Как достать соседа.

И вот с легкостью разузнав всю информацию об отлете Клауса, а именно: Во сколько? Где? Когда? Я неслась в аэропорт, боясь опоздать и прохлопать свое счастье. Мы оба должны сказать последнее слово, прежде чем расстанемся на целых полгода. Старательно убирая в самый дальний угол, все те ужасные мысли, которые посещали мою голову, я орала на таксиста, который никак не хотел ехать быстрее. Пытаясь прикрывать уши и визжать мне в ответ, хиленький паренек за рулем дряхлой машины, ворчливо слушал все мои истерики после очередной провальной попытке позвонить Клаусу. Ругая себя за распущенность и бесхребетность, я пыталась вспомнить, куда я дела ключи от машины, которые так не вовремя потерялись еще сегодня утром. Я ведь даже квартиру не заперла, когда стремительно выбегала из нее, на ходу напяливая на себя кеды, чтобы торжественно рвануть в сторону моего счастья. Прическа растрепалась, а зрачки то и дело беспокойно бегали туда сюда. От страха не успеть, я начала грызть ногти и смотреть в окошко, разглядывая яркие вывески местных забегаловок. Ерзая на старом и продавленном сиденье, я довела таксиста до ручки. Бедный так разнервничался, что когда начал орать, чтобы я успокоилась, чуть не отправил нас под мощные колеса проезжающего грузовика. Я же чуть не плакала от бессилия, моля всем богам о том, чтобы наша потрепанная машинка не оказалась в пробке. Но видимо лучик света сегодня и упал на мою блондинистую головушку, и остановившись около нужного аэропорта, водитель чуть ли не пинками выкинул меня из салона, посоветовав больше никогда не ездить на общественном транспорте и вообще заиметь свою собственную машину. Первым делом я начала разглядывать табло перелетов, ища глазами эту проклятую строчку с Лондоном, которая никак не хотела находиться. Провозившись около сверкающей вывески еще несколько минут, я наконец нашла нужную мне информацию и рванула в мою конечную станцию. Всюду сновали люди, которые то и дело грубо пихали меня в плечо, требуя, подвинутся. В такой каше из ходячего мяса, не то что Клауса, себя невозможно увидеть. От безысходности захотелось закричать. Закричать его имя. Клаус, черт возьми, не смей уезжать без своего прощального поцелуя. И вдруг, только я припомнила прощальный поцелуй, я заметила его кудрявую голову, которая склонилась над какой-то потрепанной книжкой. Сам британец преспокойненько сидел на выделенных для пассажиров стульях и с интересом впился в текст, не замечая ничего и никого вокруг. На секунду я застыла. Судорожно и парадоксально изучая его профиль, я наплевала на все свою принципы и предрассудки. Кинувшись прямо к мужчине, я распихивала и толкала всех в сторону, слыша жуткие ругательства мне в спину. Подбежав к Клаусу, я резко вырвала книгу из его рук, и лишь только услышала это родимое : - «Какого х…?- Впилась в его губы поцелуем, с удовольствием впитывая в себя его секундное удивление от моего внезапного появления. Я не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я смогла отстраниться от его манящих губ. Мужчина все также удивленно смотрел мне в глаза, привычно ухмыляясь в своей излюбленной манере. - Ты засранец, - наконец произнесла я, удовлетворенно плюхнувшись ему на колени, - Ты специально написал ту чертову бумажку, чтобы я как умалишенная принеслась в аэропорт. - И ты не смогла устоять, как я вижу, - снова появилось привычное желание огреть его по голове. - Мне нужны мои заслуженные десять минут рядом с тобой, - уткнувшись ему в плечо, я в последний раз вдыхала приятный запах мужского парфюма, - Не уезжай. Казалось, что это говорю не я. Это говорит маленькая девочка, которая потеряла дорогу домой. Кажется еще чуть-чуть и по моим щекам потекут слезы. - Все решено, малышка. - Звучит как приговор. Мы справимся, как думаешь? - Я то справлюсь, а вот ты то сможешь целых полгода без нашего страстного секса? – насмешливо прошептал он мне на ухо. Я слегка пихнула его кулачком, удобнее устроившись на его коленях. - Мне пора, Кэролайн. - Не уходи. И я все же не удержалась. Несколько скупых слезинок скатилось с моих щек. Увидев это, мужчина ласково стер их остатки с раскрасневшегося лица. Гипнотизируя меня своим кротким взглядом, он как в горячке повторял мне, как любит и как не хочет уезжать. Наконец я высвободила его из своих объятий, пытаясь не впасть в истерику прямо при Клаусе. - До свидания, Кэролайн. Нежно поцеловав меня в губы, он подхватил свои сумки и скрылся в толпе. Я осталась сидеть неподвижно. Перед глазами до сих пор его лицо с кривоватой улыбочкой и светящиеся особыми хитрыми искрами глаза. Просидев еще несколько минут на твердой поверхности стула, я только и делала что рыдала, отмахиваясь от настойчивых мужиков, которые во внезапном порыве, пытались выяснить, что у меня случилось. Обматерив их самыми грязными словами из собственного запаса, я все продолжала реветь. Больше никто не решался подходить к трясущейся от беззвучных рыданий девушке. Я до сих пор не могла поверить, что он уехал. Оставил меня в этом сером городе вместе с воспоминаниями. Ведь это целых полгода! И совершенное незнание собственной судьбы меня не устраивает. Через какое-то время, телефон в моей сумке кротко пиликнул. Схватив ворчливое устройство, я наткнулась на сообщение. Сообщение от него. «До свидания, Кэролайн. Мы обязательно справимся».