Дети Сакомаки

      Бал закончился не резко, а будто медленно растворился. Музыка стала тише, последние пары остановились в центре зала, кто-то ещё смеялся у столиков, кто-то прощался с новыми знакомыми, кто-то устало снимал туфли прямо у выхода, уже не пытаясь сохранять торжественный вид. После нескольких дней соревнований этот вечер оказался нужнее, чем казалось сначала. Даже те, кто пришёл настороженным, уходили мягче, спокойнее, с ощущением, что между двумя школами впервые появилась не только конкуренция, но и что-то похожее на интерес.       Студсовет оставался в зале до самого конца. Гера стояла у сцены и следила, чтобы гости спокойно покинули помещение. Зира с Сашей провожали учеников к выходу, одновременно умудряясь спорить о том, кто из них сегодня лучше танцевал. Ксюша и Лео проверяли браслеты и отмечали, кто уже вышел, хотя Ксюша периодически отвлекалась и косилась на Лео с таким видом, будто всё ещё не до конца верила, что теперь они официально вместе. Кейт и Кирилл стояли у выхода на террасу. Кейт держалась ровно, но усталость всё равно проступала в лице. Кирилл это видел и молча стоял ближе, чем обычно, готовый в любой момент увести её из зала, если она снова решит доказать миру, что отдых придумали для слабых.       Когда последний гость покинул бальный зал, двери наконец закрылись. Пространство, ещё недавно полное музыки, смеха и голосов, стало огромным и тихим. Только люстры продолжали мягко гореть над отполированным полом, на котором всё ещё лежали случайные лепестки цветов после финального танца Ксюши и Лео. — Ну что, — устало сказала Зира, снимая с волос одну из заколок, — бал пережили. Никто не сгорел, не подрался и не устроил драматичный побег через окно. Я считаю, успех. — Ты несколько раз была близка к первому пункту, — заметила Гера. — Наговоры.       Ксюша закрыла планшет. — По системе всё чисто. Гости вышли, аварийные датчики не сработали, камеры записали только один случай попытки утащить десерт с фуршета.       Лео поднял руку. — Виноват не я. — Я знаю. Ты бы утащил два. — Вот за это ты мне и нравишься. Веришь в мой потенциал.       Кейт тихо усмехнулась, но тут же прикрыла глаза, будто даже смех отозвался усталостью. Кирилл заметил. — Всё, — сказал он негромко. — К директору и потом отдыхать. — Я сама знаю. — Отлично. Тогда не спорь. — Ты становишься слишком смелым. — У меня сегодня был тяжёлый день.       Гера посмотрела на всех и кивнула в сторону выхода. — Идём. Директор ждёт.       Кабинет директора находился в административном крыле, где после бала было особенно тихо. В коридорах уже почти никого не осталось, только редкие дежурные преподаватели проходили мимо, приглушённо переговариваясь между собой. Когда ребята подошли к двери, Гера постучала первой. — Войдите, — раздалось изнутри.       Директор сидел за столом, но выглядел не так официально, как обычно. На нём всё ещё был парадный костюм после бала, однако усталость на лице делала его старше. На столе лежали папки, несколько конвертов и распечатанные документы. Судя по их количеству, разговор действительно был не просто формальностью. — Проходите, — сказал он. — Садитесь. Разговор не займёт много времени, но он важный.       Ребята переглянулись. Гера села первой, рядом с ней Костя. Зира устроилась возле Саши, но на этот раз даже не стала комментировать серьёзный вид директора. Ксюша села рядом с Лео, всё ещё держа планшет в руках, будто тот мог защитить её от плохих новостей. Кейт опустилась на стул последней. Кирилл сел рядом и сразу заметил, как она чуть поморщилась от усталости.       Директор сложил руки на столе. — После сегодняшнего бала и завершения соревнований было принято решение отправить вас в Ретей по программе обмена.       В кабинете стало очень тихо.       Первой отреагировала Зира. — Простите, что?       Ксюша резко выпрямилась. — В Ретей? В смысле — к ним?       Кейт медленно повернула голову к директору. Её лицо стало почти пустым. — Это шутка? — Нет, — спокойно ответил директор. — Это временно. Всего на пару недель. Не больше, если обстоятельства не изменятся. — Обстоятельства обычно меняются в худшую сторону, — пробормотала Ксюша.       Лео тихо коснулся её руки.       Директор продолжил: — Официально это программа обмена между школами после соревнований. Неофициально — возможность посмотреть Ретей изнутри, понять их систему, их сильные и слабые стороны, а также наладить контакт. Вы уже показали, что можете работать в нестандартных условиях. Именно поэтому едете вы.       Гера нахмурилась. — А школа? Учсовет? Наши обязанности? — Здесь останутся ребята, которые через год должны занять ваши места после выпуска, — сказал директор. — Вы сами их готовили и наблюдали за ними. Сейчас у них будет возможность показать, что они способны работать самостоятельно. Вы уже составили список подмены на бал. Он станет основой временного состава.       Костя спокойно уточнил: — То есть это ещё и проверка для будущего учсовета? — Да.       Зира откинулась на спинку стула. — Великолепно. Мы едем в логово вампиров, а наши младшие остаются играть во взрослых. — Не играть, — поправила Гера автоматически. — Учиться. — Нечисть, я драматизирую, не мешай.       Кейт всё ещё молчала. Кирилл видел, что она сдерживается. После медпункта, после разговора с драконом, после бала — новость ударила слишком не вовремя.       Директор посмотрел именно на неё. — Кейт. — Что? — Это не наказание.       Она усмехнулась без веселья. — Очень похоже. — Понимаю. Но вы не едете туда одни. Ваша восьмёрка будет вместе. Уроки посещать придётся не все, только основные и те, которые будут указаны в индивидуальном плане. Форма остаётся ваша, спец-школьная. Вы не обязаны становиться частью Ретей. Вы будете представителями нашей школы.       Ксюша прищурилась. — А если они начнут пытаться нас перевоспитывать? — Тогда вы будете помнить о дипломатии, — сказал директор.       Зира подняла руку. — А если дипломатия закончится? — Тогда сначала сообщите мне. — А потом?       Директор посмотрел на неё очень устало. — Зира. — Всё, поняла. Не разрушать международные отношения в первый день.       Саша тихо сказал: — Мы справимся.       Зира повернулась к нему. — Ты слишком уверенно это говоришь. — Потому что мы будем вместе.       Эти слова немного снизили напряжение. Не убрали полностью, но напомнили им всем главное: они действительно не ехали по одному.       Гера медленно выдохнула. — Когда отправление? — Завтра утром. — Так быстро? — спросил Лео. — Да. Документы уже подготовлены. Утром получите инструкции, расписание и временные пропуска. Соберите вещи на две недели. Без лишнего, но с учётом того, что вы можете задержаться на несколько дней.       Ксюша тихо простонала. — Я ненавижу собирать вещи. — Ты просто берёшь всё, что видишь, и называешь это стратегическим запасом, — сказал Лео. — Это рабочий метод.       Кейт наконец заговорила: — А если мы откажемся?       Директор не рассердился. Только посмотрел на неё внимательнее. — Можете. Но я бы не просил, если бы не считал, что это важно. — Для школы? — И для вас.       Кейт сжала пальцы на подлокотнике. — Для нас? — Вы всё равно не сможете бесконечно держать дистанцию. Сакомаки и Муками теперь часть вашей жизни, хотите вы этого или нет. Лучше встретиться с этим в условиях, где вы всё ещё действуете как команда и где у вас есть официальная защита школы.       Гера опустила взгляд. Неприятно, но в этом была логика.       Кирилл посмотрел на Кейт. — Мы будем рядом.       Она ничего не ответила, но пальцы на подлокотнике разжались.       Директор встал. — На сегодня всё. Идите собираться. Отдохните хотя бы несколько часов. Завтра будет тяжёлый день.       Зира тихо хмыкнула. — У нас других не бывает. — Именно поэтому я и говорю: отдохните.       Ребята поднялись. Перед выходом директор добавил уже мягче: — И ещё. Я знаю, что вы не рады. Но я верю в вас. Восьмерых. Вы умеете создавать хаос, но умеете и выживать в нём лучше многих взрослых.       Ксюша не удержалась: — Это был комплимент или предупреждение? — И то, и другое.       Они вышли из кабинета уже молча.       До комнат шли почти без разговоров. Усталость после бала смешалась с тревогой от предстоящего обмена. Ретей. Всего пару недель, но у каждого в голове это звучало как «мы едем туда, где всё может снова пойти не так».       Парни собрались быстро. У них, как выяснилось, всё было куда проще: костюмы убрать, форму достать, вещи сложить, оружие и личные предметы проверить. Уже через короткое время Кирилл, Костя, Саша и Лео стояли у комнаты девушек.       На стук ответила Зира: — Если это проблемы, мы уже спим морально. — Это мы, — сказал Саша. — Тогда входите. Вы тоже проблемы, но любимые.       Парни вошли.       Комната девушек была в состоянии контролируемой катастрофы. На кроватях лежали сумки, одежда, обувь, косметика, учебные папки, зарядки, какие-то амулеты и вещи, которые, по мнению Ксюши, «точно пригодятся, если в Ретей внезапно отключат безопасность, электричество и здравый смысл». Гера аккуратно складывала документы в отдельную папку. Зира сидела на полу перед открытой сумкой и пыталась решить, сколько нарядов нужно для двух недель в потенциально враждебной школе. Ксюша спорила сама с собой, брать ли второй планшет. Кейт стояла у окна, уже переодетая в более удобную одежду, и смотрела на ночной двор.       Кирилл подошёл к ней не сразу. Сначала дал ей несколько секунд пространства. — Ты как? — спросил он тихо. — Нормально. — Это слово уже нужно запретить. — Тогда плохо.       Он замер.       Кейт повернулась к нему и устало усмехнулась. — Шучу. Почти.       Гера закрыла папку и посмотрела на всех. — Нужно поговорить.       Зира подняла голову. — О Ретей? — О Сакомаки и Муками.       В комнате стало тише.       Ксюша медленно отложила планшет. — Мы только начали вечер после бала. Может, не будем портить его отцами?       Кейт, неожиданно для всех, сказала: — Надо.       Все посмотрели на неё.       Она не сразу продолжила. Смотрела в окно, будто так было проще говорить. — Мы можем злиться. И будем. У нас есть причины. Но директор прав в одном: бесконечно бегать не получится.       Гера внимательно смотрела на сестру. — Ты хочешь наладить отношения?       Кейт скривилась. — Не так быстро. Не «давайте станем счастливой семьёй и забудем всё плохое». Нет. Я всё ещё не доверяю им. Руки всё ещё бесит. Рейджи слишком любит командовать. Аято орёт. Райто… Райто. Шу странный. Муками тоже не подарок. — Прекрасное начало дипломатии, — пробормотала Зира.       Кейт бросила на неё взгляд. — Но сегодня они разговаривали иначе. Не все. Не идеально. Но иначе.       Ксюша тихо сказала: — Канато, Аято, Юма и Азуса тоже пытались нормально говорить. Ну… насколько могли.       Лео кивнул. — И поздравили нас. Почти без угроз. — Растут, — заметила Зира.       Саша сел рядом с ней на край кровати. — Мы не обязаны доверять сразу. Но можем перестать ждать удара в каждом их слове.       Зира посмотрела на него. — Ты опять говоришь слишком разумно. — Кто-то должен.       Гера медленно провела пальцами по краю папки. — Я тоже думаю, что стоит попробовать. Не ради них. Ради нас. Жить в постоянной обороне тяжело.       Костя тихо добавил: — Особенно тебе.       Она посмотрела на него, но не стала спорить.       Ксюша обняла подушку. — А если они опять начнут давить?       Кейт ответила первой: — Тогда мы поставим границы. Не ловушками. Не криками. Словами. Документом. Правилами. Как взрослые люди, чёрт возьми.       Зира медленно улыбнулась. — Кейт, ты сейчас предложила решать конфликт словами? — Не привыкай. — Дракон на тебя хорошо влияет. — Ещё слово — и я передумаю.       Ксюша неожиданно тихо рассмеялась. Лео сел рядом с ней, и она почти сразу оперлась плечом о него. — Я хочу попробовать, — сказала она. — Не сразу. Но… я больше не хочу всё время бояться.       В комнате снова стало тихо, но теперь тишина была другой. Не тяжёлой, а честной.       Кирилл посмотрел на Кейт. — Значит, утром едем?       Она выдохнула. — Утром едем. — Вместе, — сказал Саша. — Вместе, — повторила Гера.       Зира подняла руку. — И если Ретей попробует нас сожрать, мы сожрём их первые. — Зира, — устало сказала Гера. — Что? Мотивационная речь.       Костя усмехнулся. — В твоём стиле.       Парни помогли им дособирать вещи. Лео убедил Ксюшу не брать третий комплект проводов «на случай технологического апокалипсиса». Саша молча сложил часть вещей Зиры, пока она рассуждала, какие украшения подойдут для «вражеской территории». Костя помог Гере с документами и формами. Кирилл сидел рядом с Кейт, пока та складывала вещи, и не давал ей тащить тяжёлую сумку самой.       Ночь прошла коротко.       Утром девушки пришли в зал медитации раньше остальных. До отъезда оставалось немного времени, но Маис Лейджас настояла: хотя бы короткое занятие перед дорогой. Особенно после вчерашних разговоров, срывов, решений и внутренней работы.       Зал медитации был тихим, прохладным. За окнами только начинало светлеть. Маис сидела в центре круга и ждала их так, будто знала: сегодня кто-то сделает следующий шаг. — Сегодня не будет долгой лекции, — сказала она. — Только дыхание. Только честность.       И только тот, кто готов идти глубже.       Гера села спокойно. Ксюша устроилась рядом, и в её глазах снова было то новое мягкое спокойствие, которое появилось после слияния со львицей. Кейт села чуть в стороне, но не так далеко, как раньше. Зира долго крутила на пальце прядь волос, потом резко выдохнула и закрыла глаза первой. — Ладно, дьявол, — пробормотала она. — Давай попробуем без фокусов.       Маис едва заметно улыбнулась.       Темнота пришла быстро.       Зира снова оказалась среди зелёного пламени. Оно танцевало вокруг неё, не обжигая, не пугая, а будто приветствуя. Перед ней стоял демон — высокий, красивый, опасный, с изогнутыми рогами и насмешливой улыбкой. — Вернулась, Сатана, — сказал он.       Зира скрестила руки на груди. — Скучал? — Безмерно. Внутри тебя без твоих комментариев слишком тихо. — Врёшь красиво. — Учусь у тебя.       Она фыркнула, но улыбнулась. В этот раз ей уже не хотелось прятаться за шуткой сразу. Не полностью. Но меньше, чем раньше.       Демон подошёл ближе. — Ты решила? — Решила попробовать. — Только попробовать? — Не наглей. Для меня это уже почти героизм.       Он протянул руку. Вокруг его пальцев снова плясало зелёное пламя. — Тогда без масок?       Зира хотела ответить резко. Хотела сказать, что маски — это часть образа, что без них скучно, что она и так честная. Но слова не вышли.       Перед глазами всплыли вчерашний бал, рука Саши, его спокойное «мы больше не скрываем», взгляд Райто, сестры, которые пытались не развалиться, и она сама — смеющаяся даже тогда, когда хотелось кричать. — Без масок, — тихо сказала она. — Но если станет слишком драматично, я буду шутить. — Разумеется. Мы же не варвары.       Зира посмотрела на его руку и впервые не почувствовала страха перед зелёным огнём. Он был её. Не враг. Не наказание. Не доказательство того, что она слишком опасна. Просто сила. Живая, яркая, вредная, гордая — такая же, как она сама. Она вложила ладонь в его.       Пламя вспыхнуло.       Но на этот раз не вокруг. Внутри.       Зира резко вдохнула. Ей показалось, что огонь проходит по венам, касается сердца, лёгких, горла. Там, где раньше стоял комок невысказанного страха, стало горячо. Больно — но не разрушительно. Скорее так, будто кто-то снимает с раны старую повязку, под которой кожа наконец может дышать.       Демон шагнул ближе. — Ты не обязана смеяться, чтобы тебя не ранили. — Знаю. — Не обязана первой кусаться. — Но могу? — Можешь. Если выбираешь сама, а не потому что боишься.       Зира закрыла глаза. На мгновение она снова услышала свой прежний смех — тот, который был до нападения, до капсул, до маски вечной шутницы. Лёгкий. Настоящий. Свободный.       И поняла, что он не исчез.       Она просто спрятала его слишком глубоко. — Я не хочу больше прятаться всё время, — сказала она. — Тогда не прячься. — Это не так просто. — Поэтому я здесь.       Пламя поднялось выше, обвило её плечи, волосы, руки, но не сожгло. Оно стало частью её дыхания. Зира почувствовала хвост, рога, силу, азарт, злость, смех, боль, нежность, страх — всё сразу. Раньше это казалось хаосом. Теперь складывалось в одно целое.       Демон улыбнулся и коснулся её лба своим. — Мы не разные, Зира. Я не маска и не чудовище. Я твой огонь.       Она открыла глаза.       Зелёный свет вспыхнул так ярко, что темнота исчезла.       В зале медитации Зира резко вдохнула, но не упала. Вокруг неё на секунду дрогнули зелёные искры, волосы едва заметно поднялись от волны силы, а в глазах вспыхнул тёплый, яркий огонь. Не неконтролируемый. Не пугающий.       Живой.       Маис Лейджас внимательно смотрела на неё. — Слияние началось глубже.       Зира открыла глаза и несколько секунд молчала. Потом медленно улыбнулась. Без привычной остроты. Без защиты. Просто улыбнулась. — Он сказал, что я его огонь.       Ксюша тихо хихикнула. — Романтично для внутреннего дьявола.       Зира посмотрела на неё и вдруг рассмеялась. Честно, звонко, легко.       Гера удивлённо замерла.       Кейт подняла взгляд.       Маис мягко сказала: — Запомни это состояние. Оно настоящее.       Зира приложила ладонь к груди, где ещё будто тлело зелёное пламя. — Запомню.       За окнами уже светало. Впереди ждал отъезд в Ретей, сложные разговоры, новые правила, чужая школа и попытка наладить отношения с теми, кого они привыкли держать на расстоянии.       Но теперь Зира ехала туда не только с маской веселья.       Теперь у неё снова был настоящий смех.       И огонь, который больше не пытался сжечь её изнутри.       После занятия в зале медитации девочки ещё несколько минут сидели в тишине. Ксюша выглядела спокойной, Зира — непривычно живой и настоящей, Гера задумчиво перебирала в голове слова Маис, а Кейт молчала, но на этот раз не отстранялась полностью. Впереди их ждала поездка в Ретей, и каждая понимала: назад пути уже нет.       Когда они вышли во двор спец-школы, у главных ворот уже собрались ученики. Кто-то прощался с друзьями, кто-то обнимался, кто-то давал последние наставления так, будто ребята уезжали не на пару недель, а минимум на войну. Возле автобуса стояли ученики, которые тоже отправлялись по обмену. Их сумки уже погрузили, преподаватели сверяли списки, а директор внимательно следил за порядком.       Но команда студсовета, как обычно, выделялась.       Они ехали не в автобусе.       У ворот стояли их мотоциклы. Чёрные, тёмно-синие, красные, серебристые — каждый будто отражал характер своего владельца. Кейт молча надела перчатки и проверила крепление сумки. Кирилл стоял рядом, наблюдая, чтобы она не пыталась поднять что-нибудь тяжёлое сама. Зира крутила в руках шлем и что-то оживлённо говорила Саше, уже снова улыбаясь, но теперь в этой улыбке было меньше защиты и больше настоящего огня. Гера сверяла документы с директором, а Костя держал её сумку, не позволяя ей одновременно контролировать вообще всё на свете. Ксюша сидела на своём мотоцикле рядом с Лео и проверяла планшет, хотя все понимали, что она просто пытается отвлечься. — Все готовы? — спросила Гера, убирая документы. — Нет, — честно сказала Зира. — Но если подождать, я передумаю, так что лучше ехать сейчас.       Ксюша вздохнула. — Ретей, значит. Прекрасно. Всего пара недель в логове вампиров. Что может пойти не так?       Кейт надела шлем. — Не начинай список. Мы не успеем уехать.       Лео усмехнулся. — Главное — держимся вместе. — Это даже не обсуждается, — спокойно сказал Саша.       Автобус с остальными учениками первым тронулся с места. За окнами мелькали лица ребят, кто-то махал руками, кто-то показывал жесты поддержки. Следом завелись мотоциклы студсовета. Гул моторов прокатился по двору, и в этом звуке было что-то решительное.       Директор спец-школы стоял у ворот и смотрел им вслед. Он не махал рукой, не произносил громких напутственных речей. Только тихо, почти неслышно сказал: — Будьте осторожны. Пожалуйста, пусть с вами ничего не случится.       Мотоциклы выехали за ворота и двинулись вслед за автобусом. Спец-школа постепенно осталась позади, скрываясь за деревьями и поворотом дороги.       Впереди был Ретей.       Чужая школа. Сложные разговоры. Старые обиды. Новые правила.       И несколько недель, которые могли изменить слишком многое.