Красавица из черного квартала

      Леви сидела на неудобном стуле и не сводила взгляда с бледного, едва дышащего Редфокса. Они давно знакомы, но девушка и помыслить не могла о том, что однажды увидит его в подобном состоянии. Казалось, что этот человек всегда будет сильным, самонадеянным и наглым. И вот теперь он на грани жизни и смерти, это произошло по её вине. Леви не представляла, как с этим жить. Гажил не может умереть, не имеет права исчезнуть из её жизни! На глаза навернулись слезы, а в душе зародилась жалость к самой себе, в этот тяжелый момент девушка могла думать лишь о том, как она будет дальше жить с этим грехом на душе, без надоедливого капитана городской стражи. Слезы катились по щекам, но девушка их не ощущала, Леви просто смотрела на человека, занимающего важную роль в её жизни, но от которого она так старательно убегала. Именно в такие моменты начинаешь осознавать все ошибки, но уже поздно что-либо менять. Дверь тихонько скрипнула, и за спиной послышались тихие шаги и шуршание. Девушка никак не отреагировала на происходящее — в этом месте они в полной безопасности, так что можно не волноваться. К тому же, она точно знала, кто пришел.       — Нет нужды все время сидеть перед ним и плакать, — недовольный голос Полюшки неприятно резал слух. — Так ты и ему не поможешь и себя изведешь. Вон, уже трясет тебя от напряжения, того и гляди соседнюю койку займешь.       — Я в порядке, правда, — тихо ответила Леви, прекрасно осознавая, что жрица права. От нее никакой пользы, но уйти и попытаться заснуть она была не в силах. У нее сердце не на месте, её так и тянет сюда, к Гажилу.       — Не стоит мне лгать, девочка! Я повидала за свою жизнь достаточно для того чтобы делать выводы, — несмотря на то, что женщина говорила резко, а её голос казался грубым, взгляд Полюшки был полон тревоги и жалости. Вот только показать это жрица небесного дракона не могла. Жалость убивает, делает людей слабее, а Леви и Гажилу нужно бороться.       — Не могу уйти, — девушка сжала холодную руку мужчины. — Он так и не пришел в себя.       — Прошло всего пара часов. Этого недостаточно, — Полюшка перевела встревоженный взгляд на мужчину. — Ему сильно досталось. Он выжил лишь благодаря упрямству, не иначе. Наш капитан отчаянно хватается за жизнь, не желает подыхать. Это хорошо. Такие бойцы, как он обычно выживают. Вот только после ломаются.       — Ломаются? — от этих слов Леви вздрогнула.       — Посмотри на повреждения. Его кости не просто сломаны, а практически перемолоты, много осколков, открытых ран, поврежденных внутренних органов. Я не сомневаюсь в том, что Гажил выживет, но не уверена в том, что такая жизнь ему понравится. Он не сможет ходить, левую руку придется ампутировать, один глаз удалить и заменить протезом — мне не под силу окончательно поднять его на ноги. Никто не сможет этого сделать, Леви. Мне жаль, но ему больше не быть капитаном городской стражи… Это прискорбно, ведь он хорошо справлялся со своими обязанностями, был лучшим в своем деле, избавил Магнолию от преступности и банд. Теперь эти твари выберутся из подполья.       — Неужели ничего не изменить?       — Это не в моих силах. Он не машина, в которой можно заменить одну или несколько деталей или переделать, создать из него нового человека. Небесный дракон не дал нам такой силы, да и он сам не всесилен. В моих силах поддерживать его жизнь, помочь прийти в себя и попытаться убедить, что и так можно жить. Вот только, боюсь, что наш гордец не примет этого, предпочтет одиночество и смерть.       — Это все моя вина, — казалось, что все силы в одно мгновение покинули её.       — Не спорю, все так. Ты преследовала благие цели, но твои методы…       — Это все, на что я была способна.       — Я знаю, а потому благодарна тебе. Не только я, но и все те, кто смог выжить, протянуть еще немного, — Полюшка слабо улыбнулась, будущее ей виделось весьма мрачным, но надежда все еще не угасла в её душе. — Ты отважная девушка, Леви. Но пока тебе стоит позабыть о Чудовище и его долге. Ты нужна Гажилу, хотя теперь он и будет отрицать это.        Леви ничего не ответила, у нее не было слов и мыслей, даже чувства притупились, она сама себя ощущала холодной машиной, способной делать лишь то, ради чего её создали. Её Чудовище помогало людям, хотя и внушало всем страх и ужас, но после событий этой ночи девушка смогла увидеть другую, более неприглядную сторону своего творения. Но самое ужасное для нее было не это, а осознание того, что убивают и калечат не машины, а те, кто их использует. Она и только она повинна в том, что произошло с Редфоксом. Ей никогда не искупить эту вину, ни перед ним, ни перед самой собой. Человек не машина, его нельзя собрать по кусочкам и скрутить болтами и шурупами. Если бы только можно было что-то предпринять…       — Леви, тебе нужно идти домой. Виктор волнуется за тебя, так что не стоит добавлять ему поводов для беспокойства. Иди. Я побуду с ним и сделаю все для того, чтобы к твоему возвращению он пришел в себя. Думаю… Мы дождемся пока он откроет глаза и пока не станем никому сообщать о том, что произошло ночью. Свидетелей нет, так что пока все будут считать, что капитан городской стражи пропал. Сделай это, ради себя, отца, да и Гажила. Ты же и сама знаешь, как он злился, как ты уставала, или изнуряла себя работой.       — Угу, — Леви нагнулась и осторожно прикоснулась губами к щеке мужчины. Это был первый поцелуй, который она ему подарила. — Обещаю, я скоро вернусь, так что не смей умирать, — сердце заныло и снова захотелось разрыдаться, но вместе с тем, появилось желание что-то предпринять! Не может быть, чтобы не было никаких шансов! Пусть медицина бессильна, но есть ведь и другие пути! Нужно лишь собраться и попытаться придумать, как поступить и в каком направлении двигаться. Она не имеет права сдаваться, обязана исправить собственную ошибку.