Научиться любить

Несмотря на то, что учеба заканчивалась через считанные дни, Тэхён зависал в библиотеке даже чаще, чем когда готовился к экзаменам. Он получил табельный лист с результатами на прошлой неделе, и довольный баллами сразу оповестил родителей. Впереди ждали праздничные выходные, зимние каникулы, а после - переход на последний курс, и он хотел как можно раньше начать готовиться к диплому. Порядком устав, Ким собрался уходить, написав Чонгуку, что сегодня не придет. Он ночевал у него уже несколько дней подряд, но вещи перевозить не спешил. С момента их примирения прошло чуть больше недели, и Чимин каждый раз, как он возвращался домой, спрашивал, когда они уже съедутся. Чон предлагал. Но Тэхён стойко отказал, аргументируя излишней поспешностью. Младший даже не уладил вопрос с помолвкой: он его не торопил и ни к чему не принуждал, но это обстоятельство изрядно нервировало. Когда Ким объяснил свое мнение, Чон попросил не беспокоиться, убедив, что разберется с этим в скором времени. Пак, несмотря на свои своднические позывы, всегда радовался, когда Тэхён приходил. Он не признавался, но ему, привыкшему к вечной компании, было одиноко одному. Ким с порога довольно потряс коробками горячей пиццы в руках, быстро избавляясь от верхней одежды. Они веселились всю ночь, смотрели фильмы, играли в видеоигры. Даже выбрались ближе к ночи на прогулку, но почти сразу вернулись из-за холодного ветра и потому, что Тэхён забыл надеть шарф. Чонгук ревниво звонил несколько раз, словно проверяя чем они занимаются. Блондин широко улыбался на маленькую камеру, одной рукой держа телефон перед лицом, а другой прижимая друга за плечо, чтобы тоже влез в окошко скайпа. Чимин кривлялся, стараясь отстраниться, а Чонгук хмыкал, тыча языком во внутреннюю сторону своей щеки - жест, который он всегда старался спрятать от взгляда Тэхёна, означающий ревность или недовольство. Утро встретило Тэхёна громким визгом Пака, который с разбега прыгнул на его кровать, чудом не переломав ему конечности. Он верещал “С днем рождения, придурок!”, пока руками пытался подлезть под одеяло, чтобы дотянуться до боков и пощекотать. Ким сонно заворочался, сбрасывая не легкую тушку на пол, но Чимин, недовольно пыхтя, вновь захватил его в тиски. Они орали несколько минут, пока Тэхён не сдался и не выполз из-под теплых объятий одеяла. На кухне его ждали суп из водорослей и маленький тортик с воткнутыми и уже горящими свечками. Тэхён с удовольствием задувал их, смеясь, пока Чимин размазывал по его лицу и волосам сливочный крем. Чуть позже звонили родители, мама как обычно справлялась о его здоровье и завалила их с Чимином потоком вопросов. Малыши, так Тэхён называл своих младших брата и сестру, девятнадцати и семнадцати лет, поздравляли в короткой манере - Тэквон никогда не любил все эти праздники и предпочитал быстро отделаться общими фразами, а Ёна уже отправила ему огромное письмо на электронную почту со старыми фотками, где он получился особенно смешно и подписала большим и искренним текстом. Чонгук удивленно встретил Тэхёна в смешном фартуке, заляпанном чем-то подозрительно похожем на крем. Ким макнул пальцем и облизал: так и есть. Растерявшись, младший смущенно улыбнулся. Он надеялся успеть закончить до его прихода, но не рассчитал, что приготовление торта - сложный процесс. Вручив блондину свой ноутбук, вернулся к прерванному занятию. Тэхён с удивлением и смущением встретил себя же на заставке, быстро оборачиваясь на занятого младшего. -Я скачал фильм, который ты хотел посмотреть, он в папке. - Чонгук на секунду выглянул с кухни, поглядывая на блондина. Ким помедлил некоторое время, откладывая ноутбук в сторону. Он осторожно подкрался к юноше со спины, обнимая за талию. Чонгук подскочил, дернувшись и уронив лопатку, которой перемешивал крем. Тэхён засмеялся. -Потом посмотрим. - Склонив голову на крепкое плечо, проговорил он. Чонгук кивнул, продолжая, но тяжело вздохнув, обернулся в объятиях. -Тебе понравился крем? - Получив утвердительный кивок, юноша лукаво улыбнулся, прося подождать его. Задернутые шторы в спальне, создавали приятный полумрак, освещаемый только лампой с прикроватной тумбочки. Чон Чонгук лежал на кровати, наполовину раздетый, на согнутых локтях. Он смотрел со смущением и желанием одновременно. Тэхён охнул, подойдя ближе: торс младшего был испачкан кремом, украшенный клубникой и вишней. Тяжело сглатывая, блондин осторожно дотронулся, будто боялся спугнуть видение. Юноша игриво макнул пальцем в крем, зазывая. Тэхён перехватил его у чужих губ, восхищенно слизывая вместо него. В нетерпении срывая рубашку, Тэхён оседлал крепкие бедра, с удовольствием чувствуя настойчивые пальцы на собственных ногах. В черных глазах горела страсть, в которой Ким тонул, как в первый раз. Довольно жмурясь, в предвкушении, он наклонился над грудью, кончиком языка собирая лакомство. Чонгук шумно выдохнул, заерзав под ним. Его напряженный член, скованный джинсовой тканью, упирался в Тэхёнову задницу. Пока тонкие пальцы беспорядочно размазывали крем по торсу, а язык прокладывал себе дорожку от ключиц до пупка, Чонгук медленно, с чувством, толкался бедрами, имитируя секс. Подхватив губами клубнику, Ким поднес ее к Чоновым, настойчиво требуя исполнить его желание. Младший откусил половину, надавливая пальцами на поясницу, заставляя прогнуться. Тэхёна потряхивало от возбуждения, у него темнело в глазах. Он подцепил кромку мешающих джинс, сдергивая, выдыхая, когда налитый кровью член появился перед глазами. Чонгук, словно произведение искусства, распаленный, растрепанный, еле сдерживающийся, пожирал Кима затуманенными глазами. Его руки уже измяли всего Тэхёна, прося разрешения на большее. -Крем еще есть? - низким, хрипящим голосом уточнил блондин. Чонгук, не желая отрываться от развернувшегося зрелища, неохотно кивает подбородком на тумбочку. Тэхён хищно улыбается, когда сползает по кровати ниже, устраиваясь между раскрытыми ногами. Аккуратно обмакивая пальцы в густой и липкой субстанции, он самозабвенно покрывал ровный, со вздутыми венками член. У него горели щеки, и дрожали руки. Опустив, под пристальным наблюдением, вишенку на головку, он победно улыбнулся. Чонгук хрипел от наслаждения, стараясь поддаться, но его остановили свободной рукой, взглядом запрещая двигаться. -Это самый необычный и вкусный торт из всех, что у меня были. - Чонгук чуть не подавился слюной, когда Тэхён обхватил ртом собственное творение. Впутывая пальцы в волосы блондина, он дернулся вверх, ощущая вибрации от стона. Ким размазал по своему подбородку остатки крема, пока поднимал прикрытые от наслаждения глаза. Чонгук кусал губу, и почти рвал простынь, так хотелось насадить проказника на изнывающий член. Но Тэхён игрался, безжалостно оттягивая момент, вновь наклоняясь. Сладкая пытка тянулась бесконечно. Стоило только Чонгуку предупредить, что он почти готов, как Ким перехватил его орган у основания, отстранился и с безумным видом толкнул собственный палец ему в рот, пытаясь заткнуть, но промахнувшись немного. Чон готов умолять, чтобы ему позволили кончить, но Ким имел собственные планы. Его бледная кожа чуть светилась от тусклого света, и в полумраке комнаты лиловые засосы выделялись, сводя Чонгука с ума. Он их ставил, потому что у него нарисовался необъяснимый и очень сильный фетиш. Это было своего рода собственническое клеймо, и у него в голове что-то щелкало, когда он на них смотрел. Тэхён избавил обоих от остатков одежды, устраиваясь на крепких бедрах. Чонгук со свистом выдохнул сквозь сжатые зубы: это выше его сил смотреть, как этот искуситель невинно сводит брови, закусывая губу, пока насаживается на его измазанный в креме член. Полностью опустившись, Ким переводит дыхание, привыкая. В нем по-прежнему узко, и это удивляет Чонгука постоянно. Юноша тянет руку, чтобы направить поясницу, но Тэхён слабо бьет его, подмигивая. Его член истекает предъякулянтом, но он не спешит к нему притрагиваться. -Смотри на меня, - томно шепчет Ким. Его взгляд пленял и обездвиживал, заставляя сердце биться быстрее и стучать в висках. У Чонгука от наслаждения и досады, что дотронуться нельзя подгибались пальцы на ногах. Он ожесточенно тянул простынь, окончательно сбивая ее в кашицу. Тэхён двигался мучительно медленно, руками ползая по его груди, задевая соски. Он стонал каждый раз, когда член задевал простату, выворачивая Чонгука наизнанку. Ким дернулся в очередной раз, выгибаясь в пояснице, и Чонгук ухватил его, чтобы удержать. Не встретив сопротивления, он воспользовался моментом, вмиг подминая податливое тело под себя. Он бы с удовольствием проучил Тэхёна за творящееся безобразие, но не смог: он по жизни нетерпелив, и перед глазами уже вспышки и звезды прыгают. Чон вдавливал тощего Тэхёна в матрас, вырывая пошлые всхлипы, слыша, как низкий голос срывается в очередном “Гукки”. Ему потребовалось только одно прикосновение к члену Кима, чтобы того встряхнуло всего и выгнуло в оргазме. Чонгук излился следом, прижимая к себе Кима до боли в мышцах. Они устало восстанавливали дыхание, не шевелясь, когда Чонгук уткнулся носом в мягкое ухо, шепча “С днем рождения, Тэхённи”. Ближе к вечеру, успев принять душ и подремать, они смотрели фильм. Тэхён пристроился на груди Чонгука, неотрывно следя за происходящим на экране. Младший нежно поглаживал его бедро, изредка перебираясь на ягодицу. Словно очнувшись ото сна, Ким вскочил, нашарил телефон, уселся на ничего не соображающего Чона, пальцами закрывая его глаза. Прижимаясь с целомудренным поцелуем, он быстро отстранился, утыкаясь в маленький светящийся экран с довольной улыбкой. Чонгук, сбитый с толку внезапным действом, толкнул Кима в плечо, вопрошая что происходит. Раздался писк пришедшего уведомления. В их чате появилась фотография, на которой они невинно целуются. Кончики его ушей покраснели, пока он валил смеющегося Тэхёна на диван, целуя все лицо, шею и плечи. Дважды возвращаясь к любимой родинке на кончике носа. *** На следующий день оба парня, выбрались на прогулку. Тэхён опять шарф забыл, поэтому быстро замерз. Чонгук, заметивший, недовольно ворчал о "вечно забывающих тепло одеться Тэхёнах", накидывая на него свой, надежно обернув в два раза, чтобы наверняка. Ким благодарно клюнул его в щеку, упорхнув вперед. Вдоволь нагулявшись, они забежали в торговый центр: Тэхён хотел купить новогодние подарки родителям. Долго плутая по этажам, он остановил выбор на огромном мягком и теплом одеяле для матери, - Чонгук даже захотел такое же, чтобы холодными вечерами укутывать в него сонного Кима, - и фирменный черный галстук для отца. -Ты своим уже купил? - Тэхён не видел, чтобы младший что-то заказывал в интернете или покупал лично, поэтому решил прояснить. -У нас не принято дарить подарки на новый год. Мы даже не собираемся, чтобы отпраздновать. Мои родители признают только Саллаль. -Ты не празднуешь новый год? А я уже елку маленькую купил! - Обиженно надулся Ким, даже не заметив стеклянный выступ витрины детского магазина. Чонгук успел в последний момент подхватить его за воротник, чтобы он не врезался лбом. Однако, Тэхён уже не обращал на него внимания - перед ним стоял маленький плюшевый дракон белого цвета с золотыми глазами. В детстве он всегда хотел иметь мягкую игрушку, но малыши забирали все его вещи и либо ломали, либо теряли, поэтому он благоразумно не просил родителей. -Успокойся, я все праздную, смотри по сторонам, - Смеясь, Чонгук отпустил невнимательного Тэхёна. Они собирались праздновать у Чона, потому что Чимин уезжал к родителям. Последним пунктом оказался огромный, на два этажа, магазин одежды. Отчего-то смущаясь, Ким чуть ли не слезно упрашивал Чонгука подождать снаружи, всунув в руки пакеты. Младший сначала сопротивлялся, желая пойти вместе, но в конце сдался, опускаясь на лавочку. Тэхён подлетел к Чону спустя долгих сорок минут, весь красный от смущения, с пакетом в руках. На немой вопрос отвечать отказался, крепче прижимая покупку, жуя губу. Решив незаметно подсмотреть содержимое пакета дома, пока Тэхён отвлечется, Чонгук не стал настаивать. Но прозорливый Ким умудрился сразу же спрятать приобретенное, пока младший не очухался. Заинтригованный, тот силился найти злосчастный пакет, но признал мастерство старшего в прятках уже спустя полчаса бесполезных потуг. Остаток дня они готовили праздничный ужин, больше дурачась, чем действительно что-то делая. Поэтому, устав, решили просто заказать готовую еду. Нарядили настольную ёлку, умудрившись разбить два шара, и порвать мишуру. Вообще, их тандем ни к чему, кроме разрушений особо не приводил: страдали все окружающие предметы, даже те, которые гордо славились многолетней выдержкой. Когда до двенадцати оставалось меньше десяти минут, Тэхён закрылся в спальне, не пуская Чонгука. -Почему ты весь день заставляешь меня ждать? - Без особой злобы вопрошал младший, когда после его стука дверь чудесным образом не отворилась. Изнутри неопределенно промычали. -Тэхённи, я не хочу встречать новый год под закрытой дверью собственной спальни! - Нетерпеливо поторапливал Чонгук, заметив, что остались последние две минуты. Послышался щелчок замка, и младший чуть не снял дверь с петель, так сильно хотел попасть внутрь. Тэхён, с горящими глазами, неловко теребил подол светлого свитера. Чонгук облизнулся, опуская взгляд ниже и чуть не захлебнулся: на блондине были короткие шортики. Пряча ногу со шрамом в согнутом колене, старший нервно покусывал губу, смущенно отворачиваясь. Чонгук отупело моргал, приходя в себя, а когда Тэхён неправильно расценил молчание, расстроенно сделав шаг назад, словно защищаясь, младший предупреждающе зарычал. Он ожидал чего угодно, но точно не этого. Тэхёновым стройным ногам могли завидовать многие: крепкие икры, немного угловатые коленки, тонкие лодыжки. Преодолевая расстояние в один шаг, Чонгук повалил блондина на усыпанную маленькими бумажными елочками кровать. -Ты божественен! - Все еще находясь за гранью реальности, шептал Чонгук, оглаживая мягкие бедра, зарываясь пальцами под свитер. Блондин облегченно выдохнул, слабо уворачиваясь от щекотки. Чонгук ловил губами громкий смех, устраиваясь между разведенных ног, пытаясь зафиксировать вырывающегося блондина в удобном положении. Победно взвизгнув, Тэхён высвободился из захвата, тут же нападая в ответ: он глотнул больше воздуха и выдохнул прямо в живот Чонгука. Тот забавно дернулся, перехватывая Тэхёна поперек тела, повторяя его действия, только в бок. -С новым годом! - Все еще заливисто смеясь, Тэхён отполз на подушки, переводя дыхание. Чонгук наступал медленно, соблазнительно облизываясь. Откинув свитер в сторону, Чонгук притянул Кима за лодыжки, поочередно поднося каждую для легкого поцелуя. Тэхён вмиг растерял всю игривость, когда влажный язык прошёлся по уродливым рубцам. Младший особенно выделял эту часть его тела, с каким-то специфическим удовольствием изучая, всегда будто заново. Первое время Тэхёна выворачивало от противоречивых эмоций, но, после шёпотом оброненного "они прекрасны", принял очередной странный фетиш юноши. Чонгук, насытившись, пополз легкими поцелуями вверх по бедру, носом задирая край шортиков, перепрыгивая сразу на плоский, но мягкий живот, ведя дорожку до самого подбородка. В конце путешествия, он, улыбаясь, нежно прильнул к приоткрытым губам, потягивая нижнюю. Обхватив тощее тело своими мускулистыми руками, зарылся носом в белые волосы, довольно замычав. Накрыв их одеялом, младший затих. Настойчивый шум разбудил Тэхёна поздним утром. Чонгук смешно пускал слюни на подушку, подложив руку под его голову. Шорох повторился, напугав еще больше: если ни оба тут, то кто тогда - там? Зная, что младшего так просто не разбудить, он со всей силы обнял сонного юношу и перекатился на самый край кровати, прислушиваясь. Шаги приближались, и Тэхён решился: он наклонился набок, зажмурив глаза. Хорошо, хоть кровать невысокая, ударились не сильно. Зато Чонгук сразу открыл в недоумении глаза, громко охнув. -Что за хрень? - Он сердито сверлил Тэхёна взглядом, пытаясь выпутаться из кокона из одеяла и чужих конечностей. -Чонгук-и? - Незнакомый мужской голос перекрыл шум возни, привлекая внимание юноши. Тот удивленно обернулся, забывая о саднящих плече и бедре. -Хён? Что ты здесь делаешь? -А ты...? - Тэхён не видел, но интуитивно понял, что незнакомец явно указывает на странное действо, которое они оба представляют. -Свалился с кровати. Вроде большая, никогда такого не было. - Бросив незаметный взгляд на Тэхёна, мстительно ущипнул его за икру. -Я подожду в гостиной. - Усмехнувшись, гость скрылся. Тэхён вскочил, опираясь руками о кровать. -Чонгук, это кто? И почему у него ключи? -Мой старший брат Чон Хосок. И понятия не имею откуда, потому что лично забирал их после твоего первого визита. - Прошептал он, помогая распутаться из одеяла. Тэхён раздраженно закатил глаза, вставая в полный рост. -Все у тебя не так, а если бы я не услышал? -Кстати об этом, какого хрена ты столкнул меня? -Потому что кое кого в этой комнате нереально разбудить по утрам! И заметь, это не про меня! -Ладно, в любом случае, прежде чем выйти, мне надо одеться и умыться. -Тебе? - Переспросил Тэхён, подбираясь всем телом. Его миндальные глаза опасно сузились. -О, этот человек не такой невинный, как ты думаешь. Я боюсь вас знакомить. -Серьезно? Что за бред? Ты не можешь спрятать меня в шкаф. Он все равно поймет, что ты не один. -Черт, моя семья путает все мои планы. У них радар что ли какой-то специальный? - Самому себе под нос заворчал Чонгук, сдаваясь. Они оба оделись, и пока Чон нервно теребил дверную ручку, Тэхён заправил постель. В таком же немом молчании они умылись. Ким схватил те самые духи, прыснув на младшего, совсем недавно узнав шокирующую его подробность - госпожа Чон подарила одинаковые флаконы сыну и На Юи, видимо, желая сблизить их. А Чонгук просто падок до запахов, и предпочитает пользоваться женским парфюмом. У Тэхёна тогда камень с души свалился. Если спросонья Ким уверенно желал знакомства со старшим братом Чонгука, то сейчас, прячась за мощной спиной, с силой вцепился в чужой локоть. Он не успел подумать, как отреагирует на такую новость мужчина. Пак Чимин - податливый и гибкий умом. Если Чон Хосок и вполовину не так современен во взглядах, как его лучший друг, то Чонгука ждет довольно сложная жизнь. Младший сжал его руку в поддержке, набрав побольше воздуха в грудь. Он вышел из темноты коридора в гостиную, на буксире таща за собой Тэхёна. Чон Хосок расслабленно откинулся на диване, закинув одну руку на спинку, другой держа рассматриваемый телефон. На первый взгляд он походил на Чонгука, но только общими чертами: черные волосы и острая линия челюсти. Более плавный и вытянутый, чем у младшего, овал лица, пухлые немного темные губы и тонкий нос. Чонгук же, из-за чрезмерной любви к спортивным залам, всегда в теле, поэтому о его скулы можно порезаться, а крупный нос - частый объект шуток Тэхёна, хотя он и не считает это недостатком. Легкая заминка, когда Тэхён цепляет взглядом мобильник в руках мужчины и узнает в нем Чонов. Разблокировать его, не зная пароль невозможно, но фотография на заставке светится сквозь потемневший экран. Он расширенными от ужаса глазами, молча дернул младшего за руку, пальцем задавая направление. Хосок вглядывался в экран, с того момента, как взял аппарат в руки, подвисая. Он удивленно проводил пальцем, чтобы тот не потухал, не понимая ничего. Ему на днях звонила мама, приглашала на знакомство с будущей невестой Чонгука, зачем он и приехал сюда - поздравить, - а тут какой-то полуголый парень с засосами вообще везде. Хосок в жизни не задумывался, что их можно оставить так много и это даже будет чем-то возбуждать. Его отвлекло движение сбоку. Чонгук с красными ушами и нахмуренными бровями нагло выхватил свой телефон, сразу отключая. И кто бы мог подумать, но тот самый парень с экрана, утром выходного дня появляется из его спальни, полностью одетый, что даже придраться не к чему: горлышко чуть не в подбородок упирается, рукава натянуты по самые фаланги пальцев, и штаны до щиколоток. Хосок ошалело окинул Кима взглядом, отмечая, что при свете дня он выглядит лучше, чем на потухшем экране. Молчание затягивалось, Тэхён нервно облизался, переминаясь с ноги на ногу. Ему не нравился прожигающий взгляд темных глаз. Не после того, как тот увидел заставку. Чонгук заметив интерес, ревниво отодвинул Кима за спину, с вызовом смотря на брата. Он еще их не познакомил, а уже начал жалеть. -Чон Хосок, мой старший брат, - сквозь зубы прошипел Чонгук, продолжая закрывать спиной Тэхёна. - Ему двадцать семь лет. -Воу, Чонгукки, успокойся, не стоит убивать меня взглядом. - Хосок впервые видел, чтобы младший так рьяно кого-то защищал. -Ким Тэхён, мой парень, - немного запнувшись, выговорил Чон. - Двадцать три года. Хотя они до сих пор не говорили об этом, но Чонгук искренне считал их парой. Во всяком случае иногда они вели себя даже слаще, чем все эти дорамы, которые так любят крутить по телевизору. Но, вообще-то еще одна причина, по которой он расстроился появлению брата, то, что тот помешал его планам. Ему хотелось сделать предложение романтично, в качестве извинений за все те страдания, что Ким перенес из-за него. А теперь получается, что он просто констатирует факт. -Приятно познакомиться, - Ким поклонился, как положено в приветствии старших. Хосок кивнул, все еще находясь в прострации. -Так вот из-за чего ты так набросился на меня в тот день? Вау, ты меня удивляешь! - Тэхён, вспоминая грозную и высокомерную госпожу Чон, все никак не понимал, как получилось, что ее дети более человечные. Впрочем, он не жаловался. Хосок-хён широко улыбался и добродушно позволил им сесть для знакомства. Чон Хосок напоминал Тэхёну Чимина, только в более взрослой версии. И, пожалуй, немного развязной: избалованный наследник крупной компании против домашнего мальчика, привыкшего к жестокости судьбы, но пытающегося ей противостоять. -Итак, вы встречаетесь, - озвучил очевидное мужчина, закидывая ногу на ногу и лукаво подмигивая брату. Тэхён смутился, потому что воображение живо нарисовало, как любопытный Хосок в любимой Паковской манере бесцеремонно оттягивает ворот его блузки, чтобы восхититься свежими засосами. -И давно это у вас? - Улыбка становится шире, пугая Тэхёна. Чонгук говорил, что его хён не такой уж и невинный каким кажется изначально. Он нервно зажимается, неосознанно подвигаясь ближе к Чонгуку. -Какая разница? - Резковато бросает Чонгук, крепко сжимая Кимовскую коленку, как бы говоря “все в порядке, я здесь”. Тэхён благодарен, поднимая в скромной улыбке краешек губ. Он боится вердикта Хосока, потому как знает, что такое авторитет старшего брата и как младшие обычно беспрекословно слушаются: у него опыт личный. Чон Хосок грубость проглатывает, словно и не слышит. Он продолжает снисходительно сверлить взглядом младшего, замечая любое самое мелкое движение. От него не укрылся жест поддержки, и он уверенно мог сказать, что агрессия Чонгука призвана исключительно для отвлечения его внимания. -Думаю, мне стоит узнать тебя получше, прежде чем предпринимать решение касательно вас обоих, - Старший перестал улыбаться, поднялся с дивана и, отлично ориентируясь, скрылся на кухне. -На кого ты учишься? - громко уточнил он, внимательно изучая содержимое холодильника. Чонгук, напряженно сжимающий челюсти, следил за ним, не отрывая взгляда. Он не понимал почему брат так спокойно отнесся к факту наличия у него парня, а не девушки. И в любой момент ожидал подвоха. Тэхён неуверенно отвечал, не зная следует ли пойти за старшим следом или кричать отсюда: вроде никто его и не звал, да и Чон продолжал держать, но все это как-то неприлично что ли. -Твоя семья? - Хосок вернулся с подносом, на котором лежали бутерброды. Взглядом кивая, что их можно есть, и они не приправлены отравой, он взял один, в качестве примера. Тэхён смотрел с удивлением: это так странно видеть солидно одетого в костюм мужчину, с остервенением вгрызающегося в бутерброд, со стекающим по рукам соусом. Что-то в этих богатых братьях не так. Слишком много простоты на квадратный метр, особенно с такой мамой. -Живут в Тэгу. Есть младшие брат и сестра. - Ким говорил односложно, потому что боялся сказать лишнего, показаться недостаточно воспитанным или, что еще хуже, недостойным. Еще неизвестно что их ждет впереди, и как отнесутся к такой щепетильной новости их родители, когда они наберутся смелости им рассказать, но приобретать врага в лице старшего брата не хотелось. -Старший в семье, значит. -Хён, зачем ты пришёл? - Чонгук удивился ответу Тэхёна, отмечая мысленно, что стоит подробнее расспросить про его жизнь. Ему неприятно, что он узнает о нем таким образом, через старшего брата и в форме допроса. -Ах, Чонгукки, наша мама, вероятно, бредит, в очередной раз. Она звала меня познакомиться с твоей невестой... Я приехал поздравить тебя, а сейчас в замешательстве. - Мужчина вновь улыбался, кидая на Кима заговорщицкий взгляд. - Ты не похож на невесту, Тэхён-а. Скорее на жениха. Ким под таким взглядом поежился. -Эту свадьбу придумала мама, я узнал об этом совсем недавно. - Чонгук недовольно потер переносицу, хмуря брови. Он знал, что их мать решительна и нетерпелива, но такая излишняя суетливость ей не свойственна. Вероятно, Хосок думал о том же. -Думаю, моя помощь вам не помешает. Вы же понимаете, что вас ждет? Тэхён поджал губы, хмуро осматривая резную ножку от журнального столика. Он знает, что будет нелегко, даже сложно. И, возможно, большее давление будет оказано именно на Чонгука, потому что быть отпрыском богатеев удел далеко не счастливый. И, по серьезному взгляду Хосока, можно предположить, что они оба успеют пройти сквозь огонь и воду за гораздо меньшее время, чем обычные пары. Это то, от чего Тэхён пытался оградить младшего, когда прощался с ним. Но разве может он решать за двоих? Чонгук уверенно притягивает к себе Кима, сдавливая ладонями под ребрами, с горящими глазами сверля брата. Тэхён неловко пытается вывернуться, потому что это явно лишнее перед чужими глазами. Но когда он мог остановить младшего, если тот применял силу? -Пока мы вместе, мы выдержим. - Тэхён замер, удивленно моргая. Когда этот ребенок успел стать таким взрослым и сильным? Твердая решительность и непоколебимость в его голосе могли убедить любого. -Мне нравится, как ты на него влияешь, - Хосок неожиданно расхохотался, заставляя обоих смутиться. Однако, это помогло немного разрядить обстановку. -Хён, откуда у тебя ключи? - Меняя неприятную тему, спросил давно волнующий вопрос Чон. -Это же моя квартира. Конечно, у меня есть запасные ключи. Хосок помолчал несколько секунд, а затем игриво подмигнул, обращаясь к брату и ненавязчиво оттягивая ворот собственной рубашки, неотрывно следил за реакцией обоих донсенов. -Я тебе их не отдам, на всякий случай, но обещаю, впредь не вламываться к вам без предупреждения. Вдруг вы будете заниматься... спортом? - Тэхён ошарашенно дернулся рукой к собственному вороту, будто проверяя на месте ли он. Чонгук же с покрасневшими ушами, громко возмутился. Хосок, довольный собой, смешно подвигал бровями. Мужчина помучил их еще немного, прежде чем уйти. Уже в коридоре, он дождался, пока Тэхён вежливо поклонится, кивнув в ответ, незаметно цепляя брата за руку. -Не знаю, чем ты смог его очаровать, но никогда не отпускай его. Я на вашей стороне. - Чонгук впервые за день благодарно улыбнулся, провожая гостя. Хосок не задумывался о сексуальных меньшинствах до этого дня. Ему ни разу не приходилось сталкиваться с однополыми парами даже случайно. И он не знал, что говорить и делать в таких случаях. Безусловно, представлять рядом с младшим братом приятнее красивую и милую девушку, но этот странный Ким Тэхён, кажущийся щуплым и беззащитным, таит в себе огромную внутреннюю силу. Хосок уловил это даже сквозь тусклый экран мобильного телефона Чонгука. И то, как именно тот управлял этой силой, меняя нелюдимого и эгоистичного младшего, который раньше никогда не задумывался над чужими чувствами и шёл путем их матери, могло затмить даже такую мелочь, как наличие у него яиц, вместо аккуратной женской груди. Если Ким делает из Чонгука Человека, то Хосок сможет принять это. В конце концов, он как старший брат, должен желать младшему только лучшее. *** Тэхён собирался съездить к родителям на несколько дней. Он нервничал больше, чем когда сдавал экзамены - обычно на новый год его отец любил ходить вместе с ним в общественную баню. И, если в предыдущие разы проблем никаких не было, то сейчас он кутался в одежду вовсе не от холода. Как объяснить отцу, чтобы не обидеть его? Чонгук виновато улыбался, но Тэхён точно знал, что никакой вины этот собственник не чувствует. Его мысли подтвердились, когда накануне отъезда, младший наставил еще несколько новых меток, пока Ким пытался спать, - он ощущал прикосновения сквозь дрему. Пак Чимин вызвался проводить их до вокзала. Стоило Киму выйти из подъезда, как друг шутливо покрутился вокруг него, делая вид, что что-то ищет. -Ага, наверное, сейчас за тобой следом выйдет нанятый тобой раб, с сумками на плече. Вы просто не вместились в лифте вместе. - Со смешком произнес он. Тэхён нервно улыбнулся, Чимин частично прав, потому что он всегда брал с собой много вещей, уезжая к родителям, а сегодня решил отправиться налегке. Чонгук только хмыкнул, крепче перехватывая спортивную сумку с вещами Кима и пакет с подарками. Тэхён хотел понести сам, не слабенький, но Чон вцепился мертвой хваткой, не позволяя. -Мы едем или шутим? - Чонгук ловко закинул сумки в багажник, усаживаясь за водительское кресло. После того, как Чимин помог им помириться, он стал относиться к нему терпимее и, хотя до тесной дружбы им еще очень далеко, но он начал называть его по имени, а не просто “сосед” и даже перестал к нему ревновать, признавая свою глупость. Тэхён, когда они об этом говорили, смеялся почти до слез, когда собственник Чонгук умудрился поставить засос на подбородке, чтобы наглядно показать Паку, что он занят. Чимин, кстати, в ответ на это сфотографировал уснувшего на диване Тэхёна в обнимку с толстовкой младшего, которую всегда в тайне брал с собой на ночевку к другу, чтобы даже так чувствовать его тепло. С тех пор Чон перестал переживать на счет бесящего хёна, уже без недовольства отпуская Кима к другу. На вокзале Чимин долго обнимал Тэхёна, словно провожал навсегда, умолял писать и звонить каждый день, выбил клятву о вечной дружбе и говорил много подобной чуши. Тэхён смеялся, а друг дул щеки, грозясь расправой, если блондин не сдержит обещание. Чонгук крепко обнимал и целовал родинку на носу, обещая скучать. Родители встретили его с громкими криками радости. Мама безостановочно щебетала, проверила надежно ли защищает от холода шарф, пока Тэхён отстранённо вспоминал, как Чонгук буквально заставил надеть его, поймав на выходе из квартиры с сурово прищуренными глазами. С последнего его приезда почти ничего не изменилось. Небольшой двухэтажный домик, окруженный кирпичным забором был скромно украшен гирляндой, на двери висел рождественский венок. Родительская собака, Мичи, повалила его у калитки, не дав сделать и шагу. Она довольно скулила и пыталась достать до его лица своим слюнявым языком. Тэхён зверей любил, даже собирался завести когда-нибудь, но все не было подходящего времени. В теплой гостиной стояла высокая елка, увешанная разноцветными шарами и светящейся гирляндой. Помещение было небольшим, в центре поместился диван, переживший столько невзгод, что даже удивительно, почему он еще не выглядит старым: Тэхён помнил, как маленьким, чуть не сжег его, когда баловался с зажигалкой, испугавшись вспыхнувшего пламенем листа, роняя его на сидение. Хорошо, мама вовремя увидела. Его отругали и заставили зашивать. Корявые стежки до сих пор являлись предметом насмешек. Позади дивана, на всю стену был протянут книжный стеллаж. Родители любят читать, поэтому коллекция книг всегда пополняется. Под телевизором стояла приставка для видеоигр, с разбросанными джойстиками - видимо младшенькие опять не убрали за собой. Подарки родителям Тэхён вручил почти у порога - под елку все равно не поместятся, да и все большие, знают, что никакого Санты не существует. Мама обрадованно, тут же постелила новое одеяло, а отец гордо ушёл с галстуком на работу на следующий день. Малышне Тэхён ничего не привозил, каждый год они выбирали себе подарки сами, а он их оплачивал. В его комнате тоже все осталось прежним, разве что немного заброшенным. Мама заботливо продолжала убираться, смывая пыль, но Тэхён в школьные годы был шкодником тем еще, разбрасывая свои вещи где попало, только не по местам. Сейчас, он вырос и стал более дисциплинированным, особенно после знакомства с Чонгуком, который тот еще чистюля, но иногда, уставший, Ким все же сбрасывает одежду на стуле, будто не зная о существовании шкафа. Завалившись на кровать, Тэхён закрыл глаза. В прошлый его приезд, он не прекращал размышлять о событиях на острове и их будущих отношений с Чонгуком. Это было чуть меньше полугода назад, но сейчас ему казалось, что прошла целая вечность. Он довольно притронулся к шее, вспоминая мягкие губы. Зимой прятать тело гораздо проще, чем летом. Мама даже ни разу не спросила почему он ходит только в рубашках, наглухо застегнутых. Отец уже успел начать строить планы похода в баню, что расстраивало и немного нервировало. Ему не хватит смелости посмотреть в глаза родителям, если они увидят старания Чонгука. Приходила мысль сказать, что его девушка так необычно развлекается, но Тэхён быстро понял, как глупо это будет звучать: ну какая девушка будет ставить засосы на его лодыжке? А слабые синяки от пальцев на пояснице и следы зубов? Он лучше удавится, чем позволит им знать такие подробности своей личной жизни. Достаточно, что Чимин и Чон Хосок втянуты в это. После плотного ужина, где звездой был Тэхён, он провел весь вечер с малышней. Тэквон хвастался своим табелем, не без гордости отмечая, что закончил школу с лучшими баллами, чем когда-то сам Тэхён. Ёна поделилась, по секрету, что у нее появился молодой человек. Ким подумал, что у него он тоже появился, но младшим не стоит знать об этом. Вообще, его семье пока лучше побыть в неведении как можно дольше, чтобы он мог придумать как преподнести такую новость с наименьшими потерями. До ночи они резались в видеоигры, Тэхён давно так не отдыхал и не смеялся. Дни шли идеально, если не считать мелких неудобств, от которых за почти четыре года Тэхён успел отвыкнуть. Жить в большой семье, означает малое количество личного пространства и постоянное присутствие кого угодно рядом. Тэхён дважды чуть не попался: первый - когда его отец бесцеремонно ворвался к нему в ванную, чтобы побриться, и ему пришлось нырнуть под воду чуть ли не с головой, нагоняя побольше пены вокруг себя, второй - утром, возбужденный приездом старшего брата, Тэквон с энтузиазмом вбежал в спальню, чуть не срывая одеяло, чтобы позвать на завтрак. Чимин каждый раз задыхался от смеха, а раздосадованный Тэхён грозился больше не звонить. С Чонгуком он созванивался по скайпу только поздно вечером, выходя на улицу, якобы на прогулку с Мичи. Днем Тэхён старался не пропадать за телефоном надолго, чтобы не вызвать подозрений: ему еще нечего сказать родителям, если они спросят. Утром очередного дня Тэхён проснулся с каким-то тревожным предчувствием. Неохотно спускаясь к завтраку, он все пытался предсказать, с чем оно связано. Недолго он гадал. Стоило оказаться на кухне, как сразу все встало на свои места. Отец сидел за столом, спокойно поедая завтрак, изредка кидая удивленно-недоуменный взгляд на плюшевого белого дракона, которого зачем-то посадили напротив. Мама умиленно потирала игрушку, бесконечно улыбаясь, пока ставила тарелку для Тэхёна. Тэквон вертел носом, приговаривая, что это “женские штучки”, а Ёна, как и мама кидала восторженные взгляды. Ким застыл с ужасом на лице. Этого дракона он приметил в торговом центре пока гулял с Чонгуком. Больше никому и в голову бы не пришло купить именно его. -Доброе утро, сынок. - С нажимом произнес отец, явно ожидая объяснений. Мама заинтересованно усадила его за стол. Тэхён честно пытался подобрать слова, но все застревали в горле. С надеждой обернулся на младшую сестру, вдруг он ошибается. Но та только кивнула ему, мол “не мое”. -Доброе утро. - Может, если делать вид, что ничего странного не произошло, то все отстанут? Но как бы не так, его семья слишком дружелюбная и любопытная, чтобы оставить такое событие без внимания. -Тэхён-а, курьер принес его рано утром. На лапе открытка. Странная немного, посмотри сам. - Мама настойчиво отвязала небольшую открытку, неспешно отдавая ему. Ким, подрагивающими пальцами взял ее, от волнения чуть не выронив. За ним наблюдала вся семья, и он пообещал себе высказать несносному Чонгуку все, что он думает о его умственных способностях. “Обнимай его по ночам, вместо меня, хён” Было выведено знакомым почерком. Тэхён побледнел. Хмуро положив все равно всеми уже виденную открытку на стол, перед собственной тарелкой, он молча встал из-за стола. Схватил небольшого дракончика, стискивая в кулаках до побелевших костяшек, также молча унося в комнату. Он одновременно сгорал от смущения и ярости, не зная, как реагировать. Постояв у закрытой двери несколько минут, собираясь с мыслями, он усадил игрушку на кровать, вспыхивая от разыгравшейся фантазии. Этот ребенок даже надушил дракона своими духами! Что за издевательство! Поддаваясь, Тэхён вжался в подарок носом, желая, чтобы игрушка чудесным образом превратилась в Чонгука. Чтобы не вызывать у родителей еще больше вопросов, хотя куда уж там, Ким, сжимая зубы, вернулся к завтраку. На кухне царила неловко-напряженная атмосфера. Стоило ему сесть, отметив, что открытка даже не сдвинута с места, как отец тут же подал голос. -Тэхён? Ничего не хочешь сказать? -Пожалуй, нет. - Блондин неестественными движениями двигался, с трудом держа себя в руках. Малышня следила за ним, словно за ходячей сенсацией. Тэхён чувствовал себя как под прожекторами, неприятно и неловко. Он еще не готов совершать каминг-аут своим родителям. Для этого необходимо их как-то подготовить заранее. Чонгук выбрал неудачный способ вручения подарка. -Мы поддержим любое твое решение, Тэхённи. - Он затравлено поднял глаза на маму, потому что эта фраза какая-то совсем непонятная. К чему она вообще была сказана? Это случайность или она что-то знает? Тэхён испуганно опустил ложку, потому что она норовила выпасть из вновь ослабевших пальцев. Это было плохое решение спускаться, чтобы доесть. Он еще не справился с потрясением от дракона, и потому видит подвох везде. С трудом сумев кривовато улыбнуться, он продолжил есть, медленно считая про себя. -Спасибо, мам, я учту. Об инциденте с игрушкой никто не забыл, конечно, но пока все молчали. Наверняка, родители запретили младшим надоедать с расспросами: Тэквон бы и не стал, а вот Ёна частенько бросала взгляды украдкой. Погода выдалась приятной, и Тэхён решил развеяться с собакой, прихватив и малышей. Они достаточно долго бродили по району, отпуская животное с поводка, следя издалека, чтобы не терялась. Закупились к ужину, потому что мама прислала сообщение с просьбой зайти в ближайший магазин. Пока Тэхён с Тэквоном бродили по стеллажам, с трудом находя продукты, - старший, потому что успел забыть их расположение за столько лет, а младший - нечасто участвовал в таких шумных мероприятиях, - Ёна ждала с Мичи на поводке. Домой шли не спеша. Выпал легкий снег, чем вызвал небывалый восторг и счастье у Ёна. Тэквон, желая казаться крутым, никак не реагировал, хотя Тэхён знал брата достаточно хорошо, чтобы понять, что тому тоже нравится. Снег - вообще редкость в их городе. Мичи довольно виляла хвостом, ловя снежинки языком. Отправив младшего с пакетами в дом, Тэхён остался во дворе протирать лапы Мичи. Еще с детских времен эта обязанность всегда висела на нем. Когда Ким уехал в Сеул, Тэквон недовольно перенял у него полномочия, но всегда с радостью возвращал, стоило старшему приехать. Закончив, он зашел в дом, принимаясь раздеваться. Он бегло скользнул взглядом по вешалке, зацепив знакомое пальто. Еще не обработав информацию, он учуял любимый одеколон, и под конец, тяжело сглотнул, натыкаясь носком на дорогую пару обуви. Не веря в наглость младшего, он быстро скидывает свои ботинки, разматывая шарф на ходу. Широким шагом преодолевает короткое расстояние между прихожей и гостиной. В голове повтором звучит испуганное “нет, нет, нет”. Его родители сидят рядом друг с другом на полу, в официальной позе, напротив них, в идентичной, сидит Чон Чонгук. Диван отодвинули к стене, чтобы была возможность придать ситуации важность. У Тэхёна перехватывает дыхание, и он замирает в нелепой позе с широко раскрытыми глазами. Малышей видно не было, и Ким отстраненно предположил, что родители их выгнали из гостиной. -Чон Чонгук? Что происходит? - Тэхён несмело шагает ближе, отмечая, что юноша оделся в строгий костюм и даже сделал укладку на голове. Догадки одна хуже другой мелькают в его голове, пока он останавливается позади не двигающегося Чонгука. - Ты не посмел! Чон Чонгук, это мои родители! Тэхён испуган, но он не может сдержать гнев. Этот мальчишка сначала присылает двусмысленные открытки, а затем, не дав опомниться, материализуется в доме его родителей, восседая перед ними, словно уже планирует свадьбу. Он хватает молчащего Чона за воротник дорогого костюма, опрокидывая назад таким образом, чтобы посмотреть в его глаза. -Тэхён! - Одергивает сына Ким-старший. Блондин опустошенно отпускает младшего, подрагивая. Обессиленно падает перед ними на колени, кланяясь в самый пол, собираясь распинаться в извинениях, что вырос таким никчемным и недостойным. -Тэхён-и, мы уже все знаем. - Ласково произнесла мама, с грустью смотря, как ее сын страдает. -Знаете? - Отупело повторил Тэхён, не смея выпрямиться. Он даже головы боится поднять. Толкает локтем юношу рядом, заставляя повторить его позу. Чонгук слушается. -Господин Ким, госпожа Ли, я готов повторить, все что говорил вам, в присутствии Тэхён-хёна. - Голос Чонгука ровный, официальный, словно он на светском вечере обсуждает политические новости. Тэхён ничего не понимает. У него только одно желание - проснуться в своей кровати, и вздохнуть от этого кошмара. -Не стоит, Чонгук-и, мы можем тебя так называть? - В мамином голосе слышна ласковая улыбка. Тэхён обескуражен происходящим. Отец молчит все время, грузно сверля обоих юношей перед собой. Видимо ему эту новость принять сложнее, чем матери. Она успокаивающе поглаживала его руки, как бы поддерживая или скорее удерживая. -Поднимайтесь оба! - Строгий голос Кима-старшего прогремел, испугав и без того нервного Тэхёна. Он дернулся, выравниваясь, но голову поднять не решился, предпочитая сверлить взглядом пол. Ким-старший вспыльчивый, но отходчивый. Ему необходимо больше времени, чтобы принять ориентацию и выбор старшего сына, которым он всегда гордился, ставя в пример младшему. Мама умела оценивать ситуацию гораздо быстрее, понимающе сдерживаясь. Это в нее Тэхён пошел характером. Она приняла сына почти сразу и с тех пор каждый день помогала мужу справляться. -Мы приезжали в Сеул два месяца назад по работе твоего отца. Хотели зайти в гости, но увидели вас, выходящими из машины... - Мама смущенно замолчала. Тэхён думал, что уже не может гореть от стыда больше, чем до этого, но ошибался. В те редкие дни, когда Чонгук приезжал на квартиру, которую он снимал с Чимином, они обычно начинали, еще даже не зайдя в подъезд. Чону нравилось прижимать его к дверям, пока Тэхён ищет ключи в карманах куртки или портфеле. Неужели его родители застали именно этот момент? Может ли быть еще хуже? Он больше не в состоянии нормально смотреть им в глаза. - Вы были немного заняты друг другом, и мы не стали мешать. - Она закончила скомкано, не желая напоминать мужу подробности, но голос оставался уверенным и твердым. -Но почему вы ничего не сказали? -Мы надеялись, пока ты молчишь, это несерьезно. Но теперь, понимаем, что ошибались. Тэхён сделал движение вперед, намереваясь вновь поклониться, но строгий кашель отца остановил его. -Я люблю вашего сына, и прошу у вас благословение. - Чонгук вклинился, напоминая о себе. Тэхён еще подумает, как отомстить за потрепанные нервы, но попозже, когда отойдет от происходящего. -Мы поддерживаем любое твое решение, сынок, - Повторила уже знакомые слова мама. Ким поджал губы, решительно кивая своим мыслям. -Я люблю этого идиота. Неловкую тишину прервала Ёна, громко крича из кухни, что ужин готов. Все словно ожили. Родители отвлеклись на младших детей, оставляя их наедине. Чонгук расслабленно выдохнул. Только сейчас Ким заметил, как дрожат чужие руки и насколько искусаны влажные от слюны губы. Он догадывался, что выглядит не лучше, но предпочитал не думать об этом. Тэхён вдохнул полную грудь воздуха, мысленно еще не осознав всю ситуацию, а потом впервые в жизни замахнулся и ударил Чонгука кулаком куда-то в районе груди. Он не целился в определенное место, ему даже не важна была сила удара, он лишь пытался выпустить пар и показать Чонгуку насколько тот виноват. Чон, заметив движение, каким-то шестым чувством понял, что сейчас произойдет и поэтому вовремя перехватил чужую руку, смягчая удар. Избежать его полностью не удалось, но синяка не останется. Чонгук охнул скорее даже от удивления, чем действительно от боли. -Я даже не могу на тебя разозлиться как следует, - Тэхён обмяк, падая корпусом на напряженного младшего, зарываясь носом в изгиб у основания шеи. Чужой запах действовал успокаивающе. -Ты можешь поплакать, - нервно отшутился Чонгук, обхватывая его в неудобные объятия. Тэхён недовольно хмыкнул, только ближе прижимаясь. Он хотел оказаться, где угодно, но только не в доме родителей. Они вернули диван на место и остались там сидеть, словно ожидая приговор. Ким все время ощущал на себе прожигающие взгляды родителей. Негласно было решено, что Чонгук останется у них ночевать. За ужином родители расспрашивали Чонгука обо всем. Тэхён давился едой, потому что аппетита не было, а Чон отвечал спокойно и развернуто. Отец узнал все о его семье, учебе в школе, в университете. Кто и чем занимаются его родители. На словах “Мой отец Президент компании” Ким-старший нахмурился. Укоризненно бросил взгляд на сына. Они простая семья, связываться с богачами иногда себе дороже. Уточнил как долго они вместе, стойко перенося “с начала второго семестра”. Спрашивал какие у Чонгука планы на жизнь и чем он собирается зарабатывать. Тэхён ощущал себя маленькой девочкой, которую недовольный отец против воли вынужден отдать замуж за не самого подходящего кандидата. Мама же не упустила возможность услышать подробности более личные и смущающие. Здесь уже Чонгук замялся, а Ким пришел на помощь. -Мама, он даже поесть не может, хватит спрашивать. Вам не хочется знать это! Ким уже поднимался по лестнице, тихо указывая впереди идущему Чонгуку в какую дверь заходить, когда его перехватила мама. Она нежно дотронулась до его руки, лежащей на перилах, и лукаво улыбнулась, подмигивая. -Пожалуйста, будьте тише, твои младшие брат и сестра еще маленькие. - Тэхен моргнул потерянно, даже не сразу поняв, о чем вообще речь. А потом в его взгляде отразилось понимание, и он вмиг покраснел, с легким осуждением смотря на родительницу. Он даже мысли допустить не мог, чтобы заняться этим в доме родителей. Особенно, когда вся семья буквально под боком. Чонгук неловко остановился посреди тесной комнаты, с любопытством осматривая фотографию со шкодливо кривляющимся Кимом в форме начальной школы на письменном столе, которую поставила Тэхёнова мама, когда он уехал в Сеул еще на первом курсе: она не показывала, но очень сильно скучала по старшему сыну. Чон еще не успел как следует отойти от шока и стресса, пережитого признанием родителям, и чувствовал легкое головокружение от, волнами накатывающего, облегчения. Вздрогнув от звука закрывшейся двери, младший опасливо обернулся. -Ты идиот! Дурак! - Тэхён даже считать про себя не стал, сразу наступая на не двигающегося младшего. Чонгук виновато улыбнулся, обнажая верхний ряд зубов, совершенно невинно хлопая глазами. Аккуратно, с нежностью, перехватил Тэхёновы запястья, боясь, что он снова начнет его бить и свободной рукой провел по его спине в успокаивающем жесте. Сейчас, когда они официально познакомились с родителями и получили благословение, оба ошеломленно переводили дыхание, боясь поверить до конца. Ким судорожно всхлипывал, не пытаясь вырываться, в мыслях переживая день заново. Он прятал лицо на чужой груди, рвано выдыхая, будто после долгого бега, чувствуя, как колотятся их сердца. Чонгук безостановочно бормотал извинения, и какие-то слова утешения, но Тэхён не в состоянии их разобрать. Когда дрожь прекратилась и дыхание выровнялось, Тэхён отстранился, блестящими от вновь подступающего гнева глазами, прожигая Чонгука. Он поджал губы в тонкую линию, и дышал через нос глубоко и медленно, мысленно уже перебирая различные варианты мести. Ким не конфликтный, избегает все острые углы, но с младшим невозможно сдерживаться. Он найдет как вывести вечно невозмутимого Тэхёна. Чонгук, почувствовав перемену настроения хёна, начал медленно отступать. Безусловно, физически ему ничего не стоит скрутить тощего паренька и посмеяться над ситуацией, но морально он всегда позорно проигрывал: Ким даже еще ничего не сказал, а Чон уже нервничает. -Ты это заранее спланировал? - Тэхён пытался говорить тихо, чтобы не услышали в других комнатах, но голос его звенел от еле сдерживаемого гнева. -Хён, я ничего... -Это мои родители! Мои малыши! Ты хоть подумал своей головой, когда приехал без предупреждения? - Ким сжал пальцами белоснежный воротник рубашки, прижимая младшего к стене, сверкая глазами в полутьме комнаты: они не включили освещение, потому что оба были слишком далеки мыслями от низменного и незначительного. Это выглядело совершенно нелепо со стороны, но Чонгук так не думал в этот момент. Он не хотел ссориться, признавал свою вину и не мог позволить себе оправдаться. Это, действительно, подарок небес, что семья Ким так легко приняла тот факт, что их старший сын - гордость и первенец - оказался нетрадиционной ориентации. -Прости. -Эгоистичная скотина! Признавайся, ты ловишь удовольствие, когда заставляешь меня волноваться? Ты ищешь ту грань, после которой я, не глядя, размажу тебя по стенке? - Тэхён уже не злился давно, но в нем бурлили остатки истерики, страх и потребность выпустить напряжение. Его голос стал громче, Чонгук уверен: его слышали абсолютно все. Тишина в доме подтвердила догадки, но Ким в запале не замечал этого. Вместо ответа, Чон приблизился к родному лицу ближе, напористо и требовательно сминая сжатые губы в поцелуе. Тэхён первые секунды вредничает, пытается отстраниться, но младший властно сжимает чужие бока, придвигая вплотную к своему телу, языком настойчиво проводя по зубам. Ким теряет весь запал, расслабляясь и позволяя доминировать, когда чужие пальцы начинают мягко поглаживать его сквозь свитер. Они слишком хорошо изучили друг друга, чтобы не пользоваться этим. -Я так скучал. - Чонгук шепчет сквозь поцелуй, носом ведя по скуле к виску. Он переживает не меньше, но понимает, что Тэхён имеет право злиться и обвинять. -Я не простил тебя так быстро. - Ким хотел, чтобы это прозвучало хотя-бы грозно, но получилось на выдохе и почему-то жалобно. Поняв, что больше бояться нечего, младший внезапно энергично подхватил его под бедра, заставляя обхватить ногами, чтобы не упасть, отходя от стены. -У меня есть вся ночь, чтобы исправить это. - Чонгук аккуратно, стараясь не шуметь, опустил свою ношу на кровать, не давая возможности сопротивляться. Тэхён расширенными глазами наблюдал, как младший медленно и с игривым вызовом снимает черный пиджак, сбрасывая на пол рядом, так же неторопливо принимаясь за пуговицы на манжетах. -Постой, мы не можем, - неуверенно тянет старший, скользя взглядом по вздувающимся венкам на руках, когда рубашка оказалась около пиджака. -Успокойся, я всего лишь хочу спать, - Чонгук издевательски задрал мягкий свитер, натянув на голову, не в состоянии сдержать смешка, когда Ким рассерженно выпутался из него, выглядя взъерошенным и недовольным. -Ты доиграешься у меня, - с усталостью уточнил Тэхён, быстро раздеваясь и укрываясь одеялом, устраиваясь на чужом плече. Ким уже почти уснул, когда внезапно в голове всплыло воспоминание со словами Чонгука: “Я люблю вашего сына”. Из-за всех этих событий и волнений он упустил, пожалуй, самое важное - признание. Они ни разу не обсуждали свои отношения: Тэхён до последнего боялся, что с ним играют и старался довольствоваться тем, что есть, а Чонгук хотел сделать все по-человечески, чтобы с романтикой и без посторонних. Но, как в случае со старшим братом, который спутал планы, у него вновь все получилось сумбурно и совершенно не так. Он хотел приехать, выловить Кима, подарить, заранее купленные парные кольца, признаться в любви. Но его встретили чужие родители, и он, как в тумане, сделал то, что сделал. -Чонгук. - Младший сопел, не отзываясь. Тэхён заерзал, не в силах дожидаться утра, чтобы выяснить не приснилось ли ему. Он начал потряхивать спящего парня, продолжая звать по имени. -Спи спокойно, - самая популярная фраза Чонгука, когда он спит, а Тэхён уже нет. Но в этот раз он не может усмирить свое волнение, выкручиваясь из цепких объятий, которые обязательно заблокируют все его попытки добудиться до младшего. -Чонгук, твои слова моим родителям. Юноша неохотно приподнялся на локтях, пальцами растирая глаза и переносицу. Расплывающимся взглядом смотрит перед собой, не осознавая, где вообще находится. Тэхён кусает губы, заламывая пальцы, ожидая, когда донсен окончательно проснется - это дается ему всегда с трудом. -Уже поздно, почему ты еще не спишь? - Чонгук встряхивает головой, более осознанно фокусируя взгляд на блондине. Старший ерзает сильнее, не зная, как начать, и жалея, что затеял этот разговор. -Чонгук, ты говорил моим родителям, что... - Тэхён не договорил, потому что Чон внезапно весь подобрался, словно и не он спал крепким сном минутой ранее, подмял его под себя, нависая сверху. Окидывая серьезным взглядом, он нервно выдохнул, перелез через него, чуть не падая с кровати: что вообще, может понадобиться посреди ночи в собственном кармане? Тэхён разочарованно выдохнул, облизывая нижнюю губу, слегка морщась от привкуса крови: его мысли живут отдельной жизнью, уже додумывая все за двоих. Наверняка, Чонгук понял, о чем он спрашивал, испугался и теперь собирается одеться и, возможно, уйти. Но вместо ожидаемого ухода, младший ловко вернулся, вновь нависая над ним, сверкая в темноте глазами. Молчал некоторое время, неловко поглаживая одной рукой шею блондина, пальцами зарываясь в волосы на затылке, вторая лежала на его животе, ладонью вверх. Тэхёну было невидно, но в ней явно что-то лежало. -Чонгук? -Ладно, я должен это сказать, ты уже знаешь, слышал, точнее, но я не собирался это говорить... - Младший нервно бегал глазами по всему силуэту Тэхёна, не в силах остановиться на чем-то одном, продолжая неловко поглаживать чужую шею, еще не очень понятно кого из них двоих пытаясь успокоить этим жестом. Он говорил сбивчиво и достаточно быстро, чтобы заставить Кима занервничать тоже. - То есть, не то, чтобы не собирался, как раз для этого и приехал, чтобы сказать... И снег пошел, я подумал, что это хороший знак... еще свечи приготовил... даже шарики привез, я же не знаю здесь ничего, боялся не найти... Твои родители они совершенно не при чем, я не думал, что скажу им, это точно не входило в мои планы... Нет, неправильно, я бы сказал им, но только вместе с тобой, а получилось... Тэхён ничего не понимал. Какой-то бессвязный поток слов, абсолютно ничего в себе не несущий. Какие-то свечи, шарики, снег даже припомнил - о чем он вообще говорит? Это такой способ увильнуть от ответа? Ким напряженно зажмурился, не желая расстраиваться раньше времени. Осторожно дотронулся до руки, которая сильнее сжала его волосы, без слов прося отпустить. Чонгук взволнованно наблюдал за тем, как светлые глаза закрываются и перед ним появляется та самая ненавистная ненастоящая улыбка. Он захлебывается в своих словах, потому что не понимает откуда она взялась и что случилось, в панике цепляясь за коробочку в своей руке. -Тэхён? - Ким неуютно ерзает под Чонгуком, желая скорее отвернуться, чтобы скрыть обиду. Ему нужно время, чтобы прийти в себя и затолкать свои надежды еще на долгое время. Он слишком занят самоконтролем, чтобы заметить, каким отчаянным взглядом смотрит на него младший. -Не стоит, я понял. - Чонгук поворачивает к себе за подбородок отвернувшегося Кима, вглядываясь в темноте в его лицо. Он не понимает, что успел сделать не так, и от перенапряжения роняет коробочку на живот Тэхёна. - Что это? Чон набрал полную грудь воздуха, словно перед заплывом, чувствуя, как горят уши и щеки. Он никогда не признавался в своих чувствах, и каким бы смелым или сильным он не был в жизни, внезапно понял, что для этого у него их явно не хватает. Пристально наблюдая за тем, как медленно старший открывает коробочку, как хмурятся чужие густые брови, из-под растрепанной челки, как открывается рот в удивлении и неверии. Он видит, что старший собирается что-то сказать, но боится это услышать, поэтому зажмуривает глаза и выпаливает вместе с выдохом: -Люблю тебя. Тэхён замер, отупело моргая. Он услышал это вновь, теперь уже обращенное лично к нему, а не через родителей. Сердце забилось где-то в горле, позволяя только открывать и закрывать рот, блокируя возможность говорить. Они смотрели друг на друга, не моргая, несколько долгих минут, совершенно не шевелясь, будто соревнуясь кто сдастся быстрее. -Ты... Ты наденешь? - Ким растерянно встрепенулся, совершенно забыв о парных кольцах, зажатых в кулаке. Подрагивающей рукой, он вручил их хозяину, краснея всем лицом, когда холодный металл прикоснулся к ледяному от нервов пальцу. Спустя секунду на Чонгуке красовалось идентичное. Не в состоянии сдерживаться, Чон резко навалился на старшего, обхватывая в тесные объятия, до хруста сдавливая и прижимая к себе. Если бы не тот факт, что они в доме не одни, он бы уже завизжал, как школьник, которому призналась самая красивая девочка в классе. Тэхён, придя в себя, смог выпутать руки и прижать его в ответ, с восторгом вслушиваясь в чужое бешенное сердцебиение. Они смешно одаривали друг друга хаотичными поцелуями-бабочками, неудобно сталкиваясь носами и ударяясь подбородком. -Я люблю тебя, - в самое ухо прошептал Ким, зажимая мочку между губами, наслаждаясь приятными поглаживаниями. Чонгук остановился, тяжело дыша, счастливо и облегченно выдыхая. Он опасался, хотя и понимал, что нечего, когда не получил ответа на свое признание. Тэхён слишком очевидно принял кольца, чтобы переживать, но маленький червячок сомнения все же оставался. Поглощенный своими мыслями, Чонгук сильнее сдавливал стройные бока, с наслаждением ощущая как мягкая кожа поддается его натиску. Он требовательно вел руками вниз по бедрам, чувствуя, как напряглись чужие мышцы. Ведя мокрую дорожку поцелуев от подбородка до пупка, он, не переставая, оглаживал и пощипывал всего Тэхёна, пока не услышал приглушенный стон. Старший неестественно выгнулся, чтобы, лежа на спине, по возможности, уткнуться лицом в подушку. Он всегда громкий, поэтому единственный способ - зажать чем-нибудь рот. Чон от увиденного неожиданно даже для себя рыкнул, прижимаясь к остро выделяющемуся на тонкой шее кадыку, оставляя новый засос поверх почти зажившего старого. Его прикосновения стали напористей, и он уже не отдавал отчета своим действиям: родители и малыши в соседних комнатах забылись, вытесненные податливым и отзывчивым старшим. Несущественные попытки блондина остановить его, привели только к большему возбуждению, и были достаточно быстро сломлены. Чонгук был везде, он не переставал гладить и целовать ни на секунду, сводя с ума себя и Тэхёна под ним, медленно толкаясь под приглушенные стоны. Блондин разметался по непривычно узкой кровати, срывая простынь, пальцами цепляясь за ускользающую ткань. Он дергался и почти скулил, желая поддаться навстречу, но Чон неумолимо сдерживал его бедра крепкой хваткой, глотая очередной стон поцелуем. Его обжигающие прикосновения заставляли дрожать, и Тэхён понятия не имеет отчего так реагирует: связано ли это с их признанием, которого он и не ждал, или с осознанием, чем именно они занимаются в родительском доме. Внезапно крепкие руки исчезают, и он не успевает опомниться, как оказывается перевернутым животом вниз, лицом, вжатым в подушку. В коленно-локтевой позиции они занимаются сексом не часто, главным образом потому, что Тэхёну нравится наблюдать за Чонгуком, но в данном случае, младший сделал это скорее из желания заглушить пробирающие стоны, потому что, когда Ким кончает, он не сдерживается совсем. Обессиленно упав на бок, Чонгук снимает со светлой головы подушку, которую Тэхён натянул на себя, чтобы лучше приглушить собственный низкий голос. Однако, им обоим показалось, что дрожащее “Чонгук-а” было слышно всему дому. -Ты озабоченный, - беззлобно бросил Тэхён, переворачиваясь на спину, устало облокачиваясь на любезно подставленную под голову руку. -Нет, просто ты слишком сексуален. Ты себя со стороны видел вообще? Тебя надо запретить. - Чонгук шутит, но мысленно понимает, что, вообще-то нет: он действительно не в состоянии противиться чарам Тэхёна. -Если я поймаю хоть один намекающий взгляд завтра, ты точно получишь на меня запрет. -Просто признайся, что тоже не можешь мне отказать, - Игриво усмехнулся младший, оставляя целомудренный поцелуй в мокрый висок. *** Они задержались в доме четы Ким на две недели. Мама Тэхёна приняла Чонгука как родного, окутала любовью не хуже остальных детей и у Чона впервые появились теплые отношения хоть с чьей-то матерью. Госпожа Чон позвонила только один раз, желая уточнить, где ее сын, потому что она приехала к нему с невестой, не застав никого дома. Тэхён, при котором состоялся разговор, уговаривал разгоряченного юношу не делать глупостей, дождаться возвращения в Сеул и там уже попытаться поговорить с родителями. Они спорили до тех пор, пока Чонгук разумно не согласился с хёном. Отец первые несколько дней привыкал к гостю: не сказал и слова против, но глубоко внутри переживая очень сильно. Хорошо, что мама постоянно оказывалась рядом и успокаивала. Тэквон был менее сдержан, иногда позволяя себе нагрубить обоим, но после продолжительных бесед с матерью становился терпимее и даже дружелюбнее: они посовещались вчетвером и с трудом решили, что дети должны об этом знать, но только в общих чертах. Тэхён надеялся только, что когда-нибудь малыш сможет принять его выбор, оставив неприязнь позади. На парные кольца семья отреагировала спокойнее, чем боялся Ким. Мама многозначительно улыбалась, бросая на них взгляды весь следующий день, отец поджимал губы, Ёна в восхищении просила разглядеть, а после еще некоторое время пищала, что тоже хочет, чтобы ее будущий муж делал ей такие подарки. Сам Тэхён, проснувшись утром, первым делом начал разглядывать его при свете дня и с удивлением и нежностью обнаружил, что на нем есть гравировка “Люблю, ЧЧГ”. Чонгук подтвердил, что у него точно такая же, только с инициалами “КТХ”.