XXI vs XI

      На площадке воцарилась гробовая тишина. Каждый боялся шелохнуться, потому что это бы точно подтвердило реальность происходящего. Об итогах матча все и думать забыли. Большинство зрителей не могли поверить своему счастью, но опасались, что коварная судьба готовит им что-то ещё более жуткое. Хотя Дамблдор, вроде, ничего. Первыми опомнились прислужники: некоторые уже заполнили королевскую ложу, закрыв бывшего монарха от зрителей, другие только спешили к ней выяснять отношения. Это прервало всеобщее оцепенение. Поднялись дикие крики, шум, все куда-то бежали, толкались, начался невероятный хаос.       Мадам Розмерта, а за ней и Наземникус юркнули к выходу, надеясь только на одно — выжить. Немного помятые они вынырнули на свободу и отбежали на безопасное расстояние. Пытаясь отдышаться, мадам Розмерта наблюдала, как остальные её соотечественники сходят с ума. Вдруг она заметила фигуру, которая пыталась стремительно скрыться. Узнав в ней новоиспечённого советника, мадам Розмерта кинулась следом, надеясь узнать всё из первых уст. Любопытный Наземникус, естественно, не мог пропустить такое, а потому не отставал.       Настигнув свою жертву, они вцепились в него мёртвой хваткой.       — Артур, ты обязан нам всё рассказать! — воскликнула мадам Розмерта, тяжело отдуваясь.       — Да-да, выкладывай, как тебе удалось Люцика подсидеть, — прохрипел Наземникус.       Мистер Уизли испуганно огляделся и, поняв, что так просто от них не отделаться, тихо спросил:       — Вы тайны хранить умеете?       — Коне-е-ечно! — хором уверили его два главных сплетника магического королевства.       — Э-э, да? Ну хорошо, идёмте, только умоляю вас, тише. Не привлекайте внимание.       Они гуськом потрусили в сторону Хогсмида.       — А куда мы? — поинтересовался Наземникус.       — Может, ко мне? — с надеждой спросила порядком уставшая мадам Розмерта.       — Нет, там могут подслушать, да и народа будет слишком много — сегодня явно все захотят обсудить новости, — рассудительно заметил мистер Уизли. — Мы договорились встретиться в Визжащей хижине.       — Ох, не нравится мне это место. Может, я лучше тогда одна к себе пойду? Посетителей и правда много будет, жаль упускать такую возможность.       — Ну, тут уж сами смотрите, что вам нужнее — узнать главную тайну последних лет или денег побольше заработать, — ехидно усмехнулся Наземникус.       — Вы умеете убеждать, — признала мадам Розмерта.       — А в Визжащей хижине нет ничего страшного, это всё слухи, но сейчас они нам даже на руку, — добавил мистер Уизли.       Покинув пределы Хогвартса, они трансгрессировали прямо туда. Мистер Уизли очень надеялся, что если кто-то за ними и следил, то теперь уж наверняка потерял их след. Поднявшись по скрипучей лестнице наверх, он распахнул дверь.       — Мистер Уизли, — взвизгнула Гермиона. — Это вы! Всё получилось? А где Гарри?!       Мадам Розмерта осторожно вошла следом, пребывая в эстетическом шоке от состояния хижины. Наземникус заинтересованно прислушивался.       — Как, его ещё нет? — ужаснулся мистер Уизли. — Они же уже должны были вернуться! Ох, я надеюсь, всё обойдётся. А ты-то как здесь оказалась так рано?       — Да это всё дурацкий прислужник, — чуть не всхлипнула Гермиона. — Он как-то подозрительно на меня косился, а потом я вспомнила, что это именно он нас с Гарри в каземат тащил. И кажется, он меня узнал! К счастью, тут началась речь, и он отвлёкся. Ну, а мне пришлось срочно убегать оттуда. Хотя ведь ему наверняка было бы уже не до меня, вот я дура-то! Проморгала всё самое важное.       — Да нет, ты всё правильно сделала, кто их знает, этих прислужников, — озабоченно пробормотал мистер Уизли. — Чёрт, да где же они! Наверное, мне надо вернуться, чтобы найти их.       Тут дверь распахнулась, и в комнату вошли Дамблдор с Гарри.       — Никого искать не надо! — весело воскликнул парень.       — Гари-и-и! — завопила Гермиона и бросилась к нему.       — Всё в порядке, Артур, — опережая вопрос, ответил Дамблдор. Шарахнувшись в сторону от Гермионы, он весело блеснул своими очками и добавил: — Надо же, как переживает за своего мужа. А сама готова была...       Повиснув на шее у Гарри, Гермиона ворчливо ответила:       — Ну куда уж нам до вашего самообладания, Ваше Величество.       — А я, между прочим, отказывался! — нахмурился Дамблдор.       — Всё равно больше вариантов не было, — улыбнулся мистер Уизли.       — А ты, советник, лучше вон, иди с народом пообщайся, а то он больно беспокоится, — приструнил его новый король.       — Вы-то сами не очень захотели, — рассмеялся Гарри. — Кстати, проектор внизу, только попробуйте его кто-нибудь задеть! Я жизнью рисковал ради него. Колоночки жалко, придётся новые покупать...       — Я, конечно, очень сильно извиняюсь, что встреваю, — не выдержал наконец Наземникус, — но нам с мадам Розмертой кто-нибудь уже объяснит, что здесь происходит?       Остальные переглянулись.       — Нам нужны ещё люди, — задумчиво сказал Дамблдор. — Рассказывайте.

***

      Гарри сидел в Визжащей хижине и сильно переживал. Столько работы, и всё сейчас могло пойти насмарку!       Ещё в Лондоне он придумал заменить короля его объёмным изображением. На эту мысль Гарри натолкнуло воспоминание, в котором Гермиона приняла стену за голограмму. Благо, проектор было найти не так трудно, хотя и недёшево. Но оставалась другая проблема — что делать с речью? Они ведь не могли просто показать картинку короля (хоть и объёмную), которая помахала бы рукой жителям королевства и растворилась в воздухе.       Но тут пришла на помощь Гермиона. Оказывается, когда она показывала профессорам фотографии родителей, на смартфоне случайно (или почти случайно) включилась запись. Таким образом, у них был весь тот разговор, к которому позже присоединился и король. Переслушав его по кругу несколько десятков раз, Гарри с Гермионой смогли нарезать что-то, напоминающее речь об отречении. Конечно, получилось не сразу, пришлось хорошенько поработать, Гарри даже обращался к знакомому звуковику, которому он наплёл что-то про студенческий фестиваль по мотивам фэнтези. У него же кое-как Гарри выпросил и мощные колонки, чтобы короля могли услышать всё зрители.       Со всем этим добром они решили возвращаться в королевство, потому что дальше план нужно было согласовывать уже непосредственно на месте. Пассажиры поезда Лондон — Эдинбург с интересом посматривали на кучу аппаратуры и двух усталых студентов. Кое-как дотащив это всё до стены, Гарри с Гермионой почти полчаса протаскивали сквозь неё всё оборудование. Почему-то стена капризничала и пропускала её довольно неохотно, а зыбучие пески только добавляли веселья.       С той стороны их уже поджидал Дамблдор, который помог им добраться со всем хозяйством до Визжащей хижины, как самого укромного места.       — А откуда вы знали, что мы придём именно сейчас? — бдительно поинтересовалась Гермиона.       — Пустяки, сигнальное заклинание, — отмахнулся Дамблдор. — Сейчас позову Артура, и вы расскажете, что за план и для чего нужны все эти штуки.       Мистер Уизли появился довольно скоро и тут же объявил, что закрытое заседание важнейших фигур Ордена Штепселя объявляется открытым. Гермиона хихикнула. Гарри начал излагать их план, продемонстрировав потрясённым магам возможности проектора на примере собственной голограммы.

***

      — Между прочим, зря старались, — встрял Наземникус. — Оборотное зелье намного проще.       — Это одно из сложнейших зелий, окстись, — уточнил Дамблдор. — И его очень долго готовить, а мы должны были успеть до Чемпионата.       — Потому что это единственный удобный случай, — добавил Гарри.       — Да будет вам спорить, что дальше-то было? — сгорала от любопытства мадам Розмерта.

***

      После долгого и мучительного мозгового штурма основные детали наконец были утверждены. Так как в королевскую ложу никто не суётся раньше короля, всю аппаратуру можно принести туда заранее и спрятать там. Оставалась проблема — как потом в неё проникнуть во время матча? В это время светлая голова профессора Дамблдора вспомнила, что она умеет становиться невидимой (вместе с остальным телом, разумеется), но одному ему с такой техникой не справиться. Поэтому после недолгих колебаний он вспомнил и про то, что отец Гарри оставил ему мантию-невидимку. Наследнику такой редкости она пришлась по вкусу, и он решил взять её с собой в Лондон. Покосившись на загоревшееся лицо Гарри, Дамблдор строго наказал ему использовать мантию с умом.       Таким образом, Гарри пробирается в ложу под мантией и там с ноутбука управляет голограммой, в профессор его подстраховывает. Однако после завершения такой провокационной речи одному Дамблдору не справиться с толпой взбешённых прислужников, поэтому решено было переодеть добровольцев из числа привлечённых мистером Уизли к деятельности Ордена недовольных жизнью. Они создавали видимость того, что голограмма короля находится под защитой прислужников, чтобы те к ним не сунулись, а после закрыли происходящее там от зрителей и, вызвав суматоху, помогли Гарри с Дамблдором безболезненно (насколько это возможно) выбраться.       План выглядел безупречным, но в день его выполнения все очень нервничали и были на взводе. Особенно Гарри раздражало то, что осталось совсем мало времени до начала, а Гермиона куда-то запропастилась. И вот он сидел в Визжащей хижине и в пятисотый раз проверял работу программы, пытаясь не огрызаться на мистера Уизли, который интересовался устройством проектора. Тут не обошлось бы без лекций по оптике и электротехнике, а в этом Гарри и сам не был силён. Профессор Дамблдор своим безмятежным видом почему-то так же нервировал. Дав какой-то расплывчатый и общий ответ, Гарри не выдержал и вскрикнул:       — Да где же эта Гермиона! Я ж ей ещё запасной аккумулятор дал, вот осёл.       — Как вообще что-то можно доверить женщине? — удивился мистер Уизли.       — Смотрите не ляпните это при ней, — невольно улыбнулся Гарри.       — А что?       — Ну, у нас же равноправие.

***

      — Вот именно! — важно подтвердила Гермиона, прерывая рассказ.       — А это ещё что такое? — насторожился Наземникус.       — Это когда у женщин и у мужчин равные права.       По лицу Наземникуса стало видно, что он впервые задумался о том, а нужно ли ему такое светлое будущее?

***

      Гермиона вошла в комнату как ни в чём не бывало, засовывая что-то в свой рюкзак. Гарри накинулся на неё:       — Ну где ты ходишь! Такой важный момент, а ты... Тьфу, давай аккумулятор!       Гермиона от такого, мягко говоря, не самого ласкового приветствия немного оторопела, а затем, обидевшись, ответила:       — Знаешь что, я не меньше твоего переживаю за успех операции! И между прочим, без меня она вообще не получилась бы. Ты-то свой смартфон почти сразу разрядил. А аккумулятор я переложила тебе в сумку!       — Ах, простите, мисс Предусмотрительность. И предупредить меня-то об этом нельзя было?       — Вообще-то, я говорила! Но наш мистер Занятость был занят чем-то более важным, чем слушать меня.       — Да ты всё время говоришь, кто что делать должен, а я делом занят был, на минуточку!       Их голоса повышались до всё более опасных пределов.       — Слушайте, — попытался исправить положение мистер Уизли, — может, вы потом отношения выясните, а? Давайте сначала наше королевство спасём, а потом вы решите, кто там из вас больше виноват.       — Ну уж нет! — хором ответили спорщики и развернулись обратно друг к другу.       — Значит я по-твоему только командую?! — Гермиона приходила в бешенство. — Да без меня ты бы даже не начал что-то делать!       — Неудивительно, что тебя никто не выносит! — зло ответил Гарри. Как же она его достала!       Гермиона застыла, как будто на неё вылили стакан ледяной воды. Казалось, она настолько разгневана, что сейчас отвесит Гарри пощёчину. Мистер Уизли боялся даже что-нибудь пикнуть. Дамблдор и вовсе отступил подальше, но не выглядел слишком обеспокоенным.       — Отлично, — неожиданно спокойно сказала Гермиона холодным тоном, повергнув остальных в ещё больший ужас, чем если бы продолжила кричать. — Тогда я ухожу.       С этими словами она развернулась и направилась к двери. Остановилась. Все в комнате затаили дыхание. Через некоторое время она обернулась и обиженно сказала:       — Я не могу уйти! Физически. Это ваши штучки, профессор Дамблдор?!       — И да, и нет, — безмятежно отозвался он, поблёскивая своими очками-половинками.       — Отмените! — приказала девушка.       — Не могу, — Дамблдор хотел было улыбнуться, но встретившись с ней взглядом, поперхнулся и как мог быстро объяснил: — Я всего лишь посредник. Клятву давали вы!       — Чего-о, какую ещё клятву?! — Спокойствие Гермионы уже давно улетучилось.       — А я предупреждал вас, что это не просто слова! Вы поклялись другу другу, что будете вместе...       — И в горе... — неожиданно для себя выдал Гарри.       — И в радости, — обречённо закончила Гермиона. Ну за что-о-о!       Снова наступила тишина. Мистер Уизли не выдержал и тихо хихикнул. К нему присоединился и Дамблдор. Затем уже сломались и Гарри с Гермионой — накал эмоций дал о себе знать.       Отсмеявшись, Гарри предложил и правда подумать о деле, Гермиона пробурчала что-то о том, что ещё припомнит ему это, но уже, скорее, для вида. Пора было начинать представление.

***

      — Ну, и ещё надо было устроить небольшую свалку перед входом, чтобы дежурившие там охранники не прочухали, что мимо них король даже не проходил, — закончил рассказ Гарри. — А в остальном всё получилось. Колонки вот только новые теперь придётся покупать, их не удалось из ложи незаметно вытащить. Да и не полезли бы они под мантию всё равно. Ну, и по мелочи там всякое — кабели, переходники...       — Да уймись ты, Гарри! Ты что, не понимаешь? Целое королевство теперь свободно! — Гермиона была полна энтузиазма.       — А что вы сделали с настоящим королём? — испуганно поинтересовалась мадам Розмерта.       Гарри с Гермионой переглянулись и засмеялись в полный голос.       — Вы... — охрипшим голосом спросил Наземникус, — вы избавились от него? И от Малфоя тоже?       — Для начала их надо было как-то схватить, — объяснил мистер Уизли. — Оказалось, что это не так трудно. В нашем счастливом королевстве все настолько не доверяли друг другу, что состряпать качественного заговора давно не могли. А тут мы!       — И не надо делать из нас извергов, — добавил Дамблдор. — Мы короля всего лишь обездвижили, чтобы ребятам было удобнее делать... э-э-э... Ну, в общем, что-то для этого их механизма, чтобы он смог показывать короля. А потом переправили их с советником в маггловский мир.       — Между прочим, их там даже отпустили! — заметила Гермиона.       — Ага, — фыркнул Гарри, — только почти сразу они своим поведением заинтересовали соответствующие службы. И теперь они находятся в, так скажем, санатории закрытого типа. Ну, зато там кормят хорошо. Мне, кстати, немного жаль короля. По существу ведь это всё бывший советник придумывал и подталкивал его на грязные поступки.       — А мне нет! — отрезала Гермиона. — Неизвестно ещё, что хуже — быть таким, как этот советник, или молча потакать его прихотям, имея власть. Была бы в нём хоть капелька порядочности — он бы воспротивился, но нет, он выбрал жить, как ему удобно. Возможно, даже казался себе чистеньким. Фу, противно.       Дамблдор удивлённо (но одобрительно) покосился на неё.       — Зато ему даже понравилось в вашем мире, в отличие от советника, — хмыкнул мистер Уизли.       — И что, теперь свободно можно будет ходить туда-сюда? Вы убрали стену? — жадно поинтересовался Наземникус.       — Не всё так просто, — немного грустно ответил Дамблдор. — Мы ещё пока не готовы ко встрече с их миром, нам предстоит долгий путь. Особенно это касается большинства бедных волшебников, которые жили в страхе и нищете столько времени, что сейчас просто разнесут маггловский мир. Мы должны постепенно возвращать их к нормальной жизни. Терпением и любовью. И вы нам в этом поможете.       — А ещё надо хотя бы немного снизить разницу в техническом прогрессе! — добавил мистер Уизли.       — И не стоит списывать со счетов прислужников и бывших придворных. Вряд ли все так просто примут новый режим, — заметил Гарри.       — Ты что, не планируешь возвращаться? — обеспокоенно спросила Гермиона.       — Ну, лето ведь не закончилось.       Словом, у Ордена Штепселя было полно работы.