Пока не сломан, ты дыши

Эрнест не знал, в какой момент его жизнь пошла под откос. Он так же не знал, в какой момент всё вдруг так перевернулось, причём не в лучшую сторону. Так же он не понимал, что теперь делать дальше. Единственное, что он понимал так это то, что всё конченно. Конченно во всём. Он — мужчина. Не пацан какой-нибудь, не мальчик и не подросток, а взрослый мужчина, который достаточно уже прожил в этом мире, который имеет богатый опыт за своей спиной. Но вот только теперь считается, что если ты мужчина, то автоматически не имеешь право чувствовать и проявлять свои эмоции. Ты не имеешь право плакать, потому что ты мужчина. Ты не имеешь право быть слабым, потому что ты мужчина. Ты не имеешь право страдать, потому что ты мужчина. Ты не имеешь право ощущать боль, потому что ты мужчина. Ты не имеешь право опускаться на самое дно, потому что ты мужчина. Ты не имеешь право требовать поддержки, потому что ты мужчина. Ты — мужчина, а значит должен быть сильным во всех отношениях и не важно, что у тебя случилось и есть ли у тебя свои чувства или нет. Ты просто должен и всё, иначе ты подкаблучник, тряпка, ничтожество. Таковы были законы в этом мире касающиеся мужского пола, о которых некоторые девушки даже не подозревают. Но они есть не у одних вас. Эрнест долго подчинялся этим законам. Он очень долго был сильным мужчиной. Сейчас… Когда всё случилось, он понял, что следовать этим законам тяжело, если даже невозможно. Потому что все люди не важно, какого они пола — имеют свои чувства. Каждый имеет право на их проявления в любой форме, и никто не имеет право их осуждать. Наверное, мужчина никогда бы не подумал, что какая-то влюблённость сможет его так сильно ранить, как никогда в жизни. Хотя это была не какая-то влюблённость — это было и есть нечто большее, что он ощущает каждый день. Только теперь это чувство поражено болью, а эта боль уничтожала его. Эрнест ошибался, когда думал, что это та самая его ежедневная боль, к которой он почти привык переживать каждый день. Эта была другая боль, сильнее той и опаснее. Наверное, поэтому в один из вечеров Рома вызвал «скорую». Мужчина ничего не видел из-за застилающих слёз, которые горячими потоками текли по щекам. Он ничего уже не слышал, находясь на границе между сознанием и пропастью, при этом его клонило в сторону пропасти. И в эту сторону его клонила боль, которая так мешала ему дышать. Видя перед мокрой пеленой яркий свет, Эрнест понял, что это возможно даже его конец. «Пожалуйста, остановись. Остановись, прощу… Прекрати биться… Пусть всё закончится… Так будет лучше…» — проносилось в его голове, а может и не только голове. Наступила беспросветная тьма, из которой, судя по всему, не было выхода, а сама она не предвещала ничего хорошего. «Прощай, моя звезда», — последнее, что пронеслось в его поблекшем разуме.