Пока не сломан, ты дыши

Если Женю когда-нибудь попросили назвать самого лучшего человека в его жизни, он бы не задумываясь, назвал Артёма. Не мать, не отца, не Леру, не деда и никого другого, именно Артёма. Его лучшего друга, больше чем просто «лучший друг». Когда-то парень наткнулся на цитату, которая въедалась ему в душу каждый раз, когда он проводил время с Тёмой. «Быть другом и иметь друга — это то, что делает жизнь стоящей». Он и был другом и имел друга, поэтому был счастлив, поэтому его жизнь всё ещё имела смысл. Но сейчас было самое лучшее его время — это летние каникулы, а то, что отныне он может не беспокоиться о делах домашнего хозяйства добавляло ему ещё большее удовольствие. Однако лето выдалось очень дождливым, поэтому любимое занятие Артёма «вытащим Женю на улицу» было прервано. Зато другое занятие «открывай дверь или иди ко мне» открылось. Они засиживались друг у друга дома. Смотрели фильмы, постоянно ели или играли в приставку, иногда что-то вместе писали или просто разговаривали. У них находилось занятие. И в эти моменты Женя хотел остановить время, хотел, чтобы так было постоянно. Ему хотелось бесконечно находиться рядом с этим человеком, который давно уже въелся ему в душу, в него самого. Он не знал, возможна ли где-то ещё такая дружба, но знал точно, что у них она есть. Знал, что если посмотрит вправо, то увидит именно Тёмку, потому что тот всегда был рядом. И вот Женя сейчас был рядом с ним в этот тяжёлый миг.

***

Сегодня за окном была такая же погода, как и вчера за исключением отсутствия дождя. Так же холодно, так же пасмурно и так же ветрено. Эта погода совершенно не передавала атмосферу лета, наоборот создавалось ощущение, что сейчас конец октября. Только вот на календаре был июль. Женя шёл на детскую площадку возле очередного магазина «Пятёрочка», где они часто с Тёмой сидели. В основном из-за магазина. Они покупали еду и сидя на качелях, ели, купленное, иногда давясь от смеха. Но сейчас парню не казалось, что будет всё так же. Внутри него мелькал тревожный огонь, что что-то не так. Его руки, которые находились в кармане ветровки, тряслись. Ему было страшно от предстоящего разговора, ему казалось, что сейчас его бросят, потому что Тёма никогда не говорил так коротко и тихо. Это означало, что что-то случилось, и почему-то Женя думал, что это он облажался. Артём сидел, сгорбившись, на скамейке, которая находилась неподалёку от их любимых качелей. Женя взглянул на поникшую фигуру друга, сглотнув, подошёл к нему, пытаясь унять дрожь своих рук: — Привет, — вытащил он руку из кармана. Тёма слабо пожал её, не глядя на друга, кивнув. Парень присел рядом с ним на скамейку, пытаясь посмотреть на него. — О чём ты хотел поговорить? Послышался выдох Артёма, который поднял голову и посмотрел на хмурое небо. — Мне чертовски плохо сейчас, — тихо сказал он. — Что случилось? — как-то виновато посмотрел на него Женя. Тёма уставился куда-то вперёд, стеклянным взглядом, подавая тихий голос: — Сегодня мои родители решили открыть мне тайну всей моей жизни, — он грустно улыбнулся. — Муж моей мамы… Он не мой отец, не родной. Он мой отчим. Женя удивлённо уставился на друга, пытаясь переварить данную информацию. — Мама вышла за него замуж, когда мне был год. — А твой родной отец? — тихо спросил Женя. — Мама сказала, что ничего не знает о нём, что уехал, когда она забеременела и ничего о нём не слышала. Парень посмотрел на Артёма, заметив в стеклянном взгляде воду, которая перекрывала всё. — Тём… — Я не знаю, что должен чувствовать. Понимаешь? Отчим ничего плохого мне не сделал, он хороший, хоть и строгий, он… Я не знаю, как его теперь называть… И не знаю, что мне чувствовать по отношению к родному отцу… Я… — судорожно проговорил он, начиная жестикулировать руками, хотя, это не требовалось. Женя взглянул на его руки, отмечая, как сильно они трясутся, как трясётся он весь. — Но мне чертовски больно. И я не знаю почему… — срывающимся голосом закончил он, наконец, взглянув на друга большими глазами, полные воды. Артём искал поддержки в своём друге, помощи, надежды, что угодно, что поможет ему сейчас. А Женя смотрел на него и понимал, что у него нет никаких слов для подобной ситуации. Понимал, что у него нет ничего похожего даже в голове. — Я не знаю, что тебе сказать, Тём, — признался парень, чем возможно разочаровал друга. Опустив голову, он вновь поник, всё ещё дрожа. Женя придвинулся к нему ближе и приобнял за плечи, положив голову друга к себе на плечо. — Ты ненавидишь его за то, что он уехал? — спросил он. — Нет… Вроде бы нет… — раздался тихий голос. — Я не понимаю почему… — Может у него были свои причины, — предположил Женя, продолжая обнимать друга, положил свою голову на голову Артёма. Он смотрел куда-то вперёд, думая о своём. Хотя парень не особо понимал, что сейчас чувствовал его друг, но ему было жаль, искренне жаль. Ведь фактически его обманывали всю его жизнь. Но ведь они сказали ему сейчас правду, разве это плохо? Наверное, в данной ситуации было да. Ведь в их семье всё было хорошо, в отличие от семьи Жене. Однако если бы они не сказали сейчас, то однажды это вышло наружу, и Тёма был бы зол на них. А так… Он не знает, что думать и чувствовать. — Всё будет хорошо, я с тобой, — тихо произнёс Женя, понимая, как глупо это звучит в данной ситуации. Но однажды он прочитал где-то, что порой очень важно отвести человека в сторону и сказать: «Всё будет хорошо, я с тобой». Иногда это бывает настолько важно, что спасает жизни. Теперь парень взял себе за привычку говорить это самым близким людям. Ведь один раз уже допустил ошибку с Лерой… Женя не знал, сколько они так просидели. Артём, обнимая друга в ответ, сидел молча. А парень просто ждал. Ждал, когда станет легче, погрузившись в бездну собственных мыслей. — Я хочу найти его, — послышался уверенный голос, намного громче, чем раннее. Тёма отстранился от парня, уверенно взглянув на него. Женя недоумевающе смотрел на него, удивляясь, как быстро сменились его эмоции. — Я хочу найти его и узнать его историю. Хочу увидеть своего отца и быть с ним, из-за чего бы, он не уехал тогда. Я прощу ему всё, лишь быть с ним семьёй, — продолжил он. — Ты считаешь это безумием? — Нет, но я с тобой. Я помогу тебе, — пожал плечами Женя, словно это было что-то обыденно. Хотя так и было. Он просто помогал своему другу, как тот помогает ему. Артём улыбнулся ему, чем вызвал улыбку на лице друга.

***

Убедившись, что Тёму не нужно было провожать до дома и побыть с ним ещё какое-то время, парень направился к себе домой. К себе на съёмную, одинокую квартиру. Хотя мало что изменилось. Раньше был одинокий, большой дом, сейчас квартира. Хотя нет. Кое-что изменилось, у него не было больше той горы обязанностей по хозяйству. Единственные обязанности его сейчас были — это готовка, мойка посуды, вынос мусора, а также стирка и глажка собственной одежды. В общем-то содержание себя. Теперь у него были финансы на нормальное питание, хоть и ограниченные, но на нормальную жизнь хватало — это главное. И хотя с того момента, как он прогнал отца прошло две недели, парня всё ещё грызла совесть. Не часто, но грызла. Она подбиралась к нему в самые паршивые моменты и вталкивалась в пучину мыслей. Не то, чтобы Женя жалел о своём решении… Но теперь когда всё утихло, ему казалось, что это было слишком жестоко. Ему даже было немного одиноко без отца, который постоянно уделял ему внимание, хоть далеко и не отеческое. Однако это было хоть какое-то внимание к его персоне, которого давне никогда не было. Поднявшись по ступенькам на свой этаж, Женя столкнулся с мужчиной, которого не сразу узнал — это был Роман Станиславович, директор его школы, а так же лучший друг его отца. — О, привет, тебя-то я и караулил, — сказал он, пожав руку парню. — Здравствуйте, — кивнул Женя, обойдя, подошёл к двери своей квартиры. — Что-то хотели? Парень вставил ключ в замочную скважину, начиная открывать дверь. — Я пришёл поговорить с тобой. Насчёт Эрнеста, — ответил мужчина. Женя замер, взглянув на собеседника, при упоминании имени отца. Что-то внутри него дёрнулось. И он не понял, это его нежелание говорить о нём или наоборот. — Кое-что случилось, нужно поговорить, — медленно продолжил Роман Станиславович, следя за реакцией парня. — Проходите, — очнулся Женя, открыв дверь до конца, пропустил гостя. Зайдя следом за ним, он внутренне приготовился к тяжёлому разговору.