В тумане тайн

Впервые за много дней солнце смело улыбается в окна, бросая весёлые лучики на краешек письменного стола, книжную полку, столик с твоими любимыми духами. Я смотрю на блики света в волнах каштановых волос и не могу поверить, что всё это наяву. — Я долго спала? — ты вопросительно смотришь на меня, облокотившись на подушки. — Почти сутки, — улыбаюсь в ответ. — Ничего, тебе это необходимо сейчас. Я ставлю один из стульев к кровати и сажусь рядом, чтобы взять тебя за руку, чтобы ты знала, что я всегда рядом. — Мне казалось, что я умерла, — в твоём шепоте — нотка затаённого страха. — Доктор сказал, что твоей жизни ничто не угрожает, — успокаиваю её я, а потом решаюсь добавить ещё кое-что. — Знаешь, врачи были удивлены, что ты, по сути, какое-то время была мертва. Душа покинула тело, но что-то задержало её на земле и не дало уйти. — Или кто-то, — ты чуть наклоняешь голову набок и загадочно улыбаешься в ответ. — Драко, мне кажется, я совсем тебя не знаю. То есть знаю не такого, какой ты сейчас, какой на самом деле. — Это поправимо, — весело отмахиваюсь в ответ. — Главное, что я тебя знаю теперь очень даже неплохо. Мне кажется, или по щекам Грейнджер проскользнул лёгкий румянец после этих слов? Но она не показывает смущения, а лишь тянется к серебряному кулону на тонкой цепочке, который никогда не снимает. Легкое движение пальцев — и миниатюрный цветок раскрывается, роняя свернутый во много раз маленький кусочек пергамента. — Если мечту записать, то она обязательно сбудется, — объясняет она и протягивает мне пожелтевший от времени клочок. — Я знала, что сбудется. Под её внимательным взглядом я разворачиваю записку и едва не выпускаю его из пальцев от неожиданности. Только несколько строчек, аккуратно выведенные красными чернилами. «Это странная мечта. Но ведь есть сказки о принцессах и чудовищах, о храбрых рыцарях и злодеях. А я мечтаю, чтобы в моей жизни появился настоящий рыцарь, который спасёт меня от всего. Возможно, это слишком наивно, но я верю, что ты есть, мой светлый рыцарь, за которым пойдёт моя душа, даже если я погибну. Я — с тобой». — Гермиона, — потрясённо выдыхаю я, с трудом подбирая слова. — Но я ведь не рыцарь. — Это даже лучше. Ты задорно улыбаешься и делаешь движение навстречу, привлекая меня к себе в долгом и волнующем поцелуе. И только сейчас понимаю, что ради тебя я готов стать даже тем самым светлым рыцарем, который всегда был с тобой в мечтах. И пусть я уже многое знаю о тебе, а ты — ничего обо мне, впереди у нас — целая жизнь…