Семейные узы (Я тебя ненавижу!)

Вечером городской парк особенно прекрасен. Особенно, если проводишь этот вечер с парнем, который уже давно украл твое сердце. Мы с Чонгуком подходим к озеру в парке. Вокруг него много деревьев, которые, словно кулисы, прикрывают озеро собой. Также, по периметру расположены скамейки для посетителей парка. Где-то вдалеке слышно, как уличные музыканты поют баллады для прохожих, а продавец мороженного подзывает клиентов. В этот парк приходят много художников, музыкантов и просто творческих людей для вдохновения. Парочки здесь чувствуют себя уединенными, а воздух пропитан романтикой. Идеальное место для свидания. Можно ли назвать нашу прогулку с Чонгуком свиданием? Вряд ли, ведь мы просто друзья, и мне не стоит допускать такие мысли. — Можешь поставить мольберт здесь? — прошу парня, который всё то время, пока мы шли, нес мой складной мольберт. Он раскладывает его около скамейки в парке. — Ты сюда часто приходишь рисовать? — интересуется Чонгук. — Обычно, я рисую дома, поэтому бываю здесь редко… — ответила я, подготавливая карандаши. — А что ты рисуешь обычно? — спрашивает Гук, присев на скамейку. Он наблюдает, как я убираю волосы в хвост, держа в зубах карандаш. Поймав его взгляд на себе, я немного смутилась. — Людей и их эмоции, — быстро отвечаю ему — Но мне нужно практиковаться в пейзажах. Поэтому мы здесь. — Ты рисовала портрет Чимина? — вопросы всё продолжали поступать. Когда Чонгук спросил о брате, я прикусила губу. Всё что касается Чимина слишком личное и немного болезненное. — Нет, он запретил мне его рисовать ещё в детстве, — усмехаюсь я, вспомнив, как Чимин злился из-за моих детских каракуль. — Ты всегда его слушаешься, и это неизменно? — Гук внезапно стал серьезен. Почему его это так заботит? Хотя он всегда был таким. Всегда был за справедливость и свободу. — Это плохо? — перевожу взгляд с наброска на парня, который глядит на уток, что плавают по озеру и выпрашивают у прохожих хлеб. — Относительно… — загадочно произносит он. Наши взгляды встретились в этот момент — Ты всё же стала другой за то время, что меня не было. В хорошем смысле этого слова. Я улыбаюсь Гуку, а он отвечает мне мягкой улыбкой, что так нравится мне. Смотрю на него и борюсь с желанием запечатлеть на холсте его красоту: его уже мужественные черты лица, большие глаза, что блестят как звёздочки; небольшой шрам на щеке, который так и хочется поцеловать. Провожу взглядом по губам, которые слегка приподняты в улыбке, и сердце замирает. Руки сами собой начинаю делать набросок, и меня уже не остановить. Какая бы прекрасная природа не была вокруг, Чонгук приковал моё внимание в себе. Конечно, рисунок не может передать всю привлекательность парня, но рисовать его — одно удовольствие для меня. Чонгук даже не подозревает, что я рисую его сейчас, пока мы разговариваем обо о важности искусства в жизни людей. Он знает, что я мечтаю открыть студию в будущем. — Закончила, — скромно улыбаюсь я. За десять лет практики я научилась рисовать портреты очень быстро и управилась за полчаса. — Покажешь? — Гук всё время, пока я рисовала, наблюдал за каждым моим движением. — Только не суди строго, — киваю я, протягивая портрет его владельцу. Парень несколько секунд молча разглядывает лист бумаги. Он облизнул губы перед тем, как сказать: — У меня нет слов. Меня ещё никто не рисовал раньше. Твоя работа потрясающая! — его взгляд полон искреннего восхищения и это трогает меня. — Раз портрет тебе настолько понравился, то можешь его забрать себе на память. Это будет моим подарком тебе, — я чувствую, как ладони вспотели от волнения. — Правда? Я буду беречь его! — Гук снова посмотрел на портрет и задумался на несколько секунд. — Суён, я тоже хочу тебе кое-что подарить взамен, — загадочно говорит парень. — Что же? — интересуюсь я. — Закрой глаза, — просит Чонгук, и я закрываю их без лишних вопросов. Не знаю, чего ждать от него, но делаю так, как он просит, потому что доверяю ему. Чонгук подсел ближе. Я ощутила его аромат с нотками ванили и горячего шоколада. Что-то мягкое и теплое коснулось моей щеки, а сердце пропустило удар. — Можешь открывать, — прошептал Чонгук. Я медленно открываю глаза, касаясь кончиками пальцев места, которого несколько секунд назад коснулись губы моего любимого человека. Вот это подарок! Невинное прикосновение парня сделало меня до безумия счастливой! Я смущена и не могу взглянуть на него. Гук понимает это и отстраняется от меня. Пару минут мы молча смотрим на розовое озеро, в котором отражается закат. — Помнишь, я спросил: «Могу ли я быть твоим другом»? — интонация Гука вызвала у меня мурашки. — Да, я же ответила, что всё по-прежнему! Мы друзья, и это неизменно, — улыбаюсь ему я, но сердцем чувствуя что-то плохое. Чонгук уж слишком напряжен и серьезный сейчас. — Я передумал. Думаю, мы больше не сможем быть друзьями… — говорит Чонгук без тени сомнения, а мое сердце болезненно сжалось «Что?! Но почему мы не можем дружить?! Из-за Чимина?»