Дэнни и Дэнни

Когда Джорел проснулся, был уже полдень, и осознал он это, даже не открывая глаз, — благодаря шуму на улице. Чтобы заснуть ночью в Лос-Анжелесе, нужно постараться, или же банально привыкнуть к воющим то тут, то там сиренам и сигнализации, взвизгам шин, трескоту вертолётов, грохоту музыки, доносящемуся из баров и торговых центров. Днём же шум усиливается в несколько раз и растет в геометрической прогрессии, достигая своего пика вечером, а после резко уходя на спад, словно бы на несколько часов на боковую, перед новым днём. Когда Джорел проснулся, шум давил на его уши, словно пальцами, и парню неистово захотелось по-детски спрятаться под подушку. Голова раскалывалась от выпитого и выкуренного, но он чувствовал себя совершенно отдохнувшим и почти полным сил. Он сел на кровати, отбрасывая влажное от его тела одеяло, и увидел, что окно открыто — вот почему звуки с улицы заполнили небольшое помещение и волнами града обрушивались раз за разом на его сознание. Парень поднялся, закрыл окно, повернул ручку, отрезая шум. Взглянул на людской пёстрый муравейник внизу, скривился и напоследок ещё опустил жалюзи. Отходя от окна в полутьму, Джорел с отвращением провёл пальцами по шее — ночь выдалась невыносимо, по-калифорнийски жаркая, а он ещё и лёг спать в одежде. Кожа липла и казалось тяжёлой и горячей, словно зимняя дублёнка. Парень, превозмогая лень, выволок из шкафа полотенце и ушёл в душ. Горячие руки скользят по плечам, ногти впиваются в кожу, гибкое крепкое тело пружинисто ходит под ним, подставляясь под его движения… Джорел мотнул головой. Черт. Черт. Через полчаса, окончательно проснувшийся и свежий, с влажными, пахнущими ментолом волосами он сидел на кухне в одном полотенце и ждал, пока вскипит допотопный чайник. Без интереса листая новости в телефоне, он краем глаза неловко поглядывал на целый полк бутылок на полу, на мешок мусора, и раздумывал, готов ли он вообще сейчас покинуть квартиру и вернуться домой. Впрочем, какая разница, где коротать дни: эта квартира, принадлежащая его сестре, пустовала уже полгода, а его собственный дом будет пуст и тих ещё почти две недели — Ванесса уехала во Флориду на свадьбу подруги. Ну, как сказать… Уехала она не совсем на свадьбу, вернее — не только ради свадьбы… Джей вздохнул, болезненно сжав переносицу двумя пальцами. Раз за разом он просыпался здесь и раз за разом размышлял о том, что надеялся здесь посредством травки и алкоголя не то чтобы забыть, но хотя бы притупить. Тяжелое, сбивчивое дыхание под ухом, зарождающийся под подрагивающими рёбрами стон, голова откидывается назад, он видит собственную ладонь, вцепившуюся в высветленные волосы парня, ощущает, как под кожей нервными волнами боли и удовольствия перекатываются мышцы… Ах… Телефон в руках завибрировал. Джей устало закатил глаза. «Вас вызывает контакт Дэнни». Который раз уже? Джорел жил здесь уже четыре дня, и каждое его утро начиналось с вызова этого проклятого контакта (а иногда и остальных коллег, для разнообразия), и каждый вечер завершался уймой сообщений в Твиттере и остальных социальных сетях, которые только имелись на его телефоне. Джей не читал их. Он знал, что ему пишут, и хотел бы, чтобы он на самом деле ошибался. Парень отложил вибрирующий телефон, поднялся, затягивая туже полотенце на бёдрах, налил себе кофе. В затворничестве есть определённый минус: кофе приходится варить самостоятельно, и он почти всегда получается совершенно не таким, какой хотелось бы пить. «Хм, а неплохо сказано, — подумал Джей, добавляя молоко, — надо будет вставить в какую-нибудь песню. Про затворничество». Звонящий сбросил. Спустя несколько секунд на экране появилось новое сообщение. Джорел без интереса скользнул по нему взглядом, садясь обратно на стул, но что-то привлекло его внимание и он всё-таки прочёл его полностью: Дэнни 13:18 «Я уже в аэропорту» Это угроза? Катись на все четыре стороны. Заведи себе группу в Саудовской Аравии. Aravia Drive, чем не банда, возвращение к истокам. Или Saudovia Undead. «Улетай, или улечу я, — Джей агрессивно и нервно барабанил пальцами по столешнице. — Мне осталось всего пару дней поразмыслить, чтобы решиться на это» Нет, если взглянуть трезво, улетать не хотелось. Не хотелось бросать дом, друзей, работу, не хотелось бросать Лос-Анжелес. Несмотря на все неудачи и неприятные повороты судьбы, он никогда не сбегал, и сейчас тоже не собирался. С самого своего детства в местном гетто он научился, и продолжал учиться до сих пор, не отступать от своего, достигать целей, а главное — любить препятствия. Видишь проблему — бросайся в неё очертя, с головой. Зачем обходить толпу, если можно идти сквозь неё? Самая интересная и яркая жизнь — в её закоулках, в плохих районах, а вовсе не на вылизанных бульварах с подстриженными кустами и расфуфыренной бесвкусицей. Джорел любил препятствия. И с надеждой ожидал, когда очередная его проблема станет для него привычной недостижимой точкой на вершине горы. Сейчас же его проблема выглядела скорее как чёрная бездна, и чем дольше он смотрел в неё, тем преодолевать её становилось всё страшнее и невероятнее. Джорел, морально подготовившись к очередной кулинарной неудаче, отпил из чашки. Телефон пискнул. Новое сообщение. Отправитель — Дэнни. Снова. Дэнни 13:21 «Мудак» Джей поморщился, но только из-за неприятного привкуса кофе — лаконичное сообщение не вызвало у него никаких особых чувств, кроме усилившегося разочарования в благоразумии Мурильо. Это он-то мудак? Это что, жалкая попытка вывести на эмоции? Чтобы Джей перезвонил и опроверг это сообщение, заявил, что он не мудак? Бред какой-то. На Дэнни не похоже, хотя кто знает. Джей всегда был уверен, что хорошо знает своего друга. Оказывается, недостаточно. С трудом покончив с испорченным кофе, он натянул толстовку и джинсы, чтобы спуститься вниз и купить себе стаканчик латте. Жить без хорошего кофе он явно не был готов, а условия и финансы (и собственные способности) не позволяли развивать в себе талант бариста. Парень собрал в непрозрачный пакет все бутылки и коробки, пригладил всё ещё влажные волосы и вышел в подъезд, заодно разминая ноги. Выше по улице находилось небольшое кафе, где варили неплохой кофе. Дожидаясь свой заказ, Джей с удовольствием вдыхал гармоничную смесь сладких и горьковатых ароматов, разглядывал вывеску с расписанным на ней мелом прайс-листом всевозможных видов кофе, чая и коктейлей. Всё здесь, включая вывеску, было сделано по последней моде якобы неряшливых, простецких, состоящих из тщательно продуманного беспорядка заведений: дубовая стойка с широкой столешницей, какие-то вязаные салфеточки, высокие стаканы, простые деревянные стулья с мягкими подушками; в углу угрожающе склонилась над крайним столиком исполинская драцена, похожая на пьяного бомжа. Бариста, затянутый в рубашку, выглядел в точности как завязавший, остепенившийся байкер, — огромный, хмурый, с густыми бровями и синевой щетины. Тем не менее, кофе он готовил хороший. На рубашке была нашивка (выполненная, опять-таки, по последней моде, неровными крупными стежками) — Брайс. Джей-Дог оставил Брайсу пару долларов чаевыми. Или, может, будет вернее сказать — кофейными?.. Светлые волосы пахли алкоголем, дымом, ментолом, и слегка — кофе, превращаясь в идеальную палитру мужского запаха. Так приятно запускать в эти волосы пальцы, слегка оттягивая, массируя кожу головы, слушая лёгкие расслабленные стоны… Джорел поморщился, поспешно отпил кофе, стараясь заглушить эти стоны в своей голове. К черту. Нихрена не приятно. Ей-богу, иногда хочется повесить на своё сознание какой-нибудь замок. Растягивая удовольствие, Джорел шагал по улице, потягивая латте, и настроение его с каждым глотком прекрасного горячего напитка потихоньку улучшалось. Нечего и думать, конечно, о продолжении общения с Дэнни, едва ли удастся вообще с ним дальше работать в одной группе. Но жизнь же на этом не кончается. Разумеется, из-за такой ерунды не стоит бросать насиженное место и стыдливо сматывать от греха подальше в другую страну, он же не девчонка, ослушавшаяся маму. Что-то ты, Джей, расплылся, распустил нюни. С кем не бывает. В конце концов, если бы люди уезжали из родного города после каждой попойки, где кому-то спьяну сказали что-то не то, или случайно разбили бокал, или, в конце концов, потрахались с коллегой, Лос-Анжелес уже давно бы опустел и зарос сорняками. Правда, знать бы ещё, какого Дэнни, собственно, мнения о произошедшем. Почему названивает пятый день кряду? Не похоже это на неловкость и стыд, как у Джорела, может, им движет ярость? Жажда мести? Интересно, он уже рассказал остальным? Что ж, в любом случае нужно когда-нибудь явиться в студию, когда-нибудь необходимо будет поднять трубку. Иначе его просто вычеркнут из списка группы, как Эрликмана, и возьмут в группу другого басиста, солиста, клавишника… Это дело в современном мире непыльное, контракты заключаются в считаные дни, музыканты постоянно, циклически неприкаянно кочуют, словно цыгане, в поиске «своего звучания»… Чёрт возьми, нельзя сказать, что после ухода Джея настоящим Hollywood Undead придёт конец, но группа уже явно перестанет быть собой. Это как кафешка без Брайса. Некому будет варить превосходный кофе. Некому будет тащить группу вперёд. Под его крепкой рукой поясница парня податливо прогнулась, лопатки возбуждённо приподнялись, он весь выгнулся, расстелился на кровати, в истоме впившись руками в простыню… Телефон снова завибрировал в кармане. Перехватив бумажный стакан поудобнее, Джей вытащил телефон — Дилан. Джорел немало удивился, даже остановился, глядя на экран. Какого черта, уже и его подключили? Это был первый звонок за все пять дней от Фанни Мэна. Может, что-то случилось? Джей подумал ещё несколько секунд и принял звонок. — Ну и где мы шляемся? — сразу поинтересовался Дилан. — Ловим вдохновение. — огрызнулся Джей. За дни молчания его голос слегка охрип, и он откашлялся. — Бухаешь, что ли? — осведомился Фанни. — Кофе пью. Какие-то проблемы? — Да нет, просто не видно тебя, Дэнни вон ходит, тебя вызванивает. У нас сбор завтра, помнишь? — Ага. — выдавил из себя Джей. — Как дела с пятой дорожкой? — Никак. Я не дома. — Да, такими темпами мы и к январю ничего не запишем… Ну завтра ты будешь? — Посмотрим. Постараюсь. Идти не хотелось. Особенно после замечания Дилана о Дэнни. — Ну мы тебя ждём, окей? Джордан сказал, что притащит куплет для тебя. Заценишь. Он прямо лопается от гордости, говорит, тебе очень… — Ладно. Я понял. Дилан ещё немного попытался потянуть время, вытянуть Джея на разговор, но в итоге просто попрощался и положил трубку. Джорел допил остывший кофе, перемешавшийся со сладковатой пеной, выбросил стаканчик, огляделся, глубоко дыша кислотным уличным дымным воздухом. Дилан говорил с ним в своей обычной общительной манере, беззастенчиво задал все интересующие его вопросы и, свою очередь, рассказал вкратце все новости, которые могли заинтересовать собеседника. Никакого изменения Джей не заметил, ни странного тона, ни каверзных вопросов, ни подколок. То есть он либо не в курсе произошедшего, либо хорошо шифруется. Но если он действительно шифровался, стал бы он вообще упоминать в разговоре Дэнни, чтобы его не заподозрили? Или… О боже, не хватало ещё стать параноиком на всей этой нервной почве! Джей покачал головой, зашагал быстрее, застёгивая на ходу толстовку. Завтра надо будет явиться в студию в любом случае — Джордан наконец-то что-то написал, надо поддержать беднягу с его творческим кризисом. Да и пятая дорожка валяется без дела, а её надо было уже давно привести в порядок, разобрать по аккордам, отшлифовать, проверить все шестерёнки и собрать обратно, превращая в полноценный трек. Нечего тормозить команду, и так уже с этими вписками отстали по графику, а альбом записывать надо, от этого не уйдешь. Как молодой коллектив, они не могут себе позволить медлить: каждый ушедший год их забывают всё больше людей. На современной сцене редким взрывом эксклюзивных концертов интерес публики не подогреешь. Нужно уметь удивлять, вот хотя бы частым выходом качественных альбомов. Джей решил сегодня вечером вернуться домой и хотя бы начать работу над дорожкой. Возможно, ночью прижмёт вдохновение и ему удастся привести линию в хотя бы подобие трека, который со временем взорвёт клубы и стадионы. Перед тем как вернуться в квартиру, он зашёл в супермаркет и купил ещё немного пива, сигареты, пиццу быстрого приготовления и несколько пачек снэков — чтобы было не так скучно отрабатывать дорожку: почему-то именно такая простая еда, если это можно назвать едой вообще, помогает настроиться на нужный лад. Неспеша поднимаясь по лестнице в подъезде с пакетом, он услышал, как кто-то тихо ругается парой этажей выше. Парень немного ускорил шаг, рассчитывая незаметно проскользнуть в квартиру, но, как оказалось, ругались на его площадке. Причём, блять, возле его двери. В замке, тихо матерясь, ковырялась светловолосая девушка в драных застиранных джинсах и какой-то хипповатой куртке с кучей нашивок. Рядом стоял прислоненный к стене большой пузатый чемодан. Девушка, нагнувшись в неудобной позе, переминаясь с ноги на ногу, пыталась запихать в дверной замок ключ, пока Джей тихо охуевал от происходящего. — Эй! — громко сказал он угрожающим голосом, не придумав ничего лучше. Девушка отскочила от двери, обернулась, и Джей едва не выронил свой пакет. Нахмуренная незваная гостья, увидев его, тут же расплылась в улыбке, затем внезапно снова её лицо словно накрыла туча, а ещё через секунду девушка накинулась на остолбеневшего Джорела с упрёками: — Джей, тебе для чего телефон был дан, чтобы селфи в инсту постить? Большая семья — счастье, как же! Семья мудаков! — Дэнни… — пробормотал Джорел, пялясь на девушку. — Твою мать, звоню Майку — он, видите ли, занят, Эван, значит, укатил в Европу, а Джей у нас умнее всех, он просто тупо берет и игнорит! — эмоционально размахивая руками, продолжала та, наступая. Джей пятился назад, не отдавая себе в этом отчёта. — Охренеть, наверное, единожды в год возвращаюсь в сраную Калифорнию, а меня тут, оказывается, уже из семейного древа вычеркнули, да? И квартиру мою продали, утырки? — Замки сменили, ебанутая! — поймав в её монологе паузу, наконец высказался Джей, копаясь в кармане. Вытащив ключи, он рывком сунул их своей любимой старшей сестре Даниэле Деккер, злющей, как фурия. — Чего разоралась, когда это я тебя игнорил? — Я же тебе писала, что еду в Лос-Анжелес! Везде, сука, где только нашла твои аккаунты, везде писала! И когда в аэропорт приехала, написала! Мне пришлось брать такси, меня как липку обобрали, я ж, видите ли, не похожа на девчонку из Калифорнии! — Да когда ты?.. А-а-а, чёрт. — Джей хлопнул себя по лбу. — Бля, точно. Неловко вышло… — Чё ты пришёл вообще? — подозрительно спросила Дэнни. Её уже немного попустило, она начала искать, к чему бы ещё прикопаться. Но тут её Джей не винил — сам бы был в ярости. — Я тут кантуюсь пару дней. — ответил Джей. — А замки мы сменили, потому что вроде соседи поймали какого-то воришку, химичащего с замком. — А-а-а, ну ладно. — Дэнни пожала плечами, неловко оглядываясь. Ей уже было стыдно за свою вспышку. — Ладно, что уж тут… Зайдём, что ли? Джорел порадовался, что успел вынести все бутылки и привёл квартиру в более-менее жилой вид. Вместе с Дэнни затащили её чемодан, и девушка упала на табуретку, устало вытянув ноги: — Ненавижу самолёты. Рейсы сейчас — жуть. Так почему ты трубку не брал? — Я… В общем, долгая история. — отмахнулся Джей, освобождая замороженную пиццу от упаковки и выкладывая на тарелку. — У меня в телефоне оказались одинаково подписаны два человека. И я случайно игнорил обоих вместо одного. — Я и?.. Дэнни? Мурильо? — Джей кивнул, ставя тарелку в микроволновку. — Вы же вроде друганы, что не поделили? Или ты ему должен? Если да — извинения приняты. Дэнни и сама частенько занимала у всех знакомых деньги и потом годами не отдавала, предпочитая лишиться круга общения, а не денег. — Да нет, там хреновая история. Не интересная. Пальцы переплелись с чужими, вжимая руки парня в подушку, горячие распухшие губы жадно прижались к его губам, проскользили ниже, огибая линию подбородка, прошлись дальше, по шее, впиваясь в кожу, оставляя некрасивые следы, возбуждающие ещё больше каждым своим оттенком… — Ладно. О, со всеми почестями встречаете? — рассмеялась Дэнни, когда Джей вытащил из пакета пиво и поставил на стол. — Любимая Калифорния с её небоскребами, бутиками и самым дешёвым пивом на всём западном побережье. — Пару минут назад была же «сраная»? — Не придирайся, это оксюморон. — Дэнни открыла бутылку и сделала несколько глотков. — Ох, теперь полегчало. Так что ты здесь забыл? Впрочем, повезло, что ты здесь оказался, иначе бы я куковала тут до посинения. — Да просто живу, я не знал, что ты приедешь. Ты же всегда предупреждаешь о приезде, когда уже спускаешься по трапу. — С Несс проблемы? — Нет. — пожалуй, слишком быстро ответил Джей, и, судя по внимательному взгляду Дэнни, это от неё не укрылось. Но тему она развивать не стала, и Джей вздохнул с облегчением. — Я на пару недель, есть шанс подписать контракт с одним неплохим продюсером. — сообщила Дэнни. — Айдон всё-таки послал меня, да ещё так интеллигентно — посоветовал обратиться по вопросу перевыпуска к своему корешу. Представь — всегда записывалась в Нью-Йорке, а тут отправили через всю страну, ради встречи и ничтожной попытки. Он тут в отпуске, не знаю, примет ли вообще. Но Айдон вроде договорился. — Ага, представь, возьмёшь и полностью сменишь атмосферу песен, — фыркнул Джорел. Ни для кого не было секретом, что Дэнни с подросткового возраста стремилась вырваться из Лос-Анжелеса — всё равно куда. Жизнь в конце концов отбросила её в Нью-Йорк, и музыка, которую писала Дэнни, сплошь состояла из холода, дождя, строгих форм, и обладала железобетонным скелетом, непроницаемым для людей, никогда не бывавших в Нью-Йорке. — Поплюй! — Дэнни поперхнулась пивом. — Ещё чего не хватало. Говорю ж, я на пару недель. Освободишь квартиру? — Да, вечером меня уже не будет. — Не торопись. Расскажи, что нового. Как там ваша нежить? — Не живёт. — искусственно улыбнулся Джорел. — К этому времени мы планировали начать полным ходом запись, но у нас пока даже заготовки не заготовлены. Дилан называет это ослиным шагом. — Потому что как ослы шагаете. — согласилась Дэнни. — Хочешь, завтра чего-нибудь надиджеим. Свежий взгляд никогда лишним не будет, сам знаешь. — Было бы неплохо. — Джей обрадовался. Наконец-то дело пойдёт быстрее — сестра знала толк в музыке, и, к счастью, его мнение на счёт звучания разделяла целиком и полностью. — Мы как раз завтра сходимся в студии… Дэнни… Мурильо… Настроение разом испортилось. Микроволновка запикала. Джей поднялся, вытащил пахнущую кетчупом и сыром раздувшуюся пиццу, быстро разрезал её на куски и поставил на стол. Все движения были какими-то автоматическими, Джорел словно наблюдал сам за собой и не мог вмешаться. Кажется, если его руки сейчас схватят нож и начнут методично вырезать на запястье инициалы, он не сможет остановиться. Просто потому что слишком глубоко ушёл в себя, и всё вокруг вдруг перестало его волновать. — Эй, всё нормально? — Дэнни, как ни странно, заметила в нём перемены. — Что-то не пойму, ты какой-то пришибленный. — Нет, почему? Дэнни не успела ответить, потому что телефон Джорела внезапно снова зазвонил. Девушка молча наблюдала, как Джей вытащил его, отключил звук и снова спрятал в карман. — Вот так это происходит — ссора между парнями? Как и у девушек? — иронично спросила она. — Всё не так просто. — пробормотал Джорел. — Ну так расскажи, я вся во внимании. — Дэнни взяла кусочек пиццы, пальцем счистила с него кусочки подсохшего брокколи. — Да обычные тёрки внутри группы, забей. — Джорел болезненно стиснул зубы. Ну почему это так сильно интересует людей? — Эй, у тебя такой вид, как будто ты… Не знаю даже, с чем сравнить. А ещё здесь воняет шмалью. Но ты всё равно напряжённый. Это хреново. — Почему? — Джей немного устыдился, чувствуя себя снова подростком, когда Дэнни находила в его комнате травку и грозилась смыть её в унитаз (а потом, как узнал Джорел пару лет назад, просто скуривала её в своей комнате). Сейчас в тоне сестры не было и тени осуждения, но Джорел все равно почувствовал себя неуютно. Всё-таки она оставалась для него старшей сестрой, как ни крути. — Ну, это либо трава хреновая, либо ты переживаешь слишком сильно. Ну-ка, — Дэнни наклонилась ближе. — Делись. Или скажи, чем я могу помочь. — Не задавай вопросов. Будет охеренная помощь. — Типичный Джей! — Дэнни порывисто откинулась назад, опасно качнувшись вместе с табуреткой, и взмахнула куском пиццы в руке. — Если бы я написала песню о нашей семье, я бы посвятила тебе самые первые и самые последние строчки, и говорилось бы в них… Перебивая её (и оставляя Джорела немало заинтригованным), внезапно зазвенел дверной звонок. — Господи, кто уже прознал, что я прилетела? — Дэнни вскочила и зашагала в коридор. — Или ты кого-то ждёшь? Не дожидаясь ответа, она начала отпирать дверь. Джорел откинулся на стену, отпивая пиво. Он-то никого не ждал, а вот один из многочисленных корешей Дэнни вполне мог уже примчаться встретить подругу. Надо будет по-быстрому смотаться — нет настроения общаться. Да и дорожка… — Какие люди! — раздалось в прихожей. Джей рассчитал это как призыв убраться и начал запихивать свои вещи в пакет, чтобы исчезнуть максимально быстро и незаметно, не споткнувшись о привычное «о, это же Джей-Дог, как дела, как группа?»… — О, это же Джей! — произнёс гость, входя в кухню. Джей остолбенел. Пачка снэков выпала у него из рук. — Как дела? Как жопа, не болит? — вкрадчиво спросил Дэнни Мурильо, опираясь плечом о дверной косяк и снова глядя на Джорела своими чёрными глазами так, словно действительно хотел знать ответ.