Тени под звёздами

      Подростки очнулись с громкими криками, ещё не понимая где грань между видением и настоящим. Наваждение закончилось в момент их смерти в видении. Реальность смазалась для них. Смазалась настолько, что шатёр, в котором они лежали, обрёл свою форму лишь через несколько минут. — Вэн, Вэн, — простонал Никита, с трудом поворачивая голову. — Да, — ответила та, пытаясь подняться и скидывая одеяло. Всё кружилось и девушка держалась за собственную голову. Однако было ещё кое-что. Чувство лёгкости, будто что-то ушло из неё. — Ты, — он запнулся, — в порядке? — Не особо, — она встала. Парень лежал на небольшом столе, укрытый одеялом. Его голова была обмотана бинтом.       Трое полевых врачей — варн и двое гоблинов из Золотого рассвета — с удивлением уставились на них, когда Вэнди помогала Никите подняться. Оба хотели просто выйти наружу. Увидеть небо и солнце.       Врачи что-то им говорили, но подростки даже не заметили их, поэтому Вэнди, а следом и Никита, шатаясь, просто вышли из шатра.       На голубом вечернем небе проплывали редкие белые облака. Вокруг даже пели птицы. Ветер доносил жуткую вонь.       Молча подростки уселись на один из лежавших вокруг ящиков. Оба уставились на начинающийся закат, просто стараясь не думать. Ни о чём. — Оно ушло, — наконец произнесла Вэнди с облегчением. — Да, — тихо кинул парень.       Чужое солнце медленно скрывалось за горизонтом чужого мира. — Я… я не должен был… он не заслужил этого.       Вэнди кивнула.       Солнце флегматично скрылось за горизонтом, оставив после себя яркое свечение. Где-то вдалеке по дереву застучал дятел… или местный аналог дятла.       Несмотря на какие-то заявления врачей, они направились к месту, где, как подростки помнили, они оставили повозку. Дорога была не очень приятной — у края лагеря теперь лежали сотни тел — потери в битве, которые ещё не похоронили. Это было удручающее и печальное зрелище. Никита опустил глаза.       Когда они добрались до повозки, уже почти стемнело. Свет теперь давал лишь костёр рядом. До битвы подростки видели у этого костра с десяток варнов. Сейчас их было всего четыре.       Йсу’акра была приставлена к повозке. Отчего-то подросткам казалось, что меч был пуст. Мёртв — не подходящее слово для этого. Клинок и не был живым. Но теперь… теперь это был просто кусок железа.       Вэнди взяла меч и аккуратно положила его на крышу повозки. — Наконец-то всё это закончилось.       Парень не ответил, уставившись на землю.       Узнав, что они очнулись, к повозке пришёл сначала Хаскилл, который хотел проверить общее состояние подростков, а после Виктор. И если первый просто задал пару вопросов и ушёл, то второй уселся около костра и с полуулыбкой посмотрел на Никиту и Вэнди. Те, в свою очередь, хмуро уставились на огонь. — Что ж, я полагаю, теперь мы все можем взять себе хороший такой отдых, — Виктор послушал тишину пару секунд после своих слов, после чего вздохнул. — Ладно-ладно, я понимаю, что вам тяжело, но примите уж от меня немного человеческого внимания и поддержки. Этот старый хмырь вовек вас не поддержит.       Вэнди подняла глаза от костра. — Виктор, отстань от нас.       Мужчина хмуро что-то пробубнил себе под нос, после чего молча ушёл. Он не был в обиде на подростков, однако он ожидал более долгой беседы. И ожидал, что сможет изложить им то, что было у него на уме.       А было там многое.

***

      Следующий день подростки провели одни — Робби сидел с Идой, которая ещё лежала у врачей, но шла на поправку.       Однако днём к ним подошёл кое-кто весьма неожиданный. Никита заметно вздрогнул, когда к их костру вышел Кирилл. Парень выглядел очень плохо — тощий, со впалыми щеками и порванной одеждой. — Ты жив? — лишь смогла спросить Вэнди.       Кирилл молча привалился к одному из брёвен. — Да.

***

      Виктор с интересом смотрел на кусок стены, которую вырывал из мрака свет ламп. Перед ним были ровные ряды варнских рун, пусть и очень старых. — Это весьма интересно, — Бранд поглаживал бороду, смотря на символы, — был бы здесь Геррей… — Они были простыми шахтёрами? — удивлённо читал Виктор. — Тут ничего нет… — Это пока, — варн тихонько постучал посохом, — этой части туннелей тысячи лет. Они…       Маг рун углубился в чтение, повторяя текст вслух. Это наречие морлоша было очень старым и трудночитаемым. — Их история восходит к Великой Империи, хм, тут даже есть упоминание хладных, забавно. — Хладные это миф, разве нет? — Виктор подозвал к себе варна с лампой.(1) — Миф? Кто знает?       Мужчина ещё долго смотрел на руны, пока из темноты позади него не раздался голос гнома. — Изучаете историю? — спросил он, проходя к стене, держа руки за спиной. — В некотором роде, — ответил Бранд, указывая посохом на большой витиеватый символ, состоящий из нескольких рун и переплетённых линий, — это же пиктография! Сколько же лет Дум Стаммезу? — Варны пользовались пиктографией? — спросил гном. — Мне казалось, что после изобретения рунического алфавита, вы перестали использовать иероглифы. — А вы, как я погляжу, материалист, — варн сложил руки на груди и повернулся к гному. — Многие считают, что руны были подарены нам Прародителями или их слугами.       Гном усмехнулся. — А учёные считают, что языки появились иначе.       Варн хотел было что-то сказать и Виктору было крайне интересно, что же именно, но промолчал. Мужчина был крайне удивлён тому, что представители двух видов со столь связанной между собой историей имеют настолько разные взгляды на собственное прошлое. — Как бы ни было, — наконец произнёс Бранд, — варны использовали сложные пиктограммы очень долго после появления рун морлоша. Обычно ими обозначались сложные понятия, который, кхм, слишком резки для нашего восприятия. Гному будет сложно понять, почему. Вам разум устроен иначе.       Варн повернулся к стене и что-то бурчал себе под нос. — Этот символ значит… значит… — он запнулся.       Гном и Виктор с ожиданием уставились на Бранда. — Кхм, это очень сложный ассоциативный ряд, — наконец выдал он, — это может значить «Выход из клана», хотя скорее всего, имеется в виду Старая Империя Варнов, а также может значить процесс испражнения в самом его отвратном варианте — поносе. — Ох уж эти пиктограммы, — заметил Виктор. — Текст вокруг весьма странен, — Бранд поднял посох и указал навершием на изящные символы, которые периодически встречались среди угловатых рун. — я не знаю этих символов. — Это язык Первых Богов, — подсказал Виктор, — и их лучше не знать.       Гном с интересом взглянул на мужчину, но ничего не сказал. Пока Бранд корпел над рунами, Виктор сам обратился к гному: — Почему ты не сражался, когда мы убивали ту тварь внизу?       Гном молчал, очевидно, выбирая, отвечать ему или нет. — Потому что там был мой брат.       Бранд медленно повернулся к гному и подозрительный, настороженный блеск его глаз был хорошо виден даже во мраке. — Повтори-ка? — Мой брат тридцать лет назад нашёл карту к этой крепости, когда расследовал жестокие нападения на караваны в близлежащих мирах. Он оставил мне копии, а сам… отправился сюда и пропал без следа. У меня были планы крепости, но не было карты к ней.       Варн и человек переглянулись. — Это веская причина. — Мы сочувствуем, — добавил Виктор.       Гном направился к выходу. — Это уже не важно.       Через час к Бранду прибежал один из варнов, посланных Улхаймом. Он провёл Виктора и Бранда через лабиринт коридоров и переходов в зал двумя уровнями ниже Чертога Записей.       Мало кто из не варнов и не гномов когда-либо видел сокровищницу варнской крепости. Виктор впервые видел такие богатства в одном месте. И даже его, казалось бы, устойчивая к алчности, воля, почти дала слабину.       Сокровищница представляла собой большой чертог, размером с школьный спортзал, внутри которого стояло два ряда по шесть колонн, а между ними грудами лежало золото. Ближе к массивным стальным дверям стояли сундуки с рассортированными золотыми и серебряными монетами, а также камнями. А вот дальше… дальше груды монет, украшений, оружия, посуды и слитков возвышалась на человеческий рост, тускло поблескивая в неверном свете факелов и ламп. Свет отражался от полированных стен и пробивался сквозь слой пыли. — Столько золота… — пробормотал Бранд, после чего тряхнул головой, — подождите, оно может быть проклято. Скорее всего, оно проклято. — И мы всё тут бросим? — Виктор поднял с пола у его ног самородок золота размером с детский кулак и покрутил его в руках. — Не всё, — произнёс подошедший сзади гном, — мы заберём любые рунические артефакты. Остальное… скинем в шахты. Никто не должен найти это. — Но для здешних варнов сокровищем было не золото, — возразил Бранд, — они ценили проклятое железо, — он указал на груды сокровищ, — погляди на слой пыли, они даже не прикасались к ним.       Гном пожал плечами. Но слишком уж натужным был этот жест. — Тогда забирайте.

***

— Хаскилл, — вечером Виктор подсел к его костру и максимально тихо, продолжил, — тут что-то не так.       Тот кинул на мужчину хмурый взгляд, не понимая, что он имел в виду. — Ты о чём? — Гном этот. Он из какого-то тайного отделения Золотого Рассвета, готов поспорить. А о всей этой организации ходят суровые слухи. — Я всё ещё не понимаю. — Ух, — Виктор вздохнул, — помнишь, как гном скрывал всё, связанное с ним и его людьми в первый день?       Хаскилл кивнул. — А теперь он… разоткровенничался. Он даже позволил забрать золото из сокровищницы этой шахты. Думаю я, что гном задумал что-то плохое для нас. — Я учту это.

***

— Ты уже можешь ходить? — удивлённо спросила Вэнди, когда Ида, опираясь на Робби, пришла в лагерь. — Да, — огрызнулась она, — и трудами Виктора я здесь, а не лежу в на кушетке.       Вслед за ней пришёл Виктор. Мужчина сел у костра и произнёс: — Сегодня ночью собирайтесь, тихо и тайно. А потом быстро уезжайте из лагеря, — он протянул Никите два тяжелых тряпичных свёртка, — бегите в Ферхайм, а оттуда на Землю. Как можно более быстро и тайно. — А что случилось? — спросила Вэнди, когда Никита заглянул в свёрток. Внутри были золотые монеты и самородки. Второй он не развернул. — Потом всё объясню. Это… мера предосторожности. — Я еле на ногах стою, — кинула Ида. — Что ты от меня хочешь? — Именно поэтому ты едешь с ними на повозке. Возьмите Кирилла, а Робби поедет с нами.       Никита и Вэнди, ещё не особо понимая происходящее, кивнули.

***

1 - Хладные - общее название для расы ящероподобных существ, живших до становления общего летосчисления и поклонявшихся драконам. Многие считают их мифом.