут же её опустил обратно. Попов не мог понять, что вообще с ним происходит. Он сидел в окружении битого стекла и с бутылкой коньяка в правой руке, а голова его болела так, словно хотела расколоться на две половины. К тому же ещё и его левая рука была перебинтована, но, видимо, рана была столь глубокой, что кровь проступала через бинт. Арсений не спеша пытался собрать по кусочкам у себя в голове вчерашний день. Вот он садится в машину и едет за Антоном в бар, дальше он режет руку о разбитый стакан, после же приходит Шаст и обрабатывает ему рану, они пьют. А в конце в его памяти возникла яркая картинка, как он и Антон целуются. Теперь он точно вспомнил всё, но, как он сам думал, лучше бы он всё забыл. Арсений резко встал и поставил бутылку на стол, а сам присел, потому что голова у него кружилась невыносимо. Через пару минут он всё же смог подняться и после небольшой уборки ушёл в душ. Он старался как можно быстрее собраться и уехать на работу, ведь его там, наверное, заждались. Уже спускаясь по ступенькам, мужчина чувствовал, что сегодняшний день будет, мягко говоря, ужасным. Его всё ещё пошатывало, но, наглотавшись таблеток, он сел за руль и помчал на студию. Как и ожидалось, там все ожидали только его. — О-о-о, месьё Граф всё-таки решил явиться, — съязвил Серёжа, когда Попов зашёл в гримёрку, но, увидев реакцию Арса, он понял, что зря. — Что с рукой-то? — уже более серьёзно спросил он. — Поранился, — нехотя ответил Арс. — Арсюха, что-то случилось? — более встревожено спросил Дима. — Нет, ребят, всё нормально. И только Антон молча сидел на кресле, смотря на Арсения. Он понимал, что сейчас не лучший момент для разговоров. Им двоим нужно немного времени. — Ну что, парни, вы готовы? — в комнату залетел Паша. — Через пять минут начинаем, — и так же как и появился, он мгновенно ушёл. — Чувствую, сегодня будет трудный день... — подытожил Димка, смотря на своих коллег. Все в знак молчаливого согласия кивнули. Шёл четвертый час съёмок. Все парни уже устали, а Арс так вообще держался из последних сил. Ему хотелось, чтоб это всё закончилось как можно быстрее. Он чувствовал, что больше не выдержит этого цирка. Целый день Попов старался не подавать виду, хотя ему действительно было очень плохо. Но он ведь актёр — это его работа. Даже бинт на руке он снял, чтобы в кадре это не бросалось в глаза, при этом терпя жутчайшую боль. А самым ужасным для него было то, что его ставили в пару с Шастуном. Он должен был смеяться и шутить в то время, как внутри у него всё рассыпалось в прах. Кажется, Антон испытывал в этот момент те же чувства. — И-и-и, да-да-да, наши любимые «Мышеловки», — прозвучало от Паши. — Так, кто же сегодня будет моей жертвой, как думаете? Правильно, парни на «А». Давайте, Антоха и Арс, вперёд, — когда ребята услышали эти слова, их двоих словно шарахнуло молнией. Но они ведь актёры, они должны. Без единого слова парни встали по разные стороны сцены. — Итак, задание: парень и девушка знакомятся в клубе, и парень хочет продолжения вечера. Кто у нас будет девушкой? Конечно, Антоша, ты. А Арс — брутальный мачо. Поехали, живём, — прозвучало от Воли.

***

— Сто-о-оп. Хватит, давайте остановим это, — прокричал Павел, смеясь, а за кадром раздалось отчётливое «Снято!». Парней отпустили отдохнуть на некоторое время, потому как впереди ожидали ещё три часа работы. — Боже, как я устал, — упав на диван, сказал Матвиенко. — И не говори, — присев рядом с ним, ответил Дима. — А вы чё молчите? — повернув голову к Попову и Шастуну, задал вопрос Сергей. — Ничего, — ответил Антон, сев на кресло. — Многословно, а главное — как понятно. Тебе бы книги писать, Шастун, с таким-то запасом речи и полным раскрытием темы вопроса, — иронично произнёс Сергей. — Если меня будут искать, то скажите, что я в уборной, — неожиданно отозвался Арс. Парни поняли, что ему действительно фигово, и без лишних вопросов просто ответили: «Хорошо». — Тоха, тебе не кажется, что Арс сегодня какой-то странный? — спросил Поз у своего друга. Но тот, видимо, так устал, к тому же спал он всего-то три часа, что отключился прямо в кресле. — Да что с ними двумя сегодня? — обращаясь уже к Серёже, задал вопрос Позов. — Не знаю, Дим, не знаю. Самому интересно, давно я Арса таким не видел. Через пятнадцать минут в комнату, постучав, вошёл работник съёмочной группы. — Начинаем через десять минут, — сказал он и вышел. — Дим, буди Шаста, а то до завтра тут проспит, — Позов толкнул Антона в плечо, и тот проснулся. — Хей, можно было бы и помягче. — Ой, ну извините меня, Ваше Высочество. В следующий раз вообще просто спихну тебя на пол. — Ну ладно-ладно, спасибо. А где Арс? — неожиданно спросил Антон. — Не знаю, он до сих пор не вернулся, — отозвался Матвиенко. — Может, вы его пойдёте и поищете? — немного переживая за своего друга, спросил парень. — Тебе надо — ты и ищи, — ответил ему Сергей. — Ладно, — сказал Антон и вышел из комнаты. Шаст сразу же отправился в уборную, он подумал, может, Арс всё ещё там. Зайдя туда, он увидел Арсения, который без сознания лежал на полу. Парень моментально подлетел к нему. Шаст бил по щекам, брызгал водой на Арсения, но тот всё никак не приходил в себя. Только через несколько минут попыток Антона привести друга в сознание, ему это удалось. Когда тот пришёл в себя, юноша как можно крепче обнял Арса. Ему было плевать, что сейчас он может получить по морде или ещё что хуже, он просто был счастлив, что Попов в порядке. Сам Арсений всё ещё находился в прострации, стараясь мысленно прийти в себя. И только когда мужчина полностью очухался, он резко оттолкнул от себя Антона. Шастун был готов к такой реакции, поэтому ничего не сказал, он просто молча закусил свою нижнюю губу. Он хотел объясниться, но понял, что это не нужно, его всё равно слушать не будут. Арс плавно встал и подошёл к раковине, чтобы умыться. Он заметил, что его рука снова кровоточит, и, промыв рану, ещё раз замотал её бинтом, хорошо, что тот был у него с собой. Вытерев руки, мужчина собрался уходить, но вдруг резко повернулся к Антону. — Не подходи ко мне… Хотя бы неделю. Мне нужно время, чтобы всё обдумать. Понял? После этого мужчина молча вышел из туалета и направился в сторону гримёрки. Антон так и остался сидеть на коленях, из его глаз медленно покатились слёзы. Уже через две минуты Шаст, будто ничего и не случилось, стоял на сцене вместе со своими коллегами и мечтал, чтобы за следующие три часа он просто не умер. Сейчас он улыбался, словно солнечные лучи отражались в нём. Его тёплая улыбка озаряла весь зал, а смех расходился волною по нему, но внутри парень рассыпался на тысячи осколков. Ему казалось, что «кто-то» просто подошёл и вырвал сердце из его груди. День близился к концу. Ребята уже завершили съёмки и начали понемногу расходиться по домам. Первым ушёл Димка, за ним Серёжа. Антон тоже старался собраться быстро, при этом не пересекаясь с Поповым. Но, как говорят, от судьбы не убежишь. Они снова остались в гримёрке один на один. Арс спокойно складывал свои вещи, даже не смотря на парня. Если бы всё было как раньше, сейчас бы они обсуждали новые импровизации, вспоминали, кто как пошутил или затупил, а, возможно, просто говорили бы ни о чём. Но теперь уже не будет так, как раньше. Больше нет… Первым из гримёрки вышел Антон. Когда он на долю секунды задержался в дверном проёме, ему так и хотелось повернуться и сказать привычное «пока» с его милой улыбкой от уха до уха, но пришлось идти дальше. Внутри всё сжималось, словно из лёгких выкачали весь кислород. Дыхание было обрывистым, казалось, что ещё чуть-чуть — и он задохнётся. Шастун медленно шёл ко дну, утопая в голубых глазах-океанах. Сегодня был первый день, когда Антон после работы поехал не, как обычно, в бар, а домой. Такси быстро привезло его по нужному адресу, парень расплатился и молча вышел из машины. Уже через минуту он оказался в своей квартире. Не включая свет, Шаст скинул с себя куртку и снял кроссовки. Парень зашёл в спальню, и на пол полетели остальные элементы одежды. Все так же в темноте он нашёл свои домашнюю футболку и штаны, оделся и вышел на балкон покурить. Антон поджёг сигарету и сделал первый вдох. В этот раз дым так глубоко распространился по его лёгким, что он даже немного закашлялся, но уже через секунду сделал вторую затяжку. Не контролируя себя, Шастун выкурил уже восьмую сигарету подряд, не в состоянии остановиться, снова и снова вдыхая в себя никотин. Он зависим. Вот только от сигарет ли? Выкинув окурок, парень вернулся в свою комнату, но, минуя её, отправился в ванную, открыл воду и прямо в одежде встал под душ. Стоя так ещё минуту, Антон начал рыдать. Горячие слёзы вместе с водою скатывались вниз. Он кричал, разбивая кулаки о холодный кафель. Шастун был больше не в силах держать это в себе. Гнев охватил его душу, а на смену ему пришло отчаянье. Плевать он хотел на ледяную воду, которая окатывала его снова и снова, глубоко в сердце парень чувствовал безмерную пустоту. В этот момент он разрывался от слёз и понимал, что никто никогда не узнает, насколько он несчастен. Выйдя из душа и немного успокоившись, Шаст скинул с себя мокрую одежду, надел сухую, лёг в кровать и уснул. Антон слишком устал. Всё казалось ему таким изнурительным, что неважно было, сколько он ещё продержится. Что-то внутри него сломалось, казалось, будто это была его душа. Арс тем временем не спал. Он не мог прекратить думать о мальчишке с зелёными глазами. Почему он так глубоко засел в его голове, захватив во власть все его мысли? Наконец Арсений решил сделать себе кофе. Сделав его, он взял чашку и пошёл на балкон. Аромат кофе разошелся повсюду. И снова, как в ту ночь, стоя на балконе, Арс вспоминал Антона и его мягкие губы, что манили прикоснуться к ним. — Чёрт возьми, да я рехнулся! — вдруг неожиданно вскрикнул он, но, быстро опомнившись, тут же замолк, при этом продолжая монолог в своей голове: — Не мог я в него влюбиться, не мог! У меня же жена, хоть и почти бывшая. И дочь. А у него ведь девушка, хотя я не знаю, в каких они сейчас отношениях. Но этого просто не может быть! Я не люблю мужчин! Или..? Нет! Слышишь, нет. Миллион мыслей в тот момент проносились в его голове. Арсений ещё долго стоял и думал, но так и не пришёл ни к одному решению. Он не мог принять все то, что сейчас происходило с ним. Ему казалось, что это всё сон, что сейчас он уснет, и всё это окажется его ночным кошмаром. Но, возможно, у него всё-таки были чувства к Шастуну? Арс нуждался во времени. Слово «возможно» въелось в его разум точно так же, как и в его сердце Антон. Мужчина вышел с балкона, поставил на книжный столик чашку с недопитым кофе и отправился в спальню. Но, уже ложась в кровать, он резко передумал. Попов встал, оделся и, схватив ключи, вылетел из квартиры. Ему нужно было отвлечься и хотя бы на пару минут забыть про Шастуна. Он, закрыв двери, отправился к лифту. Уже через пару минут выйдя на улицу, мужчина глубоко вдохнул в грудь воздух и взял в руки телефон. — Алло, это такси? — произнёс Арс в трубку, назвал адрес и стал ждать машину. Ожидая, Попов достал пачку сигарет. Вытянув одну и вставив её между зубов, он снова вспомнил образ Антона. Как тот, держа в своих тонких длинных пальцах, усеянных кольцами, никотиновую палочку, затягивался. Как медленно выпускал дым изо рта. Снова и снова этот мальчишка овладевал его мыслями, мужчина не мог выгнать его из них. Докурив, он кинул бычок в урну и продолжил ждать. Вдалеке показалась машина, которая стремительно приближалась к подъезду Арсения. — Такси заказывали? — послышался голос из только что подъехавшей машины. — Да, — ответил Арс и сел в автомобиль. Машина долго ехала по ночному городу, Арс просто катался и о чём-то говорил с водителем. Осенняя Москва значительно отличалась от ему привычного дождливого Питера. Он долго ехал, всматриваясь в полупустые улицы, освещённые светом вывесок магазинов и фонарей. Вдруг мужчина неожиданно попросил водителя остановиться. Заплатив за поездку, Арсений попрощался с ним и дальше пошёл пешком. Пройдя немного вперёд, он заметил клуб. Тогда Арс решил, почему бы ему не развлечься там. Он ведь хотел отвлечься — вот и отвлечётся. Охранник, видимо, узнал Попова и без всяких вопросов впустил его вовнутрь. В помещении тусовка шла полным ходом. Все пили, веселились, танцевали, в общем, отрывались на полную катушку. Первым делом Арс направился к барной стойке. Уже после шестого шота ему стало не очень хорошо. Его организм был категоричен к алкоголю, но Арсу на то было наплевать. Он даже пару раз вышел на танцпол и потанцевал, но все же у бара ему было комфортнее. Вскоре он загорелся желанием выйти покурить. Уже стоя на улице, мужчина сказал себе: — Надо завязывать с этим, иначе это станет привычкой. Снова. Делая затяжку за затяжкой, он корил себя, за то, что позволяет себе это. Но лучше уж так. Лучше быть зависимым от сигарет, чем от «чьих-то» зелёных глаз. Неожиданно Попов услышал женский крик. Не докурив сигарету, Арс отправился в то место, откуда он доносился. Чёртов рыцарь, всегда должен помочь даме в беде. Придя на то место, он увидел девушку лет двадцати и троих парней, что к ней приставали. Она была загнана ими в угол и очень напугана. По девушке было видно, что она не из тех, кто приходит в клуб, чтобы найти «парня на одну ночь». Парни не сразу заметили Арсения, поэтому он обратился к ним первый. — Ребят, отпустите девчонку. Видите, вы ей не интересны? — как можно спокойнее произнёс мужчина. — А тебе-то что? — подал голос один из компашки. — Вот именно. Шёл бы ты отсюда, — к нему подключился второй. — Пацаны, давайте по-хорошему разойдемся? Вон сколько ещё в клубе девушек вашего уровня, идите к ним приставайте. — Ты, может, что-то не понял? — снова отозвался второй и хорошенько вмазал по лицу. Арс нанёс ответный удар, добавив к нему и удар в печень. После чего подключились и двое других парней. Между ними завязалась драка. Единственное, что тогда успел сделать Попов, это крикнуть девушке «беги», а сам старался хоть как-то защититься, но силы были неравны. Мужчину быстро повалили на землю, нанося всё больше новых травм. А когда тот отключился, пацаны, испугавшись, убежали, оставив Арса лежать на земле и истекать собственной кровью. Девушка, видимо, недалеко убежав, вернулась назад, где лежал в бессознательном состоянии Арсений. Она чувствовала свою вину перед ним, ведь он пострадал только из-за неё. Но она боялась вызвать полицию или скорую, поэтому решила, что должна позвонить кому-то из его знакомых. Достав телефон, который к её счастью был не запаролен, она зашла в последние входящие вызовы. Первым номером в этом списке был Серёжа. Девушка набрала его, но в трубке услышала лишь: "Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети". Вторым по списку шло имя «Антон». В то время Тоша мирно спал, не думая ни о чём, но сон его был недолгим. Звук мобильного заставил Антона встать и пойти на его поиски. Обычно он бы его даже не услышал, но в этот раз что-то пошло не так, словно ему подсказывало его сердце. Найдя наконец-таки свой телефон, на дисплее парень увидел имя "Арс". — Какого хуя ты звонишь мне в четыре утра, Арсений? — Антон возмущённо ответил на звонок. — Извините, что побеспокоила вас. Это не Арсений, — в этот момент в мыслях Шастуна всё оборвалось. Сердцебиение ускорилось, дыхание участилось, но он дальше продолжал слушать женский голос в телефоне Арса. Вдруг с ним что-то случилось? А что, если сейчас она скажет, что его больше нет? Парень же просто не переживёт этого. — Вашего друга избили, не могли бы вы приехать за ним. Я думала вызывать скорую, но всё же решила позвонить кому-то из его знакомых. — Не нужно никого вызывать, я сейчас приеду. Называйте адрес, — стараясь говорить как можно спокойнее, ответил Антон, при этом еле контролируя свои эмоции. Сейчас Шаст был готов рвать и метать, не сдерживая поток ругани в своей голове, но вызвал такси и отправился по названному адресу. Буквально через полчаса Антон был там. Он попросил таксиста подождать, а сам отправился забирать Попова. Увидев, в каком состоянии тот был, Антон побледнел. Но всё же, взяв аккуратно его под руку и попросив девчонку помочь ему, они вместе понесли Арсения к машине. Посадив Арса на заднее сиденье, Антон поблагодарил помощницу и сам сел к мужчине. Всю дорогу до дома он обнимал его, следя за тем, чтоб Попов был в правильном положении. Ведь он даже не знал какие у того травмы и где что сломано. Ему казалось, что ещё немного — и он сойдёт с ума. Антон впервые в жизни был настолько счастлив столь быстрому возвращению домой. Он расплатился с водителем, а сам понёс на себе Арса, благо он жил на втором этаже. Будучи в квартире, парень осторожно положил Арсения на кровать. Антон снял с него окровавленную одежду, после чего обработал все его раны. Ему казалось, что он всё-таки должен вызвать скорую, но тогда как на это отреагирует Арс? Мозг Антона взрывался, и он не знал, что ему делать дальше. Но всё же парень решил подождать, пока Арсений проснется, и тогда он уже сам сможет решить, что ему делать. Шастун надел на него свою одежду и ушёл в другую комнату. До шести утра парень не мог уснуть, никакие успокоительные не помогали ему, Антон так и не смог больше сомкнуть глаз. Он снова встречал очередной, пугающий его рассвет.

***

Глухой кашель послышался из спальни Антона. Шастун тут же подорвался с дивана и побежал туда. Арс, увидев вошедшего Тошу, попытался встать, но резкая боль в грудной клетке не дала ему этого сделать. — Лежи, не вставай, — на удивление, Антон говорил спокойно и ровно. — Воды, — еле слышно попросил Арсений. — Сейчас принесу, — произнёс Шастун и направился на кухню. Наливая воду в чашку, его руки дрожали. Антон не знал, что с ним происходит, почему он не может взять себя в руки. Хотя для человека, чья жизнь за последние трое суток перевернулась с ног на голову, и у которого в спальне лежал его избитый возлюбленный, он вёл себя вполне нормально. Собравшись с мыслями, парень вернулся обратно к Попову. Арс в тот момент уже был в полусидячем положении. — Вот держи, — протягивая чашку, произнёс Антон. — Спасибо. И не только за это, — сделав глоток, сказал Арсений. Шаст кивнул и собирался уходить из комнаты, когда его остановили. — Постой, не уходи. Побудь немного со мной. — Хорошо, — с нотками безразличия в голосе ответил Шаст. В то время, как его сердце всё сильнее щемило в груди. — Ты злишься на меня? — Нет. — Тогда что? Почему ты так мне отвечаешь? Почему ты так себя ведёшь? Что поменялось? Объясни мне, в конце концов. — Почему я обязан что-то тебе объяснять? — Прошу. — Я не злюсь. Мне больно. Понимаешь? Всё внутри меня вывернуто наизнанку, я будто в аду. И так три года подряд. Ходишь, улыбаешься, шутишь, а вечером лежишь на кровати, смотря в потолок, и понимаешь, что внутри тебя чёрная дыра, и тебе с этим ничего не сделать, — Антон, не выдержав, сорвался на крик. — Это из-за меня? — Да, — стараясь снова обрести спокойствие в голосе, ответил Шастун. — Прости, — на этих словах Антон истерически засмеялся. — Простить? Я не обижаюсь на тебя, я тебя ненавижу. Каждое твоё случайное прикосновение, каждый взгляд, каждую улыбку, — говорил парень, начиная снова кричать. — Слышишь? Ненавижу! — у Антона началась истерика. Он решил, что либо сейчас он всё выскажет Арсению, либо больше никогда. Арс молча смотрел на Шаста. Он лишь внимательно слушал, что тот ему говорил. — А знаешь почему? Потому что, блять, люблю! Я люблю тебя больше, чем кого-либо в этой блядской жизни. Мне плевать на Иру, я не чувствую к ней ничего, слышишь? И всё, абсолютно всё из-за тебя. — Антон… — Я не закончил. Ты стал всем для меня за эти три года. Знаешь, каждый вечер с того самого момента, когда я понял, что люблю тебя, я проводил в баре. Каждый, блять, вечер я возвращался бухущим домой. А ночью, чтоб хоть как-то уснуть, я наглатывался успокоительного и запивал его коньяком. Я впустил тебя в свою трижды ёбаную жизнь, а ты разнёс здесь всё к чертям. Скажи, за что мне всё это? Антон умолк. Больше он не кричал, лишь молча сидел на кровати и смотрел в голубые, словно море, глаза. В комнате воцарилось молчание. Тогда Попов неожиданно притянул Антона к себе и поцеловал. Шастун был в шоке, он никак не ожидал такой реакции. Он был готов ко всему, но только не к этому. Арс в тот момент сам до конца не понимал, что он делает. Единственное, что он точно знал, так это то, что сейчас он так хочет поцеловать эти тонкие, слегка обветренные губы. Теперь даже сломанные ребра были не так важны, как эти губы. — А теперь, если ты закончил, послушай меня, — отрываясь от Шастуна, сказал Попов. — Я не люблю мужчин. Понимаешь? У меня есть дочь и бывшая жена. — Я понял, дальше можешь не продолжать, — вставая с кровати, сказал Антон. — Ты дашь мне договорить? Дослушай меня. Я не люблю мужчин. Я люблю тебя, Тош, — на этих словах Антон развернулся и сел назад на кровать. Арсу было сложно говорить, словно в его лёгких закончился воздух, хотя, возможно, это его ребра давили на них. Он старался связать все мысли воедино, но они утекали от него, словно вода сквозь пальцы. И всё-таки мужчина продолжил: — Я не знаю, что будет дальше, я не знаю, что мы будем делать, но я точно знаю, что я люблю тебя. Слышишь, Тош? — Да, я тебя слышу, — голос парня стал дрожать, а из глаз покатились слезы. — Ты чего? — взволновано спросил Арс. — Ничего. Просто зови меня так всегда — Тоша, — взяв руку Арсения и приложив к своей щеке, произнёс он. — Хорошо, Тош. После этих слов Антон аккуратно лёг к Арсу. Он положил свою голову мужчине на грудь, Арс на это не сказал ничего. Ему казалось, что он больше не чувствует ни сломанных рёбер, ни ушибов, ни ссадин — ничего, кроме учащённого сердцебиения его Тошки. Арсений взял парня за руку, переплетая их пальцы в одно целое. — Когда ты понял, что любишь меня? — обращаясь к Антону, спросил Арс. — Я и сам не знаю точно. Где-то между нашими шутками, длинными полуночными разговорами в поездках, глупыми ссорами я, наверное, и влюбился в тебя. Знаешь, ещё при нашей первой встрече, посмотрев в твои глаза, мне захотелось в них утонуть, уйти в их омут раз и навсегда. А ты? — После того поцелуя на балконе. Именно тогда я осознал, что ты для меня что-то большее, чем друг. Но в тот момент я боялся в этом себе признаться, а теперь я понимаю, что не представляю своего будущего без тебя. — И что мы будем делать дальше? — Любить друг друга. Любить. Арс нежно поцеловал Тошу в макушку, и они вместе уснули. Теперь Антон, не боясь, встретит завтрашний рассвет в объятиях самого дорогого ему человека.