Let me know

пусть это выльется тебе в уроки

      Чонгук мог ожидать в принципе всего после своего поступка. Он был готов к тому, что на следующий день на него обрушатся маты со стороны Юнги, что Земля содрогнется и расколется на две части, что весь мир в одну секунду станет пылью. Но к сообщению от Мина «тебя будет кое-кто ждать в парке» он не был готов.       — Может, он хочет таким образом меня заманить к себе в лапы? — Чонгук неуверенно чешет кончик носа, стараясь справиться с внутренним стрессом и направить мозг на работу и обработку поступающей информации.       — Сомневаюсь, — качает головой Хосок, еще раз пробегая взглядом по содержанию сообщения и снова глядя на друга. — Юнги так никогда не поступает. Если у него претензии, он выговорит в лицо. Ну или не вы говорит…       — А забьет, да? — невесело усмехается младший, растрепывая волосы и выдыхая.       — С другой стороны, ты сам виноват, — Чонгук мысленно глаза закатывает, потому что стал чаще слышать эти лекции, чем «привет, Гук». — Тебя никто не просил гнать на Ви, но твоему высочеству было так угодно.       — Айщ, не подливай масла.       — Его постоянно только ты подливаешь.       — Как думаешь, стоит пойти? — Чонгук будто игнорирует остальные слова хена, пока тот не выдыхает и не выговаривает обречённо:       — Конечно, Гук.

***

      — Ты думаешь, он поверит в этот маскарад? — блондин неуверенно поправляет парик на голове, крутя им из стороны в сторону и старательно пряча под темные пряди свои светлые. — Его слишком трудно обвести вокруг пальца.       — Не переживай, — чужие руки стали медленно мять плечи младшего, заставляя того прикрыть глаза и тихо выдохнуть. Он и правда слишком много волнуется по этому поводу. Пора бы перестать. — К тому же, от своей неземной радости он не будет сильно заморачиваться на тот счёт, что ты похож на Тэхена, — Ви усмехается, горько так и болезненно, и Юнги стремится быстрее развернуть его к себе и опустить ладони на лицо. — Ты слишком загоняешься по этому поводу. Он того не стоит.       — Хён, его имя на моём запястье. Это ни к чему хорошему не приведёт. Как бы я не сопротивлялся. Ты же знаешь, — он виновато опускает взгляд и старается дышать тише. Не любит заводить тему эту, Юнги знает прекрасно. — Я так не хочу делать тебе больно…       — Эй, расчувствовался кто-то у нас, — Мин тут же заставляет своего парня посмотреть себе в глаза и почти шепотом говорит: — Такое солнышко, как ты, больно сделать не может, помнишь? — Ви смущенно улыбается, сталкивая свой взгляд с чужим, тёплым. — И я постараюсь не страдать, мой соулмейт тоже рядом шатается, — блондин тут же заливисто смеётся, а Юнги радуется, прижимаясь своими губами к тэхеновским.

***

      — Встреча назначена на четыре вечера. Хён, мне жопа, — Чонгук продолжает нервно расхаживать по комнате, заставляя Хосока раздраженно глядеть в одну точку, которая вечно пряталась за фигурой младшего.       — Эй, я могу пойти с тобой, окей? — не выдерживает он и заставляет одним своим предложением парня остановиться. Чонгук неуверенно поджимает губы, сверля старшего задумчивым взглядом, а после качает головой.       — Мне, конечно, немного страшно, но я тебя не буду с собой брать, — отрезает он.       Хосок фыркает.       — Посмотрим, как твоя гордость поможет тебе, когда Юнги будет начищать тебе лицо.       — Ты же сказал, что он не дерется?       — Когда я такое сказал?       Чонгук смачно ругается, слушая тихое хихиканье хена, а после просит, оставить его наедине с собой. Хосок не спорит. Встаёт сразу же, будто только этого и ждал, желает удачи и быстро испаряется, оставляя за собой лишь еле уловимый аромат какого-то дорогого одеколона. Чонгук бы спросил у того, что за аромат, но ему сейчас точно не до этого.       До встречи осталось всего пара часов, а его нервозность все еще при нем.       Гребанный Ким Тэхен.

***

      Чонгук готов весь мир сейчас проклинать. И если ругани на родном языке не хватит, он не поленится выучить другие, чтобы описать своё нынешнее состояние.       Если бы можно было говорить звуками, которые обычно животные издают, то он на раз-два сказал бы все свои мысли вслух. Но сейчас он готов лишь послать всех куда подальше, а гадкого Мин Юнги заставить чистить унитазы до конца своей жизни (только если тот не сделает это сам с Чонгуком).       Сейчас же, глядя перед собой растерянно и даже испуганно, Чон сам не понимает, что творится внутри. С одной стороны, он хотел увидеть своего соулмейта, встретиться взглядом с тёплыми карамельными глазами, вызвать нелепой шуткой мягкую улыбку на пухлых губах и заставить искриться этого парня одним своим появлением. Однако, когда теперь этот парень стоит перед ним, небрежно сунув руку в карман тёмных штанов, а вторую старательно прикрывая длинным рукавом полосатой кофты, неуверенно пряча взгляд в ногах, он понимает, что к этой встрече был не готов.       Тэхен потерян не меньше, Чонгук чувствует это всем своим телом, а когда всё-таки выдыхает то ли с облегчением, то ли с осознанием того, что не сон это всё вовсе, то отчаянно зажимает парня в объятиях, утыкаясь тому носом в мягкие волосы, от которых приятно отдавало лавандой. Чон глаза прикрывает, медленно втягивая носом аромат и чувствуя несмелые ответные объятия, после чего признаёт: как бы не гнал на Тэхена, он скучал.       Чонгук стоит так долго. Ему кажется, что он может так вечно простоять, ему не жалко времени для Кима.       — Ты такой урод, — Чонгук слабо отталкивает Тэхена от себя, заставляя того с недоумением смотреть в ответ. — Ненавижу тебя, правда. Но я скучал, — Тэхен вновь ощущает на спине руку, а вторая зарывается в его волосы.       Тэхен думает, что Чонгук позволяет себе дохуя, ибо что происходит, но тому всё равно.       Ведь рядом его соулмейт, которого можно вечно зажимать в объятиях.       Хоть круглосуточно.       Он ведь теперь рядом.

(Может Мин Юнги и не придётся драить унитазы).