Закон подлости

Саймон честно упустил момент, когда Джейс успел вытереть слезы и уселся к нему на бедра. Он осторожно приподнялся, взгляд у омеги был полубезумный — течка заявляла свои права, усиливая его запах и заставляя желать большего. Саймон крепко схватил его за влажные волосы, удерживая в своих руках, и поцеловал. Запах кружил голову, но разум требовал немедленного разбора полетов. Саймон со стоном оторвался и попытался наладить контакт. — Джейс, ты и правда этого хочешь? — шепотом спросил он. — Как сам думаешь? — снова включил сволочь Джейс, пытаясь расстегнуть рубашку альфы. Пуговицы не желали поддаваться. Джейс рыкнул и с силой дернул мокрую насквозь, окровавленную ткань, разрывая петельки. Пуговицы покатились по траве, но на них уже никто не обращал внимания. Джейс заворочался с сырыми брюками, испортив ширинку. Но мокрая ткань липла к телу и не позволяла ему стащить брюки. Саймон перехватил его руки и дернул на себя. Джейс оперся на его грудь и смерил недовольным взглядом. — Если бы я не хотел этого, я бы уже сбежал, — прошипел он. — На мне куча рун самоконтроля, я разумнее тебя. — Я бы не согласился с этим утверждением, — пробормотал придавленный Льюис, но под зверским взглядом Джейса перевел тему. — Окей, ты хочешь сделать это в мокрой одежде, на берегу реки, под деревом, после того, как мы чуть не умерли? — Да, — выдохнул Джейс в его губы. — Полнейшая антисанитария, — буркнул Саймон, стягивая кожанку Джейса и откидывая ее в сторону. — Плевать, — судорожно проговорил Джейс, оставляя на его обнаженной шее метки и зализывая мелкие ранки. Он провел языком по свежему шраму, вызывая сдавленный вздох. — Я ж омега, помнишь? Самосмазывающийся, самоочищающийся, лучше трактора или иномарки… — А я нет, — заметил Саймон, подставляя шею в абсолютно нетипичном для альф жесте. — Я весь в крови, грязи и воде. — Плевать, — снова произнес Джейс, дергая за шлевки джинс. — Что расселся? Раздевайся, черт подери, почему эти джинсы такие узкие? Саймон рассмеялся, стаскивая футболку и выбрасывая ее следом. Он восхищенно вздохнул, когда увидел уже не скрытое одеждой рельефное тело. По правилам, омеги должны быть хрупкими и изящными, а альфы мощными и мускулистыми. Ха! Саймон с благоговением провел бледными ладонями по широким плечам, нежно оглаживая руки с взбухающими венами и постепенно переходя на напряженный пресс. Пальцы заменил язык, ловко прошедшийся по мускулистой груди, Джейс до боли вцепился в его волосы и ахнул, когда он обвел ореол его соска и прикусил. — С твоими прелюдиями мы проторчим тут до вечера, — пробурчал он, пряча лицо и появившийся яркий румянец. Саймон довольно хмыкнул. — Соски и пресс, я запомнил, — подмигнул он. — Ой, не выпендривайся и снимай долбанные штаны, — закатил глаза Джейс. — Как скажешь, милый, — фыркнул Саймон и со всей своей вампирской мощью разорвал его штаны на разные куски, даже не возясь с ширинкой. Джейс возмущенно поднял голову. — Эй, это были мои любимые штаны! — прикрикнул он и в отместку чувствительно проехался задницей по заметному бугорку в штанах. И замер, резко бледнея. — Пожалуйста, скажи мне, что ты всегда носишь с собой разводной ключ или бутылку крови… — Саймон покачал головой. — Черт, и с этим вот в штанах ты думал, что ты омега? Я не жалуюсь на размер, но… Саймон заткнул его поцелуем, проникая языком в его рот и перехватывая инициативу. Джейс тут же ответил, не желая сдаваться. Они сталкивались зубами и больно ткнулись носами из-за неудобной позы. Джейс мстительно укусил его за язык, но Саймон продолжал целовать его, выпивая все его недовольства до самого дна. Руки тем временем захватили сырые насквозь боксеры и потянули вниз. От контраста неистового жара течки и ледяных рук альфы, Джейс дернулся и застонал в поцелуй. — Сними. Свои. Штаны, — выделяя каждое слово, прошипел он на ухо. — Иначе я тебе твои пальцы… Саймон прелестно улыбнулся и послушно ввел всего один палец, заставляя Джейса подавиться воздухом и раздраженно укусить его за подбородок. Между ног стало влажно. Джейс яростно дышал сквозь зубы и сам насадился глубже, благо, смазка позволяла. — Давай уже, я тебе не хрустальная ваза, — прошипел он. — Хотя, ты видел горлышко у вазы, оно весьма внушительное… И оно окажется в твоей заднице, если ты не окажешься в моей… — Что насчет скромности в свой первый раз? — приподнял бровь Саймон, глубоко вдыхая насыщенный, но при этом слабый аромат. — Начнем с того… что не п-первый, — выдохнул Джейс, когда три пальца принялись растягивать его изнутри, причиняя ощутимый дискомфорт и одновременно с этим заставляя его желать куда большего. — Я был с двумя женщинами-бетами… и с ооодной омегооой, черт… Но так да, первый… Что я хотел сказать? Ах да, скромность засунем тебе вместе с вазами. Меня чуть не сожрали демоны, я чуть не утонул и не потерял тебя, я люблю хардкоооор… — Вообще, секс традиционен после третьего свидания, — отметил Саймон, резко убирая пальцы. Джейс выгнулся и схватился за его плечи. — Первая встреча, кино с Таносом и твое воскрешение, — тут же выдал Джейс, притягивая к себе кожанку и роясь в карманах. — О да, очень романтичное свидание, — с сарказмом произнес Саймон. — У тебя есть презервативы? — Надеюсь, — Джейс перевернул кожанку и принялся вытряхивать карманы. — Вампиры, конечно, не могут иметь детей, но с моей удачей у нас появится сразу тройня. Ага! Он с триумфом высыпал им на колени несколько пачек презервативов в цветастых упаковках и набор разнообразной смазки. Саймон шокированно смотрел на все это богатство, пока Джейс стаскивал его джинсы. Устав на полпути, он махнул рукой и оставил только до коленей, туда же стянув трусы. Он хотел пошутить про изображенного на них Люка Скайуокера, но обнажившаяся плоть убила все его мысли и последние отголоски разума. Джейс вновь оседлал его. — Итак, ты предпочитаешь клубничные гладкие презервативы или ребристые банановые? — почти буднично спросил Саймон. — А может, пупырчатые с вишней… — Льюис, в данный момент коряга продолговатой формы ничуть не бесполезнее тебя, — с явным намеком проговорил Джейс. — Так что надевай любой и пошли галопом по Европам! — Топ-10 самых сексуальных фраз в постели, — протянул Саймон. Джейс сверкнул глазами, рукой отпихнул все коробочки, вытащил одну пластинку и разорвал ее зубами — Саймон готов поклясться, что в жизни не видел ничего сексуальнее, даже Черную вдову — и сам натянул латекс одним слаженным умелым движением. Саймон помог ему приподняться, крепко схватив за подтянутые ягодицы, и аккуратно опустил на стоящий член. Джейс поперхнулся слюной и уронил голову на плечо альфы. — Больно? — заботливо спросил Саймон. — Дохера, — прыснул Джейс. — Понял шутку? — Очень смешно, — пробормотал Саймон и сделал первый осторожный толчок. Джейс хрипло забормотал бессмысленным потоком мата, обхватил его руками за плечи и слегка приподнялся. В глазах его не читалось ни единой разумной мысли, Саймон понял слабый намек и начал двигаться. Сначала постепенно, переживая за омегу, но вскоре осознал, что ему этого мало, и ускорился, доходя до грубых, беспорядочных толчков. Джейс не отставал, сам начиная двигаться, до синяков сжимая его плечи. Он умело совмещал хриплые ругательства и затяжные стоны, тяжело дышал. Тело его скользило в руках Саймона. — Твою ж мааать… — прошептал Джейс. Тело вампира оставалось холодным, его ледяные прикосновения к горячему, напряженному телу ярким контрастом сводили с ума. Джейс с рыком наклонился и вцепился зубами в выставленную шею. Саймон вздрогнул и позволил своему омеге клеймить себя, не переставая глубоко проникать в него. Он тихо застонал от обволакивавшего его жара даже сквозь жутко бесивший презерватив и на пробу провел ладонью по возбуждению омеги. Тот не продержался долго и кончил с хриплым протяжным стоном-ругательством, испачкав траву, живот и бедра. Джейс почти упал на его грудь, придавливая к земле. Саймон больно упал на выпирающие корни и последним неаккуратным движением дернулся и излился в латекс. Мокрая рубашка, кусающие его муравьи и упавшие веточки под спиной отрезвляли, Джейс мерно дышал, солнце ярко освещало его изморенное тело. Саймон никогда в жизни не видел ничего красивее. — О Ангелы, — послышался громкий возглас. Саймон вскочил в один момент, Джейс накинул на бедра кожанку, и они виновато, смущенно и недовольно уставились на непрошенных зрителей. Перед ними стояли Магнус и Алек. Бейн тактично отвернулся, демонстративно закрыв лицо руками. У Алека отвисла челюсть. — Кхм, — начал Саймон и сразу же затих. — Очень красноречиво, — фыркнул Магнус. — Прошу вас, оденьтесь. — Неужели нельзя было хоть немного подождать? — с отчаянием прокричал Алек. — Я не хочу знать. Я не хочу это видеть. Магнус, сотри мне память, пожалуйста. — Хорошо, клубничка, просто собираюсь напомнить, что это была твоя идея: пойти на поиски блондинки и вампиреныша, — не удержался от подколки Магнус. — Вот нашли. Почему вы не одеваетесь? — Саймон порвал мои штаны, — смятенно сказал Джейс. — Наколдуй, а. Магнус взмахнул рукой, и на них сверху повалилась гора брюк и джинс. Джейс поспешно схватил первые попавшиеся. Алек отвернулся и вдруг громко расхохотался. Саймон натянул повыше джинсы с трусами и застегнул их, путаясь в молнии и краснея щеками. Алек все еще смеялся, согнувшись пополам и запрокидывая голову от переполнявшего его хохота. — Все хорошо, вишенка? — поинтересовался Магнус. — Да-да, — выдавил из себя Алек, еле останавливая неудержимый смех. — Просто ты назвал меня клубничкой, а у них презервативы с клубничным запахом… — Жалко, не прочувствовали, — пробормотал под нос Саймон. — Подумать только, Джейс столько бегал от него и возмущался, но при этом мы встречаемся два месяца и исправно готовимся, а они после секунды отношений переспали у Ист-Ривер под деревом… — Алек снова рассмеялся. Магнус подошел к ним, взмахом руки исправляя учиненный беспорядок, и принюхался. Щелчок пальцев — и перед ними открылся голубоватый искрящийся портал. — Течка, — констатировал Магнус. — Я только что нелегально снял вам квартиру, потому что Институт — не самое лучшее место для трехдневного секс-марафона, Дюмор тем более, а квартира матери Салмона и подавно. — Спасибо, — пробубнил Джейс. — Алек, заткнись, — и он прыгнул в портал. — Эм, да, спасибо, Магнус, и простите вот за это шоу, — Саймон развел руками и зашел следом. — Я пришлю вам чек, — напоследок прикрикнул Магнус и захлопнул портал. — Пироженка моя, пошли домой. Нам нужна теплая ванна с расслабляющей солью, восемь часов здорового сна, много еды и хороший секс. — И стирание памяти, — добавил Алек.

***

Существовал некий свод законов, по которому должны были развиваться отношения альфы и омеги. Возможно, в древности их соблюдали, но сейчас никто не знал об этом и особо не интересовался. А ведь, к слову, это один из самых действенных способов завоевать сердце омеги. Да-да, это направлено в основном на альф, потому что они должны были ухаживать за омегами, в отличие от сегодняшних дней. Тогда и помыслить не могли о паре из двух альф или омег, даже если разнополых, что уж говорить о нынешнем движении за права омег. Шаг 1. Предоставление объекту вашего внимания еды, как доказательство того, что вы сможете прокормить его и детей. Чем-то подобным занимался Саймон, когда таскал Джейсу обеды, приготовленные мамой для колледжа, в котором якобы учился он. Себастьян проснулся с жутко болящей головой и разбитым телом. Он приоткрыл глаза и с усталостью уставился на темную мрачную комнату. Все запахи стали в сотню раз ярче, цвета насыщеннее, от этого мутило и кружило. Себастьян застонал и присел на постели. Он осмотрелся и с изумлением наткнулся взглядом на сидящего в кресле вампира. Воспоминания о прошлой ночи прокатились чугунным шаром по бедным мозгам. — Что со мной… — прошептал Себастьян, не узнавая свой голос. Таким жалким он казался себе впервые. — Я и твоя сестра обратили тебя, чтобы ты не умер, — спокойно проговорил вампир, всем своим видом даря неожиданный покой. Говорил он просто, чтобы еще сильнее не запутать испуганную омегу. — Твоя голова болит, потому что ты голоден. Скоро это пройдет. Он сделал шаг вперед. Себастьян вздрогнул и вжался в стену. Вампир понимающе улыбнулся и бросил ему пакет. От него пахло манящей кровью. Себастьян еще несколько секунд сверлил взглядом нежданного гостя, а потом набросился на упаковку, жадно поглощая теплую жидкость. Вампир не соврал, голова перестала звенеть, а тело больше не болело. Впрочем, запахи и цвета все еще оставались слишком четкими и неприятными глазу. — Кто ты? — проговорил Себастьян, отбрасывая пакет, насытившись. — Меня зовут Рафаэль Сантьяго, и я твой новый Создатель, — с расстановкой произнес вампир, поднимая пакет. — Еще один, — фыркнул Себастьян. — Я не собираюсь использовать тебя как оружие, Себастьян, — мягко сказал Рафаэль. — Теперь ты часть клана, так что отныне мы семья. Когда освоишься, можешь спокойно перемещаться, куда хочешь. — А сейчас ты меня не отпустишь, да? — прошипел Себастьян, отодвигаясь от стены. — Ты новообращенный вампир, — последнее словно приговором обрушилось на только зажившую голову Себастьяна. — Ты не контролируешь жажду и не управляешь своей силой. Я помогу тебе с этим. — Почему я должен тебе верить? — прищурился Себастьян. — Не знаю, — Рафаэль пожал плечами. — Никто не доверяет поначалу. Но зла я никому не желаю, просто смысла никакого нет. Будешь еще крови? — Себастьян нахмурился. — О, серьезно, Dios? Если бы я хотел отравить тебя, то ты бы не пережил и первый пакет. Лови. В руки ему полетел новый пакет, и Себастьян с неожиданной скоростью схватил его. Рафаэль подошел к нему, но не прикасался и ничего не говорил, просто смотрел и загадочно улыбался. Себастьян никак не мог понять его. Да и пах он как-то странно — кровью, железом и чем-то пряным, а еще странным растительным или… — Это специи, перец и помидоры, основы мексиканской кухни, — легко усмехнулся Рафаэль. — При жизни я любил готовить. — И долго ты вампир? — Хм, чуть меньше сотни лет, наверное, — задумался Рафаэль. — Чистая одежда в шкафу, мы подобрали кое-что примерно твоего размера. Не стесняйся спрашивать. Ванна через дверь, отмойся, ты весь в земле. Много крови может тебе навредить, не пей слишком много. Если что-то понадобится, ты меня найдешь. — Каким образом? — непонимающе спросил Себастьян. — Я твой Создатель, мой запах теперь всегда уникален для тебя, а между нами есть особая связь. С помощью нее ты легко отыщешь меня, — пояснил Рафаэль. — Добро пожаловать в семью, пташка. Шаг 2. Забота. Будь то ласковые слова или ласковые прикосновения, придержал ли ты дверь, а может и помог усесться на лошадь — неважно. Себастьян с ужасом осознал, что привычные раньше движения сейчас затрудняют его. Он-то надеялся побыстрее сбежать отсюда, но с этим придется повременить, учитывая, что его тошнит от запахов, глаза вечно болят, и он не в силах контролировать свои новые способности. А ведь он был лучшим охотником в армии Валентина и в Лондонском институте! Он понесся в ванную и как следует приложился головой об стену. Рафаэль деликатно сделал вид, что не заметил. Себастьян глубоко вздохнул, потом осознал, что можно и не дышать, и чертыхнулся. Он зашел в ванную и попытался максимально осторожно прикрыть за собой дверь. Он оторвал ручку, а деревянная поверхность треснула. Себастьян тоскливо застонал. В отражении он увидел нечто страшное — испачканное в крови и земле лицо, спутанные грязные волосы, разорванные убогие лохмотья, едва прикрывавшие регенерирующее тело с россыпью рваных шрамов от клинков и клыков. Но один был особо ярко виден — прямо насквозь грудь, удар сзади от Изабель, который он так провально пропустил. Валентин наверняка презирал его за слабость. Себастьян повернул смеситель и залез в душевую кабинку. Вода была до дрожи ледяной, но он не замерзал. Понимал, что моется холодной водой, и все. Странное ощущение. Себастьян аккуратно потянулся к заржавевшей полочке с шампунями и гелями для душа, разумеется, блять, помял металлические прутья и вдавил их в стенку. От запаха цветочного шампуня вернулась тошнота. Себастьян уткнулся головой в стену, позволяя холодному душу обмывать его тело. Дверь приоткрылась, и в ванную зашел Рафаэль с выглаженной одеждой и махровым полотенцем в руках. Он без капли стеснения осмотрел ладное тело омеги и спокойно покачал головой, хотя запах его усилился. Неожиданно, но он не вызвал у Себастьяна желание вытошниться прямо на его ботинки. — Ты забыл, — ровным голосом сообщил Рафаэль, укладывая одежду на батарею. — Мы не платим за отопление, но горячая вода у нас все-таки есть. Не стесняйся, — он легким движением повернул смеситель. — Холодной водой сложно отмыться. К счастью, вампирам редко нужно мыться, а простое внушение позволяет не платить ни за электричество, ни за воду. Рафаэль неожиданно стянул ботинки с носками и сам залез в душ. Себастьян вздрогнул и вжался в самый угол, пытаясь заглушить свой собственный запах. Но Рафаэль и не посмотрел на него. Он напрягся и выровнял полочку, убирая с нее шампуни и гели, а потом также безмятежно вышел. — Лаванда, алое, крапива или темный шоколад? — равнодушно спросил он. — Крапива, — он выбрал наименее отвратительный запах из всех. Рафаэль молча отдал ему флакон, затем уложил зубную щетку и пасту, а потом развернулся и просто вышел, оставляя за собой шлейф странного запаха. Себастьян поежился. Ему определенно не нравилось в этом мрачном, заброшенном отеле в компании слишком спокойного вампира. Но больше выбора у него не было, а здесь, похоже, никто не желал его убивать. Еще сильнее Себастьяна интересовал другой вопрос. — Зачем Клэри спасла меня? И какого черта вампирам нужно чистить зубы? Шаг 3. Для омег очень важно чувство безопасности, поэтому наличие у альфы собственного жилища — исключительное преимущество. Также для них важно доверие и искренность альфы. Спустя два дня Себастьяну надоело исследовать свою комнату — пусть тут даже был вай-фай, за который никто не платил, — но все равно было скучно. Мебель вся была старая, из прошлого века, некогда роскошная. Вид из окна тоже был сомнительный. В общем, так себе отель, звезды на две. Два балла чисто за плотное питание и обворожительного, хмурого Рафаэля. — Много тут вампиров живет? — спросил он однажды. — Я чувствую некоторых из них. — Да, — кивнул Рафаэль. — Целый клан. — И вы живете все вместе, как чертовы коммунисты? — нахмурился Себастьян. Рафаэль тихо рассмеялся, поправляя сбившиеся светлые волосы. — Вампирам легче жить в клане, — пояснил он. — Чем нас больше, тем мы сильнее. Тем выше выживаемость. Тем легче находить наше весьма специфичное пропитание. У нас есть крыша над головой, сородичи, друзья, даже отношения. Все вампиры — бывшие люди, а нам необходимо общение. Впрочем, сильные вампиры спокойно выживают в одиночку и даже создают свои кланы… — Как ты? — прищурился Себастьян. — Нет. Для вампира я очень молод, — фыркнул Рафаэль. — Но меня обратил один очень могущественный и древний вампир, когда я был подростком… — И где он сейчас? — Я убил его после обращения, — пожал плечами Рафаэль. — Он убил всех моих друзей, я отомстил ему. А потом хотел умереть под солнцем от отчаяния, но меня отыскал Магнус Бейн и не позволил мне погибнуть. — Какое ему дело? — непонимающе поморщился Себастьян. — Моя мать наняла его для моих поисков. Вместе с ним я научился контролировать себя. Носил обжигающий меня крест. Ходил по святой земле. Произносил Божье имя. Все ради того, чтобы попрощаться с матерью и прийти в Дюмор, стать тут заместителем Белькур. С тех пор это мой дом. — Белькур — это глава клана? Тогда что ты тут делаешь? Ты и ее убил, — глаза его зажглись. — Не-а, она стала наркоманкой, потом окончательно свихнулась, ей все надоело, и она пошла гулять, — закатил глаза Рафаэль. — Так и сказала мне: делай, что хочешь с этим долбанным кланом, сожги, спаси или поимей. Себастьян закашлялся. — Разумеется, ты можешь выйти, — вернулся к первоначальной теме Рафаэль. — Теперь это и твой дом. — Нет у меня дома, — отвернулся Себастьян. — Нет и никогда не было. К его руке мягко прикоснулись и развернули лицом к Рафаэлю. — Теперь есть. Шаг 4. После этого (или даже чуть раньше) у омеги и альфы возникает жадное чувство собственничества. Ревность может быть нелепа до одури, но с этим ничего уж не поделаешь. Принято, что альфы куда более ревнивы и властны к своему партнеру. Три раза «Ха!». Алек Лайтвуд всегда был собственником. И он не скрывал этого. Черт возьми, у Алека есть истинный альфа, который принадлежит ему, так что все его 17000 могут идти нахер паровозиком друг за другом, иначе он одолжит у Джейса вазу и засунет ее поглубже им в ухо. И уж тем более, все эти фейри, оборотни, маги, вампиры и отбитые на голову примитивные (охотников он пока не замечал) должны держаться подальше от него, а не лезть к нему на коленки на вечеринках. Алек сидел в сторонке вместе с Тессой и злобно хлебал какую-то подозрительную жидкость. Наглая фейри лезла к Магнусу, призывно махая своим непомерным бюстом, который Алек ей вырвет. Рядом сидели двое оборотней, плавно извивающиеся у его бедер. Им Алек тоже что-нибудь оторвет. Когда к ним присоединилась начинающая ведьма — с подсказки Тессы — настолько явно раздвигающая ноги, что даже охотник это заметил, он отставил бокал в сторону, громко ударившийся дном и расплескавший половину напитка. — Это уже слишком, — прорычал он, срываясь с места. Тесса хихикнула в бокал. — Нет, он вообще с ума сошел! — воскликнул Алек. — Что с ним за ш… Нет, серьезно, ты бы простила это своему альфе? — Ну, Уилл всегда был довольно специфичен, а Джем еще больше, — загадочно сказала Тесса. — Я бы с тобой поговорила о моих сложных и запутанных отношениях, но тут бы вышло три полноценные книги и камео в основной серии, так что… иди, воюй с Магнусом. Алек мало понял, причем здесь джем (надеялся, не клубничный) и какой-то Уилл, но согласно кивнул и помчался к своему альфе. Магнус весело распивал коктейли и болтал со всеми подряд, не обращая ни малейшего внимания на соблазняющих его личностей. Привык уже к подобному. Может быть, раньше он согласился бы на тройничок с ведьмой и фейри, а при особом желании и оборотней бы пригласил, но сейчас он был занят. — А ну съебались с моего мужика! — рявкнул он. — Поторопитесь, господа и дамы, иначе я достану клинок. Похоже, чтобы я шутил?! Алек выгнал бурчащую под нос себе ведьму и испуганных оборотней, потом столкнул фейри с коленей и уселся рядом, зверским взглядом отпугивая случайных свидетелей. Магнус давил в себе смех. Алек не подпускал к нему никого. Хотят говорить — могут поговорить на расстоянии в пару дюймов и под надзором омеги. Желающих почему-то не находилось. — Что уставилась? — фейри не спешила сбежать, маняще хлопая ресницами и подзывая к себе эротичными движениями. Алек раздраженно сверкнул голубыми глазами и закинул одну ногу на Магнуса. Но фейри это не спугнуло, она подползла ближе, прижимаясь к его голени. Алек прошипел сквозь зубы и сам залез на его колени, хватаясь за его плечи и сверкая глазами на всех недовольных и заинтересованных. Магнус изумленно и влюбленно смотрел на него и положил руки на округлые ягодицы. — Можно? — полюбопытствовал он, сжимая в ладонях манящую задницу. — Если больше никогда не будешь смотреть на этих, то можно, — агрессивно заявил Алек, выгибая спину, когда пальцы альфы пробежались по пояснице. — Учту, — томно прошептал на ухо Магнус, целуя его шею. — Маленький, глупый нефилим, я не смотрю ни на кого, кроме тебя. — Так я еще и глупый! — возмутился Алек, краснея щеками. — Это все, что ты услышал? — со смешком проговорил Магнус. — К слову, ты выглядишь великолепно. На Алеке сегодня была непривычная для него одежда, но довольно простая — белая приталенная рубашка, черные отутюженные брюки, идеально обтягивающие его бедра. Магнус еще настаивал на подтяжках, но Алек считал это слишком вычурным. Хотя вот сам Магнус оделся как русский генерал прошлых веков в причудливый мундир с золотыми эполетами. Алек наконец улыбнулся и позволил обнять себя, остаток вечера он провел на его коленях, попивая чай и сверкая глазами на незваных гостей. Кстати, нельзя заявлять, что в их отношениях только Алек был ревнивцем. Магнус куда умелее это скрывал и не бросался на заинтересовавшихся его омегой, так, изредка проклинал их. Маркус вот, к примеру, уже вторую неделю мучился с аллергией на ангельские руны после короткой жалобы Изабель. Теперь прятался в спальне, чихал в подушку, покрытый зелеными пупырышками. Но вскоре Алек имел счастье лицезреть это в живую. Всеми правдами и неправдами, шантажом, лестью, угрозами и заискивающими взмахами ресниц он привел в Институт всех Глав нежити в Нью-Йорке. Люк согласился чуть ли не первым, не выдержав давления со стороны Клэри и Алека. Вместо Верховного Мага Нью-Йорка пришел Магнус, ну и черт с ним. Рафаэль повздыхал и повелся на синие глазки и выгодную политическую позицию. Мелиорна вообще никто не понял, он загадочно улыбнулся, в руках его появился цветок синей розы. — Я хотел принести тебе незабудки, но Королева сказала, что незабудки будут слишком незначительны для тебя, — мелодично протянул Мелиорн. Алек чуть покраснел, но решительно кивнул и позволил вплести цветок за ухо. Может, это прослушка нового поколения — все равно ему нечего скрывать, он не лицемер. Магнус скрипел зубами и молчал. Собрание шло неожиданно удачно, каждый легко высказывался, вступал в дискуссии, Алек серьезно всех выслушивал и принимал разумные решения, выгодные для каждой стороны, не стремясь перетащить все на сумеречных охотников. Несмотря на то, что он был самым младшим и единственным омегой, он на равных общался со всеми и не терялся. Магнус мог только улыбаться и мечтательно смотреть на своего гениального Александра. Хотя его неимоверно раздражали чужие взгляды, которые остальные бросали на него. Конечно, все они сперва были изумлены, что омега проводит подобное собрание, и сначала не воспринимали его всерьез, поэтому их жадное внимание было объяснено. И все равно они бесили. Жалко, им нельзя послать геморрой, аллергию на охотников и прочие неприятные подарки. Карьера Алека стояла на кону, и Магнус мужественно держался, иногда бросая злобные взгляды на улыбающегося Мелиорна. — Я полностью поддерживаю Александра, — решительно произнес он в конце собрания, ни капли не лукавя, когда Алек тактично дал им время на размышления и вышел. — О, ведь ты абсолютно независим и честен, — фыркнул Рафаэль. Магнус улыбнулся и пообещал дать ему по шее. — Ну что вы, — укоряюще проговорил Люк. — Лично на меня это произвело невероятное впечатление, у Алека есть потенциал. Уверен, Магнус поможет ему реализоваться. — Господа, все мы зависимы, — почти рассмеялся Мелиорн, продолжая странно улыбаться. — Но признаться честно, я невольно восхищен. Я не чувствую лжи в его словах. Он изумителен, особенно учитывая, что он охотник и омега. — В таком случае твои цветы не уместны, — не удержался Магнус. — Я не претендую на твоего омегу, — усмехнулся Мелиорн. — Я просто рассчитываю на сотрудничество и безопасность моего народа. Магнус сверкнул золотыми кошачьими глазами. У Мелиорна перехватило дыхание. Он был верен Королеве и готов за нее умереть, но предпочел бы не умирать — подобное не могло не пугать его. — Простите, вы закончили? — деликатно постучали в дверь. — Конечно, Александр, — прошелестел Мелиорн. — Я обязательно приду с незабудками в следующий раз… — Ага, спасибо, — кивнул Алек, ничего не понимая. Придет — и хорошо. — Да, на меня произвела неизгладимое впечатление твоя позиция, Клэри была права насчет тебя, — от Люка веяло спокойствием и мощью. Он крепко пожал протянутую руку и вышел вслед за Мелиорном. — Неплохо, Лайтвуд, — нагло ухмыльнулся Рафаэль. — Не забудь, с тебя ребенок-альфа… — и он исчез из кабинета, не попрощавшись. — О чем он, милый? — напрягся Магнус. — Потом расскажу, — пообещал Алек, падая в кресло. — Ангелы, как же я перенапрягся с этими проблемами… Так от вас всех еще и пахнет так ярко — если бы вы начали на меня кричать, я бы точно повалился на колени… — Я позабочусь о тебе, Александр. Алек весело фыркнул, вскочил с кресла и бросился ему на шею. Магнус подхватил его под бедра и усадил на стол, скинув все бумаги. Цветок повалился следом, не удержавшись за ухом, но Алек не заметил. — Всегда мечтал осквернить этот стол, — поделился Магнус, стягивая с него брюки. Шаг 5. Последний. Метка и следующая за ней течка, которую альфа и омега проводят вместе. Возможен вариант, сначала течка, в течение которой будет поставлена метка. Некоторые люди пренебрегают всеми предыдущими шагами и переходят сразу к этому. Не сказать, что после этого налаживаются хорошие отношения. У всех по-разному, в конце концов. И эти стадии не истина в последней инстанции. Наверняка, об этом же думали и разморенные течкой Саймон с Джейсом, планировавшие хорошенько отмыться после реки и крайне не гигиеничного секса на берегу. Мытье плавно перешло во что-то другое. Джейса вжали в запотевшее стекло кабинки, он обвил ногами талию Саймона. Он держал омегу за плечи, не давая ему свалиться на мокрый кафель. Впрочем, его ноги тоже скользили, и он едва не рухнул на пол. — Погоди, погоди, держи меня, — руководил Джейс. — Я сейчас упаду, — признался Саймон. — А ты тяжелый. — Не ной, — скомандовал Джейс, изогнулся и провел раскрытой ладонью по запотевшему стеклу. — Не автомобиль, но и так сойдет. — В любой непонятной ситуации копируй Титаник, — закатил глаза Саймон. — Ой, у тебя веточка в волосах застряла.

***

И разумеется, Алек умудрился простыть спустя неделю после купания в реке. Не спустя день или час, только сейчас! Это бесило. Алек обиженно шмыгнул носом и покрепче завернулся в одеяло. Магнус заботливо гладил по голове и исполнял роль сиделки. Алек его бульоны и чай уже ненавидел. Антибиотиков у Магнуса нет, он вообще крайне плохо разбирался в современной медицине. Зачем ему, если он все может излечить магией? Для него и рентген, и кровопускание, и наркоз, и обтирание морскими свинками — все одно. — Ой, тут пришло огненное письмо, — изумленно проговорил он, рассматривая его. — Во имя Отца… — Что там? — недовольно буркнул Алек и вырвал у него из рук письмо. — Сегодня Камилла Белькур сообщила Маризе Лайтвуд, что она нашла Себастьяна Моргенштерна, — глаза его расширились. — Он же умер… нет? — Читай дальше, — безжизненным голосом произнес Магнус. — И она сказала, что говорить будет только в присутствии Верховного Мага Бруклина и Александра Лайтвуда, так как боится за свою безопасность, — листок выпал из ослабевших рук. — Магнус, кто такая Камилла?