Помолвленные

Она все ещё любит его. Да, любит, несмотря на то, что он ей отказал. И как так случилось? Неужели во всем виноват поцелуй? Маринетт сама не знала. Тикки тоже была в растерянности. Этот мальчик оказался смелее, чем они обе думали. В какой-то момент Дюпен-Чен даже подумала, что видит перед собой не Адриана, а Кота. Ведь не мог Адриан улыбаться так... по-нуаровски. Или мог..? Окончательно запутавшись в происходящем и своих чувствах после двух поцелуев сразу от двух парней, Маринетт выдохнула. Боже, и как теперь быть? "Значит ли это, что я нравлюсь Адриану? Или Коту? Аа, как сложно!" Собрав вещи в рюкзачок, девушка пошла домой. Как назло, пошёл дождь, но сейчас её не волновали эти капли дождя. Наоборот, они были как раз кстати.

***

      — Парень, ты меня поражаешь! — хмыкнул удивленно Плагг тихо. Адриан промолчал, ибо Горилла мог неправильно понять его разговоры с самим собой. Адриан все ещё не понимал, каким образом все вылилось в... это. Ситуация и так была сложной, а теперь усложнилась ещё больше. Мало ему было того поцелуя в щеку Принцессы от Кота, так ещё и сам поцеловал её же в губы! В губы! Это хуже, чем невинный поцелуй в щечку! Нет, поцелуй вышел неплохим, и Адриан хотел бы еще раз попробовать на вкус эти тонкие губы. Покраснев, парень отвернулся к окну. Черт, как же сложно! Сегодняшняя невнимательность и несобранность Агреста немного изумила его репетиторов и учителей. Учитель по фехтованию несколько раз видел, как парень пропустил несколько ударов, поэтому отпустил того пораньше. Он, конечно, мог замотать парня до последнего вздоха, но тогда у мальчика не останется сил на другие занятия. Отец будет им недоволен, а ему и так достаётся. Учитель по китайскому заметила*, что у блондина глаза наполняются мечтательным блеском, а губы растягиваются иногда в улыбке. Поэтому она просто перевела тему на любовь. Она начала рассказывать ему, как высказывать свои чувства на языке, который они изучали. Занятия кончились вечером, и Адриан со вздохом упал на кровать. Плагг летал рядом, смотря на подопечного. Сегодня тот вел себя тише воды ниже травы, и это было странно. Даже камамбер отдал ему беспрекословно.       — Адриан, тебя зовёт месье Агрест, — сообщила Натали через дверь. Адриан обреченно промычал в подушку и встал с кровати. Плагг залетел внутрь рубашки прячась, и блондин вышел из комнаты, направляясь в кабинет отца. Здесь ничего не изменилось. Тот же письменный стол, заваленный эскизами и разными другими документами; те же книжные стеллажи, книг в которых было всегда немеренно; и, конечно, тот же большой мамин портрет. Мама с этой необычной картины улыбалась, как всегда, добродушного, а художник запечатлел самые яркие черты миссис Агрест.       — Ты пришёл, — заметил наконец Габриэль, разглядывая портрет. Он всегда так делал — стоял спиной к сыну, стоило им начать разговор на важные темы. Адриан нахмурился, готовясь к выговору за сегодняшние оплошности, коих было немало.       — О чем ты хотел поговорить со мной, отец? — спросил взволнованно Адриан, сверля спину отца взглядом. Габриэль неожиданно повернулся к нему и посмотрел внимательно на сына. Что-то в парне изменилось, что-то неуловимое. Нет, он всегда так напрягался при нем, особенно под этим взглядом, но сейчас внутри него что-то переменилось.       — Как поживает мадемуазель Дюпен-Чен? — Сегодня точно день неожиданностей. Что бы Габриэль и интересовался кем-то? Точно сумасшествие.       — Н-нормально, — в светловолосой голове пронеслись воспоминания о поцелуях с Маринетт, от чего щеки парня покраснели. Модельер удивился. Его сын только что покраснел от упоминания о невесте. Это хорошо или плохо?       — Хорошо, — кивнул отец. Адриана отпустило. Хорошо, что он больше не будет расспрашивать его о Мари... — Адриан, я хочу познакомиться ближе с невесткой. А также она должна переехать сюда.       — Что?! — от такого требования Адриан даже подскочил ближе к столу. Агрест-старший не менее удивленно на него посмотрел. Впервые его сын так реагирует... Ещё раз, это хорошо или плохо? — Т-то есть... Зачем?       — Как это зачем? Ей нужно привыкнуть к здешней обстановке, а также ей надо научиться манерам светского общества, что бы в будущем было не позорно её показывать на публике. "Ну конечно, отца волнует только собственная репутация," — погрустнел Адриан. Эффект неожиданности спал, и парень начал думать о том, чтоб поскорее отсюда сбежать. Желательно в пекарню невесты, где было тихо, тепло и уютно. Да, пожалуй, это был хороший выбор.       — Вряд ли она согласится покинуть свой дом, — в голосе сына послышались подозрительно грустные нотки. Габриэль нахмурился, но тут же вновь холодное выражение лица.       — Скажи ей, что это по договору. Договор нарушать нельзя, поэтому, уверен, она согласится. К тому же, тебе просто нужно с ней поговорить. Она поймёт все. "Мне бы твою уверенность, отец. К тому же, поговорить с ней мне действительно нужно по многим причинам," — подумал Адриан, опуская взгляд.       — Мы выделим ей комнату. Дворец большой, так что найдётся место, где она сможет ночевать, — Это решение далось Габриэлю нелегко. Ведь он понимал, что если девушка будет здесь, то Адриан окончательно потеряет внимательность к занятиям и урокам. Но Анна хотела, что бы их сын был счастлив, поэтому он сделает все, чтобы выполнить её мечту. — Поговори с ней завтра. Начиная со следующей недели, она переедет сюда и будет учиться манерам нашей семьи.       — Да, отец, — "Все как всегда. Решил все за меня, нет, за нас с Маринетт. И как я ей скажу об этой "прекрасной" новости?" Адриан потерял контроль над своим состоянием ещё с утра, но сейчас все стало только хуже.

***

Если бы Маринетт сказали где-то полгода назад, что она получит поцелуй в щеку от Нуара в один вечер, а на следующий день поцелуй от Адриана Агреста, то она бы, наверное, радовалась. Если бы ей сказали, что она будет рада прибить главного красавчика класса, то бишь того же Агреста, на месте из-за одной лишь фразы, то она бы покрутила у виска. Ещё утром, стараясь по-прежнему игнорировать Адриана (хотя получалось не очень, ведь щеки так предательски выдавали её душевное состояние), девушка обнаружила, что не чувствует пустоты внутри. Неужели реабилитация закончилась?       — Маринетт, нам нужно поговорить, — Опять та же сцена, что и вчера. Дюпен-Чен покраснела, но спокойно кивнула, соглашаясь на разговор. Адриан внутренне возликовал. Она больше не сторонится его! Они промолчали долгие пять минут прежде, чем блондин решил начать.       — Маринетт, это... Мой отец хочет видеть тебя у нас во дворце, — Маринетт не шелохнулась. Адриану даже показалось, что она превратилась в камень, но покрасневшие ещё больше щеки показывали, что она все ещё жива.       — З-з-зачем? — заикалась, как прежде, Мари. Нервы начали сдавать. За последние двое суток слишком много на неё свалилось.       — Он хочет познакомиться с невесткой, — мило улыбнувшись в попытке сгладить волнительность их беседы, ответил Адриан.       — А-а, н-ну конечно, я приду, — она все ещё не смотрела на него. Она до сих пор в шоке.       — И ты совсем не против переехать?       — В смысле? — мигом очнулась брюнетка, вылупив глаза. Зато она посмотрела на него. — Как это — переехать? То есть к вам во дворец?       — Угу, это было требованием отца. Точнее не требованием, а скорее... Желанием, что ли, — он неловко почесал затылок. Он видел, что Мари скоро грохнется в обморок от передоза чувств.       — А-Адриан, я не могу... Дело не в том, что не хочу, просто... Ну, родители будут против и так далее... Ее лепет внезапно показался ему смешным. Он улыбнулся, как вчера, выводя Маринетт ещё больше из состояния равновесия, и схватил её за руку. У неё почти подкосились колени, но он вовремя придержал её.       — Тогда пойдём проверим, что они скажут? — Все, что оставалось сделать девушке, это кивнуть и следовать за женихом.

***

      — О, Адриан, дорогой, не ожидали тебя сегодня встретить, — поприветствовала добродушно Сабина, улыбаясь парню, крепко сжимающему ладонь её дочурки. "Видимо, они нашли контакт и теперь ладят," — подумала мама, готовя чай на всю семью. Том сидел на диване и иногда бросал какие-то ревнивые взгляды в сторону будущего зятя. Адриан тоже чувствовал напряжение, повисшее в комнате, но ничем не выдал собственного волнения. Разве что Маринетт чувствовала крепко сжатую свою ладонь в его. Девушка усмехнулась про себя. Она уже давно поняла, что её жених и сам уже жалеет, что пошёл на это. И она не знала, радоваться ей или плакать.       — И так, милый, вы с Маринетт уже помирились? — ставя перед каждым чашки чая и садясь рядом с мужем, поинтересовалась Сабина. Она продолжала мило улыбаться.       — Что-то вроде того, — приподнял уголки губ Адриан, смотря на их руки. Мари вроде сидела тихо и спокойно, но румянец выдавал её с головой. — Мистер и миссис Дюпен, я пришёл просить вашего благословения на нашу будущую свадьбу.       — А? — даже Саби, знавшая о помолвке, не предугадала такого исхода событий.       — Какое благословение... Ай, — почувствовав твёрдую ножку своей жены на своей, Том пробормотал что-то вроде "Хорошо, я согласен". Сабина улыбнулась.       — Но это же не все, что ты хотел нам сказать, верно, Адриан? — спросила миссис Дюпен, и Маринетт мысленно просила её не соглашаться отдавать её. Но здесь и подстерегла неудача...       — Какой переезд..?! — Томас снова зажмурился от боли в ноге. Сабина была очень хрупкой, но сильной женщиной.       — Конечно можно, Адриан, дорогой! Если Габриэль сам того желает, то пускай Маринетт переезжает. К тому же, ей действительно нужно научиться многому. "Мама, ты предательница!" — завопила мысленно Маринетт. В реальности ей оставалось лишь слабо улыбнуться и стерпеть все то, что на неё свалилось. Таким своеобразным способом и поселилась Маринетт в доме Агрестов. В доме будущего супруга, если быть точнее.