Нас всё ещё можно спасти

Джоанна тихо вошла в тёмную гостиную и прислушалась. В доме царила тишина, из комнат не доносилось ни звука. Значит, Лали уже спала или была занята своими делами. Девушка, не зажигая свет и стараясь не шуметь, не замечая, что оставляла за собой мокрые следы, проскользнула в их с Жозе комнату и плотно закрыла за собой дверь. Она прислонилась спиной и затылком к двери и закрыла глаза, едва сдержав стон. В горле образовался ком, из-под сомкнутых век по щекам заскользили слёзы. Джоанна снова и снова прокручивала в голове сегодняшний вечер, который стал последним для неё и Кристиана. Рано утром он снова исчезнет из её жизни, оставив на память о себе только вкус своего поцелуя на её губах. Нет, она больше его не любила. Не любила! Не любила? Тогда почему же её, словно магнитом, тянуло к Кристиану? Почему она так хотела снова очутиться в его объятиях на промозглой, мокрой трассе? Это было, словно наваждение. Джоанна, чтобы избавиться от этих мыслей, открыла глаза, смахнула слёзы, всё ещё обжигавшие ей глаза и кожу щёк, и стянула с себя мокрую одежду. Чтобы хоть немного согреться, она открыла в ванну горячую воду и вышла в кухню, чтобы заварить себе чай. Лали из своей комнаты так и не вышла, и это не могло не радовать. Разговаривать ни с кем не хотелось. Девушка взяла в руки стакан с обжигающим напитком и отправилась в ванную. Уже лёжа в приятно обволакивающей теплом воде, слушая тихий шорох пены, она опять подумала о Кристиане. Закрывая глаза, перед ней вставал его образ. Его глаза… Они всегда говорили ей о многом, о том, что вслух он не хотел или не мог говорить. Вот и сегодня эти нежно-карие предатели сказали ей всё, о чем он молчал. Джоанна не хотела об этом думать, но понимала, что Кристиан ещё любит её. Но он, как истинно любящий человек, предпочёл отойти в сторону, отдавая её другому, лишь бы она была счастлива. Но сможет ли она теперь быть счастливой с Жозе? Стоп! Девушка от избытка эмоций ударила по воде. Хватит! Кристиан — это прошлое, которое уже через несколько часов снова станет призраком. «Он принял решение вернуться в Париж, а значит, не так уж ты ему и нужна» — грустно усмехнулась про себя Джоанна. Нужно было всё забыть и идти дальше. А Кристиан пусть так и остаётся в прошлом. А эти три дня? Пусть они будут просто приятным сном о прошлой жизни. Девушка встала под душ, смывая с себя остатки пены и грусти. Всё так, как и должно быть, уговаривала она себя, я люблю Жозе! Люблю Жозе! С этой мыслью она вышла из ванной и юркнула под тёплое одеяло. Она слышала, как в комнату вошёл вернувшийся из рейса жених. Разговаривать совершенно не хотелось, и Джоанна, закрыв глаза, отвернулась и сделала вид, что спит. Но сон не шёл. Вот уже и Жозе, быстро ополоснувшись в душе, лёг рядом и мгновенно засопел, а она, одолеваемая мыслями о Кристиане и их тайных встречах, боролась с чувствами. Наконец Джоанна, не выдержав, тихо выскользнула из объятий парня и бесшумно вышла в гостиную. Кристиану тоже не спалось. Он уже битый час крутился с боку на бок, то и дело поглядывая на часы, в который уже раз отмечая про себя, что можно было уже и не спать. Время медленно, но верно отсчитывало минуты до его рейса до Парижа. Его сводили с ума мысли о Джоанне, воспоминания о них и боль от того, что она больше его не любит. Перед глазами снова и снова вставал её образ в объятиях Жозе. Тогда её глаза искрились счастьем, улыбка и звонкий смех выдавали в ней счастливую женщину. От бессилия Кристиан сжал кулак и с силой ударил по матрацу. Какого чёрта он притащился на этот проклятый остров? На что надеялся? Идиот! Он просто последний идиот! Завтра он покинет это место и постарается забыть три дня, проведённые на Лав Айленде, как страшный сон! Только теперь он понял, что прошлым жить было невозможно, а в настоящем их с Джоанной нет и быть не могло. Он знал наверняка — Джоанна любила Жозе. Кристиан знал эту девушку, наверное, так же, как самого себя. Он видел, как она смотрела на его друга, с какой нежностью говорила о нём, как в глазах мелькало счастье при одном лишь упоминании о нём. Да, Жозе смог сделать то, что не смог когда-то сделать он, Кристиан — зажечь в глазах Джоанны пламя счастья. Он закрыл глаза и начал было проваливаться в сон, но громкий звонок телефона заставил его вскочить на ноги. Кристиан схватил мобильный и, даже не взглянув на экран, поднёс трубку к уху.  — Слушаю! — хриплым от сна голосом выпалил он.  — Кристиан… Одно слово, и он задохнулся! Он мог узнать этот голос из сотен других, не перепутав его ни с кем даже через тысячу лет. Джоанна! Он хватал ртом воздух, вдруг ставший тягучим и тяжёлым, и не мог сказать ни слова. Сердце бешено колотилось, от волнения ладони стали мокрыми, а колени предательски задрожали. Кристиан опустился на кровать и еле слышно выдохнул:  — Любимая…  — Прости, я тебя разбудила.  — Не страшно. Я все равно не мог уснуть. У тебя что-то случилось?  — Нет… Ему показалось, что Джоанна хотела сказать что-то ещё, но девушка молчала. В трубке слышалось лишь её неровное дыхание, и Кристиана осенило — она плачет!  — Милая, да ты плачешь! Что всё-таки случилось?  — Ты можешь приехать?  — К тебе?  — Да. Я буду ждать тебя на пляже за нашим домом.  — Найду! Скоро буду! Кристиан бросил телефон на кровать и включил ночник. Одеваясь, он вдруг понял, что не давало ему покоя во время разговора — это звенящая тишина, нарушаемая лишь его тихим голосом. С улицы не доносилось ни звука, словно и не было недавно накрывшего остров водопада с неба, который вымочил его и Джоанну до нитки. А ведь когда он засыпал, ливень и не думал прекращаться. Вот он, удивительный климат Лав Айленда, во всей его красе. Парень выбежал из отеля к стоявшим неподалёку такси, уселся в одну из машин и назвал адрес дома, где жила Джоанна. Остров был укрыт тьмой ночи, пресекавшейся лишь светом нечастых фонарей. Удивительно, но дорога оказалась совершенно сухой, и путь к месту назначения занял минимум времени. Почти на ходу Кристиан выскочил из машины и бросился туда, где, по его предположениям, был пляж. Сначала он увидел блики фонарей острова на чёрной глади воды, а потом заметил и Джоанну. Девушка сидела на песке спиной к нему. Он тихо, чтобы не напугать, подошёл к ней и положил руки на её плечи. Она даже не вздрогнула, не повернулась, словно чувствовала его приближение.  — Спасибо, что приехал, — её шёпот слился с шумом набежавшей на берег волны.  — Я не мог не приехать, — Кристиан сел рядом и обнял девушку за плечи. — Что с тобой?  — Можешь меня убить, но… Я не могла уснуть, думала о тебе. Я просто захотела тебя увидеть, почувствовать тебя рядом. Мне так не хватало твоего тепла все эти годы.  — Ты правильно сделала, что позвонила, — он обнял её ещё крепче. — Наши желания снова совпали… Как раньше… Джоанна усмехнулась, не отводя взгляда от мерцающего в темноте моря. А Кристиан не сводил глаз с неё. Ему больше не нужны были слова. Он слишком хорошо её знал, чтобы понять, о чем она молчит. Он знал всё, видел насквозь. Кристиан был уверен, что девушка не скажет больше ни слова, пока не заговорит он, но ошибся. Она повернулась к нему и едва заметно улыбнулась:  — Я так надеялась, что смогла наконец забыть тебя. Я верила, что искренне люблю Жозе, счастлива с ним и вот-вот стану его женой. Он потрясающий, наш Жозе. Но… Я лгала сама себе. Едва ты снова появился в моей жизни, как моё сердце застучало сильнее, моя душа снова рвётся к тебе, чтобы дарить одному тебе тепло и нежность. Я… Всё ещё тебя люблю. Кристиан с трудом сдержал восторженный, победный вопль. Он хотел непременно рассказать об их любви всему свету, наслаждаться ею и делиться этим счастьем со всеми. Но вместо этого он тихо шепнул:  — Ты — моё счастье. И он коснулся губами губ Джоанны, даря ей самый нежный поцелуй. Он снова ощущал её трепет и желание, которым она отдавалась без сопротивления. Кристиан, не отрываясь, осторожно опустил девушку на песок. Он покрыл страстными поцелуями её лицо, шею, плечи, а она, подавшись навстречу всем телом, запустила ладонь в его волосы, иногда спускаясь к шее, проводя пальцами по щекам. Вдруг Кристиан услышал трель мобильного в своём кармане. Он попытался сделать вид, что не слышит, но телефон не умолкал. Он попытался нащупать его и… Проснулся. Проснулся в пустом, тёмном номере отеля. Он наощупь нашёл на тумбе телефон и выключил будильник. За окном всё так же неистовствовала стихия. Ливень, казалось, стал только сильнее, барабаня большими каплями по оконному стеклу, а ветер проникал в каждую щель, колыша занавески даже при закрытом окне. Кристиан осторожно кончиками пальцев коснулся своих губ, хранивших вкус и тепло губ Джоанны. События этой ночи были так реальны, что он готов был поклясться, что он был на том пляже, говорил с Джоанной, обнимал её, целовал… Но это был всего лишь сон. Не было ни телефонного звонка, ни Джоанны, ни разговора. Он, опустив голову, обречённо поднялся с кровати и направился в ванную.