Проигравшие

      Юрий выпустил струйку дыма и, затушив сигарету, замучено плюхнулся на скамейку. В последнее время он стал очень много курить, что сильно сказывалось на крыльях, которые быстрее чернели. Приходилось проводить ритуал очищения каждую неделю, вместо обычного раза в месяц. Это занимало время и настроение, поэтому ангел стал ещё более угрюмым и мрачным, если такое вообще было возможно. А от этого душа чище совсем не становилась. Мать всё больше ругала его и говорила о неминуемом падении, просила остановиться и посвятить себя полностью свету, но Юрию и так неплохо жилось. Вон, босс его тоже особыми улыбками не разбрасывался, но жив же до сих пор.       Оставив бесконечные мысли, мужчина быстренько осмотрелся, пробегая быстрым взором по знакомому, но всегда новому скверу, уютно расположившемуся в середине между тремя корпусами Главного здания города. Здесь всегда было много служащих, вышедших покурить, пообедать или просто отдохнуть на свежем воздухе в компании приятных цветов, деревьев и фонтанов. Проход сюда простым ангелам был закрыт, поэтому можно было не опасаться любопытных взоров или неприятных встреч. Отметив изменения, в очередной раз сделанные садовником, взгляд ангела остановился на кустах глупых роз напротив. Они так противно покачивались на ветру, будто пытаясь соблазнить юной красотой, что выводили своим кокетством из себя. Эти идиотки просто не понимали, что внешность — не самое важное в жизни. Что в первую очередь нужны мозги!       — Думаю, что это за атмосфера такая гнетущая, а это ты, Юра! — по дорожке, выложенной из небольших камней, грациозно двигалась девушка, весело улыбаясь и дружелюбно маша рукой в знак приветствия.       
— Ты-то что здесь делаешь? — недовольно спросил блондин, доставая ещё одну сигарету, ибо прошлой явно не хватило для расшатавшихся за последний год нервов. Новоприбывшая встала точно напротив мужчины и покачала головой.
       — Ты лучше брось это… — она указала на сигарету. — Я видела недалеко Отабека, если заметит, опять будет злиться.       Юрий совсем никак не отреагировал на её слова, затягиваясь. Ещё какая-то баба будет учить его, что делать! Хотя теперь он сделался немного внимательнее и стал чаще зыркать по сторонам, не желая действительно попасться своему строгому партнёру, который, как и мать, постоянно вопил о падении и грехах. Мила, так звали коллегу, не настаивала и просто села рядом, усмехнулась, заметив красивые цветы, которые так раздражали сидевшего слева. 
       — Результат уже сказал? — не отрывая взгляда от растений, тихо спросила девушка.       — Ещё нет, — равнодушно ответил Юрий, глядя в небо. Он, казалось, совсем не волновался, но где-то глубоко чувство страха сжимало беспокойное сердце. От этого решения зависела его дальнейшая карьера и жизнь.       — Потянуло же тебя в Хранители… Жил спокойно, работал. Почему неожиданно решил скакнуть вверх по карьерной лестнице? — так же спокойно поинтересовалась Мила. 
      — Я вообще-то на место Ли никогда не метил, — собеседница удивлённо уставилась на мужчину, требуя объяснений. — Я хочу Главным Инквизитором заделаться.       
— Что? — воскликнула коллега, уже не так спокойно. — С чего вдруг в Инквизицию?
       — Я там уже двадцать лет работаю, дура, — очередная сигарета полетела в помойку. — Работа простая, не требует постоянного нахождения в офисе, поэтому её легко было совмещать с моей фиговой должностью секретаря Хранителя. Там хоть мог расслабиться нормально.       Мила прокрутила в голове последние годы и наконец осознала, почему Юрий стал чаще отсутствовать на рабочем месте и постоянно отказываться от её восхитительных предложений вместе выпить. А она-то жила и гадала. Спрашивать, почему ангела потянуло в столь неприятное место, девушка не стала. Не её это дело. Да и вообще, разговоры о сей деятельности — не самые приятные.       — Значит, бросаешь нас. А как же Отабек?
       — Он знает. Мы уже давно с ним это обсудили. Ничего особо не поменяется, просто буду в другой части здания, — равнодушно ответил мужчина и внезапно сморщился, заметив что-то у выхода. Мила проследила за его взглядом и обнаружила не очень довольного коллегу, направляющегося прямо к ним. «Вот и папочка явился». Юрий уже вернул своё привычное выражение безразличия и развалился на скамейке, словно король, готовый принять поданного.       — Ты снова курил? — тут же спросил подошедший, выражая глубокое неуважение к «его Величеству».
       — Я тоже рад тебя видеть, Отабек, — перебивая, вставил своё холодное слово ангел, разглядывая прелюбопытнейшую ветку сирени. Его партнёр устало выдохнул и, нагнувшись, поцеловал любимого в щёку, тихо шепнул:
       — Уже видел его? 
      Юрий проигнорировал вопрос, срывая ветку с цветами и поднося её к носу, чтобы почувствовать нежный запах цветов. Повисла неприятная тишина, которая больше всего напрягла Милу, поэтому последняя звонко воскликнула: 
      — Когда свадьба? — и начала громко смеяться. Она любила пошутить про чужие отношения, особенно, когда речь заходила об этих двоих. Юрий недовольно перевёл взгляд на сумасшедшую, а Отабек как-то грустно уставился на лицо блондина. Для него эти шутки оказывались особенно болезненными, но он старался тщательно скрывать своё разочарование и особенно не предаваться мечтаниям о совместном будущем. За все те годы, что они встречались, отношения не продвинулись вперёд ни на миллиметр. Да, Юрий признавал Отабека своим партнёром, но не проявлял абсолютно никакого интереса ко всяким романтическим свиданиям или простым объятиям влюблённых. Его поцелуи были пустыми… Одарив «шутницу» презрительным взмахом руки, блондин поднялся со скамейки и передал веточку коллеге.
       — Пойду, уже почти время. 
      — Мне пойти с тобой? — с надеждой спросил Отабек, но сразу получил, как и ожидалось, отрицательный ответ. 
       — Не маленький, справлюсь, — блондин медленно направился обратно в здание. Подруга и партнёр остались на той скамейке, провожая спину прекрасного ангела грустным взглядом.
       — Знаешь, а ведь я встречался с Виктором однажды… — девушка подняла глаза на брюнета. — Он чуть не убил меня, узнав о наших с Юрием отношениях. А ведь… у нас их почти и нет. 

       Проверяя почту на телефоне, Юрий медленно двигался по длинному коридору, ловко ускользая от проходящих мимо работников. Из-за этого грёбаного психолога он пропустил очень много рабочих часов, и поэтому зарплата в этом месяце должна была быть меньше. Это совсем не устраивало ангела, который уже привык жить на широкую ногу и ни в чём себе не отказывать. Придётся не так разбрасываться деньгами в этом месяце и лишить себя удовольствия покупать дорогую одежду и украшения, которые он постоянно обновлял. Завернув за угол, блондин вышел на финишную прямую и убрал телефон в карман пиджака. В этой части здания обитали всякие доктора, работавшие с мозгами и нервами, поэтому сюда редко заходили клиенты, считая подобные профессии бессмысленными. Так считал и Юрий. Не доходя до нужной двери, мужчина остановился и напряжённо замер, не решаясь двинуться с места ни вперёд, ни назад. «Может не заметит?». В паре метров от него, ожидая вердикта или чего-то другого, нервно заламывал пальцы Виктор, за этим с жалостливой улыбкой наблюдал брюнет, знакомый любому существу, живущему в Раю, а на «диванчике ожидания» читал книгу Ли. Хранители, а брюнет был одним из них, заметили новоприбывшего, когда последний сделал неумелую попытку незаметно скрыться, но, попавшись, уверенно и высокомерно заявил:       — Вижу, ты всю свою команду поддержки притащил, — услышав знакомый голос, демон резко обернулся, с ужасом обращая взор на мужчину. Минута неожиданно превратилась в безмолвную вечность, когда наконец по лицу Виктора расползлась та эмоция влюблённого идиота, которую ненавидел Юрий. Он вообще мало, что принимал, когда дело касалось отношений. Ли оторвался от книги и как-то враждебно взглянул на своего секретаря, на которого уже несколько месяцев реагировал подобным образом. Он старался не участвовать во всяких подобных разборках, но, когда дело касалось Виктора, можно было изменить своим принципам. Второй же Хранитель (жизни) с интересом разглядывал «врага», мягко водя по собственным губам пальцем. Когда же демон дёрнулся вперёд, желая подскочить к своему сокровищу и захватить в объятья или сделать что-то ещё более неприличное, он вцепился блондину в руку и удержал от порыва чувств, нежно улыбаясь.
       — Так вот, как выглядит твоя бывшая любовь, милый. А мне всё было любопытно, что же ты в нём нашёл, — усмехнулся брюнет, прижимаясь сильнее к Виктору, который, как обиженный ребёнок, посмотрел на помеху.       — Юри…       Юрий злобно цокнул языком и сложил руки на груди. «Чего ещё было ожидать?». Его совсем не смущал тот факт, что он, вроде как, противостоит двум Хранителям, готовым встать на защиту любимого демона, если подчинённый решит что-то выкинуть. В эту минуту он презирал их даже сильнее, чем бывшего возлюбленного. Эти ничтожества, сидевшие так высоко, защищали жалкого монстра, будто он был милым котёнком или щенком, на которого злобный Юрий собирался поднять руку. Он ждал с нетерпением того момента, когда его либо переведут в Инквизицию, либо просто вышвырнут. Всё лучше, чем подчиняться слабакам и лжецам. Но кроме того… где-то глубоко в душе ярость вызывал ещё и тот факт, что новая пассия носит то же имя. «Чёртов демон!».       Ли захлопнул книгу и, приподнявшись, схватил Юри за руку, притягивая на диван. Брюнет от неожиданности отцепился от демона и приземлился рядом с коллегой, удивлённо взглянул на последнего. Не получив объяснений, он надулся, как маленький мальчик, и демонстративно положил на плечо Хранителя правую руку. На одном из пальцев сверкало золотое колечко. Юрий заметил его, быстро взглянул на ту же руку Виктора, который поспешно убрал её в карман, подтверждая догадку ангела. 
       — Меня это не волнует, — холодным стальным голосом произнёс блондин, отворачиваясь к окну, чтобы слегка успокоиться. Ему очень захотелось курить, но точно не в присутствии всего этого цирка. Виктор разочарованно опустил глаза в пол. Он хотел увидеть хоть небольшую ревность на лице ангела, злость, что-нибудь, но получал лишь безразличие, скрывавшее все остальные эмоции. 
      — Ты всё ещё ненавидишь меня? — спросил он.       
— Я никогда и не любил, — по коже пробежали мурашки от собственного ответа и тона, но ангел не подал вида, лишь сильнее отвернул голову. 
Демон сжал зубы. Предвкушение от встречи было настолько сильным, что он почти полгода спал часа два в сутки. Мысли заполняли голову, лишая возможности работать и просто соображать. А кожа почти чувствовала знакомое прикосновение, на которое надеялся мозг. И все эти страдания были напрасны, потому что Юрий даже не собирался мириться! Как и пять лет назад, когда Виктор пришёл «с повинной», чтобы извиниться, и, поддавшись ревности, подрался с Отабеком, Юрий не проявил абсолютно ничего. Ну, кроме презрения, разумеется! Всё-таки Юри был прав… «Я больше не могу». Виктор резко изменился в лице, выпрямился и с издёвкой усмехнулся. Этот неожиданный переход заставил Юрия снова взглянуть на бывшего. Он больше не увидел в чужих глазах ни боли, ни надежды… ни любви. Перед мужчиной стоял настоящий демон, похожий на того, что испортил его жизнь много лет назад. 
      — Зато сейчас ты, конечно, нашёл того самого, верно? — презрительно засмеялся Виктор. — Как его зовут? Отадек… Отабес… Вспомнил! Отабек. Твоя истинная любовь, да? Чего ещё было ожидать от маленького забытого всеми мальчика? 
      Юрий резко развернулся всем телом и злобно оскалился, но демон на это никак не отреагировал. Он больше не собирался потакать эгоистичному ягнёнку, несмотря на переполнявшие его чувства. 
      — После потери столь прекрасного меня, тебе уже было всё равно с кем встречаться? Но, как видишь, — он уверенно показал руку с кольцом. — Я совсем не растерял хватки. Заарканил Хранителя. Бедный одинокий Юрий, вынужденный обходиться простым коллегой.       
— Заткнись! — выкрикнул ангел яростно, сжимая в бесполезном гневе кулаки.       
— Как страшно, — притворно испуганным голосом ответил Виктор. — Птенчик возмужал и стал совсем взрослым, только вот… я изнасиловал тебя однажды и могу сделать это снова, когда захочу.
       Последние слова отразились такой сильной болью в груди, что блондин даже схватился за рубашку в районе сердца, которое будто сжали тисками. Таких мучений он не испытывал, даже во время восстановления от Падения, а это было не очень приятно. Глаза заблестели и слегка заслезились, а на лице выразилась несвойственная строгому секретарю мольба о помощи. Ли даже заволновался за состояние подчинённого, несмотря на всю свою неприязнь, но не сдвинулся с места. Оба Хранителя, хотя были ангелами и понимали чувства Юрия, оставались на стороне демона, потому что были слишком тесно с ним связаны и не собирались, подобно юнцу, отрицать эту связь. Это было бессмысленно и глупо, но придти к такому пониманию младшему пришлось бы самому.       Заметив впечатление, которое произвёл на возлюбленного, Виктор вздрогнул, но лишь на секунду боль отразилась в его улыбке. Пути назад не было. «Это конец». Юрий отвернулся и собирался уйти, но внезапно распахнулась дверь и появился всеми позабытый психолог. Он, поражённый атмосферой, осмотрел присутствующих и занервничал, увидев своего босса — Юри. Откашлявшись, доктор предложил клиентам войти в кабинет для оглашения результата, но никто похоже не собирался двигаться с места, поэтому он, вздохнув, быстро сходил за бумагой и, вернувшись, принялся читать: 
      — Согласно тому, что услышал и увидел, я сделал следующие выводы: ангел младшего ранга Юрий действительно был подвергнут сексуальному насилию со стороны Высшего демона Виктора и имел право подать заявление в Инквизицию, но лишился этого права спустя год после произошедшего, поэтому Виктор не может быть обвинён в содеянном. Информация о том, что Юрий первый раз вступил в половые отношения с демоном, не подтвердилась и признана мною ложной. Первым сексуальным партнером являлось лицо Высшего ранга, по сему я не имею права разглашать его личность. На этом всё.
       Закончив, доктор натянуто улыбнулся и исчез обратно в кабинете, боясь хоть на секунду задержаться в компании этих личностей. Юрий, услышав вердикт, тут же рванул прочь, а Виктор остался стоять, словно замороженный, глядя в удаляющуюся спину. Через пять минут молчания Юри хлопнул Ли по плечу и засмеялся: 
      — Зря мы так волновались! Все живы и довольны!       Хранитель порядка закатил глаза и быстро поднялся с места, тоже собираясь уйти, но, проходя мимо демона, схватил последнего за руку, забирая мужчину с собой. Больше им здесь делать было нечего. Юри же ещё какое-то время посидел на диване, с пустой улыбкой что-то обдумывая, а затем зашёл в комнату психолога, нервно переставлявшего книги на полке.       — И почему ты решил пожалеть обоих? — насмешливо спросил брюнет подчинённого, опираясь спиной о стену и властно складывая руки на груди. Доктор ещё больше занервничал и неуверенно протянул боссу листы с записями.
 Пожалуй, это было единственное существо, которого стоило опасаться.       — Они влюблены друг в друга с момента первой встречи. И хотя мальчишка пытается подавить эти чувства, он не сможет от них избавиться… никогда. 
       Юри усмехнулся, читая то, что было записано аккуратным почерком на бумаге. Наконец ему дали почитать эту захватывающую историю. Некоторые правила порой доставляют немало хлопот и трудностей.       
— Мне всё равно. Главное, чтобы Виктор остался со мной, а жизнь мальца мне не очень интересна, — буднично ответил глава корпуса Ж.       — Но ведь и Виктор…
 — начал было ангел в белом, но не успел закончить фразы:       — …Уже почти обручён* со мной? Да, ты прав, можешь поздравить. 
       Хранитель взмахнул рукой, рассыпая по полу бережно собранные листки. Кинув на психолога довольный взгляд, он вышел из кабинета.

***

      Юрий: Я получил должность главного Инквизитора. Эта работа оказалась тяжелее, чем я думал, у меня почти не осталось времени на посиделки с Милой и даже простые встречи с Отабеком. Я полностью отдался своему делу, забросив другие части собственной жизни. Боль, которая начала преследовать меня с того «судного дня», не уменьшалась, но из-за усталости и занятости почти не чувствовалась, что несказанно радовало. Даже спустя много лет я ощущал, как сердце готово разорваться от предательства… Ведь я предал его тогда. Мне казалось, что так всё и будет продолжаться, пока однажды…       Виктор: Я продолжил работать дипломатом, стараясь как можно чаще отпрашиваться в Ад, чтобы поменьше видеться с Юри, который по требовательности не уступал Ли в его молодости. Последний, кстати, на несколько лет оборвал общение со мной и, насколько знаю, избегал моего партнёра. Впрочем, со временем это прошло. Юри же очень упорно настаивал на помолвке, и в итоге я согласился, с условием, что не буду бездельно сидеть дома и готовить ему ужины, как послушная жёнушка. Он расстроился, но принял этот пункт. Мне долгое время казалось, что жизнь медленно успокаивается и налаживается, но это была лишь моя собственная ложь себе же. Как говорят в дешёвых романах, мир потерял все краски. Мне казалось, что так всё и будет продолжаться, пока однажды…       Оба: …я не влюбился вновь…