Big, brown eyes and a heartbeat

– До вечера, мам! – прокричал Чанбин, хлопая за собой дверью. Его мать скорее всего сейчас ругалась на него из кухни, чтобы он больше не хлопал дверью, иначе та скоро слетит с петель, но Чанбин ее не слышал, да и его это не особо волновало. Он схватил свой скейтборд и надел наушник. Только один, ведь ему все еще нужно было быть в курсе того, что происходит вокруг. Он не горел желанием попасть под машину или врезаться в дерево или в скамейку (что было бы уже не впервые, кстати). Его скейтборд был черным, просто черным, так как у Чанбина не хватало денег на какое-нибудь супер оригинальное изображение, хотя на обратной стороне все же была небольшая белая надпись: «Мы дети неудачной революции». Провокационно. Чанбин считал это крутым, а вот его друг Джисон наоборот лишь посмеивался. Но у Джисона самого была доска с фейковым лого Supreme, так что он был по факту ничуть не лучше Чанбина. Парень поставил доску на асфальт, прыгнул на нее и оттолкнулся посильнее, чтобы набрать скорость, отдаляясь от своего двора. Чанбин жил в хорошем районе, который находился всего в 25 минутах езды на автобусе от центра города, где по ночам жизнь билась с особой силой. Район же был спокойным, жили здесь в основном семьи и старики. И богачи. Чанбин помахал рукой соседу, косившему газон, и прибавил скорости. Скейтпарк находился всего в паре блоков, и это основная причина, по которой он любил место, где жил. Чанбин был довольно хорош в скейтбординге. Не про, конечно, но уже далеко и не любитель. Он знал несколько трюков и как управлять доской. Он даже выиграл несколько соревнований, так что парень был хорошего мнения о своих навыках. Чанбин сунул руки в карман худи (Thrasher, само собой) в поисках телефона и позволил небольшому склону нести его вниз. Улица была пуста из-за палящего солнца, от которого все попрятались по домам (и да, худи была теплой, но Чанбин должен был держать марку). Идеальный день, чтобы выучить пару новых трюков, как сказал бы Минхо. Чанбин опустил взгляд всего на секунду, чтобы набрать сообщение Джисону, что он уже в пути. Следующее, что помнит Чанбин – то, как он врезался во что-то и упал на землю. Его телефон отшвырнуло в сторону, а ладони жестко встретились с асфальтом. Его колени с силой проехались по земле, и было трудно не услышать звук рвущейся ткани. – Воу, что за х... – Какого чёрта, чувак? Смотри, куда едешь! Пульсирующая боль в левом колене была настолько сильной, что Чанбин чуть не взвыл. Чуть. Он привык падать со скейтборда и стирать колени с локтями до крови, так что для него это было не в новинку, да и он уже не ребенок, он не должен плакать из-за каких-то царапин. Он быстро поднялся на ноги и оглянулся в поисках телефона. Тот лежал в паре шагов от парня, слава богу, без особых повреждений. Экран уже давно был потрескан. Чанбин развернулся, чтобы посмотреть, что или скорее кого он сбил. Он уже был готов высказать в лицо этому человеку все, что вертелось на языке, но слова буквально застряли у него в горле. Парень сидел на земле, потирая свой локоть. Он упал после столкновения и, видимо, тоже поранился. Доска Чанбина была рядом с ногой парня. Джинсы его были так сильно порваны, что это уже не было похоже на одежду. На нем были черные конверсы и футболка с группой, о которой Чанбин никогда не слышал, но не это привлекло его внимание. Парень выглядел странно. Не в плохом смысле, а скорее в интригующем. Он вроде как был красивым, но про парней обычно так не говорят, да? У него были взъерошенные рыжие волосы, слегка завивающиеся в кудряшки и нависающие над лбом, а в ушах куча разных украшений. – Ну и на что, мать твою, ты пялишься, а? – спросил парень, поднимаясь на ноги и отряхивая одежду от пыли. В украшениях были не только уши. У парня был также пирсинг на нижней губе с двух сторон (укус змеи, вспомнил название Чанбин) и кольцо в носу. И раздраженное выражение лица. – Ох, ну даже не знаю, наверное на того, у кого хватило тупости на абсолютно пустой улице прыгнуть мне под колеса? – выпалил в ответ Чанбин. Он не позволит какому-то недо-рокеру-оборванцу наезжать на него. – Что, прости? Это ты пялился в телефон, а не я, – у парня был низкий бархатистый голос, а в его речи слышался акцент. “Значит, он точно не отсюда”, подумал Чанбин. – То есть ты хочешь сказать, что это моя вина, что я не увидел тебя за кустами? – голос скейтера, наоборот был довольно грубым. – Ты бы заметил, если бы не таращился в свой телефон – Нет, не заметил бы – А я говорю, заметил – Нет – Да Он сейчас действительно ругается с совершенно левым человеком? Обычно они извиняются и идут по своим делам, но у этого парня хватило смелости продолжать спорить и нахально смотреть на Чанбина с поднятой бровью. Бровью с небольшим порезом. Да кем, блять, он себя возомнил? – Нет – Ой, да какая нахер разница. У тебя кровь идет, – Чанбин ухмыльнулся своей победе, прежде чем опустить взгляд вниз. Его черные джинсы порвались на коленке, а из маленькой ранки текла кровь. Он быстро вытер колено краем рукава, чтобы проверить, насколько велика рана. – Это просто царапина. Это была не просто царапина, но Чанбин не собирался тратить на этого парня больше необходимого времени. – Ты уверен? – спросил он. В его голосе и взгляде чувствовалось волнение. Впечатляющие перемены, подумал Чанбин. – Я не умираю, спасибо большое. Он швырнул доску колесами вниз и встал на нее одной ногой. Рыжеволосый парень неловко поглядывал на него, и Чанбину даже стало его немного жалко. Он не собирался быть таким грубым, но эй, это не его вина, что они столкнулись, да и этот чувак первым полез спорить. – Не забудь проверить, как твой локоть, – сказал Чанбин, прежде чем оттолкнулся ногой от земли и наконец отъехать. Его нога болела, да, но ничего серьезного. Скорее всего она поболит пару дней, но, как говорится, «нет боли – нет роста». Внезапно парень за ним что-то прокричал, но Чанбин уже повернул за угол и не услышал его. Да и ему ли не похер? Наверняка он хочет еще о чем-нибудь поспорить. Возможно, его телефон разбился или типа того, и Чанбин уж точно не собирался за это платить. Да, возможно, ему стоило смотреть на дорогу, а не в телефон, но это же была всего лишь короткая смска, которая заняла всего пару секунд. Да и он бы заметил парня, если бы тот не прятался за живой изгородью. Чанбин стал разгоняться еще сильнее, парк был совсем рядом. К слову о парне с улицы. Взъерошив свои волосы, он заметил кое-что на земле. Пара наушников. Он поднял их и крикнул черноволосому скейтбордисту, но тот его просто проигнорировал. У парня было ощущение, что он еще встретит этого (милого) скейтера, поэтому засунув наушники в карман джинсов пошел обратно в дом, чтобы поискать пластырь. У скейтера очень мило краснели уши, когда он начинал злиться. * * * – Ребят, есть у кого-нибудь пластырь? – прокричал Чанбин, въезжая в парк. Его друзья сидели за одним из столов недалеко от перил. В парке было достаточно просторно и он был хорошо оснащен, поэтому здесь тусовалось много различных компаний. Некоторые из них сидели в тени деревьев, которые росли вдоль парка. Чанбин, будучи местным, узнал пару знакомых лиц, которые он видит здесь практически каждый день. Скейтпарк был довольно классным. Там были и рейлы, и рампы, и перила, и много всего другого необходимого для трюков – только скажи, в парке есть все. Также там была огромная стена, изрисованная граффити. Они были на самом деле повсюду, но Чанбина это не особо волновало. Они ему нравились, он считал это искусством. По его мнению, чем нелегальнее, тем лучше. – Что ты сделал на этот раз? – спросил Чан. Он был самым ответственным среди всех 8 парней. Чанбин спрыгнул со скейта и, наступив на конец, подхватил его рукой. – Врезался в незнакомца, – ответил парень и сел между Джисоном и Хёнджином. Чан протянул ему пластырь, и Чанбин наклеил его на коленку, не парясь о том, чтобы прочистить рану, и надеясь, что туда не попадет инфекция. – Выглядит больше чем просто столкновение, – сказал Уджин с игривой усмешкой на лице. – Он сам попал мне под колеса. Не мои проблемы. Старший закатил глаза, прекрасно понимая, кто на самом деле был виноват в случившемся. Чанбин потянулся в карман за телефоном, когда его осенило: его наушники. Он на секунду закрыл глаза и застонал, привлекая удивленные взгляды друзей. – Я выронил наушники, – Джисон рассмеялся над неудачей Чанбина, за что почти получил удар в плечо. Он лишь надеялся, что парень поднял их или что они остались валяться на том же месте. Оба варианта казались маловероятными. Честно говоря, на месте того парня Чанбин бы просто выбросил наушники в ближайшую мусорку. Ребята продолжили их беседу о новых скейтбордах от Supreme. Чанбин был больше по Antihero, чего не скажешь о Джисоне и Чонине, которые были вне себя от новых досок Supreme. Чанбин позволил своему разуму расслабиться, не вникая в разговор (ака не перебивайте 10-минутную речь Джисона о том, почему же скейты от Supreme самые лучшие). Вскоре он осознал, что думает о том парне. Они были примерно одного возраста, и Чанбин уверен, что он переехал совсем недавно. Это звучит довольно логично, если только этот парень не какой-нибудь сталкер, решивший поошиваться у чужого двора. А его забавный акцент. Может он из-за границы? – Никто не хочет пойти на хаф-пайп? – встрял в разговор Сынмин. Чанбин поднял руку вместе с Чаном и Хёнджином. Вчетвером они встали из-за стола, оставив других четырех ребят спорить о том, кто же лучше – Marvel или DC. * * * Хаф-пайп был занят, поэтому ребята пошли на разгонку. Нога Чанбина все еще слегка побаливала, но ему это не помешало выполнить пару трюков. Базовых трюков, правда, но парень не был уверен, что справится с более сложными сейчас, все-таки он не хотел встретиться с асфальтом во второй раз. Чан выполнял какие-то безумные прыжки на его доске, получая аплодисменты от группы ребят, сидевшей рядом. Чан был довольно популярен в кругах скейтбордистов: он выиграл большое количество соревнований, чем и заработал свою популярность. И он казался очень крутым, особенно тем, кто не знал его лично. Татуировки, пепельные кудрявые волосы, студент университета и легкий акцент в его речи. Стоп. Акцент! Такой же как у того парня с улицы, ну разве что у него он более заметный. – Из-за чего паришься? – Сынмин подъехал к Чанбину и вырвал того из его размышлений. – Не из-за чего, – безразлично ответил Чанбин. Ничего его не беспокоило. С чего бы ему вообще о чем-то париться? Это был прекрасный солнечный день, он весь вспотел в своей худи, а еще он потерял наушники. – Че врешь-то. Ты сегодня какой-то слишком уж тихий. – А ты слишком надоедливый. Все в порядке. Я просто немного устал, а еще эта жара просто убивает, – сказал Чанбин. – Ты же понимаешь, что ты один тут стоишь в черной худи...? – Да – Придурок… Снимай давай! – прокричал Сынмин и направился обратно к рампе. Да, Чанбин действительно придурок. Он снял худи, выставляя на показ белую футболку. Уже не такой стильный, но зато теперь он не умрет от жары. Чанбин завязал худи на поясе и последовал к рампе за Сынмином.