Я всегда притворялся, но не сейчас.
23 апреля 2018 г., 19:04
Бороться за свою жизнь с самим собой у Джона не было ни малейшего желания. Он был не против покончить со всем этим дерьмом. Он всё равно потерял единственную причину, ради которой стоило жить. Из-за которой его жизнь чего-то стоила, и не была бессмысленным выживанием на земле. Зачем бороться за жизнь, где тебя все ненавидят, где тебя ненавидит единственный любимый тобой человек? Хотя раньше ему было плевать на собственную важность в чей-то жизни. Но теперь это не так.
Оставалось надеяться, что после смерти Джона, Беллами всё-таки простит его и не будет помнить о нём, как о предателе. Пусть даже хороших воспоминаний о Мерфи он вряд ли много наскребёт, но может есть хоть что-то, из-за чего Блейк вспомнит о нём с теплом.
Так же Джон надеялся, что парень не будет терзать себя чувством вины. Ему не нужно раскаяние Блейка. Отмщение за причинённую боль больше не актуально для Джона Мёрфи, и он не хочет становиться причиной страданий того, кого любит.
Он слышит своё тяжелое прерывистое дыхание. Каждый вдох даётся Джону с острой болью в груди. Стрела все ещё внутри.
— Ты правда решил умереть вот так, после всего, что пережил? — как будто вытягивая из того света, слышится голос Беллами.
Этот голос заставляет Джона вернуться к попыткам осознания реальности. Очень смутно он понимает, что находиться в помещении, лежа на столе вниз животом. Вокруг него находятся люди, чьи лица он не может различить, а их голоса доносятся невнятными звуками.
— Вы слышите меня, Аркадия? Приём! — Джон разобрал нетерпеливый голос Монти.
Кто-то аккуратно разорвал майку на теле Джона и стянул её с него. Холод осел на обнажённую кожу. Повышенная температура испепеляла тело изнутри. Снова эхом в голове пронесся мягкий голос. Беллами не позволял умереть ему. Его голос заставлял парня не сдаваться в руки смерти, сопротивляться ей остатками сил.
— Ты сильный, Мёрфи. Не закрывай глаза.
Джон слушался его. Он запрещал себе умирать и закрыть глаза, хотя и не мог ничего разглядеть. Ему было нужно что-то, на чём можно было сфокусировать взгляд, так было проще удержаться в сознании. В глазах всё размыто — это усложняло ситуацию. Он хотел бы сказать Беллами, чтобы тот не прекращал говорить с ним, тогда бы Джон смог фокусироваться на его голосе, но слова образовали ком в груди.
Джон услышал голос Эбби из радиоприёмника. Сил держаться у него больше не было, и он провалился в бессознательный сон.
***
Открыв глаза, Джон обнаружил то, что он лежит на кровати в своём доме. Он хотел подняться, но боль в груди вернула его вновь в исходное положение. — Не вставай, — послышался голос Октавии. Она подошла ближе к нему и села возле кровати. — Из тебя вынули стрелу, с помощью Эбби. Даже пришлось переливать тебе кровь, ты много потерял своей. Хорошо, что Монти взял всё необходимое с собой, хоть и не является медиком, как и никто из нас. Но тебе повезло, что мы всё-таки спасли тебя, а не добили ненароком. Все уже были готовы к такому исходу. — Не стоило так париться, — отозвался Джон с привычной ему ухмылкой. Октавия обворожительно улыбнулась ему и потрепала его волосы: — Спасибо тебе. За то, что спас меня. — Обращайся. — Я позову Беллами. — Зачем? — испуганно спросил парень. — Мы тут тебя по очереди караулим, но он просил сообщить ему, как ты придёшь в себя. После этих слов девушка скрылась. А Джон упрашивал себя не нервничать. Но сердце непослушно билось об грудную клетку в сумасшедшем ритме. Джон, терпя боль, аккуратно повернулся на бок, нервно сцепив руки между собой. Беллами хочет видеть его? Джон понятия не имел, что от него ждать: продолжение ненависти или же благосклонности из-за спасения его сестры. Хотя на последнее Джон особо не рассчитывал. Блейк вполне может ещё и обвинить его. В связи последних событий Джон может быть виноватым всегда и во всём, в этом он уже убедился. Вскорости Беллами появился в его доме. Несколько бесконечно долгих секунд они смотрели друг другу в глаза, и Беллами с мягкой улыбкой произнёс: — Я так и знал, что ты не собираешься облегчить нам жизнь своей смертью. Джон хмыкнул в ответ: — Ну и козлина же ты, Беллами. Блейк слегка рассмеялся, но ненадолго. Его лицо наполнилось серьёзностью и едва заметной грустью. — Я считал тебя тем, кто беспокоится лишь о собственной шкуре. Почему ты спас её? — Потому, что она дорога тебе, — Джон смотрел глубоко в глаза парня и, пытаясь скрыть волнение в голосе, изо всех сил говорил, как можно, спокойно и уверенно. — А ты мне. Во взгляде Беллами забилось удивление с непониманием. Кажется, ему не просто было осознать произнесённые слова до конца. Словно он пытался объяснить их себе, хорошо обдумав весь смысл сказанного. — Я понимаю твоё недоумение. Я и сам удивлён не меньше, — продолжил Мёрфи, выжидая какой-то реакции или ответа. Но ничего не последовало. Блейк был в замешательстве, а Джон просто не мог вынести молчания после сказанных слов. Он говорил уже открытым текстом, осознанно решив больше не скрываться от Беллами. Если он так хочет, чтобы парень открылся ему, то и он сам должен был это сделать. — Прости меня за то, что предал тебя, — Джон не заметил, что в его глазах стояли слёзы, от чего его собеседник наполнился еще большей растерянностью. — Я не мог потерять тебя. — Тот поцелуй, — прервал его Беллами. — Ты помнишь его? Ты был пьян. — Я притворялся… — ответил Джон, нервно сглотнув. — Что был пьян. Я всегда притворялся, но не сейчас. То, что Джон сейчас искренен, мог понять даже такой «слепой», как Беллами. Мёрфи никогда не разрешал своим эмоциям вырваться наружу, а сейчас Блейк видел его таким открытым и несдержанным. — Я… эм, — неуверенно замямлил Беллами, впервые выглядевший сбитым с толку, но его перебила, залетевшая в дом, Октавия. Блейк с облегчением выдохнул из-за того, что девушка спасла его от сложного разговора. — Мне рассказали, что ты собрался идти к землянам один! — Так нужно. Сомневаюсь, что они увидят угрозу в одном человеке. — Сомневаешься? Ты на кого ставишь ставки?! Или тебе жить надоело, Белл? — Если бы они хотели нас убить, давно бы это сделали. Все мы знаем, кто такие земляне. И не важно в какой точке Земли они обитают. А это единственный способ прийти к соглашению, — уверенно возразил Беллами. — Мёрфи, скажи ему, что он идиот! Джон лишь удивился этому. Если Блейк не слушает сестру, то с чего она взяла, что он послушает его? Авторитетным его мнение для Беллами точно не назовёшь. — Ты же знаешь, что это безрассудный и опасный план? — Джон и не пытался отговорить парня потому, что знал, что это бесполезно. Но он был полностью согласен с Октавией. — Так же, как и ты знаешь, что это меня не остановит. — Твоя заносчивость тебя когда-нибудь убьёт. — Может быть, не в этот раз? — с улыбкой ответил Беллами. — Только вернись живым, пожалуйста, — нотки сильной тревоги прозвучали в голосе Джона. Беллами задержал взгляд на парне, а после кивнул в ответ. — Меня не устраивает. Я пойду с тобой, — не унималась Октавия. — Тебе не хватило того, что тебя чуть не убили в прошлый раз? — возмутился брат. — Лучше присмотри за раненым. Если бы не он, ты бы была на его месте сейчас. — Так теперь на его месте решил оказаться ты? Возьми с собой хотя бы стрелка, который прикроет тебя! — Если они его заметят, то мне точно не жить. Октавия, со мной будет всё в порядке. Заботься лучше о Мёрфи, — повторил Блейк. — Я тут и сам о себе позабочусь, парочка вы недоделанная, — рявкнул Джон. — Не думаю. Будет вставать с кровати — можешь привязать его, — обратился Беллами к сестре. Девушка усмехнулась в ответ: — Можно и кляп в рот засунуть. — Ну и фантазии у твоей сестрёнки, Беллами. — Дурак, — засмеялась девушка. Беллами крепко обнял сестру. Она вцепилась пальцами в его спину, уткнувшись лицом в плечо, и закрыла глаза. Джон смотрел, как заворожённый, с немалой завистью. Девушка имела такую возможность — обнять брата, когда ей этого хочется, или когда она его видит, возможно, в последний раз. Джон, как бы сильно этого не хотел, должен был сдерживаться. Хотя не знал, стоит ли держать свои чувства на замке в этот момент. Но он боялся быть неудобным для Беллами или же быть отвергнутым им. — Мы здесь твою единственную майку разорвали, но до нас это сделала стрела. Так что мы не виноваты, — Беллами подарил свою очаровательную улыбку. — Я решил отдать тебе свою. Парень положил сложенную светло-серую футболку на кровать Джона. Мёрфи уставился на Блейка с полным недоумения взглядом. Ему показалось, что это какой-то сон. Забота от Беллами? День назад он готов был убить Джона. Смотрел, как на врага номер один. Парень произнёс тихое и неуверенное «Спасибо», глядя в чёрные глаза, в которых больше нет презрения и ненависти. Джон потянулся рукой за футболкой. Но тут же Беллами, будто бы опомнившись, выхватил футболку почти что из-под рук Джона. В этот момент произошло короткое прикосновение их рук, от которого у Мёрфи мгновенно волнами побежали мурашки по коже. У него остановилось дыхание. Он лишь растерянно смотрел на Блейка, не понимая, что сделал не так. — Я помогу, — Блейк вспомнил, что нужно объясниться. — Тебе сегодня нужно двигаться как можно меньше. Джон приоткрыл рот, застыв в изумлении, и промычал невнятное «Эээм…», потеряв дар речи от неожиданности. Блейк относился к нему с таким участием разве что в его сне. Беллами подхватил парня под руки, помогая ему сесть на кровати и упереться краем плеч об прохладную стену, держа раненую часть спины на расстоянии от неё. Да, руки Беллами прикасались к обнажённой спине Джона. И даже чёртова боль при движении сейчас была до задницы. Он даже перестал дышать на какое-то время, словно боялся хоть чем-то испортить приятное тёплое чувство от его прикосновения. Беллами помог надеть футболку Джону на голову, а после продеть на руки, сильно не поднимая их. Джон надеялся, что его учащённое сердцебиение не было слышно на всю комнату. Он смотрел на лицо парня, которое было настолько близко, что стоило лишь слегка наклониться, чтобы прикоснуться губами к коже, манящей своей гладкостью и россыпью веснушек. Джон тщетно пытался отогнать от себя эту мысль, но продолжал пялиться, до боли прикусив сбитую губу так, что из неё выступило несколько капель крови. Октавия, молча наблюдавшая за всем со стороны, светилась довольной улыбкой. Она то уж точно заметила, что чувствует сейчас парень. Футболка была великовата Джону, но выглядел он в ней по-уютному милым. Даже Беллами задержал слишком тёплый для него взгляд на своей вещи на чужом теле. — А тебе идут вещи Беллами, — слегка усмехнулась Октавия, подмигнув Джону. Волнение перемешалось с теплотой удовлетворения от всего, что происходит. Джон даже не смог сдержаться от искренней улыбки. Парень не мог вспомнить, когда чувствовал себя так хорошо, словно поймав эйфорию, или даже смог немного ощутить, что значит быть счастливым человеком. Кажется, Джон готов был ловить стрелы тысячи раз, только чтобы потом Беллами дарил ему своё внимание. Он и не думал о том, что с ним может произойти что-то подобное — невероятное светлое чувство счастья. Которое исчезло вместе с Беллами, ведь тот больше не мог задерживаться. Как только дом его опустел, Джон плотно зажал свой рот рукой, боясь сорваться на крик и забиться в рыданиях. Его тело сильно затрусило в нервной дрожи. Внутри себя парень переживал бурю эмоций. Целую палитру из разных оттенков ноющей тоски, лихорадочного волнения после важного разговора и недолгого прикосновения, параноидного страха за Беллами. Внутренняя агония билась об стены остатков самообладания. Он должен был сказать Беллами. Он должен был больше сказать. Потому, что возможности может больше не представится. Приведя себя в чувства, Джон, ухватив майку за воротник, натянул её на половину лица. Медленно вдыхая запах, он представлял, как это майка когда-то касалась любимого тела. Он точно знал, что это запах Беллами. Он уверен, что уже чувствовал его, но не помнил, когда он был к нему так близко. Когда он оказывался у парня на руках, то был не в состоянии что-то почувствовать: из-за вина, ранения или полусознательного состояния. Может быть подсознательно мозг запомнил его запах. Или Джон мог чувствовать его, просто находясь в относительно близком расстоянии. Теперь он мечтал уткнуться лицом в запутанные волосы Блейка, втянуть этот запах с его шеи. Потому, что он был пьянящим, будоражил нервную систему, заполнял собой, вместо воздуха, грудную клетку и обволакивал истерзанную внутреннюю оболочку.***
Весь день Джон не вставал с постели, как ему и полагалось. Через окно, которое не имело стёкол, и открытую дверь в комнату врывался тёплый морской воздух. Этот воздух нельзя сравнить с тем, что был на ковчеге. Он содержал в себе огромное количество разных запахов: от еле уловимых до ярко выраженных, но Джон никак не мог отцепиться от своей новой вещи, подаренной Блейком. К вечеру комната Джона оживилась молодыми людьми. Они зашли к нему с тарелками в руках, девушки сели на кровать к Мёрфи, а парни расселись на полу, поджав под себя ноги. Харпер положила тарелку с едой Джону на колени. — Ну как себя чувствуешь, пациент? — пошутил Миллер. — Да с такими докторами, хорошо, что, вообще жив. А вы что здесь все забыли? — Ужинаем обычно вместе, — ответил Брайан. — Считай, мы пришли тебя навестить. Джон осмотрел всех с лёгким замешательством. Они пришли поужинать к нему, отказавшись от комфортного приема пищи за столом, где всем было бы удобно и привычно. — Я пытался готовить как ты, — с улыбкой сказал Брайан. Джон изобразил притворное удивление и с оценивающим видом попробовал моллюсков из своей тарелки. — Ну далеко не как у меня, но съедобно. Есть можно, — невозмутимо ответил Джон, чем вызвал общий смешок у ребят. — Ты всегда такой засранец? — скривилась в притворном возмущении Харпер и слегка толкнула Мёрфи в бок. — Нет, я иногда сплю, — Джон не отрывался от своей еды. Моллюски были вкусными, но он просто не способен хвалить кого-то. — Я уверен, что ты даже во сне остаешься им, — сказал Миллер, и все поддержали его смехом. — Может все будем есть? Смотрите, как Брайан старался! — воскликнул Мёрфи, пытаясь отвести внимание от своей персоны. Но вряд ли это получится, когда все собрались здесь ради него. — А я бы сказал, что похоже на твою стряпню, — отозвался Монти, пробуя блюдо. — Очень вкусно. — Не путай неповторимый оригинал с подделкой, Монти, — равнодушно ответил Джон, всё так же с аппетитом поглощая еду. Мёрфи ел в последний раз три дня назад, ещё до встречи с землянами. Ему бы и резина сейчас была бы вкусной. Все непринуждённо общались, поедая моллюсков, запивая вином, словно землян на острове нет и Беллами сейчас не ушёл на встречу с ними. Каждого из здесь сидящих, волновала судьба Беллами, но всё, что они могли сделать, так это постараться отвлечься. Даже Октавия поддерживала шутки, улыбалась краем губ, хоть по ней было не вооружённым глазом видно, что она далеко не расслаблена и спокойна. Просто нужно было ждать. — На тебе отлично сидит футболка Беллами, почти по размеру, — усмехнулась Харпер. — А ты зоркая девчонка. Умеет Монти себе пару выбрать, — отозвался Джон и смочил горло вином. — Как и Беллами, — ответила Харпер, глядя на Джона со слегка хитроватой улыбкой. Монти подавился вином, и брызги полетели во все стороны. А Брайан хмыкнул себе в кулак, подавив смешок. — Сейчас не понял, — Джон схмурился, вопросительно глянув на девушку. — Она шутит, — отозвалась единственная, кто знала, что для Мёрфи эта шутка не покажется смешной. — Просто у всех появился повод подшутить над тобой. — Я вас сейчас правильно понял? — настороженно начал Мёрфи. — Я тоже люблю носить футболку Монти, знаешь ли, — перебила его Харпер, и парни рассмеялись в голос. — О, чёрт… — обречённо протянул Джон и косо глянул на развеселившихся людей. — Некоторые тоже что-то понимают в мести, — продолжил Миллер и улыбнулся уголком губ. — Сначала мы носим их майки, а потом фамилию — это так романтично, — не унималась Харпер, а остальные поддерживали её дурацкие шуточки. — М-да, весело. Вы только при Беллами так не шутите, что бы он не лопнул от смеха, — иронично отозвался Джон, не разделяя общего веселья. — Нет, ну тебе правда идут его вещи, — произнёс Брайан. — Ты бы хоть помалкивал, — со злой ухмылкой ответил Джон. — Кажется, ты сам во время дежурства не караулом острова занимался, — язвительно оборвал его Миллер. — Да завалитесь вы! — Мёрфи заметно разозлился, но остальных это, естественно, только забавляло. — Ну хватит вам, — вступилась Октавия, и сменила тему, взмахнув своей пустой тарелкой. — Для Беллами ещё еда осталась? Улыбки с лиц стёрлись, и Брайан мрачно ответил: — Он сказал, его не ждать. Джон прикрыл глаза, чтобы не выдать уколовшей его тревоги на этот счёт, и попытался затопить её ещё некоторым количеством вина. Он жалел о том, что не попытался остановить Блейка. Хоть и прекрасно понимал, что того бы ничто не остановило, и мнение Джона для него ничего не значит. Но то, что он даже не попытался что-то сделать — это будет терзать его до конца жизни, если Беллами не вернётся. Джон не мог себе даже представить такой ход событий. Блейк столько пережил, и так глупо умереть здесь будет не справедливо по отношению к нему. У него есть его младшая сестра, много друзей на острове и на Аркадии — он не может не вернуться, его здесь ждут. Все сидящие в комнате, отставили свои пустые тарелки и разлили ещё вина по чашкам. — Выпьем за успешный договор с землянами, — произнёс Миллер. — И за возвращение Беллами.***
Уже прошло несколько часов как ночь накрыла остров. Джон закрывал глаза, пытаясь уговорить свой организм на сон. Но даже выпитое вино не помогло ему расслабиться. Пульсирующая тревога не оставляла его даже ночью. «Когда уже вернётся грёбанный Беллами? Я из-за него ни спать, ни жить нормально не могу.» Джон сжал в руках футболку Блейка на себе. «Чёртов-чёртов Беллами! Вечно ему нужно погеройствовать, рискнув жизнью! Мог бы иногда и поразумнее действовать.» Джон вспомнил все моменты из прошлого, которые были связанны с ним. Когда они только спустились на землю, и Джон держал бразды правления вместе с Блейком. Как было бы всё сложно, если бы он ещё тогда влюбился в него. Тогда бы выбитый из-под ног ящик, принёс бы ещё куда больше боли. Но может быть, благодаря этим чувствам, он тогда не совершил бы тех ошибок, которые усугубили их отношения и уничтожили его важность в глазах Беллами. Но всё это в прошлом. Резко прижавшее Джона к кровати тело, накрыло его, не давая возможности сопротивляться и даже двинуться. Джон в страхе открыл глаза и не мог увидеть лица в темноте, но силуэт землянина он бы узнал всегда. — Какой же ты идиот, — зазвучал обволакивающий голос того, кто допрашивал его в том здании. — Стрела предназначалась девчонке. Какой чёрт тебя повёл прыгать под неё? Возомнил себя героем? Думаешь это кто-то оценит? Джон не мог пошевелить ни руками, ни ногами. Тело землянина придавило его, как огромным булыжник. Землянин говорил, близко расположившись к лицу парня, и обдувал своим горячим дыханием его шею: — Ты никому здесь не нужен. Беллами плевать на твои геройствования. Все они будут помнить только то, что ты предал их. Ты не нужен своему ненаглядному лидеру. Он продаст тебя с потрохами, если потребуется. Скажи, скольким он жертвовал, ради спасения своих людей? Ты не будешь его великой жертвой, — землянин злобно захохотал. — Что тебе от меня нужно? — сдавленно произнёс Джон. — Ты можешь мне пригодиться. — Землянин провёл пальцами по сбитым скулам парня, а затем придавил его раненую нижнюю губу. Джон подавил желание отгрызть ему палец и дёрнул головой в сторону, разрывая прикосновение. — Ну уж нет, спасибо, — огрызаясь, ответил парень. — Я лучше буду ненужным своим людям, чем нужным тебе. — Тогда за тебя этот выбор сделает кое-кто другой, Мёрфи. — Ты не можешь знать моего имени! — в его голосе перемешались страх, злость и удивление. — Как видишь, могу, — томно произнёс землянин, слегка сдавливая Джону шею. — Беллами… Что с ним? — Нужно было посылать тебя вместо него. Ему не удастся договориться. — Нет, нет, нет. Ты не убьёшь его, — жалобно произнёс парень и почувствовал, что его шею сдавливают настолько сильно, что он теряет возможность говорить. — Попробуешь мне запретить? — надменно произнёс землянин прямо в ухо Джону. Джон почувствовал оцепенение. Внутри всё сжалось, и он мучительно простонал. Открыв глаза, он увидел Октавию перед собой. Свет луны освещал половину обеспокоенного лица девушки: — Ты в порядке? Я услышала, как ты говорил во сне. Мёрфи с облегчением вздохнул. Это был лишь сон, нагнанный его страхами и переживаниями за Беллами. Как же хорошо, что это только сон, чёрт побери! — Я так громко говорил, что ты это услышала у себя? — Я осталась этой ночью в доме Беллами. Если он вернётся ночью, то мне нужно об этом знать. Хоть и сам Джон изводил себя дурацкими мыслями, он понимал, что девушке могло быть ещё тяжелее, чем ему. Беллами всё-таки её брат, и она знает его всю жизнь. — Он обязательно вернётся, — уверил Джон, пытаясь успокоить девушку. — Это же Беллами. — Ты ведь любишь его, Мёрфи? — неожиданно для парня спросила Октавия. Он думал, ей не нужно уточнений, ведь она и так всё понимала. Джон молча смотрел на девушку, чувствуя, как внутри всё сжалось. Говорить вслух о таких вещах для него было всё равно что висеть в петле. Только пропустив паузу, Джон выдавил из себя: — Люблю. — Он это знает? Джон неуверенно кивнул: — Думаю, да. — Он обязательно вернётся. Это же Беллами, — девушка повторила его фразу, теперь успокаивая его, а Джон сглотнул тяжёлую слюну.***
Проснулся Мёрфи, как только первые лучи проникли в его дом. Чувствовал он себя очень уставшим из-за тяжёлой ночи и сумасшедшего потока событий за последние три дня. Он с трудом поднялся с кровати и медленно вышел на «Кухню». Снова привычный морской пейзаж перед глазами, город из множества террас и хорошо знакомые лица в сборе: все, кроме самого нужного и долгожданного. Джон всё-таки надеялся проснуться и увидеть Беллами, стоящего, как ни в чём не бывало, среди ребят. Но его всё ещё не было. И ожидание было худшей мукой. Октавия, увидев Джона, подскочила к нему и недовольно высказалась: — И какого хрена ты встал с кровати? — Полегче, Тиранша. Я же не без ног, чтобы комнату сутками не покидать. Дай мне немного свободы. — Мы можем вынести тебе кровать на улицу. — Я видеть её больше не могу! — Это потому, что ты в ней один, — с ухмылкой произнесла девушка. — Звучит, как предложение составить мне компанию, мисс Блейк, — Джон шмальнул в неё игривый взгляд. — Ты ждёшь там другого члена семьи Блейк. Джон закатил глаза и с сожалением в голосе проговорил вслух: — Там мне ничего не светит. — Как и со мной, поверь, — усмехнулась Октавия. — Эй, взялась поддерживать, так поддерживай до конца! Девушка искренне улыбалась. Наверное, она устала от переживаний за последние дни и она позволила себе хоть немного расслабиться. Пусь это и, скорее, иллюзорное спокойствие. Такое же было у Джона. С караула подошли сонные Брайан и Миллер. — Беллами не объявлялся? — спросил у ребят Монти, а те лишь отрицательно покачали головой в ответ. — Его нет 20 часов, — мрачно начал Миллер. — Он приказал валить с острова, если его не будет ровно сутки. Ждём ещё 4 часа и собираемся. Джон округлил глаза, уставившись на Миллера. А Октавия лишь тихо произнесла обречённым голосом: — Что? Миллер скрылся, оставив ребят без ответа. Остальные парни ушли к морю за рыбой. Джон находился в шоковом состоянии от того, что у Беллами всего 4 часа, и они его бросят. Накрывающую его волну отрицания, прервала, подсевшая к нему, Харпер: — Что у тебя на шее? — Я не вижу, — незаинтересованно отозвался Джон. Так, как ему нет дела до себя самого в этот момент, он думает лишь о Блейке. Харпер протянула ему небольшое зеркало. И Мёрфи серьёзно ужаснулся, когда увидел красно-фиолетовые следы от пальцев на своей шее. Если кто и сжимал его за горло, так это только землянин во сне. Значит, это был не сон. Землянин был этой ночью у Джона. И он сказал, что убьёт Беллами.
