Волчьи песни

      «Глупости, — говорил Геральт, — никакого дракона здесь нет».       «Это вилохвост, ослизг или виверна-переросток», — говорил он.       «Холера огнедышащая! — мысленно ругался белоголовый несколькими часами позже, удирая от самого что ни на есть настоящего, мать его, дракона. — Откуда взялся?!»       — Беги! — подгоняет ведьмак Его Величество, покрепче перехватив того за пояс и перекинув руку себе через плечо. Роше остался где-то позади, и трудно сказать, выжил ли он — нет времени приглядеться. Нет времени даже обернуться, потому что каждая секунда промедления стремительно сокращает дистанцию с драконом, а вместе с ней и шансы на выживание.       Король с трудом переставляет ноги, и Геральт буквально тащит его на себе, попутно проклиная все на свете. Как знал, не хотел ни к Фольтесту идти, ни в бой этот проклятый… Королевский, сука, ведьмак.       Тварь позади рычит, пытается схватить лапами, и острые когти рассекают воздух совсем рядом — Белый Волк чувствует его колебания. Перед тем как нанести удар, она останавливается на миг, и в этот момент надо мчать что есть сил, лишь бы не достала. Каменная стена рушится под массивным туловищем точно карточный домик.       Но вдруг — тишина. Под ногами не гудит от чужого топота, не слышно взмаха смертоносной лапы. Слишком долгая остановка. Стараясь не сбавлять шага, Геральт поворачивается и видит расширившуюся грудную клетку, приоткрытую пасть.       «Твою мать!»       Болезненный стон Фольтеста ведьмак, рванувший его вперед, пропускает мимо ушей: потерпит, если не хочет, чтобы они оба превратились в груду угольков — не помогут ни Квен, ни хваленая королевская неприкосновенность. Рокочущий звук подходящего к горлу пламени звучит по-жуткому тихо. Лучше бы продолжалась погоня…       За ограду расширения в стене Геральт Его Величество в буквальном смысле швыряет и очень вовремя ныряет следом: если бы промедлил хоть мгновение, дело бы не ограничилось опаленной курткой. От жара огненного потока трудно дышать, лицо обжигает горячим воздухом, и ведьмак невольно прикрывается руками, но молниеносно срывается с места, стоит пламени оборваться.       До замка совсем недалеко, и пока дракон лишен возможности попытаться снова их зажарить, нужно бежать.       Чертова война.       Радует только то, что короткая передышка пошла королю на пользу: он хоть еще и не мог бежать сам, но стал шевелить ногами быстрее, поэтому оставшаяся дистанция обещала даться проще им обоим. Главное, добраться до надежного места, где можно спрятаться или принять бой.       Чертовы драконы.       — Давай, давай! — подгоняет Геральт короля сквозь зубы, мысленно прикидывая, как действовать, если огромная гадина рванет за ними в ворота.       Они почти успевают добежать, когда дракон одним прыжком сокращает разделявшее их расстояние. Земля уходит из-под ног, и удержаться просто нереально. Сгруппироваться — вполне. Кувыркнувшись, ведьмак пружинисто вскакивает, в развороте вытаскивая серебряный меч, и рвется вперед, огибая Фольтеста, прямо навстречу огромной раскрытой пасти. Все происходит за какие-то мгновения: замах, уклон, удар — и клинок глубоко вонзается в небо, вынуждая взвывшее существо отдернуться прочь.       С грохотом опускается защитная решетка, и уже сквозь нее Геральт смотрит, как дракон кричит и пытается вытащить оружие, как он улетает, не в силах это сделать. Уносит в своей пасти Арондит.       «Блять».       Это был лучший меч, которым Белый Волк когда-либо сражался. Этот меч дорог ему как память. А теперь он окажется хрен знает где, и все из-за глупых, никчемных…       — Ты снова спас мне жизнь, — молвит, отряхиваясь от грязи, Фольтест. — Можешь просить, что хочешь, ведьмак. В пределах разумного.       Голос его звучит ровно и по-прежнему величественно, как будто не он только что улепетывал со всех ног от огромного огнедышащего хищника.       «Как же ты мне дорог, Твое-то Величество», — с досадой думает Геральт, следуя за правителем Темерии. Такой меч просрал.       Геральт думает, что пока не просрал гораздо больше, нужно проваливать подальше: от Фольтеста, от двора, от всей этой политики. Хватит уже. У ведьмака давно душа не на месте от предчувствия чего-то плохого, и тянуть дальше нет ни смысла, ни желания. К тому же, момент подвернулся весьма удачный: если уж Арондит оказался потерян, пусть эта жертва принесет максимум пользы.       — Я покидаю двор, государь. И хотел бы, чтобы Трисс Меригольд могла отбыть со мной.       Он еще не знает, что опоздал.