Картина художника

***

У любви есть цвета. Смазанные и цельные краски разных цветов. Они пестрят по улицам, в домах, на людях. И их никто не видит. Весь мир покрыт тонкой коркой бесцветности. Нет ни ярких красок, ни цветастых одежд. Всё и все в чёрно-белых тонах. - У любви есть цвета, - всегда повторяла мама Такао. Её губы растягивались в улыбке, красивой и настоящей. Сеточка маленьких морщин лучиками собиралась возле серых глаз. Такао смотрел на неё и верил.

***

На улицах не было светофоров только чёрные и белые указатели. Они пестрели стрелками и буквами. Серыми и тусклыми. Пыльные дороги, черные витрины магазинов и поток людей. Безликих и бесцветных. У всех одинаковый цвет глаз и волос, все в одинаковых одеждах – тёмных и светлых тонов. Одинаковые. Мидорима не любил ходить по городу – по шумным серым улицам, по скользким и сухим дорожкам. По бесконечным линиям тротуара. И не любил замечать ярких. Они выделялись из толпы походкой, настроением, взглядом. Они смотрели по-другому, они не видели остальных людей, остальную толпу; но они видели своего спутника или спутницу, могли видеть их цвет глаз, кожи, волос, они могли видеть голубое небо и синее море. Они могли видеть своих родителей. И когда они шли сквозь толпу, то озирались по сторонам, то смотрели вверх и вниз, улыбались. И никогда не смотрели на таких как он - пустых и прозрачных.

***

Внутри за стеклянной дверью с колокольчиком вверху, словно другой дивный мир. Безобразный и бесформенный. Статуэтки, книги, антиквариат – всё сложено совестливо и бережно. - Шин-чан! – Такао громко восклицает и машет рукой, приветствуя. – Ты снова за покупками? Он стоит за прилавком и улыбается. Ярко и ослепительно. Мидорима замирает, вглядывается в парня и не может понять – что изменилось. Прикрывает глаза и забывает этот момент. Он протягивает белый листок и сжимает губы. Ждёт. Сперва Такао хмурится, вчитываясь в написанный текст, потом, не то чтоб Мидорима смотрел, нет, тусклые зрачки его глаз расширяются, он супится и хмурит брови и Мидорима отмечает, что парень удивлён. - Лягушка? – Такао приподнимает на него взгляд. Серьёзный и тяжёлый. Мидорима кивает. - Что угодно, вот так. – Он пожимает плечами и протягивает монеты. Круглые с рельефным пейзажем и абстракцией. Дорогие. - Хо-хо, что угодно, - повторяет Такао и облизывает губы. Бледные, тонкие. - Хм, сейчас посмотрю, что у меня есть, - Такао подмигивает и скрывается за дверью. Шуршит пакетами и коробками. Чертыхается и возмущается. Тихо, так чтобы не услышал покупатель. Но Мидорима прислушивается к звонкому голосу, наклоняет голову и раздумывает. Какой был бы у Такао цвет глаз? Зелёный или голубой? - Шин-чан, смотри, что у меня есть, - Такао врывается в его личное пространство, становится близко так, что Мидорима может к нему прикоснуться. Смотрит пытливо и улыбается ярко-красными губами. Такао протягивает руку и в его ладони лежит брелок-лягушка. Она замерла в полу прыжке, с открытым маленьким ртом кусая воздух, цепляясь в воздушные вихри длинным языком. Мидорима смотрит на Такао, потом переводит взгляд на лягушку и кивает. - Беру. – Он прикасается коротким быстрым движением, но пальцы покалывает от прикосновения к ладони. Приятно и мягко. Дзинь-дзинь. Входной колокольчик оповещает о новом посетителе и Такао вздрагивает, наклоняет голову, чёрная чёлка падает на глаза, прикрывая их, и просит прощения. Отходит и вся магия пропадает, испаряется. - Серебристо-голубые, так ведь? – Выдыхает, так тихо, что Такао уже не слышит.

***

Маленький Такао сидит на песке и усердно строит домик. Высокий с большими и широкими воротами. По его сторонам уже вымощены кусты и деревья, аккуратной полоской обведены дорожки и клумбы. - Как ты его полюбила? – Он спрашивает грустно и сердито. Лопаткой сильно хлопает по песочному домику и золотые крупицы распадаются. - Хей, - его мама склоняется к нему и осторожно поправляет творение. – Ну, - она смеётся звонко и искреннее. – Не думай, что это будет сразу. – Она подмигивает. Такао в удивлении распахивает глаза. - Это как? - Ну, - её улыбка становится немного грустной. - С каждым моментом, маленьким и незаметным. – Проводит по песочным дорожкам, приглаживает их, укрепляя. - Ты видишь больше. Ты может, полюбишь сразу и с первого взгляда, - она пожимает плечами. - А может, постепенно - сперва голос и тогда он покажется тебе то громким и звучным, то тихим и хриплым,- она мечтательно прикрывает глаза. – А может, ты полюбишь глаза, увидишь их цвет, он может быть зеленым или серым… - Она снижает голос до шепота и Такао приподнимается на носочки, чтобы услышать. - Ты можешь полюбить, что угодно и кого угодно, и она раскрасит всё красками. Она улыбается. - У любви есть цвета.

***

И он верил ей. Каждый раз. Колокольчик над дверьми звенит, громко и зазывно. Дзинь-дзинь. И сегодня не исключение. Такао выдыхает полной грудью. - Шин-чан! - Он выпрямляется за прилавком и считает шаги посетителя. Раз-два. Тот не торопится. Рассматривает магазин медленно и шаг за шагом, как будто находится тут впервые. Такао хмыкает и складывает руки на груди. Ему всегда нравилось наблюдать за Мидоримой, за его походкой, за его руками. За ним самим. И в такие моменты как сейчас, Такао понимал, что это означает. Понимал, потому, как видел. Видел, как Мидорима придирчиво прикусывал губы и хмурил брови, видел, как его светло-коричневый костюм обрисовывал контуры тела, видел, как Мидорима поправляет тёмно-зелёные волосы, когда те попадали в глаза. Такао выдыхал и видел их цвет. Светло-зелёный, как скошена трава. - Эй, ты меня слышишь? – Мидорима оказывается совсем близко и Такао вздрагивает. - Ох, извини, - он виновато пожимает плечами. – Так что тебе нужно? – Он улыбается. – Только не говори, что кактус или яйцо страуса. Мидорима вопросительно приподнимает бровь. И Такао позволяет себе расслабиться. - Шучу, - он кивает в сторону. – Так что ты хотел? - Могу ли я найти у тебя очки? Мидорима прикусывает губы и Такао фыркает, хлопая в ладони. - Как когда-то я тебе сказал у меня можно найти всё. Пошли. Такао тянет Мидориму в дальнюю сторону магазина, где на длинных стеллажах расставлены разные модели. - Видишь? Какие хочешь. Круглые, длинные… Мидорима кивает, сосредотачиваясь на Такао, тот усердно хвалил очередную модель с чёрной короткой оправой, активно жестикулируя и улыбаясь. Счастливо и ярко. - Вот тебе должно пойти. – Его пальцы касаются висков парня, мягко и почти невесомо придерживая за дужки очков. - Правда? – Мидорима, как-то тихо спрашивает. - Да, - Такао беспечно улыбается. – Оправа, как раз под цвет твоих глаз. Зелёная. - И Такао замирает в движении. – Ох. Понимая, что именно сказал. Мидорима вздрагивает и впивается взглядом в парня, молчит. Его сердце громко бухает где-то под рёбрами. - Зелёными. - Мидорима повторяет, и его слова падают в глухую тишину магазина. И Такао, словно весь сжимается, натягивается словно струна. - Извини, - он неловко пытается отстраниться, но не успевает убрать руки, как их перехватывает Мидорима, осторожно и крепко сжимая своими руками. Не отпуская. Такао пыхтит и пытается что-то сказать, но замолкает на полуслове. Мидорима буквально видит, как щеки Такао окрашиваются румянцем. Он становится красным, как маков цвет. И Мидорима отмечает, что этот цвет Такао к лицу. Он прижимает парня к себе ближе. - И как долго? – Спрашивает. Такао фыркает и шипит. - Не так давно. - Вот как, - Мидорима усмехается, в его руках живое и настоящее тепло. Яркое.