Сборник о любви

Селес нравилось во дворце фэнхуанов. Всё это место было пропитано спокойствием и умиротворением, жители были добры, веселы и беззаботны. Даже её сварливый характер не поднимал голову, проникнувшись общей гармонией. Гвардейцы поглядывали в её сторону настороженно, ожидая подвоха, но Селес до сих пор никого не превратила в крилязма за косой взгляд, не заставила блеять Каруто и не наслала порчу на нелестно отозвавшегося о ней теневика. Зато фэнхуаны встретили её радушно и только беззлобно посмеивались, если магесса принималась ворчать. Храм был прекрасен, жизнь в нём текла гармонично, и только вид некоторых разрушенных после нападения мест портил общую картину. Неожиданно для себя Селес предложила посильную помощь в восстановлении дворца, отказавшись, впрочем, терпеть рядом с собой других гвардейцев. Только Эрика неизменно вилась рядом вечной батарейкой, да и та несколько раз убегала на помощь Валькиону. Селес была рада, что личная жизнь подруги складывается так удачно. В прошлом Эрика сильно пострадала от одного парня, а Валькион, хоть и был туповат на её взгляд, мужчиной всё же был честным и прямолинейным, питающим слабость к маленьким беззащитным существам вроде фейлин, ростом ему чуть ли не по пояс. Селес не сдержала смешка, когда вспомнила, как воин постоянно таскал землянку то на плечах, то под мышкой. Она даже в шутку подкинула ему симпатичную большую сумку в цветочек, так сказать, для полного сходства, и теперь дожидалась реакции, расчищая от камней широкий фонтанчик в храмовом саду. День был жарким. Работа кипела по всему дворцу, до неё долетали обрывистые крики гвардейцев и фэнхуанов, но в саду она была одна. Или, по крайней мере, кое-кто хотел, чтобы она так думала. Селес закатила глаза, ощутив на спине пристальный взгляд. В самом дальнем углу сада, в густой прохладной тени скрывался один демон, нагло отлынивающий от работы. За отсутствием Мико Лейфтан был признан гвардейцами новой мамочкой, и его постоянно атаковали глупыми просьбами, жалобами и нытьём на всё, что только попадалось им на глаза. Одним словом, Селес понимала его острое желание забиться в самый дальний и тёмный угол, не выказывая оттуда носа до самого отъезда, но почему это обязательно должно быть рядом с ней? И зачем так сверлить её взглядом? Лейфтан, конечно, постоянно флиртовал с ней и стремился полапать при любом удобном случае, но магесса списывала это на обычный для демонов темперамент и любовь к тактильному контакту, посоперничать с которой могла только маньячка Эрика, готовая заобнимать всё, что движется. Селес устала, проголодалась, и вот уже полчаса мечтала скинуть с себя одежду и бомбочкой нырнуть в этот прекрасный фонтан с замечательной прохладной водой. Даже с использованием магии ворочать эти огромные валуны было тяжело, как бы гвардейцы не были уверены в обратном. Беспрерывное колдовство на протяжении нескольких часов сильно выматывало, а она ещё не нашла себе какого-нибудь симпатичного паренька из местных, с кем можно было бы скоротать ночь и быстро восстановить магические силы. Эзарель не был бы против, судя по взглядам, которые он бросал на неё в последнее время, но Селес не хотела портить зарождавшиеся между ними неплохие отношения сексом по дружбе. Да и она слишком уважала Эвелейн, чтобы пользоваться её любимым с такой небрежностью. Невра был связан с Минелай и сильно тосковал по вениме, оставшейся в Гвардии, Валькион ворковал с Эрикой, а другие гвардейцы боялись её, как паналулу воды. Лейфтана, как вариант, она не рассматривала, этот демон был слишком предприимчив и слишком хорошо играл свои роли, связываться с таким себе дороже. Оно того просто не стоит. «Впрочем, - Селес усмехнулась, задумав новую шалость, - никто не запрещает нам немного поиграть…» Настроение тут же поползло вверх, и девушка едва не запрыгала на месте от переполняющих её эмоций. Дразнить мужчин было любимым её занятием, тем более она всегда гордилась своим телом и внешностью. Лёгким пасом руки убрав повлажневшие волосы в небрежный пучок, Селес убедилась, осторожно глянув за плечо, что за ней всё ещё внимательно наблюдают. Повернувшись к своему единственному зрителю спиной, она начала плавно покачивать бёдрами, мурлыкая под нос мелодию. Тонкие изящные пальчики скользнули по бокам и подцепили край полупрозрачной кофты, мучительно медленно стаскивая её с тела из-за пота. Селес чувствовала, насколько влажная у неё кожа, и только повернулась чуть в бок, подставляясь под солнечные лучи, чтобы капли влаги выгодно очертили гибкую поясницу. Когда кофта оказалась небрежно откинута в сторону, она осталась в одном лифе, непонятно как вообще удерживающимся на её теле. Узор из роз обвивал гибкими стеблями изящную спину и упругую грудь, немного сползал по рёбрам и закрывал пышными чёрными бутонами только самое важное, оставляя мало простора воображению. Оценив через плечо произведённый эффект, Селес дразнящее скользнула по плоскому животу к завязкам шаровар. Лейфтан оглядывал её тело жадным взглядом, практически не моргая следил за движением тонких пальцев по белой коже и плавными движениями тела. Когда пальцы намотали шнуровку штанов и потянули в стороны, он тяжело сглотнул и зажмурился, борясь с желанием завалить негодницу прямо здесь. Мужчина уже догадался, что его рассекретили и теперь дразнят его выдержку, но девчонка не понимала, что играет с огнём. Кровь аэнжела кипела, хотелось выйти из своего убежища и завалить нахалку в густую высокую траву, или напротив увлечь в свой тёмный уголок, подальше от чужих глаз. Случайные свидетели его не смущали, Селес умела создавать прекрасный иллюзорный полог, не пропускающий звуки, которым часто пользовалась на собраниях в качестве защиты от любопытных вампиров. Тем временем мурлыканье увлёкшейся магессы набрало голос, полившись приятной слуху мелодией высокого звонкого пения. Слова песни были на элдарийском, старая колыбельная о детях луны, тоскующих по своей луноликой матери и каждое полнолуние танцующих обнажёнными в её холодном свете. Лейфтан скрипнул зубами. Он действительно был лореалетом, пусть и на половину, и рос среди них долгое время, пока не узнал правду о своём происхождении. Мужчина любил лунный свет и тосковал по возможности отпустить себя в танце под полной луной. Он поймал себя на мысли, что хотел бы, чтобы эта прекрасная женщина присоединилась к нему в этом танце, хотя среди лореалетов это таинство считалось очень интимным, даже интимнее телесной близости, и разделялось только с возлюбленными. Шаровары скользнули вниз по стройным ногам, открыв его взгляду короткие до неприличия шорты, выгодно обтягивающие ладно сложенную попочку. Селес вышагнула из кучки одежды, звякнув браслетами на лодыжках, немного покружилась по саду, покачивая бёдрами, пока песня не подошла к концу. Она и сама не ожидала, что так сильно увлечётся. Простое желание подразнить вылилось в воспоминания о том, как мать в детстве пела ей эту колыбельную. Её любимую колыбельную, которую позже она не раз мурлыкала новорождённой сестре. Воспоминания болью резанули по сердцу, мигом отрезвив. Встряхнув головой, Селес уставилась на мирно журчащий фонтанчик. «Что я творю?» Заметив, как магесса замерла, уставившись перед собой пустым взглядом, Лейфтан собрался было подойти к ней, догадавшись, что девушку вновь одолевают печальные воспоминания, но его остановил звонкий голос. - Селес! К магессе на всех порах неслась возмущённая раскрасневшаяся Эрика, потрясая в воздухе большой сумкой в цветочек. Вынырнув из воспоминаний, Селес прыснула со смеху, лишь в последний миг увернувшись от замаха подруги, намеревавшейся огреть её этой самой сумкой пониже спины. - Ты, да как ты… Ну я тебе! - А-ха-ха, уже набралась красноречия у своего возлюбленного? - Ну держись у меня! Прислонившись плечом к стволу дерева, под кроной которого было так хорошо прятаться от солнечного света, Лейфтан наблюдал, как Эрика загнала Селес в фонтан и, скинув высокие сапоги, прыгнула следом. Завязалась борьба. Уже через пару минут девушки вымокли с ног до головы. Топ и шорты выгодно подчеркнули изгибы Эрики, капли влаги на теле Селес блестели в свете солнца, придавая ей ещё более соблазнительный вид. Мокрые волосы – перламутр и пепельный беж – налипли на шеи и лица, заставляя девушек то и дело останавливаться, чтобы заправить их за уши. Заливистый смех наполнил молчаливый сад, они уже просто игрались, делая друг другу подсечки и роняя с головою в фонтан. Вода как раз была Селес до середины бедра. Магесса не чуралась хитрости, используя магию для управления водой. Сейчас как раз вокруг тела Эрики обвился водяной дракончик, плеснув мощным потоком ей в лицо. Фейлин, не растерявшись, окатила соперницу мощной волной в ответ, следом наваливаясь всем телом и утаскивая взвизгнувшую Селес под воду. Вскоре на звуки борьбы начали сбегаться гвардейцы и фэнхуаны. Показавшаяся вскоре Хуан Хуа с восторгом кинулась в фонтан, на ходу скидывая дорогие одежды, чем чуть не спровоцировала у Фэн Зифу сердечный приступ. Следом за своей госпожой устремились и некоторые фэнхуаны. Гвардейцы наблюдали за развернувшейся баталией с опаской. Им тоже хотелось присоединиться, но они слишком опасались Селес, помня, что магесса обидчива и скора на расправу. С тяжёлым вздохом Лейфтан покинул своё укрытие. При виде него гвардейцы вытянулись в струнку, ожидая нагоняя за отлынивание от работы, но Лейфтан отмахнулся от них и кивнул в сторону фонтана. Переглянувшись, взрослые мужчины и женщины с криками восторга кинулись в гущу творящейся там вакханалии, усеяв землю вокруг разномастной одеждой. Лейфтан и сам был бы не против скинуть плащ и безрукавку, закатать штанины и скользнуть босыми ногами в прохладную воду, поймать в свои объятия почти обнажённую, самую желанную женщину, оглаживать горячими руками её влажное тело… Из мечтаний его вывел подошедший Фэн Зифу, с неодобрением косившийся на вопящую ораву. - Господин Лейфтан, я весь день вас ищу. - Простите, Фэн Зифу, прямые солнечные лучи, особенно в таком жарком краю, плохо влияют на мою расу, - с неизменной вежливой улыбкой ответил Лейфтан, полностью переключая своё внимание на советника. Оставшийся день грозился быть переполненным кучей работы. Иногда он жалел, что не может позволить себе присущую Селес открытость и во всей красе продемонстрировать скверный характер. Тогда уж наверняка эти идиоты оставили бы его в покое. *** Селес завалилась в свою комнату промокшая до нитки, но счастливая. Мине, её лисороз, кинулась с порога облизывать хозяйку, вызвав у той смех. В отличие от других гвардейцев, вынужденных привыкать к новой обстановке, Селес, считай, что совсем не переезжала. До дворца она добралась порталом, скривив нос, когда ей предложили ехать со всеми. С помощью пространственной магии открыла из предоставленной ей комнаты вход в свои апартаменты в Гвардии, перетянув их большей частью во дворец. Она слышала несколько раз, как в дверь ломилась Мико и пару раз Икар, но всех визитёров из штаба магесса с успехом игнорировала, наслаждаясь возможностью от них отдохнуть. Эзарель облизывался на её алхимическую лабораторию, но Селес с лёгкой руки и острого языка послала остроухого к фэнхуанам. Вечером Хуан Хуа устраивала грандиозный праздник, и у Селес оставалась ещё пара часов как следует к нему подготовиться. Хотя бы вымыть из волос каменную крошку, осевшую на всей её одежде. Вышла Селес с небольшим опозданием, не изменяя своим привычкам, и к тому моменту, когда она добралась до пиршественного зала, за столами собрались почти все гвардейцы и фэнхуаны. Магесса уже собиралась было юркнуть в малоприметный уголок, но Хуан Хуа присекла её прятки на корню, словив у входа и усадив в своей части стола, где собралась вся Гвардия Света, рядом с Лейфтаном. На приветливую улыбку мужчины Селес скривила кислую мину и потянулась к бокалу вина. - Ты сегодня прекрасно выглядишь, - обворожительно улыбнувшись, Лейфтан поправил серебряную подвеску с маленьким голубым камнем у неё в волосах. Такими подвесами была усеяна вся причёска магессы, серебряные цепочки с круглыми шариками на концах были гармонично вплетены в волосы и тихонько позвякивали при каждом движении головы. - Я всегда прекрасно выгляжу, Лейфтан, - фыркнула Селес, поправляя тоненькую лямку полупрозрачного платья. - Кажется, если я немного наклонюсь, то рассмотрю твой пупок. - Твой я могу рассмотреть и не наклоняясь. У тебя вообще есть другая одежда? Или ты эту по праздникам серебряной нитью расшиваешь? - Не у всех из нас есть склонность к постоянной смене наряда. - Очень жаль, вам не помешало бы узнать значение слова «стирка». Обмениваясь колкостями, они лишь коротали время, не желая поддерживать с кем-либо вежливую светскую беседу. Несмотря на свои слова, Селес не могла не признать, что одежда Лейфтана ему очень идёт и хорошо подчёркивает обе стороны его личности, пусть окружающие в большинстве своём осведомлены только об одной. Его костюм буквально сиял белизной, переливаясь изумрудными вставками из шёлковой нити. На косичках озорно поблёскивали круглые зажимы из голубого, как у неё, драгоценного камня. Лейфтан был весьма утончён, пусть её и забавляло его нежелание расставаться с любимыми вещами. В конце концов, о том, что разнообразие в его гардеробе всё-таки имеется после выходки Хрома с волосами хрюшона знали все. Внезапно, свет во всей комнате погас, оставшиеся зажженными фонари давали немного света, погрузив всех в интимный полумрак. Забили барабаны, засвистела флейта, скрипка взяла высокую ноту, и в центр комнаты плавной, чарующей походкой выступила неописуемой красоты женщина с огненными волосами и смуглой кожей. Все разговоры тут же стихли, сотни глаз уставились на танцовщицу, ловя каждое её движение. Селес не была исключением, танец и ритмичный бой барабанов заворожил её. Хотелось присоединиться к этой красавице, отпустить своё тело и позволить ему извиваться под первобытные ритмы. Танец полуобнажённого тела, скрытого полупрозрачной тканью, был похож на секс, в комнате резко стало жарко. Селес порадовалась своему лёгкому одеянию. Только Лейфтан, кинув мимолётный взгляд в сторону танцовщицы, вернул его магессе. Перед глазами стояла сцена совсем другого танца, дразнящего, непринуждённого, пока сад принадлежал только им. - Эй, Селес, а помнишь, как на одной вечеринке ты танцевала танец семи лент? – разрезал вдруг тишину громкий шёпот Эрики. Хотевшие, было, шикнуть на неё начали внимательно прислушиваться. - Не помню такого, - с крайней невозмутимостью ответила Селес, болтая вином в бокале. - Ой, да брось! Ты тогда ещё так напилась… - Вот поэтому и не помню, - фыркнула магесса, опустошая бокал одним глотком. – Этот танец считается весьма… откровенным, и не предназначен для детских глаз. - А мне понравилось, - мечтательно вздохнула Эрика, заслужив подозрительный взгляд Валькиона. – Было красиво… - Вы двое уверены, что не спали друг с другом? Говорите, как бывшие любовницы, - усмехнулся Эзарель и тут же ойкнул от прилетевшего ему под столом лёгкого разряда тока. - Типун тебе на язык! – воскликнули девушки в два голоса сразу. На какое-то время за столом установилась тишина. Танцовщица покинула центр комнаты, и на её место пришёл театр теней. История фэнхуанов Селес была не интересна, хотя Эрика впитывала все истории с восторгом. Становилось скучно, магессе быстро надоело играться с иллюзорными бабочками, усаживая их гостям на нос. Происшествие с Каруто ненадолго подняло настроение, но Селес с нетерпением дожидалась начала танцев, чтобы суметь незаметно ускользнуть на улицу и потеряться где-нибудь в храмовом саду. - Скоро начнутся танцы, - будто прочтя её мысли, радостно возвестила Хуан Хуа. – Селес, может, всё же станцуешь для нас? Я слышала, что в былые времена празднества магов были неописуемой красоты зрелищем. К её просьбе тут же присоединились Эрика и Эвелейн. Парни предпочли отмолчаться, чтобы не попасть под горячую руку, только Лейфтан смотрел потемневшим взглядом. Наверняка вспоминал шоу, устроенное для него в саду. Селес усмехнулась. А почему бы и нет? Танцы она любила, особенно на грани приличия, потому с нетерпением каждый год ждала Бэллетэйна. И ей нравилось ловить на себе голодные взгляды мужчин, особенно Лейфтана и Эзареля. Один вечно невозмутимее скалы, второй язвителен и задирист, вечно утверждает, что ему никто не нужен. Одно удовольствие заставлять таких терять голову от желания. Селес кивнула в знак согласия, не сдержав лукавую ухмылку. Эрика присвистнула, принявшись шутить на тему того, что так легко они этого не переживут. - Селес никогда не делает ничего, чтобы порадовать, только поиздеваться. Так что, господа, я бы советовала вам открыть окна. Все рассмеялись, только Лейфтан напрягся всем телом. Он не хотел этого танца. Вернее хотел, но лишь для себя одного. Одна мысль, что на полуобнажённое тело желанной женщины, его женщины, будут смотреть сотни глаз, приводила его в бешенство. Селес заметила его напряжение и усмехнулась ещё пакостнее. Она знала, кому будет посвящён этот танец. Сначала магесса хотела выбрать симпатичного паренька из фэнхуанов и танцевать для него, чтобы в конце вечера увлечь в свою комнату, но желание подразнить аэнжела было куда сильнее. Театр закончил своё представление. Хуан Хуа жестом подозвала к себе паренька из оркестра, нашептав ему что-то на ухо. Тот быстро закивал и убежал к своим, рассказывать пожелание госпожи. - Твой выход, дорогая, - Хуан Хуа лукаво подмигнула. – Может, нам стоит дать тебе, во что переодеться? Твой наряд очень красив, но… - Не стоит. Селес встала с подушки и провела ладонями по своему телу от шеи до бёдер. Лёгкое, облегающее платье сменилось полупрозрачными одеждами танцовщицы синего с серебряным цвета. Спина осталась полностью обнажена, грудь прикрывала лишь лёгкая полоска ткани. Бёдра были увешаны цепочками и бубенцами на восточный манер, мягко позванивающими при движении. Невесомая ткань разлеталась от малейшего дуновения, пока Селес медленным, соблазнительным шагом двигалась к центру комнаты. Щелчок пальцами, и в её руках появились тёмно-синяя шёлковая лента и голубой веер. Эрика вздохнула с разочарованием, вслух заметив, что это не танец семи лент, но тут же приободрилась, решив, что это будет не хуже. Магесса не стала дожидаться, пока музыканты определятся с мелодией. Повела плечом, откидывая за спину толстую косу, звякнувшую цепочками, и начала плавно извиваться телом. Юноша-флейтист споро подхватил её движения. Лейфтан невольно подумал, что Селес похожа на земную королевскую кобру, а фэнхуан – на заклинателя змей. Вот только кобра была слишком горда и своенравна, чтобы танцевать под чужую дудку. Ударили барабаны, взвизгнула скрипка. Движения Селес становились всё более стремительными, напоминая броски кобры, колокольчики на бёдрах, дребезжа, отзывались шипением. Взмах веером, и шёлковая лента парусом взмывает под потолок, как раскрытый капюшон. Танец и правда был на грани приличия. Селес выгибалась в спине, пускала телом волны, покачивала бёдрами и вскидывала ноги, обнажая их в разрезе своих одежд. Лёгкая ткань легко взмывала в воздух, повинуясь движениям её тела, открывая казавшуюся золотистой в приглушённом свете кожу и пряча её вновь. Изящное движение кистью, и с ладони магессы срывается огненный феникс, какими их часто изображают в людских книжках. Взмах веером, и сказочная птица присоединяется к танцу, кружась вокруг стройного тела. Резкое движение бедром, и рядом вспыхивает синим пламенем второй феникс, покрупнее. Две птицы тут же переплетаются телами, взмахивая широкими крыльями. Зрители замерли в восторге, не смея оторвать глаз от страстного танца. Лента то вьётся змеёй вокруг стройного тела, то взмывает под потолок, веер, послушный ловким пальцам, выписывает восьмёрки и резкими взмахами направляет полёт фениксов. Бой барабанов разгоняет кровь и учащает биение сердца, свист флейты затуманивает разум, визг скрипки пускает дрожь по телу. Взгляд Лейфтана темнеет. На протяжении всего танца Селес не сводит с него глаз, налившихся синевой от бурлящей в теле магии. И он бы поверил её глазам, поверил её танцу, позволил бы чаровнице обмануть своё бешено колотящееся сердце иллюзией того, что она принадлежит ему. Но он ни на секунду не забывал о гвардейцах и фэнхуанах, так же жадно ловящих каждое движение страстно извивающегося тела. Хотелось уволочь магессу в свою комнату, швырнуть на прохладные простыни и заставить так же страстно извиваться под собственным телом, смотреть в горящие синим пламенем глаза, вбиваться в жаркое тело, добиваясь стонов и криков… Фениксы разлетелись в стороны, взвившись винтом под потолок. Селес замерла, выставив согнутую в колене обнажённую ножку и прикрыв веером половину лица. Глаза её лукаво блестели над голубой тканью. Её грудь выгнулась колесом от глубокого вдоха, тело согнулось вперёд, опёршись на носок выставленной ноги, веер резко сложился в сторону. С пухлых губ сорвалась струя красного пламени, на лету превращаясь в китайского дракона, опасно щерившего пасть. Дракон облетел по периметру весь пиршественный зал, заставляя людей пригибать головы или вовсе прятаться под стол. Затем описал пару восьмёрок под потолком и стремительно вылетел в распахнутое окно. К нему тут же кинулось несколько гостей. Снаружи раздался громкий свист, а затем последовал взрыв. - Салют, там салют! – закричали те, что были у окна, и гвардейцы с фэнхуанами стремительно хлынули на улицу. Салют был неземной красоты, цветными огнями заслонив всё небо и затмив звёзды. Фигуры всевозможных земных животных и фамильяров, волшебных существ и героев из сказок намертво приковали к себе взоры сотни глаз. - А я говорила, говорила, что это потрясающее зрелище! – восторженно кричала Эрика, сидя у Валькиона на плечах. В общей суматохе никто не заметил, как Селес тенью скользнула вглубь храма, оставив после себя лишь призрачный перезвон колокольчиков. *** Храм был погружён в тишину. Ночь празднества и кровавой битвы, ночь пения флейты и металла сменилась ярким восходом. Гвардейцы и фэнхуаны расползлись по дворцу, залечивая раны. Селес сидела на бортике фонтана в саду, обняв руками колено. Её серо-голубые глаза покраснели от бессонной ночи и слёз. Зажмурившись, она вспоминала, как ещё днём они с Эрикой беззаботно резвились в фонтане, и её затрясло. Не успела. Не спасла. Магесса не выдержала давящей атмосферы, висевшей среди компании, сгрудившейся под дверью комнаты, что делили Эрика и Эвелейн. Состояние фэйлин не улучшалось уже несколько часов, хотя глава медиков и успокоила всех, что жизни Эрики благодаря крови Лейфтана уже ничего не грозит. На Валькионе не было лица, он смотрел перед собой пустым взглядом и не реагировал на слова утешения или дружеские прикосновения. Селес не хотела, чтобы остальные видели её разбитое состояние, все и так налюбовались на её истерику, когда она увидела полуживую Эрику на руках Валькиона. Сама Селес сражалась ближе к воротам, где было жарче всего, потому и пропустила слабую магическую ауру скрывшейся под антимагическим покровом Найтили. Какой же она после этого высший маг, если даже не смогла засечь эту недоучку?! - Вот ты где. Селес вздрогнула и подняла раздражённый взгляд на Лейфтана. Учитывая её состояние, ничего удивительного, что это не оказало должного эффекта. Мужчина сел рядом с ней на бортик и укрыл полой плаща, приобняв за плечи. Кожа девушки была холодной, но крупная дрожь её била не из-за этого. Селес, вопреки обыкновению, не стала отстраняться, наоборот, теснее вжалась в горячий бок. - Спасибо. Что спас Эрике жизнь, - прошептала она слабым голосом. - Я ожидал немного другой реакции, - удивлённо воскликнул Лейфтан. – Это нападение… - Было совершено по твоему приказу, я в курсе, - ответила Селес ледяным тоном. – Сначала я хотела вскипятить тебе кровь, общипать все перья и оторвать голову. И я бы сделала это, не сомневайся. Впрочем, остался ещё твой дружок. Но ты оказался единственным, чья кровь подходит Эрике. У неё очень редкая группа, я боялась, что… Что ничего ей уже не поможет. Я бы не успела никого притащить с Земли, не окажись нужной крови под рукой. Поэтому я благодарю тебя. Можешь просить всё что угодно. Ты знаешь, я могу дать тебе очень многое. Это было рискованно. Лейфтан уже не раз пытался переманить её на свою сторону. Не то чтобы Селес так беспокоилась о Гвардии, ещё несколько месяцев назад она бы только порадовалась смерти магических существ, проливших кровь её народа. Но магесса не могла допустить уничтожения кристалла, важной реликвии для магов, как проявления наивысшего магического мастерства. К тому же она успела привязаться к некоторым из них. Эзарель, Эвелейн, храбрая крошка Минелай, разыскавшая её на Земле ради спасения своего народа, ворчун Каруто. Селес не могла отрицать своего влечения к Лейфтану, но на кону стояло слишком многое, чтобы она могла безрассудно отдаться своим чувствам. - Танец. - Что? – Это стало для Селес полной неожиданностью, она подумала, что ослышалась. - Танец, - повторил Лейфтан, лукаво улыбнувшись и прищурив глаза. – Я хочу, чтобы ты станцевала для меня. Я был крайне зол, когда все эти люди смотрели на тебя. Стань моей на эту ночь. По позвоночнику Селес пробежали мурашки. Лицо Лейфтана оказалось слишком близко, они буквально делили одно дыхание на двоих. Он мог попросить всё что угодно: власть, богатства, могущество, месть… Она бы убила по его указке любого, на кого бы он указал, даже Хуан Хуа, потому как не существовало для неё существа дороже Эрики. А Лейфтан попросил такую малость? Секс не был для неё чем-то особенным, это был самый быстрый способ восстановить магический запас, после зелья из кристалла, конечно. И это всё, что ему нужно? Селес еле сдержала истерический смех. - Ты меня получишь. Этой ночью я приду к тебе. Полагаю, тянуть ты не захочешь? Лейфтан немного пожалел о своих словах. Он хотел, чтобы Селес принадлежала ему, но не так, не разменной монетой. Он ожидал возражений, пренебрежительного тона, а она согласилась так просто, будто её тело ничего не стоило. Это разозлило его. Лейфтан знал об особенностях магии, но одна только мысль о том, со сколькими людьми Селес делила постель за свои двести с лишним лет, приводила его в бешенство. С трудом успокоившись, он посмотрел на женщину потемневшим взглядом. - Я буду ждать. Только нужно что-то сделать с Неврой. - Об этом не переживай, есть у меня одна идея. Тогда до вечера. Весь день Селес провела у постели Эрики, стремительно идущей на поправку. Она редко жалела о том, что не стала таким же великим целителем, как её мать. Селес специализировалась на магии разрушения, неплохо владела школой иллюзии и некромантией. Идеально для войны, но не для спасения дорогих людей. О чём она только думала? На дворец ведь уже нападали недавно, нужно было выставить по периметру щит стихий сразу, как только она здесь объявилась! К обеду состояние Эрики нормализовалось, перетекло в здоровый сон. Эвелейн сказала, что она может проспать ещё несколько суток, но это только пойдёт ей на пользу. Эльфийка и сама сильно устала, бегая между раненными, и с благодарностью приняла часть магических сил, что ей предложила Селес. Это не заменит здоровый сон, но достаточно долго поддержит бодрость в теле. Когда начало смеркаться, Селес уступила свой пост Валькиону. Воин весь день занимался тяжёлой работой, пытаясь отвлечься от мрачных мыслей, и оказавшись рядом с любимой, тут же бережно притянул её в объятия и уснул. Селес не боялась, что он может повредить подруге по неосторожности, сложно было найти человека более осторожного и внимательного к другим, чем Валькион, прекрасно осознающий свою силу. Магесса окружила кровать пологом тишины, чтобы никто не помешал их сну, и тихонько выскользнула за дверь. Проблема с Неврой решилась быстро. Стоило загадочной невидимке проскользнуть в его комнату, как спустя пару минут вампир споро умчался в сторону храмового сада. «Кому-то очень понравилась идея свидания на природе», - усмехнулась Селес. Убедившись, что никто её не увидит, она постучалась. Дверь открыли на второй удар, похоже, ждали её с нетерпением. Лейфтан ухватил её за запястье и затащил в комнату, тут же заключая в объятия. - Ты пришла, - прошептал он и потёрся носом о её макушку. От перламутровых волос приятно пахло эфирными маслами, которые, как он знал, магесса делала сама. Селес вздрогнула и нерешительно обхватила его руками за пояс, прижавшись к демону всем телом. На ней был вчерашний наряд танцовщицы, и она слишком хорошо чувствовала обнажённой кожей его горячий живот. - Я оценил манёвр по отвлечению. Это же была Минелай? Как ты её сюда притащила? - Так же, как и себя. Моя комната связана с Главным Штабом. Мико не заметит пропажи, если она вернётся под утро. Да и Мине очень хотелось побывать во дворце фэнхуанов, уверена, Невра не откажет ей в экскурсии. Кстати говоря, я удивлена, что ты её заметил. Минелай не зря пророчат на пост Матриарха после её матери, она лучшая охотница. Так как ты? - Я всё-таки аэнжел, - самодовольно усмехнулся Лейфтан. – Такими фокусами меня не провести. - Ууу, ты бросаешь мне вызов. Но мы здесь не для этого. Чуть отстранившись, Селес скользнула рукой с мощной шеи на твёрдую грудь, обвела пальцами кромку причудливого верха на границе с кожей, с восторгом ощущая, как мужчина окаменел под её прикосновениями. Пальцы чуть подцепили край, проникнув на полногтя под тонкую ткань, дразня чувствительную кожу. Дыхание Лейфтана участилось. Длинные ногти выводили на коже тонкие полоски на грани щекотки. Едва задев сосок, Селес сдвинула пальцы ниже, очерчивая кубики пресса. Лейфтан не сдержал стона. - Эта зона у меня отличается повышенной…чувствительностью, - произнёс он сдавленно сквозь зубы. - О, ты поэтому постоянно ходишь с торсом наголо? – лукаво усмехнулась Селес. – Хочешь, что б тебя погладили? На этот раз она опустила ладонь полностью, чтобы сильнее огладить его торс. Лейфтан зашипел, как его паналулу, когда ногти чувствительно царапнули низ живота. Наигравшись, Селес надавила ладонью на его пресс, толкая в сторону кровати. Упав на матрас, Лейфтан потянулся руками к магессе, чтобы затащить её к себе, но та легко увернулась от него и покачала пальцем. - Нет-нет, ты же просил танец? Только для тебя. Вот и наслаждайся. Селес отошла, нарочито покачивая бёдрами и совершая замысловатые пасы руками. Свет в комнате потух, но через секунду в воздухе замерцали магические огоньки, словно светлячки в храмовом саду, создавая волшебную атмосферу. В другом углу комнаты повисли разнообразные инструменты: арфа, флейта, барабаны, лютня и несколько странного вида, которые он не узнал. Магесса перебирала пальцами в воздухе, а инструменты исторгали чарующую мелодию, повинуясь её воле. Лейфтан залюбовался. Ему всегда нравилось смотреть, как Селес колдует. Она делала это так изящно, нарочито небрежно, будто это ничего ей не стоило, хотя Лейфтан как никто знал, насколько магия своенравна и хаотична и как сложно ей управлять. Это его в ней и восхищало: магесса всегда была уверена в себе и своих силах, заставляла считаться с собой даже тех, кто её ненавидел. Удовлетворившись звучанием инструментов, Селес махнула рукой, отодвигая кровать Невры к стене, чтобы освободить себе больше места. Её руки плавно опустились на пояс одеяния, и Лейфтан с восторгом заметил, как пальцы тянут серебряную ленту, расширяя прореху на юбке. Он уже догадался, что этот самый танец семи лент, которым так восхищалась Эрика и который не принято демонстрировать в приличном обществе. Селес начала двигаться, поводя плечами и бёдрами, извиваясь, как змея, в такт мелодии. Лента то оборачивалась вокруг её запястий, стягивая их у неё за спиной, то вилась вокруг тела и дразнящее скользила по груди, будто живая. Лейфтан откинулся на руки, не отрывая тёмного, жадного взгляда от её движений. Вскоре к первой ленте присоединилась вторая. Селес закружилась, взметнув лёгкую ткань одеяния, обнажая стройные ножки. Ленты, послушные её рукам, выписывали в воздухе круги и восьмёрки, оседая полупрозрачной тканью на её тело. Затем были третья и четвёртая. Магесса поймала его голодный взгляд и, не отводя собственных глаз, стала медленно приближаться, поводя бёдрами. Прохладные ленты огладили его щёку и дразнящее скользнули по торсу. Лейфтан тяжело вздохнул, борясь с желанием перехватить ткань и дёрнуть женщину на себя. Его кровь кипела от желания и без всякой магии, спина зудела от желания расправить крылья, но он пока держал себя в руках. Селес знала о его сущности, но ещё ни разу не видела его в истинном обличии, только полумираж, когда он попался в пентаграмму истины. Тогда демон сильно сглупил, сунувшись в комнаты магессы, не подумав об осторожности, слишком привыкший к доверчивости гвардейцев. Селес была осторожной, подозрительной и не верила им ни на йоту. Она не скрывала своей ненависти к волшебным существам, убившим её семью, и постоянно ждала удара в спину. Это объединяло их. Желавший поначалу лишь заиметь могущественную союзницу, Лейфтан и сам не заметил, как увлёкся этой женщиной в совершенно ином смысле. Чувства ударили его обухом по голове, и он ужаснулся. Аэнжелы были существами страстными, но не влюбчивыми, то, что он испытывал к магессе, грозило лишить его свободы воли, и он сам бы с радостью отдал ей поводок. К счастью, Селес всё же отличалась от него. Она презрительно фыркала на мысль о всепрощении, но не любила напрасных смертей и никогда не стремилась использовать кого-то в своих целях. Её веселили несчастья, обрушившиеся на Главный Штаб из-за неопытности Мико, и она же первая становилась на его защиту, непременно брызжа ядом в сторону гвардии Света, когда опасность становилась реальной и грозила мирным жителям. Пятая лента, щёлкнувшая по кончику носа, вырвала Лейфтана из размышлений. Селес смотрела на него, прищурив в раздражении глаза, недовольная тем, что он отвлёкся. Она хотела владеть его вниманием полностью, чтобы он смотрел только на неё и желал только её. Селес осознавала эгоистичность своих желаний, но её до дрожи бесило то, что она не может быть рядом с желанным мужчиной из-за ряда идиотских условностей. Великий Кристалл был наследием её деда, её мать и сестра отдали за него свои жизни, и магесса никогда не предала бы память своей семьи его уничтожением. А в Гвардии была Эрика, так напоминавшая её дорогую Луну, маленькую сестрёнку, в которой она души не чаяла. Селес мотнула головой, чтобы не окунуться в мрачные воспоминания. Тот день словно отпечатался на сетчатке её глаз, и она часто уходила в себя, изводясь ненавистью к своему бессилию и острому сожалению, что единственная осталась в живых. Селес взглянула в салатовые глаза напротив, казавшиеся чёрными в трепещущем магическом свете. Наверняка Лейфтан чувствует то же самое, пережив ту же жестокую потерю своих родителей у него на глазах. Их объединяло столь многое, так почему они вынуждены быть порознь, оказавшись на разных сторонах баррикад? Неужели нет ни единого способа, ни единой лазейки, чтобы соединить их цели и стремления? Не в силах больше терпеть ни малейшее расстояние меж их телами, Селес отбросила ленты и обняла лицо мужчины ладонями. Красивый, чёрт. Как все демоны и лореалеты, кем бы он там на самом деле ни был. Кошачий разрез глаз, острые стрелки ресниц, общая утончённость черт… И при этом Лейфтана никак нельзя было назвать женственным. Селес наклонилась, впившись в тонкие губы жёстким поцелуем, вложив в него все свои страсть, боль и отчаяние. Лейфтан ответил не менее горячо, в остервенении кусая пухлые губы чуть не до крови. Она чувствовала, как сильнее выступили его клыки и какой раскаленной была кожа под её руками от кипевшей внутри энергии. - Перестань сдерживать себя, - отстранившись, Селес дёрнула его за косичку, чтобы привлечь внимание к своим словам. – Я не испугаюсь тебя. Хотя бы этой ночью будь со мной полностью честен. Хватит прятаться за масками. С тихим рыком Лейфтан обхватил её за плечи. Селес видела, как расширяется его зрачок, выплескиваясь тьмой, как ярче загорается изумрудная радужка. Зарывшись пальцами в мягкие разноцветные пряди, она наткнулась на причудливо изогнутые рога. Три пары – демон высшего ранга. Даже для неё очень серьёзный противник, особенно учитывая тот факт, что сила аэнжелов растёт с возрастом, как и у магов, а они оба ещё относительно молоды. За спиной распахнулись четыре мощных крыла, заполнив всё пространство комнаты, затушив порывом воздуха большую часть огоньков. Селес отстранилась, прошептала формулу и сделала пару пасов руками. Комната стала значительно шире, как и кровать, на которой сидел Лейфтан, огоньки снова весело заплясали в воздухе. Теперь аэнжелу было куда комфортнее, и он с наслаждением полностью расправил крылья. В глазах Селес не было страха, только восхищение и жажда сильного тела, сидящего перед ней. Подняв обнажённую до самого бедра ножку, она упёрлась носком в жёсткие мышцы пресса и с силой оттолкнула мужчину спиной на простыни. Лейфтан не сопротивлялся, наблюдая яркими глазами, как женщина опирается ступнёй на кровать и резко оказывается над ним, расставив ноги на ширине его бёдер. Танец продолжался, пусть и перешёл в несколько другую плоскость. Покачивая бёдрами в такт льющейся по комнате мелодии, Селес медленно опустилась на колени. На её теле осталось всего две ленты: прикрывающая накрест её грудь и подобие набедренной повязки, оставшейся от юбки. Теперь, когда она была так близко, Лейфтан заметил, что всё это время на ней не было белья, что хорошо подчёркивали полупрозрачная ткань одеяний и льющийся из-за спины женщины свет. Он с трудом сдержал стон желания, потянувшись к гибкому телу руками, но Селес жёстко перехватила их за запястья, не позволяя прикоснуться. - Ты хотел, чтобы этой ночью я танцевала для тебя. Наслаждайся зрелищем, - прошептала она соблазнительным голосом, заведя руки ему за голову, и, лукаво усмехнувшись, прикусила мочку уха. Лейфтан втянул воздух сквозь зубы и выгнулся на постели, соприкасаясь своими бёдрами с её. Селес ахнула, ощутив его желание. Откинувшись назад, она всем весом опустилась на него, чувственно покачивая бёдрами. Лейфтан изнывал от желания подмять женщину под себя и сорвать с неё оставшуюся одежду, но, собрав оставшуюся силу воли, продолжил играть по её правилам. Селес с нажимом провела пальцами по его торсу, вырвав тихий стон, и поддела тонкую ткань одежды. Было бы затруднительно стянуть с Лейфтана верх, учитывая его рога и крылья, так что она снова зашептала формулу, заставляя ткань испариться. Полуобнажённый демон, раскинувшийся под ней на белоснежных простынях, заставил свернуться горячий клубок внизу живота. Селес ещё получит свою долю удовольствия от сегодняшней ночи, но сначала она хотела заставить это прекрасное тело извиваться от наслаждения. Мягко прикоснувшись губами к коже под подбородком, магесса спустилась влажными поцелуями до тонких ключиц и резко укусила. Лейфтан зашипел, снова выгнувшись, его крылья встрепенулись. Селес бросила на него лукавый взгляд из-под ресниц, спускаясь ещё ниже. Его кожа была такой мягкой и нежной, совсем не свойственной для мужчины. Всё же в демоне текла кровь лореалета. Селес лизнула и прикусила сосок, царапнув второй ногтем, с наслаждением ощущая под собой дрожь сильного тела. Особое внимание она уделила его прессу, осыпая его поцелуями и лёгкими укусами, разминая мышцы пальцами и царапая длинными ногтями. Отзывчивость Лейфтана приводила её в восторг. Мужчина не сдерживал тихих стонов и вздохов, изгибался ей на встречу, скребя пальцами простыни рядом с её волосами, еле сдерживаясь от желания зарыться в них и направить её движения. Почувствовав, что дрожь его тела стала мельче и чаще, Селес перестала дразнить, опускаясь ниже. Зубами стянув ткань штанов, она обхватила его губами и резко опустилась до предела, вырвав из Лейфтана крик. Раздался громкий треск, Селес лукаво усмехнулась, насколько позволял занятый рот, и щелчком сменила хлопок простыней на шёлк – его порвать демону будет сложнее. Жёстко удержав руками его бёдра, рванувшиеся навстречу, она заставила его шире развести колени, чтобы удобнее устроиться между ними. Лейфтан с восторгом ощущал обхватывающие его стенки горла и мягкий язык, надавливающий именно там, где было приятнее всего. Он не знал, врождённое ли у магессы отсутствие рвотного рефлекса или это тоже заслуга магии, но это и не было важно. Теперь он сам держал руки подальше от её головы, боясь причинить боль, и с готовностью раскрывался навстречу, подпуская ближе к себе. Крылья бешено молотили воздух, осыпая их градом перьев, чувствуя, как стремительно нарастает удовольствие. Жаркая волна прокатилась крупной дрожью по всему телу, выгнув позвоночник и вырвав протяжный стон. Селес отстранилась, сверкая самодовольным взглядом, большим пальцем отирая влажные губы. Вытянувшись на его животе, женщина подняла длинное смоляное перо, и, повертев его между двумя пальцами, недолго думая, заправила его себе в волосы. - Ну как там луна? – протянула Селес хрипловатым голосом. Одна мысль о том, из-за чего появилась эта самая хрипотца, вновь наполнила его тело желанием. - Сейчас узнаешь, - прорычал аэнжел, резко подминая женщину под себя и закидывая ноги себе на плечи. Селес охнула, почувствовав прикосновение его жёстких губ и языка в сокровенном месте. Лейфтан не игрался, вдавливая языком чувствительный комок нервов. Два пальца резко скользнули внутрь, заставив её вскрикнуть и сжаться, отчего уже он не сдержал стона. Хотелось туда, внутрь, чтобы она кричала и извивалась под ним от наслаждения. Мужчина заработал языком быстрее, буквально швыряя её за грань. Селес невольно сжала бёдра, уколовшись о его рога, но даже не заметила этой боли, пытаясь отдышаться. - Ну так как там луна? – усмехнулся Лейфтан, облизываясь. Селес сощурилась, принимая вызов. Её глаза вспыхнули синевой, и аэнжел снова оказался на лопатках. Мелодия, струящаяся по комнате, сменилась, подстраиваясь под настроение магессы. Забили боевые барабаны, музыка стала более стремительной и воинственной. Селес перекинула ногу через его бёдра и рукой направила в себя, зашипев от дискомфорта. У неё слишком давно не было мужчины, уже несколько месяцев, проведённых в Элдарии среди боящихся её гвардейцев, и ещё примерно столько же на Земле, пока она вынуждена была решать проблемы с охотниками на волшебных существ. Лейфтан был крупным мужчиной, и ей не так то легко было его принять. Опустившись до конца, Селес вздохнула с облегчением. Лейфтан не двигался, лежал смирно, напряжённо наблюдая за лицом магессы. Как бы хорошо ему самому не было от её тесноты, он не желал ей лишней боли. Опёршись ладонями на его торс, Селес начала медленные движения, морщась от неприятных ощущений. Она знала, что нужно просто немного потерпеть и станет намного приятнее, это не первый раз с невозможностью получить удовольствие из-за разрыва тканей. Скоро мышцы адаптируются и можно будет отпустить себя. Пока Селес мягко покачивала бёдрами, Лейфтан провёл руками от поясницы до острых лопаток, притянув женщину к себе. Селес послушно опустилась, вытянувшись на его груди. Пальцами одной руки спустившись вниз по её позвоночнику, второй он попытался зарыться в её волосы, но наткнулся на бесконечное переплетение кос и цепочек. - Распусти волосы. Селес нахмурилась. Она очень любила свои волосы и крайне не любила когда их трогают. - Давай, - прошептал Лейфтан и погладил большим пальцем порозовевшую скулу, видя её сомнение. – Я тоже хочу видеть тебя настоящую, хотя бы этой ночью. Вздохнув, Селес провела пальцами по волосам. Многочисленные цепочки исчезли, и перламутровый водопад стёк по её плечам. Лейфтан с наслаждением зарылся пальцами в мягкие, шелковистые волосы, перебирая пряди, очертил чёрное длинное перо за аккуратным маленьким ушком, чувствуя, как сжалось сердце от переполняющих его чувств. Ему хотелось, чтобы Селес навсегда вплела это перо, его перо, в свои волосы, чтобы эта ночь никогда не кончалась, и им не пришлось снова мучится, видя друг друга каждый день и не смея прикоснуться. Он обернул её своими крыльями, укрыв от всего мира, будто боясь, что кто-то ещё увидит её такую, растрёпанную, раскрасневшуюся от жара, бурлящего под кожей. Его собственные скулы пылали не меньше. Селес чуть отстранилась и сильнее качнула бёдрами. Лейфтан ответил на её движение своим, поддерживая магессу под лопатки. Опустив взгляд, он заметил, как натянулась полупрозрачная ткань на отвердевших сосках, почти не скрывая тёмных ореолов. Приподнявшись, он обхватил их губами сквозь ткань, наслаждаясь тихим женским стоном. Смочил языком, прикусил зубами и переключился на другую. Они так и не разделись до конца, и это придавало большей интимности их слиянию. Лейфтан сжал упругие груди в ладонях, потирая соски большими пальцами, и позволил Селес самой задавать темп движениям. Она всё сильнее извивалась на нём, то поднимаясь до конца, то опускаясь до предела, принимаясь выписывать бёдрами восьмёрки. Лейфтан не сдерживал своих стонов, и эта отзывчивость распаляла только сильнее. Опёршись одной рукой на его торс, второй обхватив одну из ладоней, сжимавших её грудь, Селес приподнялась ещё несколько раз и замерла в беззвучном стоне, чувствуя, как выгибается под ней сильное тело. Было жарко. Утерев пот со лба, Селес провела рукой по телу, избавляясь от одежды и растянулась животом на прохладных простынях, пытаясь отдышаться. Музыка стала тише, ненавязчиво наигрывая на фоне незамысловатую мелодию. - Это был… красивый танец, - хмыкнул Лейфтан немного задушенным из-за отдышки голосом. - Да, мне тоже понравилось танцевать для тебя, - фыркнула Селес. Вдруг она почувствовала, как мужская рука скользнула по её спине до затылка и чуть вдавила в кровать. Тут же её прижало сверху другим телом, вжавшимся в неё каждым миллиметром кожи. - Ты что это удумал? - Ты сказала, что моя на эту ночь. Не хочу терять ни единого мгновения, чтобы не жалеть потом об упущенных возможностях. Селес задохнулась, вновь ощутив в себе его плоть. Лейфтан двигался медленно и нежно, понимая, что ей ещё может быть немного некомфортно после первого раза. Селес пошире развела колени и упёрлась ими в матрас, чуть вскидывая бёдра ему на встречу. От этого он вошёл ещё глубже, заставив магессу всхлипнуть от боли. Но это была приятная боль, делающая удовольствие ещё ярче, и Селес поддалась ещё ближе, чувствуя, как движения постепенно нарастают. Тонкие косицы щекотали ей лопатки, пока Лейфтан, тяжело дыша, осыпал её спину поцелуями. Этого было слишком много, слишком сильно и глубоко. Селес не выдержала, подтянула к себе подушку, уткнувшись в ней лицом, и закричала. *** Медленно занимался рассвет, заливая видневшееся в окне небо в розовые и бледно-жёлтые цвета. Лейфтан тихо сопел за спиной, вымотанный двумя бессонными ночами и значительной потерей крови. Пусть он и был демоном с довольно быстрой регенерацией, даже ему требовался хороший сон после такой нагрузки. Селес не сомкнула глаз, хотя её тело потяжелело от усталости. Она попросту не могла уснуть из-за роя мыслей, беспрестанно крутящегося у неё в голове. Эта ночь была подарком и для неё, маленьким послаблением перед тем, как сделать окончательный выбор. Эрике нельзя больше оставаться в Элдарии. Здесь она постоянно в опасности, постоянно рискует собой в попытке защитить других, будь проклят её альтруизм. И эта история с кристаллом… Что-то не сходится, Хуан Хуа скрывает от неё какую-то информацию. Конечно, боится потерять ценного союзника. Вот только больше всего на свете Селес презирала лжецов. Нужно уходить и немедленно. Эрика сильно разозлиться, возможно, даже возненавидит её, но если так будет лучше… Селес предложит Валькиону пойти с ними. Если Эрика правда ему дорога, он согласится. На Земле ему опасаться нечего, он фейлин, так что не будет выделяться из общей массы, а к жизни как-нибудь адаптируется. Смогла же Эрика освоиться в Элдарии! Приняв решение, Селес поднялась и быстро облачилась с помощью магии в полупрозрачное платье. На выходе она всё же не выдержала, обернулась. Лейфтан был в привычном своём виде, но её бёдра ещё горели с внутренней стороны от ран, оставленных его рогами. Лишь чёрные перья до сих пор усеивали комнату мягким покрывалом. Щёлкнув пальцами, магесса спалила их магическим огнём, не оставив и пепла. Жаль, что всё так сложилось. Было бы намного лучше, сумей все они найти компромисс, но Селес не могла так рисковать Эрикой. Не давая себе времени передумать, магесса вышла за дверь. Зачесав пальцами волосы, Селес наткнулась на самое длинное смоляное перо. На секунду ей захотелось поддаться слабости и оставить хотя бы его, но она не могла. Не могла позволить этой связи сохраниться. Сжав его в пальцах, она смотрела, как перо медленно тлеет, и всё же не удержала единственную слезу.