3
22 апреля 2018 г., 01:53
если я что-то значу, мне этого слишком мало
— Я бы что-нибудь написал в ответ, — Хосок не отрывает заинтересованного взгляда от запястья друга, который, кажется, завис немного. На руке появилась новая надпись, содержащая всего одно единственное слово — «привет». Чонгук не знает, что делать, как реагировать, а потому зачарованно глядит на почерк Тэхёна, который, думает Чонгук, стал лучше, значительно лучше. Он помнит, в детстве Тэхён был недоволен своим почерком и постоянно практиковался в его улучшении, в то время, как младшему было откровенно всё равно, как он пишет. Главное, что умеет, а качество — это же почерк! Он отмирает, когда Хосок проводит подушечками пальцев по обращению, вызывая толпы мурашек и заставляя всё-таки подумать о том, что надо бы ответить. Чонгук судорожно пытается нащупать второй рукой на столе ручку, но вслепую это получается не особо хорошо. Ему на помощь приходит хён, протягивая свою и получая в ответ благодарный кивок. Чонгук нервно качает головой и, поднеся ручку к коже, понимает, что совершенно не знает, что писать. Разговор точно зайдёт дальше обычного приветствия, он может даже сорваться и завалить Тэхёна вопросами, а поэтому беспомощно переводит взгляд на друга. Хосок поджимает губы и кивает, после чего Чонгук всё-таки неуверенно выводит «привет». — Зачем он написал? — Хосок хочет уже порадоваться за друга, но этот вопрос резко выбивает его из колеи и заставляет недоуменно смотреть на него, пытаясь разобрать, точно ли это сейчас прозвучало. — Мне кажется, или ты хотел этого? — неуверенно спрашивает он, глядя на опустившего голову Чонгука, после чего тот резко поднимает её и смотрит, кажется Хосоку, с вызовом. — Зачем он сначала делает вид, что мы не знакомы, а потом пишет мне? — сердито спрашивает Чонгук, сжимая кулаки и опуская рукав на место. Хосок вопросительно вскидывает брови, вытягивая губы, после чего слышится тихое «у?», а младший хмыкает и отворачивается к окну. — Я должен с ним поговорить. — О чём и с кем? — С этим Ви, если он, конечно, Ви, — Чонгук подскакивает со своего места и уже собирается выйти из комнаты, но рука старшего его останавливает. — Что ещё? — Гук, ты можешь совершить ошибку, понимаешь? Он может быть не твоим соулмейтом, Юнги уж точно не стал бы утаивать от меня, если бы Ви был Тэхёном, — Хосок беспомощно глядит на замершего Чонгука и продолжает, заметив, что тот слушает. — Просто пойми, Тэхён уехал давно. Ви с Юнги уже около четырёх лет. Я сомневаюсь, что ты чего-то добьёшься своим упрямством. — Хён, просто, чёрт возьми, помоги мне разобраться в этом, — старший закатывает глаза и, осознав, что деваться некуда, кивает. — У тебя есть номер Ви?***
— Рад, что ты согласился прийти, — вместо приветствия Чонгук лишь привстаёт со своего места и помогает парню усесться на стул напротив, после чего получает несобранный взгляд в ответ. — Ты что-нибудь будешь? Может быть, какао? — Чонгук Тэхёна знает как облупленного, ведь дружил с тем до своих одиннадцати, а потому старается натолкнуть того на очевидный выбор и раскрыть все карты. — Я бы от эспрессо не отказался, — улыбается Ви, а мысленно Чонгук пытается сообразить, почему он выбрал кофе, если терпеть его не мог ранее. Ах да, он ведь может быть не Тэхёном. — К чему ты позвал меня? Какая-то срочность? — Да нет, просто пообщаться, — Чон выдавливает улыбку, наблюдая за реакцией блондина, а после приступает к опросу. — Ты откуда вообще приехал? Сомневаюсь, что с самого начала в Сеуле. — И почему же? — усмехается парень, а после говорит: — Я и правда отсюда, это Юнги приехал сюда. А ты? У Чонгука получается разговорить парня, задавая тому глупые вопросы и получая на них не менее глупые ответы. Он следит за настроением Ви, пока тот пьёт свой кофе и еле заметно кривится от его вкуса, вслушивается в чужую интонацию и старается найти там знакомые нотки, но от них будто след пропал. Получая ответы на свои вопросы, Чонгук думал лишь о том, что-либо перед ним и правда не Тэхён, либо он профессионально скрывает свои настоящие предпочтения. Но Чонгук чувствует боль где-то в области сердца, когда спрашивает у парня о его соулмейте, а тот, гордо улыбаясь, закатывает рукав белоснежной рубашки и показывает таким же каллиграфическим почерком выведенное «Мин Юнги». У Гука в глазах чёрные пятна пляшут, кажется, что он вновь мимо попал и снова потерял всё. У него такие чувства, будто он второй раз Тэхёна потерял, хотя перед ним сидит, уже более уверен он, совсем другой человек. Сейчас Чонгук думает, что просто слишком соскучился в последнее время по старому другу, что теперь просто одержим мыслью найти его, да ещё и эта грёбанная татуировка с его именем на запястье, которая лишь глаза мозолит. Чонгук усмехается, а сам глядит на старшего уже без радости и просто поедает того взглядом. Он видит отчётливо Тэхёна, видит все его черты, лишь волосы светлые, но ведь он вполне мог перекраситься, столько лет прошло! У Чонгука ярость внутри закипает, он думает, что ещё чуть-чуть и сорвётся на Ви, который допил свой кофе и теперь беззаботно потягивает чонгуковский. Он уже собирается задать очередной вопрос, как блондин удивлённо вскидывает брови и, перевалившись через стол, закатывает рукав Чонгука, бегая взглядом по чужому запястью. — Ким Тэхён? — почти шёпотом читает тот и поднимает карамельные глаза на Чона, а тот лишь кивает, опешивший от действий старшего, который продолжает мозолить надпись. — И как, нашёл его уже? — Нет, — фыркает Чонгук и грубо выдёргивает руку из хватки парня, а после чувствует, как внутри жжёт всё от обиды. Даже длинные пальцы блондина так похожи на его, так напоминают Тэхёна. — Не переживай, соулмейт не всегда тот, кто тебе нужен, — улыбается Ви и садится на своё место, а после говорит, что ему пора, встаёт и выходит из кофейни, поблагодарив за кофе. Чонгук подрывается со своего места и несётся за блондином, замечая того недалеко от кофейни. Гук понимает, что совершит сейчас ошибку, что надо остановиться и просто прислушаться к себе, перестать вести себя как долбанный эгоист, но ноги тянут его к парню, а мозг закипает, отказываясь думать и рассуждать. Чонгуку кажется, что он слишком сильно схватил Ви за запястье, так как тот испуганно оборачивается на него и хмурит брови. — Чонгук, всё в порядке? — Может хватит строить из себя непонятно кого? — сердито рычит парень, вводя Ви в недоумение и замечая неподдельное непонимание в глазах напротив. — Давай, скажи, что не знаешь, о чём я говорю. Ты ведь всё прекрасно понимаешь! — блондин испуганно глядит на Чонгука, который сейчас и правда выглядит устрашающе с сдвинутыми к переносице бровями и становящимися ещё более тёмными глазами. — Я не понимаю, о чём ты… — Хватит! — Чон похож сейчас на какую-то чертовщину, потому что глаза горят от ярости неестественно и страшно становится от этого не на шутку. — Просто признайся, что ты и есть мой гребанный соулмейт! — Что?! — блондин в удивлении открывает рот, глядя во все глаза на Чонгука, а тот фыркает. — Ты очень плохо играешь, с детства не продвинулся в этом деле, — его губы преображаются в презренную улыбку, а пальцы сильнее стискивают чужое запястье, отчего слышится сдавленное шипение и тихая ругань. — Блять, отпусти! — щеку темноволосого обжигает, будто хлыстом, а сознание медленно начинает проясняться. Чонгук смотрит перед собой с долей непонимания и удивления, а когда видит напуганного, но не менее злого Ви, понимает, что сделал что-то не так. — Если у тебя проблемы, то не значит, что все твои знакомые — соулмейты! Гребанный псих. Ви выворачивает руку из хватки Чонгука и нетерпеливо убегает в сторону, оставляя изрядно попортившего ситуацию парня на месте одного со своими мыслями. Те, в свою очередь, нещадно бегают в его сознании, нарушая покой и создавая сплошной беспорядок, отчего дурнее становится. Чонгук понятия не имеет, почему сорвался на парня, почему так резко предъявил ему факт и почему повёл себя так легкомысленно, сделал такой необдуманный и непроанализированный шаг. Рука медленно тянется к карману, нащупывая там телефон, а после набирая номер друга. — Хён, — Чонгук радуется, когда Хосок сразу берёт трубку и недоуменно слушает взволнованную интонацию младшего, — кажется, я проебался. Он вкратце рассказывает о ситуации, которая произошла вот совсем недавно, и получает в ответ лишь яркие фразы, содержащие кучу мата и обвинений. Он всё достойно выслушивает, хотя самому тошно от такого количества правды за один раз, а после просит приехать к нему и обсудить все дома, на что Хосок фыркает, но соглашается. Уже сидя в комнате друга и напряженно сглатывая тишину, Чонгук понимает, насколько проебался.***
— Малыш, успокойся, — Юнги старается усадить парня на место, но тот лишь вновь нарезает круг по комнате, сжимая копну волос в кулаке и прорезая взглядом пространство. — Он вспылил, только и всего. — Хен, как ты не понимаешь! — блондин воет от отчаяния и падает на кровать, зарываясь лицом в подушку. — Это конец… — Ну знаешь, — Мин усмехается, встает со своего места, а в следующую минуту стоит перед парнем с тёмным париком в руках. — Я знал, что когда-нибудь этот маскарад мне да пригодится. Ви смотрит на Юнги с изумлением и нескрываемым обожанием, силясь, чтобы не завизжать от радости прямо сейчас. Крепко сжав старшего в объятиях и получив такой привычный поцелуй в висок, он примеряет парик и осознает, что да, еще не все потеряно. Наладить всё ещё можно.
