Сиренами рождаются

— Лилит, прекрати! — сердито прошипела Майя, хватая магессу за руку; в ее пальцах был зажат маленький пузырек, внутри которого медленно-медленно плескался голубой лириум. Рыжая, скривив губы, оттолкнула эльфийку. Ее золотистые, как у диких ведьм, глаза угрожающе сощурились на мгновение, но вдруг прозванная Ястребом расслабилась. — Это просто зелье силы, — спокойно сказала она. Голос был ровным, а руки не дрожали: Майя заключила, что подруга уже успела принять голубой жидкости. — Храмовники с него потом не слезают, — настаивала эльфийка, чуть задирая голову, чтобы заглянуть в лицо более высокой человеческой товарке. — Ты скоро не сможешь выжить без дозы, Лилит! — А до этого я испепелю сотню-другую солдат Инквизиции, — магесса беспечно улыбнулась и убрала лириум в карман рваной мантии. — В одиночку. Небрежно встряхнув волосами, рыжая пошла прочь, ловко лавируя между палатками солдат и обычных жителей. Майя осталась на месте, сжав кулаки, она смотрела ей в спину. Лилит не имеет права так рисковать своей жизнью и силой, пока в их лагере только двое магов. Инквизиция, ведомая Искателем истины с забавным именем Джек, работала с храмовниками, которые очень усердно пытались запрятать всех магов в Круги или усмирить. Джек обещал принести в Тедас мир, стабильности и процветание, а для этого ему совершенно необходимо уничтожить «кучку грязных повстанцев», к которым и присоединилась Майя, став вторым свободным магом-борцом наряду с Лилит, что была среди основателей этого движения. Борьба казалась бесперспективной: на стороне могущественной организации были огромные военные и политические силы. Кто знает, что за покой и процветание они намеревались принести, но тогда это выглядело только как бойня для тех, кто не был согласен. Инакомыслящих и бандитов уничтожали с равным энтузиазмом. Всякие картели и синдикаты попрятались по углам, действуя с крайней осторожностью, чтобы не потерять никого и ничего. Или хотя бы поменьше. Что же касается их группки, засевшей в Морозных горах, в деревеньке под названием Убежище, где, по легенде была захоронена Андрасте… Эльфийка отыскала глазами Мокси, их главного интенданта, орлесианку, что обсуждала что-то со своими детьми. Где-то был слышен Эрл, контрабандист, что согласился к ним примкнуть, меж больных бродил лекарь Зед, слышно еще было, как ссорились Маркус и Таннис. Вот практически и все ядро Алых Налетчиков. — Ох, Митал… — тоскливо пробормотала Майя и села на ближайший ящик с каким-то барахлом. К ней немедленно подскочил один из местных мабари, Дукино, и разлегся своей тяжеленной тушей у нее на ногах. — Ну, как? — полюбопытствовал Экстон, выходя из-за палатки. За ним показались и остальные товарищи магессы: гном-воин со странным именем Сальвадор и самый загадочный из обитателей Убежища — Зер0, молчаливый человек (или же худой безрогий кунари, как полагали многие) с большим луком за спиной. Про себя Майя считала, что убийца на самом деле полуэльф, но проверить свою гипотезу не могла: друг о себе особенно не распространялся, а копаться в его вещах или прошлом без разрешения было одинаково чревато. Стрелой в глазу. Мастерство у него было на самом деле эльфийское, но трое его товарищей давно перестали интересоваться этим фактом. Какая разница, если его цели всегда находила смерть? Сальвадор явно был из наземников, но носил на щеке клеймо, как неприкасаемые в тейгах, то и дело пересыпал свою речь словами на гномьем языке. Он был, возможно, грубоват, да и на выпивку мог налегать с куда большим энтузиазмом, чем любой среди них, но в кровавой битве его дикой ярости не было замены. Воин буквально прорубался сквозь ряды противника, в одиночку сдерживая десятки врагов. Экстон же, пожалуй, был самым неказистым на первый взгляд, но без него они бы совершенно точно пропали. Простой ферелденский парень, в бой шедший с мабари (Сабля как раз ошивалась неподалеку, ревниво косясь на Дукино), он был источником оптимизма, неиссякаемых шуток, полезных навыков работы в полевых условиях, а с гномом в бою сочетался на ура. А еще он был неплохим стратегом и превосходно ориентировался по карте, чем грешили остальные. — Никак, — вздохнула магесса, досадливо мотнув головой. Украшения на косичках столкнулись с мелодичным звоном. — Она даже слушать не стала. — А что ты хотела сказать? — голос стрелка прозвучал чуть глухо из-под маски наподобие орлесианской. Может, он бард? Мокси, правда, уверяла, что у него нет характерного акцента. — Хотела ей напомнить про Ангел. Ее качали лириумом больше, чем храмовников, ну и результат, конечно, налицо, — Майя пожала плечами. — Боюсь, она не обратила на это внимание из-за… Роланда. — Сальрока, она слушать не станет, — хмыкнул гном, почесывая клеймо на щеке. — Она же в нем злость топит, в лириуме. — А как-нибудь перекрыть его поток из Орзаммара нельзя? — поинтересовалась она. — Не думаю, — гном качнул головой. — Проще зайти к Джеку в кабинет и начать обсуждать там планы нападения на него. — Он бы удивился, — хмыкнул Экстон. — А может, и умер бы от удивления. Я бы не отказался. Дукино согласно заворчал, ластясь к эльфийке. Та беззлобно толкнула волкодава в бок, чтобы не валялся на ее ногах. Сабля, возмущенная покушением на одного из ее двуногих, тоже подошла поближе и уселась поджарым задом прямо на сапоги хозяина. Экстон охнул. — Нам надо будет брать с собой их обоих, — предложила эльфийка, отпихивая от себя слюнявую морду. — Иначе этого не оторвать от нас потом. — Видели бы сейчас солдаты Джека зловещего эльфийского ликвидатора… — хихикнул ферелденец. — Умерли бы, — перебил его Зер0. Заметив, что на него смотрят с недоумением, стрелок объяснил: — Они оказались бы посреди Убежища, где множество наших солдат, не говоря уже о нас самих. Из стайки болтавшихся вокруг детей вытолкнули маленького мальчонку в рваных штанах. Дрожа от ужаса, он мелкими шажками приблизился к товарищам, видимо, не зная, кого бояться больше: мужчину с мечом и щитом, массивного гнома, высокого лучника или же облаченную в мантию эльфийку. — Тетенька, а это вы Богомол? — робко спросил он Майю. Магесса недовольно фыркнула. Некоторые андрастианцы называли ее так за поклонение эльфийскому пантеону, хотя почему именно так — было непонятно. — Я, дитя, — ответила она. — Можно нам… галлу? — смущенно пробубнил ребенок. Эльфийка вытянула вперед руку, над ее ладонью появилось голубоватое свечение, быстро принявшее очертания крошечной галлы — эльфийского круторогого оленя, что спрыгнул с ладони и бросился бежать по воздуху. Детвора с радостными криками бросилась за ним. — Одна магесса у нас пьет лириум, как сапо… храмовник, а вторая забавляет детей. Ну, сальрока… — протянул Сальвадор. — Мы, наверное, хотели план обсудить, — немного резко оборвала его Майя. — Я слышал, что некоторые хотят остаться здесь после… всего, — тактично сформулировал Экстон. — Выиграем или проиграем, они хотят жить у праха Андрасте. — После нас или них никто не вспомнит об этом месте, — сказал стрелок. Маска чуть колыхалась от его дыхания. — Если они выживут, никто их уже не потревожит. — Это нас не касается. Что с настоящим планом по устранению Джека?