Тени под звёздами

      Как сказал Виктор, как только наступила тёмная безлунная ночь, подростки быстро свернули лагерь. Благо, они встали на самом краю лагеря, так что их сборы прошли незамеченными.       Ветер мрачно выл в кромешной темноте вокруг, деревья стонали и трещали под холодными порывами. После гибели существа в глубине горы, сюда будто бы вернулась жизнь. Близилась непогода и все вокруг внезапно стало слишком живым.       Пока Никита, чертыхаясь, запрягал лошадь в повозку, Вэнди и Кирилл устраивали Иде лежанку внутри. Впрочем, они так и не успели закончить это, когда из лагеря ветер принёс сначала звуки переполоха, а затем криков и драки. Спустя мгновения раздалась стрельба. «Как же я устал!» буквально взмолил парень, забираясь на своё место. — В повозку! — Вэнди быстро помогла Иде забраться внутрь, а затем затолкала туда же Кирилла и закрыла дверь. Никита уже тронул лошадь, не прошло и минуты, как повозка въехала на тракт. «Да хоть бы выспаться!»       На тракте их ждали — несколько людей и орков с мушкетами преградили дорогу, целясь прямо в повозку. Парень поднял щит впереди за секунду до залпа, который должен был убить подростков и лошадей. В следующее мгновение повозка раскидала трёх людей и устремилась в кромешную темноту. — Вэн, за что нам всё это? — устало простонал парень, разглядывая в темноте очертания дороги. — Завались пока, — грубо ответила девушка, пытаясь удержать повозку на тракте. — Лучше подумай, что нам делать дальше.       Вэнди умела действовать отрезвляюще и Никита пару секунд просто сидел, пялясь в темноту. Парень был голоден, устал, хотел спать и, самое главное, он ненавидел себя за убийство Карла, которое ещё не до конца осознал. И он понимал, что будет лишь хуже. — Они будут нас преследовать, — наконец выдал Никита, отгоняя какие-либо мысли. — И куда мы поедем? До портала дня четыре пути, они нагонят нас. — Тогда нам нужно будет где-то отдохнуть.       Подростки кивнули в темноте. Оба хотели быстрее закончить этот путь хоть как-то. Ночь была холодной, а их одежда снова походила на лохмотья. — Тот лес, спрячемся там.       Почти пол ночи они ехали в тишине. Повозка тихо скрипела и дребезжала на неровной колее, эти звуки разбавлялись стонами и руганью Иды изнутри.       Спустя несколько часов, среди освещённой лишь звёздами темноты по краям дороги, подростки различили стену деревьев, но не свернули туда сразу, намереваясь проехать дальше. Никакой погони пока не было, но растущая тревога гнала их вперёд. — Стой, — Вэнди заставила парня остановиться, — найди съезд к лесу, а я отвяжу лошадь.       Парень кивнул и зажёг огонь на конце посоха. Ида что-то простонала, когда повозка остановилась, но Вэнди не различила что.       Медленно повозка проделал свой путь среди высокой травы, а затем начала петлять среди деревьев, углубляясь в лес. Проехав метров сто в лес, Никита отправился обратно к дороге, где посохом и парой палок, как мог в темноте, поправил траву и убрал следы повозки.       Тут с парнем случился конфуз и на обратном пути, от усталости, темноты и сонливости, он споткнулся о корень дерева и сильно приложился лицом об один из стволов.       Всего подростки осилили километр или около того среди деревьев. Вэнди шла впереди, ведя за собой лошадь и прокладывая путь среди кустов, а парень следом вёл повозку. Девушка постоянно чертыхалась в темноте и, после часа этого похода, просто привязала лошадь к одной из веток дерева. — Всё, я больше не могу. Останавливаемся здесь. — Наконец-то, — Никита вяло слез с повозки, — костёр или нет?       Девушка оглянулась по сторонам. Темнота была хоть глаз выколи. — Нет, просто положим спальник под повозку и вдвоём ляжем. — Без дозора? — Да какая разница?       Так они и уснули в ту ночь. Замёрзшие, голодные и уставшие. Однако утро было куда лучше ночи и подростков разбудило пение птиц и громкий шелест листвы в кронах высоко над их головами. — Мы живы, — простонала Вэнди, выбираясь наружу. Всё вокруг было мокрое от росы и лес ещё хранил ночной холод. — Какая прелесть, — следом встал Никита и окинул заспанными глазами пейзаж вокруг.       Вэнди прошлась к задней двери повозки и распахнула её. Робби и Ида спали, завернувшись в спальник девушки. — Ох, давай поедим и подумаем, — она закрыла дверь. В её голосе не было прежней решимости. Никита посмотрел на девушку и попытался улыбнуться. Парень знал, что одной из слабостей Вэнди было отсутствие цели — и сейчас был именно тот случай. Девушка не знала что делать дальше.       Солнце только начинало вставать где-то справа от них, подсвечивая кроны высоченных деревьев. Лес, который нависал над импровизированным лагерем со всех сторон, был древним и мрачным. Огромные дубы, в два раза выше нормального размера, как заметила Вэнди, мрачно шелестели кронами. Пение птиц оставалось красивым, но, казалось, пели они где-то в тёмной глубине леса. — Нам надо бежать с этого мира, — девушка посмотрела на тёмно-голубое небо среди кроны над ними. — Угу, — откуда-то из глубины своих мыслей откликнулся Никита.       Оба позавтракали лишь кусками хлеба с вяленым мясом и банкой кукурузы. Костёр они боялись разводить из-за погони и близости деревьев.       Ещё минуту они сидели молча, пока Вэнди не отобрала у парня ложку и не уставилась на него с оценивающим и тревожным взглядом. — Не думай об этом! Я знаю, что тебе тяже… — Я и не думаю, — устало ответил тот, — пока мы… в жопе, я не буду думать. Но когда всё это закончится…       Он не закончил и забрал ложку обратно. — Да, — будто бы уцепившись за эту идею, кинула Вэнди и вернулась к еде. Ей стало стадно от этой грубости. Она понимала Никиту — ему было плохо от убийства Карла, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что его ждало впереди. — Куда дальше? — спросил наконец парень, когда Вэнди уже пару минут сверлила взглядом дерево перед ней. — Если на нас напали те люди… солдаты Варина, то они наверняка будут ждать у портала на Елуа. Вряд ли мы пройдём через него. — А? Да, — девушка тряхнула головой, — а другие порталы тут есть? — Не знаю, в книге про этот мир вообще ничего не написано. — Хмм.       Однако тишину скорбного раздумий прервал резкий взрыв звуков — шаги, скрип десятков натягиваемых луков.       Два десятка фигур в тёмно-зелёных одеждах и плащах появились будто бы из ниоткуда. Ещё мгновение назад Никите и Вэнди казалось, что они одни на километры вокруг, а теперь на каждого было направлено несколько стрел.       Что удивило самих пришельцев, так это реакция окружённых — они не отреагировали. Парень с девушкой находились так глубоко в собственных мыслях, что осознали произошедшее лишь через пару секунд, когда к повозке вышел один из нападавших. Его одежда была такой же, как у остальных, но без маски и капюшона на лице. — Приветствую, — начал он на высоком рейкле без всякого акцента, однако с такой мелодичностью, что казалось, будто бы каждое слово было идеально отрепетировано, — мы не грабители и не убийцы, оружие — лишь мера предосторожности. «Может пусть они нас убьют?» меланхолично подумал парень. «Перестань» резко ответила Вэнди. «У меня нет другой одежды, а в повозке Ида и Кирилл.»       Видя отсутствие реакции, кроме усталого неотрывного взгляда, незнакомец улыбнулся. — Моё имя Лингален, я здесь по поручению Зраэля, хранителя гармонии этого леса. — А нам какое дело? Мы не входили в ваш лес, — кинула Вэнди. — Или вошли, — добавил Никита. — Вошли вообще-то, — кивнул Лингален. «Почему я не удивлена, что это не сработало?» «Планарные Эльфы» констатировал Никита. «Придётся слушать их занудство.» — Хранитель Гармонии приглашает вас в своё царство. — Выбора у нас нет? — спросила Вэнди. — Нет, это не то предложение, от которого отказываются, к тому же, вас преследуют несколько групп существ разных рас, — максимально мягко произнёс эльф, — Прошу вас сдать оружие. — Оно лежит рядом, — кивнул парень на свой посох. — Всё оружие, в том числе ваши камни. Девушка заметила, как один из эльфов покосился на ручку меча, который торчал из-за сидения повозки. — Кроме вашего меча, — торопливо добавил Лингален. — Оно уже мертво, — пожала плечами Вэнди.       Эльфы всё также неподвижно держали луки, когда Никита и Вэнди доставали камни из внутренних карманов одежды. Девушка попыталась сохранить нож, но это было замечено и пресечено. Однако эльфы заставили её взять меч. — Не беспокойтесь о ваших вещах, о их сохранности позаботятся. — Там в повозке ещё двое людей и одной нужна помощь. Но они не говорят на рейкле.       Эльфы опустили луки, а Лингален кивнул. В итоге он и ещё четверо его спутников повели парня и девушку через лес, а повозку повели остальные. Несмотря на влагу и прохладу идти было на удивление легко. Ни одного корня или камня не встретилось на их пути до самой дороги, хотя у Никиты ещё болел нос от вчерашнего падения.       После пересечения небольшого ручья, эльфы немного замедлили шаг. — Долго нам идти? — устало спросил Никита. — Пол вашего часа, — Лингален шёл прямо перед парнем.       Через несколько минут Никита помотал головой. — Странное чувство… это какая-то аномалия? Или ваша магия? — Хмм… мы не проходили через портал, а чувство… — Вэнди сжала кулаки, — будто бы тебя растянули. — Не удивлён, что Портальщики чувствуют такие вещи, — с некой радостью в голосе ответил Лингален, после чего пояснил: — Мы искривляем пространство в лесу. Незванный гость может годами идти вглубь леса, а вернуться обратно за пару минут, так и не найдя и следа нашего присутствия. Однако сейчас мы сокращаем наш путь. — Не по душе мне это, — заметил парень.       Через десять минут они отряд пересек небольшой деревянный мостик, судя по всему, перекинутый через глубокое ущелье, на дне которого текла река.       Стоило ногам коснуться земли за мостом, как необитаемый лес вокруг окрасился разноцветными огнями, преимущественно золотыми, светло-голубыми и зелёными. Но теперь потемнело всё вокруг и через кроны стало просматривалось тёмно-синее небо.       Высоко вверху, среди крон огромных дубов, секвой и неизвестных людям деревьев с белесыми стволами был построен целый город — небольшие домики, мостики, галереи и переходы переплетались будто ветви самих деревьев. Они вписывались настолько, что, казалось, были больше частью самих деревьев, а не чем-то рукотворным. Помня прочитанное о Планарных Эльфах, Никита и Вэнди не удивилсь бы, окажись это так. — Немногие из чужаков удостаиваются видеть Иирин Ни Тирин, на ваш язык это переводится как Крона среди Кроны. — Очень надеюсь, что это не будет последним, что мы увидим, — Вэнди первая отошла от шока и удивления. — Тогда рад сказать, что наш путь ещё не окончен.       Жизнь кипела в этом городе особым образом. Здесь не было шума и гама — однако Иирин Ни Тирин был полон звуков — музыка, пение — как птичье, так и эльфийское, разговоры… но всё это казалось частью леса.       Дальше путь лежал к одному из огромных деревьев. Внутри него находилась винтовая лестница, закрученная вправо — как читал Никита, большинство эльфов являлось левшами, поэтому оборонять такую лестницу им было проще. Лестница, однако же, не была вырезана в дереве. Она выглядела как часть дуба, будто бы его вырастили с лестницей внутри.       На самой вершине находилась круглая площадка, от которой отходили пять мостиков, к домам на других кронах. Людей повели по тому, что являлось некой главной улицей города — мосты были шире, а на каждой большой деревянной площадке находились дома или мостики к большим домам на других деревьях.       На мгновение Вэнди вспомнила узкие улочки Дум Кракка или огромные промышленные комплексы Драм-ар-драма. Мультивселенная была поистине удивительным местом. Местом, где возможно было всё. И девушка осознавала, что она не являлась частью чего-либо.       Никита взял её руку, чувствуя мысли Вэнди.       Чем дальше они шли вглубь города, тем больше эльфов встречали на своём пути — они зажигали фонари, развешивали украшения на улицах или аккуратно подравнивали кроны деревьев. Однако при приближении людей все они оборачивались и с разными выражениями на красивых лицах смотрели на пришельцев. Кто с любопытством, кто с недоверием и страхом, а кто-то и с нескрываемой неприязнью.       Улицы были залиты светом разноцветных фонарей, отчего казались сказочными, нереальными… — Мы идём к Хранителю, так? — спросил Никита, сглатывая. Эльф кивнул. — Есть ли какие-то особенности этикета при его дворе? — У него нет двора, — мягко ответил Лингален, — простой вежливости будет достаточно для общения. — Ааа, точно, баланс и всё такое… — буркнула Вэнди, пытаясь не дать сказочности этого места захватить себя. Девушка пыталась поднять в себе гнев, но не могла.       Вскоре отряд пересёк длинный мост и остановился у ворот большого дома, занимавшего всю крону одного из белёсых деревьев.       Стражники у ворот перекинулись парой фраз с Лингаленом, после чего резные деревянные ворота беззвучно распахнулись. Никита заметил, что даже петли в них были из дерева — будто живые, похожие на корни.       Позади находился небольшой холл, в конце которого ещё одни такие же ворота. — Мы попросим положить ваш меч сюда, — попросил Лингален, указывая на накрытый тонкой тканью столик у вторых ворот. — Оно несёт в себе тьму. Мы не позволим пронести его в тронный зал. — Не думаю, что оно теперь что-то в себе несёт, — Вэнди пожала плечами. Она оставила меч и встала у ворот рядом с парнем.       Когда створки открылись, перед людьми предстала неожиданная картина — то, что должно было быть тронным залом, на деле оказалось небольшой, меньше холла, комнатой с большим незастеклённым окном, несколькими креслами, стульями и столами. В остальном комната была сделана небогато и аккуратно — выдержанные в синеватых тонах мебель и стены лишь добавляли простой элегантности этому месту.       Рядом с окном стояли женщина и мужчина — старые даже по эльфийским меркам. Нет, они не выглядели старыми, но их поза, внешность и взгляд говорили о огромном возрасте. — Приветствую, — начал мужчина, — наше имя Зраэль. — Наше? — спросила Вэнди. — Вы любопытны, — произнесла женщина с белыми волосами. — Нас привели сюда скорее как пленников, чем как друзей. Что, кроме любопытства о тех, чья воля это была, можем мы сделать. — И мы извиняемся за это, — слегка опустив голову, произнесла женщина, — однако мы не хотели недоразумений в дороге и в городе. — То есть, мы вольны уйти? — спросила Вэнди. — Именно. — Но, как мы понимаем, — Никита вздохнул, — уйти — не лучшая идея.       Мужчина мягко кивнул. — Вы были преданы вашими союзниками и сейчас они желают вашей смерти. — А вы нет? — спросила Вэнди. — И что же вам нужно от нас? — с усталостью спросил Никита, который хотел лишь сесть на кресло.       Эльфы будто уловили его мысли. — Присаживайтесь, — указал мужчина на два кресла. — Будет негостеприимно заставлять гостей стоять. — Мы далеко видим и многое знаем. Тысячи лет мы следим и… воюем с варнами из Дум Стаммеза. Мы знаем о ваших делах и случившемся там. М знаем о битве перед вратами крепости. — И? — спросила Вэнди. — Вы перенесли великие ужасы и столкнулись с древним, ужасным злом. Мы знаем какие раны оно может оставить. Не только физические, но и душевные. Более двух тысяч лет мы вели оборонительную войну против варнов и слуг древних, которых вы называете Первыми Богами.       Мысленно парень и девушка переглянулись. Эльфы были правы. Хоть физические раны доставляли неудобства, но моральный урон был гораздо тяжелее. — Вы столкнулись с тем злом и зло не было выпущено. Это большая помощь для нас — если бы Культ Тёмного Клинка добился своей цели, баланс в этих землях был бы утрачен на тысячелетия, а наш народ изгнан или уничтожен. Мы благодарны вам и предлагаем помощь в отдыхе и залечивании ран.       Закончив последнюю фразу, мужчина, а вслед за ним и женщина склонили головы на несколько мгновений.       Никита и Вэнди молчали. С одной стороны их раны действительно были тяжелы. Их тревожили образы того, что они видели в под горой. С другой… после случившегося они не доверяли подобному предложению. Слишком заманчивым оно выглядело.       На этот раз Вэнди взяла руку парня. — Мы примем вашу помощь с благодарностью и… — Тяжестью, — закончил Никита, сжимая ладонь девушки. — Мы надеемся, что наша помощь избавит вас от тяжести и страхов, — женщина слегка улыбнулась. Вы можете оставаться у нас столько, сколько захотите. — А мы надеемся, что не станем жертвами очередного предательства, — хмуро произнёс Никита. — Вы имеете причины для подозрений, но оставьте свои тревоги вне этого леса, — добро ответила парню женщина. — А наши вещи и животные? — спросила Вэнди. — Будут в целости и сохранности доставлены к вашим покоям. — А двое двое людей, которые в повозке? — Никита поморщился. — Они не знают даже рейкла. — Мы позаботимся о них. — Мы бы хотели ещё узнать о том, что произошло позади нас, — тяжело произнесла Вэнди. — И спасся ли ещё кто-то?       Женщина мягко кивнула. — Небольшая группа варнов, несколько человек и эльф-альрай. Они направились вдоль гор на северо-запад. И их преследуют. — Так помогите им! — воскликнул Никита. — Там наши друзья! Дайте им… — Мы не сделаем этого, — прервала парня женщина, — наше существование секрет для мира. И, мы надеемся, так будет и впредь. У Золотого Рассвета длинные руки и низкие моральные принципы, несмотря на благие цели. Мы не будем показывать себя им или как-либо выдавать своё существование. Вы — исключение. Первое за много лет.       Никита долго смотрел на эльфийку, но промолчал.       Лингален ждал у выхода из зала. Его спутников уже не было, а сам эльф старался держаться подальше от стола с мечом. — Я буду вашим переводчиком и распорядителем на время вашего пребывания, — произнёс эльф. — Я думала, ты один из… солдат? — спросила Вэнди с интересом. — Нет, я… разведчик или торговец — слежу за тем, что происходит на соседних планах. Я также умею сражаться, но не состою в страже. — Понятно откуда знаешь язык, — кинул парень.       Лингален повёл их через мосты к окраине города — дома тут находились не в кронах, а ниже, вокруг стволов. Однако дома эти были не домами бедных — это были скорее чем-то вроде мест для медитации — тихие, в отдалении от основного города.       Лингален вышел на площадку и указал на небольшой молодой бук, в чьей кроне находился небольшой красивый дом, к которому вела одна дорога с мостика от площадке, а другая через лестницу снизу.       Бук рос поляне, прилегавшей к берегу большого озера.Поляна пестрела цветами на фоне яркой зелёной травы, а среди водной глади, на небольшом островке, виднелось огромное зелёное дерево. — Тут вас никто не потревожит. Пусть печали оставят вас здесь и… — Это мы уже слышали, — тут уже ответила Вэнди. — Не сочтите за грубость, но сейчас мы не в лучшем состоянии для учтивости. — В таком случае, ложитесь спать. В доме всё подготовлено для вас. Снизу стоят две ванны с горячей водой, если хотите.       Действительно, внутри кровать была заправлена и готова ко сну. Хоть в доме не было стекол в окнах, внутри всё равно было теплее, чем на улице. Над этим странным местом ночь уже вступила в свои права и воздух похолодал. И даже после ванны, на подростков вновь накатилось желание спать.       После часа или двух сна Никита проснулся, а затем не мог уснуть. Ещё через час он встал и вышел из комнаты, после чего просто сел прямо на траву перед домиком.       Никита редко замечал природу, она была для парня тем, что просто было. Как камни на дороге, к примеру.       Но теперь он сидел на необычно мягкой траве, окружённый темнотой и редкими звуками насекомых вокруг. Прохладный ветер с озера немного бодрил и без того бессонное тело.       Парень закрыл глаза и просто сидел. Множество мыслей клубились в его голове и, если бы не Вэнди, он бы уже давно был бы не в силах их сдерживать. Слишком много событий, слишком много странностей, слишком много смертей, ужасов, убийств…       Никита чувствовал себя старым. Будто за последний год прошло лет десять или больше. Ему даже стало одиноко на какое-то мгновение.       Он провёл рукой по траве.       Где-то в других вселенных его варианты умирали, где-то в других вселенных умирал сам мир. То, что Мультивселенная была НАСТОЛЬКО огромной до сих пор не давало ему покоя.       Внезапно на его плечи опустились руки. Нежно, мягко. Несмотря ни на что Вэнди умела ходить очень тихо.       Плеч парня коснулись волосы — девушка распустила их впервые за несколько недель. — Ты не одинок, — произнесла она, садясь рядом. — Но не мы двое, — ответил парень.       Они просто сидели и смотрели в темноту какое-то время, каждый в своих мыслях. И никто не лез в чужие. — Знаешь, — наконец начал Никита, — я понял одну вещь. Но не думаю, что мне стоит об этом говорить. — Ты сам начал, — просто ответила Вэнди. — Смерть — не проклятье, а дар. Смерть будет освобождением, в какой-то мере. — Мрачную вещь ты понял. — Боюсь, что это не последняя вещь, которую мне предстоит понять.       Они просто сидели и смотрели, но ровную гладь озера и отражавшиеся в нём звёзды. А потом они банально пошли спать и заснули почти в тот же момент, как закутались в одеяло.