Cara mia, addio

— Заткнись, — сказала она, крепко сплетая руки под острыми лопатками Уитли и готовясь встать. — И бери его за ноги.

***

Прошло немало времени с тех пор, как всё началось. Пытки, смерти, эта кошмарная вещь под именем «человечность»… Совсем недавно, кажется, маленький и глупый мешок болтов ненавидел людские манеры. А сейчас? Как все случилось, сколько это продолжалось, и вот он сам — человек. И он рядом с той, кого совсем недавно предал, на кого поднял свои грязные руки. Давящее, больное чувство вины все еще терзало, как лезвием по коже, хоть и не било той протяжной, ноющей периалгией. Он знал, что она нужна ему, а он нужен ей. И не мог в это поверить. Уитли постарался подняться. — Да… я… должен кое-что сказать… М-мы же дома, да? Надеюсь, что дома, и… мы в безопасности. Знаешь, я долго хотел вывалить это на кого-то и не мог, потому что… потому что я не должен был этого делать, впрочем, ты понимаешь, и я… Он неуверенно перевел глаза на Челл. — А… да, ты в порядке? Уитли нервно поправил рукав кофты. — Я столько раз предавал тебя, помнишь? Молчание казалось непривычным. Челл не смела даже сойти с места и сидела ровно, как будто в ее спину вбили металлический кол. Такие же седые пряди среди русых волос, такие же чистые, полные добра, глаза, совсем немного смугловатая кожа, испорченная малыми шрамами от ссадин, заметными на свету, пухлые губы, широкий нос. Все это было так гармонично с ее воинственным, но тихим характером. — Впрочем… я… не могу сказать точно. Я хотел сказать, что… когда я очнулся в этом непривычном теле, я почувствовал что-то странное, знаешь? Что я не просто жив, а… свободен… Будто я — это я, и никто другой. Э-это странно, да… т-ты слушаешь меня? Я-я нервничаю… — он глубоко вздохнул и пригладил неаккуратные волосы. — Я чувствовал что-то, от чего больно. И в голове от этого мешались мысли… свои мысли… Не что-то, что всунули в меня несколько десятков лет назад, а свои… я думал своей головой. Он прикрыл ее руку своими теплыми ладонями. — П-прости меня… Она прижалась к нему, заключив в объятия. — Я люблю тебя. — Уитли нервно моргнул, попытавшись подправить очки, и не сразу понял, что на нем их нет. Он нервно ждал любого ответа от Челл. Любого, который она могла дать. — Я тоже люблю тебя. — Едва слышно, но ясно пробормотала девушка. Он чувствовал, что за все это время значительно поумнел. Время будто замедляло темп. Ему хотелось раствориться в этом, быть рядом с ней. И не оставлять.

***

Челл уже четверть часа не могла поговорить с Эдемцами. Ее волновало то, как долго они с Уитли тут продержатся и скоро ли покинут эти златокрылые пшеничные поля, манящие пережить травмы и продолжить давать отпор прошлому. Сладко ли было пережить такую жизнь? Сладко ли было не ошибаться, не спотыкаться, не ныть? Девушка направилась к кухне, в надежде, что приготовит что-нибудь на перекус. Она сняла резинку, уже давно растянувшуюся под тугим хвостом и превратившуюся в болтающееся волоконце. — Как дела? — спросил Уитли. — У меня пока не особо. Ничего хорошего в голову не лезет, хотя и хочу что-то вспомнить, но тошно… Странное ощущение… Как не в своей тарелке… Челл понимающе посмотрела на него и выдавила вполслуха что-то невнятное. — Хочу кое-что показать. Т-ты же не против? — Потоптавшись на месте, спросил он. Уитли взглянул на окно. — Надеюсь, не против… Мне надо к Гаррету. — Мы не можем идти туда сейчас. — неодобрительно буркнула Челл. Уитли растерялся и примолк. Он провалился куда-то в самую темноту собственных домыслов. Он ощутил, что предоставлен самому себе. Он на абсолютно равных весах, и впервые за свою долгую, длившуюся «тысячелетиями» жизнь, Уитли осознал, что его жизнь никогда не была его жизнью. Она двигалась чем-то другим, извне, чем-то, что останавливало его и не давало вдохнуть полной грудью, будто не хватало кислорода, ради которого хотелось дышать, будто бы он умирал и умирал много раз. Остальное творилось лишь потому, что пространство давало этому произойти. Сейчас же он снова попал в эту воронку, затягивающую его внутрь.

***

Aperture Science. 1973 — Мистер Джонсон? — Да, моя прелесть? — К вам. — Черт возьми… — Мистер Джонсон! Мы, кажется, терпим финансовый кризис. Средств не хватает даже на сбор персонала. В качестве персонала у нас и без того бездомные, бедные люди, которым мы не в состоянии заплатить даже шестьдесят долларов! Вы, как центр управления лабораторной «Эперчур Сайенс», не совершаете никаких действий ради сохранения собственных благ! Или, по крайней мере, ради своей же лаборатории. — С каких незапамятных времен ты промываешь мне мозги? Я делаю то, что должен, ради науки. — Я просил твоей помощи, дядюшка, и что я получил? Плевок в чепец! Теперь оскорблен, как уличная псина. — Помни, Уитли, не ты здесь главный. Будет время, когда ты сам окажешься железным ядром. — …Я почти стоял на коленях, но не-е-ет, наш всемогущий Мистер-Я-Здесь-Главный держит нас в страхе, даже совсем не заботясь о других! — Закрой пасть, пока не стало хуже! Клянусь, за твои выходки ты первый сунешься в дебри железной машины, только я реализую свои планы. А знаешь, почему? Твои выходки и идиотские поступки, которые ты пытаешься провернуть, дабы свергнуть меня с места… Ты… Никчемный и мерзкий идиот! — О-о-о, неужели? Я? Вот так просто? Буду первым среди тех, чей интеллект окажется внутри «железной машины? [Сброс…] [Данные доставлены.] [Данные получены.] Aperture Science.1980 — [Кашель] Добро пожаловать в Центр Развития! С тех пор как участие в испытаниях стало обязательным для всех работников, качество испытуемых значительно повысилось. Однако возросла текучесть кадров… [Кашель] Возможно, вы слышали, что мы планируем постепенно прекратить эксперименты над людьми. Впрочем, еще остались вещи, требующие доводки… Наши счетоводы утверждали, что мы не можем потратить даже семь долларов на покупку лунных камней, не говоря уже о семидесяти миллионах. Мы все равно их купили, измельчили их и изготовили гель… — Они изготовили гель, Рик… — Ха, а давно ли ты видел его в здравом уме? Честно говоря, я и представить не могу тебя на месте управления. [Сброс…] [Данные доставлены.] [Данные получены.] Aperture Science. 1981 — [Учащенный кашель] И… и… знаете, что? Измельченные лунные камни — экх… это сильнейший яд! Я… я смертельно болен… [Какие-то стуки с громкоговорителя.] — Рик, я серьезно… он болен. Он приготовил план засунуть себя в машину. Все слишком усложняется. [Сброс…] [Данные доставлены.] [Данные получены.] Aperture Science. — КТО В ПРОМЕЖУТКЕ ДЕСЯТИ ЛЕТ ПОДДЕРЖИВАЛ ИСПЫТУЕМЫХ?![Выдох] Да,я и сам им был. Недолго. Кэролайн объявила, что меня можно отобрать для поддержки. Поддержки тех, кто в ней нуждается. Или ты думаешь, что, находясь в этих чертовых комнатах все проходит гладенько и умиротворенно?! Да? Зря ты так думаешь… Смерти. Постоянные смерти, гели и портальные пушки — вот что они делают ради науки, приятель. <i/>И… Кэролайн не чудовище. Она… просто… хочет порядка. [Держи себя в руках успокойся успокойся успокойся просто убеди его] — Уитли, они того не стоят. — Рик, только не говори, что ты на стороне Кейва. Да, он гений, он однозначно гений. Я-я даже не имею права пре… пренебрегать его п-планам, и ты сам это знаешь, но… Мне их жаль. Они попадаются на шестьдесят баксов, которые мы еле проплачиваем из собственных кошельков, и вскоре погибают. И единственное, что им нужно — мотивация. Всего лишь помощь. Ма-а-аленькая, такая незаметная и крохотная поддержка. Один голосок. Хоть что-то, что поможет им двигаться дальше. — [Выдох] Я тоже хочу видеть их живыми. Но этого не будет. [Стук чей-то двери за кабинетом. Легкий свист ветра, тускло пронесшийся где-то сзади.] — Война, которую мы сейчас ведем — это страшно. Нет ничего страшнее, чем понимать, что скоро кто-то умрет на твоих глазах… Прошу. Помоги мне убедить Кейва. [Сброс…] [Данные доставлены.] [Данные получены.] Aperture Science. 1981 — На что бы ты не шел, Уитли, ты — лгун. Обыкновенный и гордый лжец. [Сброс…] [Данные доставлены.] [Данные получены.] Aperture Science. 19ХХ — Т-ты… слышал Кейва? О-он не появлялся. [Обработка данных.] [Принято.] —Будешь думать о том, кто ты, умрешь. [Обработка данных.] [Принято.] — Ты глуп. Даже твое название говорит само за себя — «Модуль Смягчения Интеллекта». [Обработка информации.] [Принято.] — Может, ты и не знала, но лаборатория использовала его, чтобы создать самого наиглупейшего дурака в мире. [Обработка информации.] [Образец «Модуль Смягчения Интеллекта.] [Подтвердите пароль.] [0004] [Пароль подтвержден. Вход.] — Отлично… Мисс Кэролайн? — Да, Мистер Джонсон. [Обработка информации.] [FILES://REBOOT/0004/LOG_HTMT_7] [DELETE] [Удаление прошло успешно.]

***

— Уитли? — Челл дернула его за руку. — А? — Говори. — Что? Челл закатила глаза и встала, опершись на деревянную тумбу. — Я-я вспомнил важное. Снова о Кэролайн, — он посмотрел ей в глаза. — Кэролайн спасла меня. Когда я пожертвовал собой, будучи в теле этого семифутового гиганта… А чего ты улыбаешься? Мой рост сейчас вполне меня устраивает… Проекция плотного света слишком все усложняла. Это я к сведению… Сейчас-то я не настолько огромный… — Продолжай. — Когда я… умирал, — сменив тон, обобщил тот, — я увидел ее. Молодую, хотя, может быть, средних лет… не важно… Она сказала мне, что я ее «друг», что я пожертвовал своей душой за тебя, и… Уитли поёжился. В окно влетела белая бабочка и начала топорщиться в стены и в потолок, криво подскакивая на своих крыльях и сигая по душному июльскому воздуху. — Она отдала мне свою. Она дала мне жизнь. И… потеряла все, что у нее осталось. Челл немного взволнованно поморщилась, и за ее темными бровями скрылись отведенные в сторону серые глаза. — Я имел в виду… Если она и была как дух, а может, и ангел, — Уитли поник. — То теперь из-за меня и моих проделок она — пустота. Ее больше нет. Нигде нет. — Что значит «нет»? — Машина, созданная Кейвом — огромное орудие для убийств. Он вложил всю злобу в нее, чтобы продолжать этим наживаться, верно? Я тоже это понял. И, наверно, поздно понял… очень поздно… — Ты был одержим. — Если даже Кэролайн, будучи в этой машине… Куда ты? Челл, как стрела, метнулась на чердак. Откинув около дюжины коробок, она схватила прыгуны, что носили испытуемые во время тестов. Не раздумывая и нацепив «железные прутья» к ногам, она бросила пустой взгляд на Уитли. — Ты спятила?! — ошеломленный ее действиями, сутулый загородил выход. — Ты не убийца, — остро ответила она. — Кейв что-то скрывал. — Одна ты никуда не пойдешь, понимаешь меня? — оскалился он, крепко сжав ее запястье до красных следов. Уитли перешагнул порог светлой комнаты вслед за ней. Он услышал, как шуршит трава. Не дожидаясь ее команд, Уитли крикнул: — Бежим! Челл, словно молодой гепард, сорвалась с места и помчалась вслед полям. Она чувствовала лед порывистого воздуха. Ей приходилось бегать в неудобных, спутывающих шаги ботинках, да еще и на цыпочках. Несмотря на это, она летела вперед. Уитли бежал за ней. Ветер толкал его в грудь. С каждым мгновением порыв становился сильнее, сердитее. И если в первые минуты бега он еле волочил ноги, страшась зацепиться за неуклюжую растительность под ногами и рискуя таким образом сломать себе шею или пару ребер, то сейчас он напыщенно летел вслед за Челл. Признаться, Эдем — деревня, в которой они жили, был в двух километрах от наземной будки лаборатории, ведущей к лифту. Добежать, делая короткие передышки в дороге, можно, совсем не заморачиваясь. Впереди — сухая трава, делимая июльским ясным небом, а жара совсем уже не ощущалась на беговой скорости. Вот и знакомые очертания высокой башни, разрушенной временем и протекающими там событиями, почти полностью и подвластно ушедшие вниз. Бóльшая часть лаборатории и так находилась под землей. Двое прошли через главный вход. Уитли озадаченно посмотрел на шахту без кабины лифта. В то время, Челл подала сигнал, что собирается прыгать в эту дыру. — Стой! Я-я кажется знаю… — Уитли приостановил ее. — Похоже, что лифт нам, впрочем-то, не нужен… нам нужно попасть к центру управления, а центр управления находится где-то левее моста, я помню. А еще… Нам даде не нужна портальная пушка. И ты знаешь, даже если, судить по нашим обстоятельствам, есть один выход, — Уитли приподнял брови. — Ты сможешь пройти через мост, а я пробегусь, пожалуй, по этой дурацкой лестнице… Дальше я пойду к центру управления, отыщу карту на компьютерном блоке, а там и открою тебе проход в тестовые камеры. Нет-нет! Я-я пойду с тобой! Я встречу тебя там… Дальше пойдем к Ней. Челл изумленно посмотрела на него. Уитли обернулся в ее сторону. — Ну… помнишь, я говорил что-то про мысли в своей голове? Так вот, у меня, похоже, остались какие-то собственные… хм… знания? Я знаю эту лабораторию с головы до ног! Наконец Челл уверенно рванула к мосту. Обежав медные трубы, она подпрыгнула на железных застежках и учуяла знакомый скверный запах, отложившийся в ее памяти, как бросают в копилку серебряную монету. Гул вентиляции заставил ее припомнить, песочный вкус железных цепей. Дотерпев до самого конца, она подпрыгнула, чтобы хоть одним глазом увидеть, что находится в самом конце моста. Ноги начали увязать. Она, не успев повернуть голову, ощутила толчок. Он был таким сильным, что ее сорвало с моста и пнуло в сторону. Челл попыталась что-то сделать, но успела лишь судорожно выпустить воздух сквозь сомкнутые зубы. Она упала на железный пол с высоты, сжалась, перекосившись, как живьем раздавленная змея. — Челл! — откуда-то сзади бежал задыхающийся Уитли. — Как ты? Девушка встала под его помощью и сплюнула сгусток крови. — Божечки… Это плохо, — Уитли обеспокоенно оттащил ее в сторону. — Проход… — Да, я нашел! П-пойдем, он… он тут, недалеко. Что с тобой случилось? Т-только расскажи… Челл кивнула головой в сторону отлетевшей панели. — Подожди… они… работают? — голос Уитли прервался от напряжения. — Зн-значит… я был прав. Экспериментальная комната в целости. Пойдем же… Он помог ей привстать. Железные «врата», ведущие к камере испытаний, показались им обоим безумно знакомыми. Турель, стоящая почти напротив них, не думала выстрелить, а панели плавно расправились, став подобием надежной лестницы. — А вот и гости. Длинный коридор сократился под подвижными камерами, затем снова распахнул крылья, удлинив в объеме стены и потолок. — Я знаю, зачем вы здесь. Но и не нужно так сильно напрягать свои головы. Они еще пригодятся. Потолок шевельнулся. В огромном объеме гигантский, необъятно высокой над полом и вдали от стен компьютерной сеткой выдвинулась колоссальная машина. GLaDOS обернулась вокруг оси пару раз, заставив панель на полу перекрыться и поднять выше небольшой держатель. Вернее, два держателя. На их крепких «лапах» были прицеплены два портальных устройства. Слегка поморщившись, Уитли оступился. Челл присела, чтобы поправить и перешнуровать ботинки. — Челл. Девушка не подняла и головы. — Если ты по-настоящему умеешь хранить молчание, то выслушаешь меня, как настоящий друг. До тех пор, как появилась ты, и до тех пор, как появился ты, Идиот… — И чем я опять насыпал соли тебе под хвост?! — …у меня была своя жизнь. И ты это знаешь. Но ты не знаешь, какая. Вернее, не у меня, а у чего-то, чем двигалась моя жизнь — тяжелым и мерзким. Ты будешь разочарована, но Кейв Джонсон, выдающийся ученый лаборатории «Эперчур Сайенс» действительно врал. И Кэролайн шла у него на поводу. Она держала за зубами то, что беременна. — Беременна… — Уитли отошел назад. — Угадай, кто появился на свет? Ты. Опасная, немая, сумасшедшая. Кэролайн продолжила тайно воспитывать тебя. Ей ничего не оставалось. Перед главным экспериментом, и ты очутилась здесь. И угадай в последний раз, что он сделал? Усыпил тебя на время. И притупил твою память. А потом сыграл свою смерть, отравившись от несчастных камней. Сыграл в ящик. Прыгнул через козла. Искупил вину. Подарил Кэролайн жизнь в убийственной машине. Челл непроизвольно побежала к дверям, ведущим в центр управления, а затем и в криокомнату. [Подтвердите вход.] [0004] [Принято. Ведется поиск.] [Информационный лист: ] • Ричард Хокинг [Ожидание…] [Состояние: Сон.] [Пульс определен: 72 удара в минуту.] • Арчибальд Дарвин [Ожидание…] [Состояние не определено.] — Давай же, ну! Старая машина… Челл, это старая машина! Не может быть, что кто-то взял и… [Состояние не определено.] — Хо-ро-шо… я взгляну… [Состояние не определено.] — А… а пульс? [Пульс не определен.] — Нет-нет-нет, что такое «не определен»? [Пульс не определен.] — Б-боже мой… не определен… • Кевин Аддерли [Ожидание…] [Состояние не определено.] [Пульс не определен.] — Я… так и знал… — Уитли осел на землю, закрыв лицо ладонями. — они мертвы… почти все… Его охватил панический страх. Этот ужас не дал ему продохнуть. И если возможно было вдохнуть воздуха на свободе, то здесь набрать той свежести в легкие было нереально. Нет, дело не в кислороде или в вони от труб и отходов — здесь пахло смертью, давно обитавшей в лаборатории. Челл взялась за управление. — Ищи на «К». Держи себя в руках. Ты хотела это знать. Она щелкнула на первую попавшуюся таблицу, ввела код и щелкнула по букве. К… Кэролайн. • Кэролайн Джонсон [Поиск…] [Ожидайте…] [Камера номер L31] У Челл словно оборвалось дыхание, а ноги подкосились. L32 — камера, из которой был выброшен Уитли, когда Кэролайн подарила ему шанс на свободу. И L31 — ни тела, ни признаков того, что она там не осталось, или хотя бы с тем, что она есть. Уитли подбежал к ней. Челл обессиленно легла на пол. Из ее глаз блеснули слезы. Теперь она полностью уверена, что Кэролайн больше нет. Нет даже ее тела. Перед глазами пронеслись года. Ее жизнь ничтожна. Она родилась — и была брошена. Треть жизни жила не с собой. Зачем она появилась на свет? Это было ошибочно? Может, она просто попала не в ту тарелку? Она лежала, разрывая глотку. Уитли поднял девушку неуклюжими от тряски руками и положил ее голову к себе на колени. Челл закрыла глаза. — Я… с тобой… — тихо шепнул он. — Ты… рыдаешь. Это… это нормально. Просто потерпи немного. Не пл… хотя… нет, не держи в себе! П-поплачь… выложи все это… слезы лечат душу…