Больше чем любовь

Я подошла к Сереже, присела рядом и сжала его холодную руку, затем вместе с Мишей и мамой Валей, мы вышли из палаты. - Даша, хочу предупредить, - замялся Миша, - Там на улице ждут журналисты. Еще с утра… Скажешь им пару слов или через запасной выход будем пробираться? - Не знаю… - произнесла я, но тут же прикинув в уме, что они могут написать, я решила согласиться, - Дай мне 10 минут и я пообщаюсь с ними. - Ты куда? – в голос произнесли Миша и Валентина Викторовна. - В туалет. Приведу себя в человеческий вид и идем. Спустя, как я и говорила, 10 минут, я вышла в холл больницы в сопровождении Михаила и Сережиной мамы. Дворецкий быстренько провел Валентину Викторовну в машину, а я осталась на растерзание прессы. Я сцепила пальцы в замок перед собой и кивнула ближайшему парню с микрофоном в руке. - Скажите, это правда? Как себя чувствует Сергей? - К сожалению, да, это правда. Сергей пока без сознания. Но его жизни ничего не угрожает. - Вы оставили мужа одного? – встряла какая-то девчонка с диктофоном. - Нет. Сейчас с Сергеем остался дежурить его брат. Ответив еще на пару вопросов и попрощавшись с журналистами, я с благодарностью приняла руку Дворецкого, который увел меня в свой автомобиль. Спустя полчаса я была дома. Зайдя в темную прихожую, я поняла, насколько я опустошена. Захлопнув дверь, я прошла на кухню, не включая свет. Открыла дверцу шкафа и достала пачку сигарет. Впервые за полгода… Приоткрыв окно, я затянулась. Но тут же почувствовала сильнейший приступ тошноты. Бросив сигарету в пепельницу, я побежала в туалет. Сидя возле раковины, мой взгляд упал на не распакованную пачку «Always». Мой мозг лихорадочно заработал – а когда же они были в последний раз? Поднявшись, я подошла к календарю, что висел в кухне над холодильником. Если верить календарю, то у меня задержка больше двух недель… Я что, беременна? Я инстинктивно положила руки на живот, испытывая целую бурю противоречивых чувств: неожиданности, страха и … радости. Но решила не торопить события, а сходить завтра же к гинекологу. Проснулась я еще более разбитой, чем ложилась – все ночь мне снились кошмары, что у меня забирают еще не родившегося ребенка… Но несмотря ни на что, в 11 часов я уже была готова – черные брюки, синяя футболка с Симпсонами, синяя же толстовка и кроссовки. Так как я свою машину оставила у больницы, пришлось вызывать такси. Уже в 12 часов я зашла в палату к Сереже. Паша все еще был там. - Привет, - осторожно произнесла я, - Я тут кофе принесла. Будешь? - Привет, - Паша чуть улыбнулся, чем удивил меня безмерно, - Обычный кофе? С сахаром? - Нет, без сахара, но у меня есть вот что, - я улыбнулась уже смелее и достала из кармана пакетики с сахаром. - Тогда буду. - Как он? – спросила я, отдавая Паше стакан с кофе. - Все так же. Но отсутствие новостей тоже хорошо, - попытался успокоить он меня. - Все нормально? - Ну в принципе, да. А что? - Нет, я у тебя лично спрашиваю – ты в порядке? - Не выспался немного, а так – да, со мной все в порядке. А что? - Ну… Эээ..э. Просто вчера ты был готов меня убить, а сегодня улыбаешься и даже ободряешь… - Даша, я… В общем, я подумал сегодня ночью… Серега уже большой мальчик и в состоянии сам разобраться в своей личной жизни. Раз он выбрал тебя, значит ты этого достойна. Просто я как старший брат привык его защищать и оберегать… Я предлагаю мир, - Паша широко улыбнулся и протянул мне руку. - Конечно, да! – я улыбнулась в ответ и приняла его руку. Внезапно Паша обнял меня и негромко проговорил: - Добро пожаловать в семью, сестренка. - Паша… - единственное, что я смогла сказать, потому что в горле стоял комок слез. В палату вошла Валентина Викторовна и с удивлением уставилась на нас. - Я ошиблась палатой? – мама приподняла бровь и, сделав шаг назад, посмотрела на номер палаты. - Нет, мам. - Нет, мам, - эхом отозвался Паша, выпуская меня из объятий, - Я сегодня много думал ночью и вот… - Много думать вредно, - подколола сына Валентина Викторовна. - Ма-а-ам, - снова хором протянули мы с Пашей. - Что мам? Ладно, ладно… Честно, я очень рада. Что вы наконец-то нашли общий язык. - Кстати, мама, вы побудете здесь пока? Мне нужно сходить кое-куда. - Если ты недолго, то иди, - согласилась Валентина Викторовна, - А я пока сына покормлю. Я кивнула и вышла из палаты. Поднявшись на 2 этажа выше, я подошла к стойке регистратора. - Добрый день, девушка. Можно ли попасть на прием к гинекологу прямо сейчас? - Здравствуйте, - мило улыбнулась девушка-регистратор, - А по какому вы поводу? - Подозреваю, что я в положении… - Женщина или мужчина? - Что, простите? – не совсем поняла я. - Ну к врачу вы к какому пойдете? К мужчине или к женщине? - К женщине, - я улыбнулась, - И если можно, то к опытному врачу, пожалуйста. - Хорошо. Давайте заведем вам карточку и вы пройдете к Алле Васильевне – она у нас один из лучших специалистов и, если что, ведет беременных. - Отлично. Давайте заполним карточку… Спустя минут сорок, я сидела в кабинете напротив невысокой чуть полноватой женщины в годах. - Поздравляю, Дарья Владимировна, вы беременны. Срок небольшой – примерно три недели. Сейчас сходите на УЗИ и тогда мы узнаем точнее. - Спасибо, - проговорила я немного растеряно. - Вот вам направление, рецепт на витамины, брошюрки разные… Увидимся через месяц, - проговорила доктор, делая пометки в карточке. - Спасибо еще раз, - я забрала бумажки, улыбнулась и вышла из кабинета. Как же все это неожиданно и не к месту… Это должна быть новость радостная и не омраченная ничем. А тут… Сережа без сознания, а я… Все так нелепо… Все должно было быть по-другому… Я покачала головой. У меня будет ребенок… У нас будет ребенок. Я тихонько зашла в палату. Паши уже не было. Только Валентина Викторовна сидела у кровати Сережи, разговаривая с ним в полголоса. Она обернулась, услышав звук закрываемой двери. - Что-то случилось, Даша? – во взгляде читалось столько заботы и волнения. - Нет, ничего, - я улыбнулась. Я хотела, чтобы Сережа узнал эту новость первым, - А Паша уже ушел? - Да, ему завтра на работу. У тебя точно ничего не произошло? Неужели у меня на лице написано было, что я напугана и, признаться честно, немного обескуражена сложившимся положением дел?.. - Нет, мам, со мной все будет хорошо, - я еще раз улыбнулась. - Ну хорошо, - сдалась Валентина Викторовна и улыбнулась в ответ, - Я пожалуй, пойду. Если будут новости – звони! - Обязательно. Я обняла Сережину маму и, еще раз пообещав сообщить, если будут новости, проводила Валентину Викторовну до двери. Время до вечера пролетело быстро, особенно если учесть, что сегодня здесь побывали все – Миша, Оля и Паша, моя мама и Димка, по очереди навестили Сережу. А Диме вообще пришлось только спуститься на 3 этажа ниже – Настя уже вот-вот должна была родить и лежала в родильном отделении, что тремя этажами выше хирургии Сколь сильно бы я не надеялась и не ждала, но за день состояние моего мужчины ничуть не улучшилось. Но было стабильным. Ну хоть так… После вечернего обхода, когда посетителей уже не пускают, я наконец-то выдохнула – честно, я несколько устала от такого количества народу в таком маленьком помещении. Подвинув стул к кровати, я села и взяла Сережу за руку. Она наконец-то стала теплой. Я чуть сжала его ладонь. - Привет, - прошептала, - Я уже соскучилась. Открывай глазки поскорее, посмотри на меня. Только ты умеешь смотреть на меня так, что у меня коленки подкашиваются, - я усмехнулась, - Прошу тебя, открой свои красивые карие глазки… А еще у меня для тебя есть одно новость… Я беременна, Сережа… Я замолчала всматриваясь в лицо мужа, но… К сожалению. Не было ни какой реакции. Однако, Сережа выглядел лучше, чем два дня назад. Когда его только привезли сюда – ссадины были уже не такие пугающие, темные круги под глазами почти исчезли, интубационную трубку убрали и теперь он дышал сам. На щеках отросла щетина. - Хочешь, я тебе почитаю? Надеюсь, тебе ты не против легкого чтения? Знаю-знаю, ты предпочитаешь Акунина и Достоевского, но у меня с собой только это, - словно оправдываясь, произнесла я, доставая из сумки книжку «Спеши любить». Но, не прочитав и главы, я, незаметно для себя, уснула. ***Сергей*** …словно сквозь толстую подушку я слышал голоса, но не мог различить и слова. Один голос принадлежал моей жене. А второй был мужским. Мужским? Что за …? И почему я не могу открыть глаза? Тело не слушалось, и я сдался, снова погружаясь в бессознание… … я почувствовал чье-то прикосновение. Это была Даша. Я не мог ошибаться. Она что-то говорит, но я снова не могу понять ее слова. До сознания долетает лишь пара фраз. Ее просьба открыть глаза… Но я, к сожалению, не могу выполнить это. Тело по-прежнему отказывалось починяться. И фраза про новость… Какая новость? Что случилось? Что вообще тут происходит, черт возьми?! Я не мог получить ответы на эти вопросы. Злость и непонимание сменились усталостью, и я снова сдался, уплывая в сон… … я наконец-то смог открыть глаза. Перед собой я увидел белый потолок. Комнату, с какими-то пикающими приборами, освещала пара ночников. Где это я? Что это пищит все время, действуя на нервы? Почему у меня все болит? Что произошло? Я опустил глаза и увидел Дашу, которая спала, положив голову на скрещенные руки. Одной рукой она держала меня за руку. Я попробовал поднять руку и у меня это получилось. Но отняло почти все силы. Я высвободил руку и провел ею по волосам любимой. Она тут же встрепенулась и уставилась на меня, словно я инопланетянин. ***Дарья*** Я почувствовала легкое прикосновение к своей голове. Я попыталась сжать Сережину руку, но ее не оказалось на месте. Я резко открыла глаза. Сережина рука соскользнула с моей головы и упала на постель. Я смотрела на моего мужчину и не могла поверить своим глазам. - Привет, - хриплым голосом произнес Сережа и попытался улыбнуться. - Господи! Очнулся! – с этими словами я вскочила со стула и бросилась на шею мужу. - Эй-эй, поаккуратней, - поморщился Сережа, - У меня почему-то все болит… - Ну еще бы не болело! Ты как себя чувствуешь? - Как будто по мне проехался асфальтоукладчик. А что случилось? - А ты ничего не помнишь? Подожди, я позову врача. Я выбежала из палаты к постовой медсестре, попросив ее позвать дежурного врача, а сама вернулась к любимому. Врач вошел почти следом за мной. На мою удачу сегодня дежурил Валерий Анатольевич. - Здравствуйте. Мне сказали, вы очнулись, - врач подошел к Сергею и достал из кармана небольшой фонарик, - Посмотрим реакцию, - Валерий Анатольевич посветил фонариком сначала в один глаз, потом в другой, - Хорошо. Ну-с, рассказывайте, как вы себя чувствуете? Валерий Анатольевич слушал Сережу и проводил поверхностный осмотр одновременно. - Все болит. А что случилось вообще, кто-нибудь может мне рассказать? – спросил Сергей, переводя взгляд с меня на доктора и обратно. - Вы совсем ничего не помните? – доктор пристально посмотрел на мужчину. - Последнее, что помню, что ехал на презентацию… - Ну это вполне объяснимо и иногда случается – просто срабатывает защитная функция мозга, ограждая человека от сильных потрясений. Сергей Вячеславович, вы два дня назад попали в аварию, сейчас находитесь в больнице. Вы – везунчик. В таких авариях не часто отделываются сотрясением и переломом. Ведь все могла бы быть гораздо хуже, - доктор незаметно для нас, уколол ногу Сережи, проверяя чувствительность. - Ай, - вскрикнул Сережа. - Чувствительность в норме. В принципе, все хорошо. Отдыхайте, поправляйтесь. Я зайду утром. - Спасибо, - чуть слышно произнесла я вслед уходящему доктору. - Так, а теперь я жду подробностей, - Сережа сверкнул глазами. - Каких? Тебе же Валерий Анатольевич все рассказал. Ты ехал на презентацию, скорее всего ты был зол, - я замолчала на секунду, а затем продолжила, - Прости меня! - И ты меня извини, Дашут, - почти шепотом произнес Сережа и взял меня за руку, - А дальше что? - Я точно не знаю. Мне позвонили с твоего номера, сказали, что ты разбился. Я примчалась сюда. Ты был в операционной. У тебя было сильное кровотечение, тебе удалили селезенку. Потом… Потом были два ужасных дня, когда ты был без сознания. И вот теперь ты очнулся, - я улыбнулась и шепотом добавила, - Я так боялась за тебя… - Я, кстати, слышал тебя, но мог открыть глаза, - после короткого молчания произнес Сережа, - Ты говорила, что у тебя для меня есть новость. Какая? - А ты не слышал? - Как видишь. Я вообще уловил только пару фраз. Ну так как? Что за новость?