Белый лотос

      «Почему так страшно и больно?» — крутилось в голове у парня, лежащего на расправленном диване. Вокруг были голые, белые стены, а рядом стоял небольшой столик, на котором находилось огромное скопление различного мусора — от обычных крошек до упаковок с рамёном и бутылок соджу. «Когда всё успело настолько измениться?» — беловолосый парень взял пачку сигарет со стола, достал одну и прикурил. Он перевёл взгляд на настенные часы: «Скоро Гук придёт», — его глаза закрылись, и он томно вздохнул.

***

      ЧонГук и ЧиМин сидели на кухне и терпеливо ждали когда вернутся Джин и ЁнХи. Они вели прерывистые разговоры о путешествиях во времени, о прошлом и о ЁнХи. Оба думали — странно, что девушка так внезапно появилась в их жизни; да и не просто появилась, а так усердно пытается им помочь. Конечно, они знали про её жизнь, про неё саму, только она не помнит, что рассказывала им это.       — Должно быть, тяжело не помнить полгода из своей жизни, — задумчиво протянул Гук.       — Вот когда вернёшься из прошлого, расскажешь, каково это, — рассмеялся ЧиМин.       — И то верно, но моя жизнь не изменится настолько как её, все будет примерно так же, только с Шугой.       После слов ЧонГука на кухне повисло молчание. Ребята поняли, насколько ей сейчас тяжело — она пожертвовала своей жизнью, ради жизни практически незнакомых ей людей. Неужели в мире существуют люди настолько безрассудные и отчаявшиеся, которым своя жизнь, свой устоявшийся мир не настолько важны?       К парням вернулись Джин и ЁнХи. По ним было видно, что оба немного смущены, но довольны. Что у одной, что у второго, глаза бегали, нарезая круги в пространстве. Они сели на свои места и загадочно улыбнулись друг другу. Гук и ЧиМин смотрели то на ЁнХи, то на Джина и не могли понять что происходит.       — С вами всё хорошо? — нахмурившись, спросил ЧиМин. — Головами стукнулись? — парню совершенно не нравилось выражение лица его «девушки». Он видел раньше такой взгляд — это было в момент, когда он впервые пригласил её на свидание.       — Я уговорила его, — произнесла ЁнХи, не отрывая взгляда от Джина. — Недолго же ты сопротивлялся, — девушка расплылась в довольной, и в тоже время ехидной, улыбке.       На что Джин только недовольно повёл носом, переводя взгляд на Гука: — Только запомни, — парень был очень серьёзен. — Я не прощу тебе, если с тобой что-то случится.       — Я понимаю, — спокойно ответил парень.

***

      Шуга продолжал спокойно лежать. Из-за нахлынувшей усталости его разум постепенно проваливался в сон, он давно забыл о тлеющей в его руках сигарете. И все было бы хорошо, если бы он её не выронил. Не успев дотлеть и потухнуть, окурок оказался на сером, давно пропахшем куривом и алкаголем, ковре. ЮнГи знал, что когда-нибудь, его вредная привычка приведёт его к смерти, но не думал, что такой.       Парень спокойно посапывал, пока огонь медленно расползался по ковру и переходил на деревянный стол. Почувствовав неприятный запах гари, ЮнГи широко распахнул глаза и слегка привстал на локтях. Он был удивлён буквально мгновение, но затем вновь опустил голову на диван, глубоко вдохнул едкий дым и закрыл глаза: «Это наверно к лучшему». Его сердце бешено стучало отдавая болью в висках, к горлу пробиралась назойливая сухость, и желание кашлять только возрастало. Огонь успел перекинуться на единственное растение, стоящее не далеко от дивана. Оно тихо погибало, скорее всего, так же тихо, как мог погибнуть Шуга: «Будет легче».

***

      — Всё помнишь? Не забудь записать, когда окажешься в прошлом. Обязательно, будь осторожен, — беспокойно тараторил Джин.       — Хён, успокойся, я всё знаю, — спокойствию Гука стоит только позавидовать. — Я вернусь.       После этих слов парень закрыл глаза, устроился поудобнее в кресле и погрузился в прошлое. Пройдя сквозь временную завесу, он оказался у дверей своей работы — именно в этот момент в прошлом парень задумался о том, чтобы пойти к другу, но всё же передумал. Посверлив дверь взглядом несколько секунд, Гук развернулся и побежал, на этот раз к Шуге и он уверен, что сделал правильный выбор.       Он бежал быстро, ни на секунду не останавливаясь, потому что знал, что одна это секунда может убить Шугу. Оказавшись у дома, Гук увидел, что из окон валит дым, он был не таким сильным, чтобы его заметили прохожие, поэтому скорой и пожарных ещё не было. Парень незамедлительно набрал номер пожарных и практически влетел на третий этаж. Хорошая была привычка у ребят оставлять запасные ключи в почтовом ящике, потому что они всегда знали, что каждый из них может прийти в гости, когда владельца нет дома.       ЧонГук вошёл внутрь и сразу присел, чтобы в легкие попало меньше дыма. Он, аккуратно обходя огонь, проник в комнату друга и увидел его лежащего на кровати: — Хён! — парень бросился к нему и пытался разбудить, но довольно быстро осознал, что тот без сознания. Тогда Гук взял Шугу под руки и потянул к выходу, попутно получив несколько ожогов.       — Как же так, ЮнГи. Неужели ты не почувствовал, что вокруг тебя горит? — приговаривал Гук пока вытаскивал своего друга. Оказавшись на лестничной клетке, ЧонГук позволил себе немного расслабиться, так как огня рядом не было, а дым не успел распространиться на подъезд. Аккуратно положив Шугу, парень начал делать ему искусственное дыхание, конечно, он видел, как нужно делать только в фильмах, но больше он помочь ни чем не мог.       — Раз, два, три, — шептал Гук, пока делал непрямой массаж сердца, затем зажимал нос и вдыхал кислород в ЮнГи. — Раз, два, три, — вновь дыхал кислород. — Давай же, — процедил он сквозь зубы. Спустя несколько секунд рядом оказались врачи скорой помощи и просто вытянули парня из рук ЧонГука. Он даже не успел ничего сказать, как медики подхватили и его за руки и вывели из горящего здания.       Оказавшись на улице, он поднял глаза на окна и увидел, что огонь уже вышел за пределы квартиры. Языки пламени вылетали из окна, в попытке захватить как можно большую площадь. «Красиво», — подумал Гук, находясь в прострации. Его посадили в машину и дали баллон с кислородом. Находясь даже несколько минут там, парень успел получить немаленькую дозу угарного газа в лёгкие.       Шугу положили в соседнюю машину и начали подавать кислород, попутно вкалывая капельницу, для быстрого очищения крови. Он провёл там достаточно времени, чтобы, в конечном счёте, пролежать несколько дней в больнице.       — Как вы себя чувствуете? — к ЧонГуку подошёл один из врачей скорой помощи.       — Я нормально, — немного прокашлялся. — Лучше ему помогите, — он кивнул в сторону соседней машины, из которой виднелись ноги ЮнГи.       — Он уже понемногу приходит в сознание, но дыма в лёгких слишком много, нам придётся подержать его в больнице пару дней, — опечаленно вздохнул врач.       — Да хоть неделю, главное чтоб он здоров был, — Гук поднялся и пошёл сторону второй машины.       Его желание увидеть друга живым было сильнее всех преград. Он поднялся в кузов и сел рядом с Шугой, тот был окружён различными трубками, которые спасли ему жизнь. Он не спал, его глаза были полуоткрыты, и когда вошёл ЧонГук, ЮнГи смог проводить его вялым взглядом.       — Мин ЮнГи, придурок, — шикнул Гук и увидел, как удивлённо распахнулись глаза его друга. — Да, я обнаглел, и ты тоже. Кто тебе позволил умирать так рано? Ты нам ещё нужен. Почему ты так быстро сдаёшься? — глаза парня начали наполняться слезами, но он сдерживал себя как мог. — Почему ты боишься делать то, что тебе нравится? Твоя страсть — это всё, что тебе необходимо. Так почему ты так легко сдаёшься?       Шуга не мог говорить ртом, но его глаза сказали всё за него. Он так виновато смотрел на Гука, а потом отвел взгляд, потому что ему было так же больно, как и другу. Музыка, друзья и девушка — это всё, что было у парня. Но друзья умирают, девушка ушла, и осталась только музыка, которую он так любит, но даже она его подвела. После череды трагических событий, Шуга перестал писать, больше не было той отдушины, которая поглощала все его невзгоды и переживания — он остался совсем один.       ЮнГи попытался вздохнуть полной грудью, но: «Больно…»

***

      — Джин, — шепнула ЁнХи почти в губы парню. — Что ты делаешь?       — Наслаждаюсь моментом, — он расплылся в довольной улыбке, — Который рано или поздно изменится, и ничего не будет значить, — но после последней фразы улыбка пропала, а он опустился ещё ниже и коснулся своим носом носа ЁнХи.       — Не делай этого, — девушка уперлась руками в его грудь, в последних попытках остановить парня. — Ты потом пожалеешь.       — О чём я могу пожалеть? — он не ослаблял напора и ни на миллиметр не отодвинулся.       ЁнХи забегала глазами, потому что сама не знала ответа на этот вопрос: — Ну… — и его пришлось придумывать. — А вдруг всё изменится настолько серьёзно, что ты меня возненавидишь? И потом будешь всю жизнь мыть рот с мылом, вспоминая свой поступок.       — Глупости, я никогда не смогу тебя возненавидеть, — он аккуратно дотронулся большим пальцем её лица и мягко погладил по щеке. — Ты та, кто подарил мне надежду, — он медленно коснулся её губ, из-за чего у ЁнХи сердце остановилось. Она перестала дышать, а глаза готовы были взять ноги в руки и сбежать, сверкая пятками. Девушка, сама того не понимая, сжала руки в кулаки, крепко вцепившись в рубашку парня. Джин не хотел многого — лишь коснуться её губ, почувствовать их сладкий вкус на мгновение. Он не стал напирать, и буквально через несколько секунд отольнул от губ ЁнХи.       Пролежав почти минуту в ступоре, девушка начала говорить: — Что ты сейчас сделал? — она закрыла рот руками и начала нервно теребить губы. — Ким СокДжин, это был мой первый поцелуй, — она заистерила и стукнула его своим маленьким кулачком в грудь.       — Я рад, — он улыбнулся и навалился на неё всем телом, попутно загребая в свои объятья.