Дети Сакомаки

— Первый этап — приветствие команд. Начинает академия Ретей, — объявил директор спец-школы.       После этих слов Сакомаки и Муками вышли в центр зала. Их появление сразу изменило атмосферу. Ученики Ретей встретили свою команду сдержанными, но уверенными аплодисментами, а трибуны спец-школы притихли, ожидая, что покажут соперники. Команда Ретей выглядела безупречно. Чёрная форма, ровные линии, спокойные лица, уверенные шаги. Они встали так, будто заранее знали своё место на сцене. Даже Шу, который обычно всем видом показывал, что ему лень жить, сейчас выглядел собраннее обычного. Рейджи стоял ровно, строго, словно контролировал не только себя, но и всю команду. Аято ухмылялся с привычной самоуверенностью, Канато крепче держал Тедди, Лайто улыбался зрителям, Субару хмуро смотрел вперёд. Муками держались чуть отдельно, но всё равно выглядели частью общего выступления.       Музыка началась резко. Это была мрачная, напряжённая мелодия, похожая на открывающую тему аниме. В ней слышались тревога, опасность и что-то завораживающее. Сакомаки начали первыми. Их голоса звучали холодно и уверенно, будто они не просто пели, а рассказывали историю о тьме, крови, власти и неизбежности. У каждого была своя манера исполнения: Аято пел дерзко и напористо, Рейджи — строго и точно, Шу — низко и лениво, но от этого ещё сильнее, Субару — грубее и резче, Райто — мягко, почти насмешливо, а Канато добавлял в песню странную, тревожную нотку.       Зал слушал внимательно. Потом к ним присоединились Муками. Их часть звучала иначе: менее аристократично, но более резко и эмоционально. Руки держался спокойно, его голос будто вёл остальных за собой. Коу пел ярче, почти сценически, Юма добавлял грубую силу, а Азуса — тихую, болезненную странность.       После песни начался танец. Он был построен на контрасте. Сакамаки и Муками двигались вместе, но каждый сохранял собственный стиль. В этом и был смысл их выступления: они братья, они одна команда, но все разные.       Аято двигался резко и уверенно, будто каждый шаг был вызовом. Рейджи — точно и сдержанно, словно даже танец подчинялся его внутреннему порядку. Шу двигался меньше остальных, но каждое его движение было плавным и ленивым, будто он не тратил лишней силы. Канато делал движения чуть рвано, странно, местами почти кукольно, из-за чего от него трудно было отвести взгляд. Лайто танцевал легко, пластично, слишком красиво и опасно. Субару был самым резким: его движения выглядели так, будто он сдерживает удар.       Муками добавили другую энергию. Руки двигался уверенно и холодно, Юма — мощно и широко, Коу — ярко и артистично, будто вся сцена принадлежала ему, а Азуза — мягко, почти болезненно, но очень точно.       Вместе они выглядели не как дружная семья, а как стая, где каждый опасен по-своему. Когда музыка закончилась, зал на секунду замолчал, а потом раздались аплодисменты. Ученики Ретей хлопали особенно громко. Спец-школа тоже аплодировала, но сдержаннее — не потому, что выступление было слабым, а потому что теперь всем стало ясно: соперники пришли не проигрывать.       Кейт стояла рядом с командой спец-школы, скрестив руки на груди. — Неплохо, — тихо сказала она.       Зира удивлённо посмотрела на неё. — Это сейчас был комплимент? — Нет. Констатация факта. — От тебя это почти признание таланта.       Гера чуть улыбнулась, но взгляд не отводила от соперников. — Они сильны в подаче. Нужно быть аккуратнее.       Ксюша тихо хмыкнула: — Значит, нам нужно быть не аккуратнее, а ярче.       Кейт медленно улыбнулась. — Вот это уже правильнее.       Судьи начали выставлять оценки. Рицука взяла микрофон первой. — Выступление получилось сильным и атмосферным. Хорошо передан образ команды, каждый участник был заметен. Но танцу не хватило немного большего взаимодействия между всеми участниками. Я ставлю четыре балла.       Юи взяла микрофон после неё. Она посмотрела на Сакамаки и Муками внимательно, почти спокойно. — Песня была исполнена хорошо, голоса сочетались. Танец тоже выглядел уверенно, но местами вы будто выступали рядом, а не вместе. Для приветствия команды это важно. Я ставлю три балла.       Того усмехнулся и взял микрофон последним. — Мне понравилась энергия. Вы показали характер, силу и достоинство Ретей. Четыре балла.       Один из директоров поднялся. — Итак, команда Ретей получает одиннадцать баллов из пятнадцати!       На трибунах Ретей раздались аплодисменты. Аято довольно усмехнулся, Коу слегка поклонился зрителям, Рейджи выглядел спокойным, но по его взгляду было видно: результат его устроил не полностью. — Команда спец-школы, прошу на сцену! — объявил директор.       Зал сразу оживился.       Ученики спец-школы загудели, кто-то начал свистеть, кто-то выкрикивал клички участников. Когда команда вышла вперёд, трибуны будто взорвались.       Команда спец-школы вышла в центр зала. Трибуны тут же оживились: ученики зашумели, кто-то начал выкрикивать клички участников, кто-то хлопал в ладони, поддерживая своих. Но стоило Гере поднять руку, как зал постепенно стих.       Она не стала ничего объяснять. Не произнесла ни длинной речи, ни красивого вступления. Просто сделала шаг назад, вставая рядом с командой.       Музыка началась тихо.       Сначала свет в зале оставался ярким. Команда двигалась в обычной школьной форме спец-школы: чёрные жакеты, белые рубашки, цветные акценты, цепочки и строгие детали. Их движения были лёгкими, почти бытовыми: шаги напоминали обычный школьный день — разговоры в коридорах, споры перед уроками, смех на переменах, тренировки после занятий. Они пересекались друг с другом, менялись местами, коротко касались плечами, расходились и снова сходились, будто показывали жизнь, в которой всё кажется привычным и почти человеческим.       Гера двигалась спокойно и собранно, словно удерживая общий ритм. Зира добавляла в танец живость: улыбалась, резко разворачивалась, будто превращая каждое движение в игру. Кейт держалась чуть в стороне, двигаясь точнее и жёстче остальных, но всё равно оставалась частью общего рисунка. Ксюша легко скользила рядом с ней, почти незаметно, по-кошачьи мягко. Парни поддерживали общий темп, создавая ощущение команды, где каждый занят своим делом, но все связаны между собой.       А потом свет резко погас.       На секунду зал утонул в полной темноте. Когда зрители уже начали перешёптываться, в центре вспыхнули светящиеся элементы. Не вся команда — только одна пара. Зира и Саша.       И теперь они были уже не в обычной форме. Их одежда изменилась: тёмная, сценическая, с яркими светящимися линиями, которые подчёркивали каждое движение. В темноте зелёные акценты Зиры и холодные отблески формы Саши выглядели почти нереально. Их танец стал резче, глубже, опаснее. Если при свете они казались обычными учениками, то сейчас перед залом будто открылась другая сторона их сущности.       Зира двигалась дерзко, с хищной улыбкой, уходя из рук Саши в последний момент. Саша ловил её ритм, отвечал на каждый поворот и каждый выпад. Их танец был похож на спор, в котором никто не хотел уступать, но оба слишком хорошо понимали друг друга.       Свет вспыхнул снова. И команда опять оказалась в обычной форме, в дневном образе. Движения стали спокойнее, проще, почти привычнее. Зрители словно на мгновение вернулись из ночи обратно в обычный школьный день.       Но музыка изменилась. Свет снова погас. Теперь в темноте остались Кейт и Кирилл.       На них тоже была уже другая одежда — тёмная, светящаяся синими и серебристыми линиями. У Кейт голубые элементы подчёркивали резкие движения рук и повороты корпуса, а у Кирилла свет словно собирался вокруг плеч и рук, создавая ощущение скрытой звериной силы.       Их часть была не мягкой. Это был почти бой, спрятанный в танце. Кейт резко уходила от него, Кирилл догонял, подхватывал, отпускал и снова оказывался рядом. В каждом движении чувствовалось доверие, но и напряжение тоже. Они не выглядели нежной парой — скорее двумя хищниками, которые знают силу друг друга и поэтому двигаются на грани. Когда свет снова включился, они уже стояли вместе с остальными, опять в школьной форме, будто ничего не произошло. Будто ночная сущность исчезла так же быстро, как появилась.       Зал молчал внимательнее прежнего.       Следующее погружение в темноту оставило в центре Геру и Костю. Фиолетовые линии на одежде Геры светились мягко, почти мистически. Красные акценты Кости выглядели глубже и опаснее. Их танец был спокойнее, чем у остальных, но именно этим цеплял сильнее. Гера двигалась плавно и уверенно, а Костя следовал за ней как тень, всегда оказываясь рядом в нужный момент. Он не пытался вести её грубо или забрать внимание на себя. Наоборот, он будто подчёркивал её силу.       Свет на секунду выхватил их лица: спокойное, почти холодное выражение Геры и сосредоточенный взгляд Кости. В этой паре не было показной страсти. Было другое — поддержка, доверие и тихое обещание не отступать.       Потом свет снова вернул всех в дневной образ.       Команда двигалась вместе, как обычные ученики, будто все эти тёмные вспышки были лишь тайной, которую зрителям позволили увидеть на несколько секунд.       Но ночь возвращалась снова.       Ксюша и Лео оказались в центре следующими. В темноте синие линии на форме Ксюши вспыхнули рядом с мягким золотистым светом Лео. Их танец был легче, быстрее, игривее. Ксюша двигалась почти бесшумно, резко меняла направление, ускользала из рук Лео и тут же появлялась рядом. Лео улыбался, подстраивался под неё, иногда догонял, иногда позволял ей вести.       Их часть дала залу передышку — не такую мрачную, но всё равно с тайной. Казалось, даже в самой обычной улыбке у них спрятано что-то нечеловеческое. Последними в темноте появились Элла и Римус.       Их свет был холоднее. Синие линии Эллы выглядели как отражение воды, а тёмно-красные акценты Римуса — как предупреждение. Она двигалась плавно, почти невесомо, а он — резко и хищно. Их танец был странным, красивым и немного тревожным. Элла будто ускользала, не сопротивляясь, а Римус будто никогда не торопился, потому что знал: всё равно окажется рядом.       Когда свет включился в последний раз, вся команда снова была в обычной форме. Они двигались вместе — уже быстрее, увереннее, ярче. Дневная сторона и ночная словно переплелись. Школьная форма больше не выглядела просто формой: теперь за ней чувствовалась скрытая сила. Зрители уже понимали, что обычная жизнь этих ребят — только одна сторона. Вторая просыпается в темноте.       Музыка стала громче. Свет погас полностью.       В темноте вспыхнули все светящиеся элементы сразу. Теперь вся команда была в ночных образах. Они выстроились в общий рисунок, двигаясь синхронно, мощно и красиво. Это уже не были просто ученики спец-школы. Перед залом стояли ведьмы, демоны, оборотни, маги, вампиры, неко — те, кто днём умеет притворяться обычными, а ночью показывает настоящую сущность.       Финальный удар музыки прозвучал резко. Свет вспыхнул.       Команда застыла в последней позе. Гера стояла впереди, спокойная и величественная. Зира — с дерзкой улыбкой. Кейт — с холодным взглядом, направленным прямо на соперников. Ксюша — рядом с ней, чуть прищурившись. Парни стояли позади, создавая ощущение крепкой стены.       Зал на секунду замолчал. А потом трибуны спец-школы взорвались аплодисментами. Крики, свист, топот ног — всё смешалось в один гул. Даже часть учеников Ретей не смогла удержаться и зааплодировала. Номер был слишком сильным, чтобы делать вид, будто он не впечатлил.       Но команда ещё не закончила. Когда шум немного стих, участники перестроились. Свет стал мягче, но не таким ярким, как в начале. В воздухе всё ещё оставалось ощущение ночи. Зазвучала песня «Ведьма и экзорцист».       Теперь они не танцевали так активно, как в первом номере. Песня стала продолжением показанной истории. Девушки и парни пели по очереди, будто вели спор между двумя сторонами: той, что прячется днём, и той, что выходит ночью.       Гера начала спокойно, почти как заклинание. Её голос звучал ровно и уверенно, удерживая внимание зала. Зира подхватила ярче, с насмешливой дерзостью, добавляя в песню огонь и игру. Кейт вступила холоднее и сильнее, будто бросала вызов не только соперникам, но и всем, кто пытался когда-либо ей приказывать. Ксюша звучала мягче, но в её голосе чувствовалась хитрость, словно опасность может быть тихой.       Парни отвечали им по очереди. Кирилл — хрипловато и уверенно, Саша — спокойно и собранно, Костя — глубже и мрачнее, Лео — легче и живее. Элла добавила холодную, почти мистическую ноту, а Римус — ядовитую насмешку.       К финалу голоса слились вместе.       Песня закончилась на сильной ноте, и зал снова взорвался аплодисментами. На этот раз даже судьи не сразу взялись за микрофоны: им понадобилось несколько секунд, чтобы дождаться тишины.       Рицука первой взяла микрофон. — Это было очень ярко. У вас была идея, история, движение, взаимодействие и сильная визуальная подача. Особенно хочу отметить работу со светом и парные фрагменты. Пять баллов.       Трибуны спец-школы снова взорвались аплодисментами.       Юи взяла микрофон второй. Она улыбнулась, но старалась говорить как судья, а не как мама. — Я постараюсь быть объективной. Песня была исполнена эмоционально, танец хорошо раскрывал смысл номера. Было видно, что команда не просто повторяет движения, а проживает их. Пять баллов.       Кейт на секунду отвела взгляд, но уголки её губ едва заметно дрогнули. Того взял микрофон последним. Он смотрел на команду долго, особенно на Геру, Зиру и Кейт. — Сильное выступление. Необычное, дерзкое и хорошо поставленное. Видно, что команда понимает свои сильные стороны. Пять баллов.       После этих слов зал снова загудел. Директор спец-школы поднялся. — Команда спец-школы получает пятнадцать баллов из пятнадцати!       Зира тихо прошептала: — Вот так надо начинать день.       Кейт не сводила взгляда с Руки. — Это только начало.       Руки смотрел на неё молча. На его лице не было улыбки, но в глазах появилось признание: спец-школа действительно была серьёзным соперником.       Рейджи поправил очки и тихо сказал: — Они подготовились лучше, чем ожидалось.       Аято недовольно фыркнул: — Это ещё ничего не значит.       Шу лениво посмотрел на табло. — Пока значит.       Субару хмуро молчал, но тоже смотрел на команду спец-школы внимательнее, чем раньше. Первый этап закончился. Счёт был объявлен на табло: Ретей — 11 баллов. Спец-школа — 15 баллов.       И теперь уже никто в зале не сомневался: соревнования будут куда серьёзнее, чем обычное школьное шоу.