Кому суждено сгореть, в воде не утонет

***

Дазай возвращается в свой кабинет только через несколько часов. Не сказать, чтобы ему много чего пришлось объяснять Мори, он лишь быстро и максимально кратко отчитался о проделанной работе и о том, что собирается делать дальше. На это ушло меньше пятнадцати минут. Тем не менее, возвращаться обратно в кабинет не хотелось, поэтому он, покинув кабинет босса, отправился, куда глаза глядят. Приключений-то ему мало. «Знает ведь, что я могу с лёгкостью занять его место», — формально, Огай действительно являлся лидером Портовой Мафии и, по совместительству, боссом Дазая. «Неполноценный» довольно часто появлялся в его кабинете, отчитываясь о работе, но, на самом деле, Мори всегда, всё время, которое он занимал должность руководителя, боялся быть обманутым также, как и он когда-то убил прежнего лидера, занимая его место. Что вполне справедливо. Однако, Дазаю это не нужно. Ему нравится роль зрителя, ненавязчиво наблюдающего за всеми. Он знал всё, что происходит внутри общества, мог предугадать каждый шаг любого. Но он не хочет становится таким же, как все те лжеправители, которых он знал, причём не только на собственном веке: расчётливым, жестоким, бесчеловечным, в конце концов убийцей, априори не считающимся с жизнью. «Разве я другой?» Мафиози устало потирает переносицу, переставая наконец гипнотизировать оконную раму, которая кажется сейчас уже с ним разговаривать начнёт. Взгляд падает на Ацуши, который за это время успевает заснуть на диване, принесённом специально для него. Это вызывает у Осаму улыбку. Естественно, юноша устал от всего увиденного и произошедшего. Для его возраста это нормально. Не слишком ли рано Дазай возложил на него такие надежды? Осаму проходит к столу, вновь принимаясь за работу. Открывает уже привычную базу данных, разыскивая там одну интересную личность. Сам Дазай никогда не встречался с ним и толком его не знает, вот только был наслышан о его «подвигах» в Гильдии. О нём ходит множество слухов, которые, впрочем, как обычно, лишь частично правдивы. Ему пришлось изрядно попотеть, чтобы вызнать и один процент информации о нём. Поговаривают, что он заключил контракт с самим дьяволом — смешно, и Дазай посмеялся бы, если не факт того, что в мире, где многие люди обладают способностями, это может быть вполне реально. Но, пока, это лишь слух, не более. Как ни прискорбно, поискам не суждено увенчаться успехом — информации о Гильдии в целом нет, даже у Портовой Мафии, что довольно странно. Знает ли Мори что-нибудь об этом? Единственная зацепка, которая есть у него на данный момент, произнесённая каким-то бродягой фамилия — Лавкрафт. Осаму ведь не знает, это ли нужная ему личность. Проходит ещё полчаса безуспешных попыток найти хоть что-нибудь про него, после чего мафиози, от некой скуки, решает постепенно притворять свою идею в жизнь. «Ацуши талантливый, только нужно помочь ему». Интернет пестрит статьями о нападениях на людей. Большинство из убийств довольно жестоки, людей потом можно просто буквально по частям собирать. Последнее время такого хоть отбавляй. Это уже успело стать системой — примерно раз в месяц происходит подобное убийство. Дазай уже давно знает, кто это. Но разве можно раскрывать карты, так и не начав многообещающую игру? Он разворачивается в кресле, оглядывая спящего Ацуши. На губах расплывается ухмылка — парень ведь даже не знает, кем является. Какова же будет его реакция, когда он поймёт, что всё это время… Не сейчас, слишком рано.

***

Утро встречает Рюноске очередной дозой непрекращающейся боли. Стоит только юноше открыть глаза, как затылок пронзает тупая боль, словно в него кусок металла прилетел прошлой ночью. Еле переборов желание сдохнуть сиюсекундно, он приподнимается, понимая, что всё это время так и лежал на ледяном полу, поэтому, неудивительно, что всё тело ломает, вынуждая его хрипеть, сгибаясь в три погибели. Больно. Невыносимо. Хочется умереть, чтобы больше не чувствовать это каждый грёбаный день. Пытается встать. Неудачная мысль — доходит сразу же, после резко простреленной поясницы. Как часто он доходил до того, что элементарно подняться казалось слишком сложной и невыполнимой задачей? Голова раскалывается — всё же вчерашняя стычка не прошла бесследно. Если бы это было в хорошем смысле… Жизнь граничит с невозможностью, когда осознаёшь, что тебе никогда не стать идеальным для него. Просто не иметь возможности находиться рядом, касаться рук, спрятанных под огромным слоем шершавых на ощупь бинтов. Он, блять, даже помнит какие бинты по ощущениям, когда он в последний раз провёл по ним подушечками пальцев. Чёртов сталкер. Просто, будь рядом. Этого было бы достаточно, или нет? Чем больше Акутагава находится рядом с Дазаем, тем больше хочется. Осаму, как наркотик. Всегда хочется больше, но ты знаешь, что это рано или поздно убьёт тебя. С третьей попытки ноги решают послушаться, еле удерживая тело в вертикальном положении, в любой момент так и норовя вернуть его обратно на пол. Юноша заходится в хриплом кашле, прикрывая рот рукой. Затем, когда наконец перестаёт выкашливать свои лёгкие, идёт в ванную, смывая с руки кровь, даже не смотря. И так знает, что он там увидит. Сколько ещё это будет продолжаться? Вернее, что убьёт его раньше, безответная любовь к Дазаю, граничащая с безудержной ненавистью, или же болезнь, медленно пожирающая изнутри? Слышится громкий стук. Похоже, тот, кто пришёл, стоит уже, как минимум, пару минут, слушая, что происходит по ту сторону двери. Рюноске не слышал чьих-либо шагов. Неужели, он совсем потерял чувство окружающего мира? На ватных ногах он идёт открывать дверь, хотя желания делать это нет никакого. — Я принесла вам поесть, — у порога стоит Хигучи, не решаясь пройти в его комнату. Она протягивает поднос со всевозможной едой. Акутагава мысленно чертыхается, принимая еду. — Ты слишком волнуешься за меня, всё. — кашель прерывает его, что убавляет веры в то, что всё хорошо. Хотя, кто вообще в это поверит? — Всё… Хорошо. — Может?.. — Не нужно, — парень резко закрывает дверь, не давая продолжить фразу. Вновь раздаётся громкий кашель, из-за чего она вздрагивает. Он знает, что хотела предложить девушка. Но он не нуждается в помощи, точнее, уже поздно ему помогать. Ничего не поможет. Он безнадёжно падает в пропасть. Есть совсем не хочется, приходится заставлять себя через силу. Иначе ему точно не протянуть до следующей недели. А нужно ли ждать этой недели? Закончив, Рюноске выходит из своей комнаты. Работу и задания никто не отменял. Не будешь работать — станешь ненужным. Станешь ненужным — убьют. Всё банально просто. Можно сказать, это единственные принципы, по которым живёт Портовая Мафия. Его шагов не слышно, он вообще мог бы быть незаметной тенью для остальных, если бы не треклятая болезнь, благодаря которой он дышать нормально не может. С каждым днём становится всё тяжелее, так будто жизнь стремится побыстрее свести его в могилу. Он уже давно не ходит по врачам, все говорят одно и то же, лишь печально разводя руками. Чудо. Его может спасти только чудо. А в чудеса юноша не верит. Сейчас, нужно лишь попасть на свежий воздух, чтобы отбросить все эти гадкие мысли, которые стали уже обыденными. Акутагава не смотрит вперёд, боится ненароком увидеть Дазая, боится, что сердце в очередной раз забьётся так сильно, что он вновь потеряется, не зная, как ему быть. Это последнее, что ему хочется в этот момент. Шаг ускоряется, как только он слышит чьи-то голоса — видеть кого-либо тоже нет желания. Но не тут-то было. В следующий миг в него на всей скорости влетает какой-то парень, сбивая с ног. Голова снова начинает кружиться так, что перед глазами звёзды кружатся. Мафиози хрипит, задерживая дыхание, чтобы опять не начался долбанный кашель. — П-простите, — Ацуши начинает запинаться, ему слишком неловко, стоило ему только выйти из кабинета Осаму, и он сразу же чуть не убил человека. — Я не хотел, — протягивает руку, чтобы помочь подняться Акутагаве. Но быстро понимает, что тот потерялся в пространстве, вообще не понимая, что происходит, поэтому сам хватает его за руку, быстро приводя в нормальное положение. Сам же Рюноске буквально задыхается от такой наглости: сначала сбили с ног, потом подняли, не дождавшись ответа… — Всё в порядке? — Накаджима чуть склоняется над ним, пытаясь понять, всё ли в норме, не поранился ли он. — Отвали уже! — злится. Зачем так заботиться о таком, как он? Он не достоин такого. Рюноске проходит вперёд, оставляя парня позади. Тот так и остаётся стоять на том же месте, не зная, что делать. «Кто это?» — Накаджима провожает взглядом незнакомца. Как раз в это время Дазай выходит из своего кабинета с огромной кучей листков в руках. — Ты чего застрял, Ацуши? — А… Ну, я хотел спросить кое-что… Я столкнулся сейчас с каким-то парнем, он кашлял ещё. Ты не знаешь его? — Мой бывший ученик — Акутагава Рюноске. — Почему ты перестал быть… — Не спрашивай. Я не хочу говорить об этом, — Осаму уходит дальше по коридору прямо. — Ты же помнишь, о чём я просил тебя? — Да, — приходится крикнуть, чтобы его услышали. Он уже было чуть не забыл о своём поручении. Заданием это назвать было сложно. Но, а что он хотел? Первый день всё-таки. Дазай попросил заглянуть в библиотеку и поискать какую-нибудь информацию о Гильдии и её работниках. Он до сих пор не сдался, думая, что в самых потаённых уголках Мафии есть что-нибудь об этом. На словах он объяснил, где находится библиотека, вот только всё вылетело из головы юноши, когда он столкнулся с Рюноске. Что же теперь делать? Постояв так ещё несколько минут, парень понял, что ему никак не вспомнить того, что говорил Дазай, поэтому придётся идти наугад. Петлять по длинным коридорам пришлось очень долго, но в конце концов, Ацуши нашёл её. В библиотеке никого не оказалось, что немного удивило Накаджиму. Хотя, он же только первый день в Мафии, может здесь вообще не принято много читать. Помещение было не то, чтобы большим, а просто огромным. Казалось, найти здесь что-либо будет просто невозможно. «Разве можно провалить первое же поручение?» — с этими мыслями Ацуши принялся за поиски книг, как-то связанных с Гильдией или вообще с устройством их мира. Если ему повезёт, он сможет не только узнать многое о Гильдии, но и о Портовой Мафии тоже. Это было бы полезно. На первый взгляд кажется, что юноша находится совершенно один. Но первое впечатление обманчиво, не так ли? Когда очередная книжка валится из рук Ацуши, из-за соседнего стеллажа слышится чей-то недовольный вздох. Накаджима страшно пугается, не зная, что делать. К счастью или же наоборот, он ещё сам не решил. Появляется Чуя. — Какого?! Ты… Откуда ты здесь? — Накахара, как всегда, в своём репертуаре. — Дазай послал, — юноша расстроился, он не смог ничего найти за целый час! — Дазай? — рыжий удивлён. Он не ожидал, что тот станет использовать Ацуши для такого задания. «В конце концов, почему он просто не попросил меня?» — Он ведь просил найти информацию о Гильдии? — Ага, — парень вытащил самую неприметную книжку. На его лице отразилось ликование, когда он понял, что только что достал. — Это она! Название да и сам её вид был ничем не примечателен, вот только содержание было крайне важно. Оказалось, это был чей-то дневник или же записная книжка. Накаджима стал листать книжку, пытаясь найти записи про Гильдию. Начинались заметки с того, как неизвестный поступил в Мафию. Кажется… Он был знаком с Огаем Мори, но это сейчас не так важно. Следующая страница гласила: «Сегодня Мори представил мне одного из его главных помощников. Им оказался самый обычный, на первый взгляд, парень, лет 16-17. Дазай Осаму, кажется… Однако, Огай убедил меня, что он довольно…» — То-есть, Дазаю тогда было всего 17… — Ацуши сам не заметил, что произнёс это вслух. — Дай сюда, — Чуя выхватывает книжку из рук юноши, быстро пробегая глазами по строчкам. — Интересно, — он, не отдавая книжку, направляется к выходу из библиотеки, чтобы найти Осаму. — Чуя, подожди! — Ацуши отчаянно пытается догнать Накахару, но тот как сквозь землю провалился. — Что мне теперь делать? — пробурчал парень себе под нос. Он медленно брёл по пустынным коридорам Мафии, смотря себе под ноги. Дазая, насколько он знает, сейчас нет на месте, он ушёл около часа назад. Чуя тоже сбежал, причём вместе с его поручением. Удача — это прям про Ацуши, конечно. Внезапно, навстречу ему выходит группа людей, впереди которых идёт девушка в маске. Передвигаются они бесшумно, что он бы их даже и не заметил, если бы не столкнулся с ними лицом к лицу. Но вряд ли эта встреча закончится чем-то хорошим.       Ацуши максимально прижимается к стене, продолжая идти, не останавливаясь, чтобы не вызывать подозрений. Однако, Гин сразу понимает, что это тот самый новенький, про которого ходит столько сплетней. Когда он оказывается на одном уровне с девушкой, она тут же выхватывает нож, перегораживая ему дорогу. Накаджима замирает в миллиметре от острого лезвия, лишь чуть-чуть полоснув им по коже, оставляя небольшую царапину. — Кто ты? — голос будто напоминает кого-то, такой же безокрасочный, сухой. — А-Ацуши, — парня трясёт от страха. Он не знает, что ему делать. Бежать не выйдет — со всех сторон его окружили. Остаётся только надеяться, что его отпустят. — Я… Здесь всего день, поэтому… — Ха-ха, он здесь всего день, — какой-то парень выступает из толпы. — Посмотрите-ка на него, какой важный. Парни, давайте покажем ему, как у нас тут всё устроено! — толпа начинает медленно надвигаться, из-за чего Накаджима вообще дышать перестаёт. Последняя надежда, что их главарь — та девушка в маске, прикажет не трогать его. — Делайте, что хотите, — вопреки всем ожиданиям Гин разворачивается и уходит. Всё. Он пропал. Это был единственный шанс на спасение. Не успевает Ацуши сообразить, как ему быть, ему тут же прилетает нехилый удар в челюсть. Потом в живот, в нос — юноша уже не может стоять нормально, его скрючило пополам от боли. Но они даже не думают останавливаться. Накаджима кашляет, сплёвывая кровь, и невольно опускает взгляд вниз — весь пол в крови. Его собственной крови. «Тряпка… Ни на что не годен… Даже бродяга будет полезней тебя…» — голоса в голове затягивают в омут прошлого, отдаваясь чёрными пятнами перед глазами. Ещё год назад он был в приюте, где с ним обращались, мягко говоря, плохо. Настолько плохо, что, когда он смог оттуда сбежать, он еле мог передвигать ногами из-за сильного истощения, вся одежда просто висела на нём, как на доске. Там, его постоянно дразнили и гнобили. Даже дети, его одногодки и те считали хорошей забавой избить его до потери сознания. Сейчас же, всё будто повторяется. Снова драка. Снова он страдает и ничего не может с этим поделать. А вдруг, всё не так? Со следующим ударом в нос, юноша не удерживает равновесие, падая на пол. Теперь, когда он не может встать, он автоматически становится ещё более уязвимым, что не играет ему на руку. Где-то глубоко внутри закипает злость из-за собственного бессилия. «Тряпка», — Ацуши рычит от ярости. Воспоминания играют свою роль, подливая масло в огонь. «Ни на что не годен», — руки и ноги тяжелеют, появляются огромные когти. «…Всякий будет полезней тебя…» — парень подскакивает и бросается на того, кто всё это время жестоко избивает его. Когти с лёгкостью разрывают кожу, как тряпку. Кровь хлещет повсюду. Остальные из этой шайки замирают в ужасе, не в силах даже пошевелиться. Ацуши не останавливается, продолжая рвать его на части. — Ты опередил мои подсчёты, Ацуши-кун, — неожиданно появляется Дазай. Он видит то, что делает его подчинённый и знает, что происходило до этого. Он предвидел то, что только так, довольно жестоким методом, можно пробудить силу внутри юноши. Того зверя, что скрывается за дружелюбной оболочкой. Тигр совершенно не обращает внимания даже на знакомый голос, хотя, на подсознании узнаёт этого человека. Тогда, Осаму подходит ближе, насколько это возможно, ничуть не страшась его истинного облика, а когда тигр уже готов убить несчастного, лишь касается его рукой, отменяя способность. Ацуши валится на пол без сознания. Из носа всё продолжает течь кровь, на что Дазай лишь вздыхает. Знал ведь, что с ним придётся повозиться.