Семейные узы (Я тебя ненавижу!)

— П-почему? — горечь в моем голосе выдает всю боль. Чонгук прикусил нижнюю губу, смотря мне в глаза. — Мы больше не сможем быть друзьями, потому что между нами нечто большее, чем просто дружба. Я давно заметил, как меня тянет к тебе, и то, как ты смотришь на меня… — парень криво улыбнулся, а мне кажется, что я сейчас потеряю сознания из-за неожиданного признания. — Подожди, секундочку, — судорожно выдыхаю я, пытаясь собрать мысли в кучу — Что ты имеешь в виду под словами «тянет»? — спрашиваю я, не до конца осознавая его слова. — Я… — его рука опустилась на мою шею — Влюблен, — шепчет, приближаясь ко мне, и упирается лбом о мой лоб — В тебя, — карие глаза Гука приковывают меня к себе. Его дыхание ощутимо на моих губах. — Гук, я… — начала я, но ощутила мягкие губы на своих. Мои глаза распахнулись от шока, но через пару секунд я отдаюсь моменту и отвечаю на поцелуй. Поцелуй сладкий и нежный: таким я и представляла наш первый поцелуй. Всё, что происходит вокруг, абсолютно неважно. Есть только я и он. Сознание и душа парит где-то в облаках, а тело пробивает мелкой дрожью. Чонгук отстраняется, и мы улыбаемся друг другу.

***

— Спасибо, что проводил, — счастливая улыбка не сходит с моего лица. Улицы освещаются фонарями, а луна кажется просто огромной. Мы с Гуком гуляли около трех часов и уже довольно поздно. Эти часы были одни из самых счастливых для меня. — Теперь, это моя обязанность, — усмехается парень. Ещё пару метров, и мы подойдём к моему дому. Я не хочу расставаться с ним, поэтому иду, как можно медленнее. Рука Чонгука держит мою, и я таю от его тепла, запаха теплого шоколада и ощущения безграничного счастья. Телефон вибрирует в кармане. — «Дьявол во плоти»? — читает Гук прежде, чем я выключила — Да, это Чимин, — поджимаю губы и убираю телефон обратно в карман. — А как я у тебя записан? Почему не отвечаешь ему? — интересуется парень. — Ты «Чонгук», — улыбаюсь ему — Я не хочу разговаривать с Чимином сейчас. Хотя и знаю, чем это может закончится… — тяжело вздыхаю.Брат будет мягко говоря недоволен. — Дай мне свой телефон, — просит Гук. Он не стал настаивать на то, чтобы я ответила старшему, потому что прекрасно знает его характер. — Зачем? — удивляюсь я, но даю ему свой золотой айфон, подаренный отцом на день рождение. Чонгук повернулся ко мне лицом, чтобы я не видела, что он делает с моим телефоном. — Вот, теперь всё правильно, — Чонгук возвращает телефон. — Ты переименовал себя на «Любимый Оппа»? — читаю на дисплее. Это звучит очень сладко и мило. — Да, только не вздумай менять! — наигранно пригрозил парень, а я убираю телефон обратно. — Тогда, ты тоже переименуй меня. — Ты записана как «Милашка Суён», — Гук показал мне свой телефон. Это смутило меня, но мне понравилось. Захожу домой. На губах всё ещё ощущается вкус губ любимого человека. Ноги ватные, а сердце не унять. Включаю свет в коридоре, наклоняюсь, чтобы снять обувь, и замечаю капли крови на полу. — Чимин? Ты дома? — спрашиваю, но слышу лишь давящую тишину пустого дома. Иду на кухню. — Хорошо, что хоть поел перед уходом, — проверив рагу на плите, убедилась, что Чимин был дома какое-то время назад. Захожу в ванную и охаю от увиденного. В раковине плохо смытая кровь. Бинты и вата, пропитанные красным, лежат в мусорном ведре, а в воздухе витает запах обеззараживающего средства. — Боже, ты же сказал, что с тобой всё в порядке! — набираю номер брата, но он не отвечает. Корю себя за то, что не ответила ему раньше. Моя совесть не даёт мне покоя, и от хорошего настроения ничего не осталось. Ищу номер Намджуна в контактах телефона. Он единственный из друзей Чимина более-менее адекватный. — Алло? — раздаётся в трубке грубый мужской баритон. — Привет, Джун, — начала я — Это Суён. — Привет, малышка, — улыбается Намджун. Меня передергивает от его «малышка», но сейчас это было не столь важно. — Чимин с тобой? — Нет, мы подбросили его домой, — будничным тоном сообщает мне Джун. — Его здесь нет. Куда, черт возьми, он делся?! Что с ним? Что, вообще, случилось вчера? Вы подрались с кем-то? — заваливаю вопросами парня. Гнев и беспокойство овладело моим рассудком. Им же не десять лет! Почему не могут решить проблемы мирным путем? — Слишком много вопросов, малышка… Мы преподали урок выскочкам из соседнего района. — начал отвечать Джун, но я его уже не слушала, так как услышала шаги в коридоре. — Чимин вернулся, — быстро сказала я Намджуну, отключая телефон. — Почему ты не брал трубку? — с порога отчитываю брата. Моя злость на него тут же отступает, как я вижу его. Рассматриваю лицо, изучая разбитую губу и порез на щеке. Оцениваю серьезность его ран. Его кулаки, видимо, разбитые в драке, были перевязаны. Чимин поправляет волосы перебинтованной рукой — Я не слышал. У меня к тебе тот же вопрос. Где ты была? — Чимин идет на кухню хромая, а я ступаю следом. Брат устало садится за стол и морщится от боли. — Гуляла. Чимин, ты… — голос дрогнул от волнения. Чимин придерживает себя за бок. — Дай посмотрю, — прошу я, потянувшись к нему. — Не трогай! — рявкнул брат, и я отпрянула от него — Это тебя не касается! — Ну, конечно, не касается! Я же тебе никто, и волноваться не имею права! — снова злюсь на брата. Да, он не первый раз приходит домой после драки, но каждый раз его раны всё серьёзнее. Я боюсь, что однажды он может не вернуться домой… Он совершенно не думает о моих чувствах! О чувствах людей, которым он дорог. Эгоист! — Хватит строить из себя заботливую сестру. Я очень устал… Хочу дома побыть в спокойствие! Можешь не выносить мне мозг хоть один день?! — Чимин смотрит на меня с презрением. — Как ты не понимаешь? Я переживаю! Неужели я о многом прошу? Не влезать в драки и беречь себя… Это так сложно? — я осмелилась взять его руку, переходя на шепот. Почему до него никак не дойдет?! — Чёрт! — брат устало облокачивается затылком о стену и прикрывает глаза. — Так и знал, что не нужно было появляется сегодня дома… Ты не дашь мне даже дух перевести. Ты как заноза в заднице! — Чимин скинул мою руку со своей. — Я тоже устала и хочу спокойной жизни! Но ты причина моей боли! Портишь всю мою жизнь, а я ещё пытаюсь позаботится о тебе. Ты неблагодарный, тупой, приду… — недоговариваю, потому что Чимин затыкает мне рот ладонью. Яростный взгляд обжигает душу. Снова мое сердце реагирует слишком бурно и буквально истерически бьется, грозясь пробить ребра. — Достаточно! Меня уже изрядно заебал твой писклявый голос! Я просил тебя не выносить мне мозг, но ты, видимо, настолько тупая, что с первого раза не понимаешь! — металлический голос парня производит нужный эффект на меня. Я тут же успокаиваю свой гнев. Чимин усмехается. — Я причина твоей боли? Это льстит мне. И позаботься лучше о своем ненаглядном Чонгуке! Ты же с ним гуляла сегодня?! Поэтому не ответила мне, когда я звонил? Вот она твоя грёбаная забота о братике! Откуда он узнал? Опять ему «птичка напела»? Как же раздражает, что за мной следят его дружки! Но сейчас этот вопрос ушел на второй план. Чимин зол на меня из-за того, что я ослушалась его. Он готов разорвать меня в клочья, не смотря на то, что сам в плохом состоянии. — Ты думаешь, повзрослела и можешь игнорировать мои запреты? Совсем страх потеряла! — психует Чимин, до боли сжав мои щеки рукой. — Хочешь гулять с ним? Гуляй! Только потом не плачь! Я тебя предупреждал «не подходит к нему». Но теперь это меня не ебёт! — брат резко убрал руку с моего лица. Я потираю воспалённые щеки. Неужели, Чимин дает мне свободу действий, но почему-то это меня не радует. В глазах мутнеет от нахлынувших слез. Нет, это слезы не от боли в щеках — это слезы обиды. Почему каждый раз он заставляет меня плакать? Почему всё всегда заканчивается этим? Я не знаю, что сказать ему, и лишь тихонько вытираю слезы. Парень встал, и на его лице на мгновение отразилась тень боли. Он ушёл в ванную, оставив меня на кухне в растрепанных чувствах.

***

POV от Автора

Чимин заходит в ванную и умывает лицо прохладной водой. Снова Суён плачет из-за него, но он не может по-другому. Он такой, и Суён пора бы привыкнуть к его взрывной натуре. Его взбесило то, что она гуляла с Чонгуком… Ослушалась его. Это означало одно — Чимин теряет влияние над сестрой… Теряет её. Сжимает кулаки и бьет по кафелю, оставляя на ней красный след от крови. — Суён, что ты делаешь со мной? — шепчет, прерывисто дыша, облокотившись о холодную стену. Ему нужно остыть. Срочно принять холодный душ. Парень снимает футболку. Сбоку, чуть ниже рёбер, кровоточит свежая рана. Чимин снимает перевязку, пропитанную его кровью, и шипит от неприятных ощущений. Приняв душ, он накидывает на себя черные джинсы, а футболку бросает в стирку. — Чёрт! Где грёбаный бинты? — ищет в аптечке белую спасательную ткань. Находит, берет обезболивающее средство, но не может обработать рану. Судорожно вздыхает, сдерживая злость. Паку так не хотелось показывать свои увечья Суён, но все-таки придётся показать Суён рану и попросить помочь обработать её, ведь сам он не справляется с этой задачей. В тот раз ему помог Юнги, а сейчас его нет рядом.

***

POV от Суён Комната брата чуть больше моей. Я не часто захожу к нему, ведь это запрещено. Мало, что изменилось в его обители. На столе компьютер и мелкий хлам, в углу комнаты стоит гитара, на книжных полках пылятся сборники по механике и физике, на полу валяются ноты и, исписанные текстом, листы. Чимин стоит с обнаженным торсом напротив меня. Он уже не злится. Лишь холод в глазах при взгляде на меня. Лучше бы Чимин злился, потому что холодный брат в тысячу раз страшнее для меня. Я осматриваю глубокую рану и синяки на него теле. — Хватит любоваться! Делай свое дело и уходи, — усмехается Чимин, вкладывая в мою руку мазь и бинт. — Было бы чем любоваться! — отвечаю я, но в уме признавая, что только что пялилась на тело у Чимина. — У тебя всё на лице написано! — ухмылка Чимина говорит о его победе. Раскусил меня или блефует? Я встряхиваю головой, отгоняя лишние мысли. — Сядь, так будет удобнее, — прошу я. Мои щеки пылают, но у меня нет времени на смущения. Чимин сел на край кровати, я активно начала наносить мазь на рану, стараясь не прикасаться к нему. Чимин прикрыл глаза, издав тихий стон боли. Если быть честной, он очень красив, но его характер портит всё. — Прости… — нервно прикусываю губы, смотря на то, как сейчас брату больно. Мои холодные пальцы случайно касаются его горячей кожи, когда я закончила перевязку. Я вспомнила, как прикасалась к нему…тогда Резко отдернула руку, как от удара током. — Что? — непонимающе смотрит Чимин на мою растерянность. — Н-ничего.